Моя задача - любить!

- Кто вы такие?! Мальчик в странственных одеждах крикнул незнакомцам, прижавшись к своему дяде. Когда Нань Фэн посветил в их сторону, там людей оказалось больше. Шагнув в их сторону, он спросил. - Скорее, кто вы такие. - Мы? Мы обычные торговцы! А вот вы. Се Лянь встал между ними, объясняя ситуацию. После чего сел на камень, и только спустя некоторое время его окликнули, сказав, что на нем что-то написано. - Что? — Се Лянь опустил взгляд, затем поднялся и только тогда обнаружил, что сидел на каменной плите. Стерев с неё пыль, принц действительно увидел надпись, вырезанную не очень глубоко, поэтому слова вовсе не выглядели приметно. Половина плиты оказалась засыпана песком, письмена тянулись дальше наверх, скрываясь во тьме пещеры. Нань Фэн щёлкнул пальцами, и в тот же миг на его ладони действительно загорелся сгусток пламени. Се Лянь невзначай бросил взгляд на Сань Лана и Лин Хуа, но юноша и его сестра не выглядели удивлённым.Нань Фэн спросил - Что здесь написано? Сань Лан ответил - Разумеется, это письмена народа Баньюэ. Се Лянь поправил - Думаю, Нань Фэн хочет знать, какой смысл несёт в себе написанное. Дайте взглянуть. Девушка молча смотрела на то, что они делают, пытаясь припомнить, что за момент из новеллы сейчас происходит. Все верно, у Лу Лин начали появляться частые провалы в памяти и множество частей сюжета новеллы она уже не помнила. Этот оказался одним из них, только вот, она помнила совершенно другое, что связано с могильным камнем. Веера не была, поэтому она прикрыла рот рукавом, сдерживая смех. Внезапно рядом послышался голос Сань Лана - Могила генерала. Се Лянь обернулся и произнёс. - Сань Лан, неужели ты тоже знаешь язык Баньюэ? Сань Лан с улыбкой ответил - Немного. Из интереса выучил пару символов. Когда все окружающие столпились рядом с могилой, то стали внимательно слушать путников. - Эта каменная плита — надгробие, на котором расписан жизненный путь одного генерала. Тянь Шэн не унимался - Генерала государства Баньюэ? Сань Лан ответил - Нет, генерала из центральной равнины. Нань Фэн с подозрением спросил - Генерала из центральной равнины? Но почему народ Баньюэ решил возвести для него могильный курган? Разве два государства не находились в состоянии непрерывных войн? Сань Лан ответил - Этот генерал — особый случай. Несмотря на то, что на каменной плите он записан под званием генерала, на самом деле он дослужился лишь до старшего командира. Короче говоря, его постоянно понижали в ранге. Но именно этого командира непрестанно понижали вовсе не потому, что ему недоставало отваги или же он не соответствовал своему званию. Всё из-за того, что между двумя странами отношения не складывались, а он во время сражений не только не стремился к завоеванию воинских заслуг, но даже наоборот — создавал множество помех, не позволяя солдатам убивать друг друга. Когда торговцы начали переглядываться, говоря, что он поступил верно, и очень благородно. Фу Яо же возмущенно фыркнул. - Это просто смешно. Се Лянь примерно догадывался, что тот собирается сказать, и потому потёр точку между бровей. И действительно, пламя озарило мрачный облик Фу Яо, когда тот произнёс - На своём месте необходимо выполнять свои обязанности. Раз этот человек стал воином, он должен каждую секунду помнить о защите государства, мужественно сражать врага на передовой. Во время войны между государствами ран и смертей избежать нельзя. Подобные мелкие благодеяния лишь разжигают ненависть в глазах соратников, а врагам кажутся до крайности смешными. Никто не станет благодарить его за это. В его словах также имелась немалая доля правды, поэтому в пещере воцарилась тишина. Фу Яо бесстрастно добавил - В конце концов, у людей, поступающих подобным образом, итог один — смерть. И что наиболее вероятно — от рук своих же людей. После непродолжительного молчания Се Лянь нарушил тишину - Верно. Ты всё правильно описал. Он погиб. Тут уже торговцы раскисли. Тянь Шэн взволнованно воскликнул - А? Как это случилось? В самом деле убит соратниками? Поразмыслив немного, Се Лянь всё же заговорил - Вообще-то, не совсем… Здесь сказано: в одно из сражений с врагом он бился, бился, потом наступил на развязавшийся шнурок сапога, и… Внезапно лицо принца стало краснее огня и он отпрял от камня, а потом резко обнял его, не давая Сань Лану читать дальше. Все переглянулись, и только Лин Хуа стояла, уже чуть ли не плача от подступающего смеха. Сань Лан повернулся к ней, заметив это поведение и спросил. - Шицзе, все хорошо? - А, да-да. Кхм, гэгэ, может продолжите? Се Лянь начал мотать головой, в свой протест, но Лин Хуа схватила его, и если сказать по правде, то с большим трудом оттащила от камня. - Гэгэ! Нам же интересно!! - Нееет. - протянул Се Лянь. Сань Лан всмотрелся в камень и продолжил. - И..упал в женскую грудь лицом, после чего не смог встать и задохнулся.. Внезамно Фу Яо заметил маленькую надпись, сделанную на языке Сянь Лэ, подойдя, он прочел. - С любовью, ваша Лу Лин. В пещере возникла гробовая тишина, после чего все упали со смеху. Даже Нань Фэн и Фу Яо хохотали, держась за живот руками. - Госпожа Лу, что она. - задыхаясь сказал Нань Фэн. Фу Яо так же хохоча ответил. - То есть, тебя не смущает что она здесь была? Аххаха. Я так соскучился по ее шуткам, она и этого генерала подколола! Вот вам и госпожа графского дома. - Не знаю, кто эта девушка, но я ставлю ей респект! - так же крикнула Лин Хуа, смеясь. Сань Лан смотрел на нее, прекрасно зная, что она и есть Лу Лин. " Шицзе, вот ты актриса. " " Прости, не удержалась, Сань Лан. " Юноша подошел к Се Ляню, лицо которого было необычайно красно. - Гэгэ? Но принц не ответил, сейчас в его памяти выскочил момент 200 летней давности: Се Лянь не знал, что ему делать. Руки девушки потянулись к тому, крепко зажав принца в объятиях. - Ваше Высочество..я вас нашла.. - А-Лин, почему ты плачешь?! А- А еще ты близко!! Девушка слегка дрогнула, после чего стала прижимать принца к себе сильнее. - Это наказание за то, что слонялся хрен пойми где столько лет!!! А везде искала! И нигде, никак!!! - Госпожа Лу!! Задушите! - А вот правильно! Напишу на твоей могиле, что был задушен женской грудью! Вернулся принц в реальность со словами. - Она не шутила..