Он, он и она

      Он вошел в студию, такой красивый и улыбчивый, и словно солнце выглянуло среди слякотной весенней непогоды. У Гао Юй Эр дыхание перехватило от восхищения: стройный, подтянутый мужчина с чистым и по-детски ясным взглядом. Она даже сразу не поняла, что разулыбалась в ответ. - Господа, знакомьтесь – произнес как-то уж очень торжественно, словно на вручении Гонконгской кинопремии, Чжоу Юань Чжоу – режиссер «Стражей», - Чжу Илун. У него в нашем проекте сразу три роли – Шэнь Вэя, Посланника в Черном и Е Цзуня. - Надо же! Един в трех лицах, - хмыкнул, сидевший с ней рядом высокий парень, кажется Лю Минь Тин. Она еще всех не запомнила. Юй Эр сердито зыркнула в его сторону. - Так. Почти все в сборе, - глянул на часы Юань Чжоу, - остался последний и он же главный герой. Написал, что застрял в пробке, но скоро будет. Все успели ознакомиться со сценарием? А с новеллой в оригинале?       Артисты дружно закивали головами, правда, не все одинаково уверенно. И только Чжу Илун сказал честно: - Я, к сожалению, новеллу только начал читать, но мне показалось, что в сценарии большинство персонажей прописаны ярче и лаконичнее. Я не прав? Он обвел коллег своим ясным взглядом в поисках поддержки. - Да, я согласна, - поспешно произнесла Юй Эр. Обычно она предпочитала сначала выслушать других, а уж потом высказывать свое мнение. Но сейчас ей очень захотелось поддержать этого симпатичного мужчину. Поймав на себе благодарный взгляд Илуна, она смутилась и покраснела. - Уууу! – тот же высокий парень справа картинно закатил глаза. Юй Эр уже было повернулась к нему, чтобы отчитать нахала, но того от разборок спас торопливый стук в дверь. Она распахнулась, и на пороге появился еще один актер: высокий, худощавый, с едва заметными усиками и бородкой, в больших очках и смешной черной панаме. - Всем, здравствуйте! Извините за опоздание: пробки, – он смешно развел руками, - Я – Бай Юй. - Ну, вот это и есть наш главный Усмиритель душ, - поднялся со своего места режиссер. Он обнял Юя за плечи и стал по очереди представлять ему будущих коллег. … - Чжу Илун, он же профессор Шэнь Вэй…       Бай Юй, который до сих пор только улыбался и, молча, кивал всем, на кого указывал режиссер, вдруг шагнул вперед и протянул руку. Илун, наверное, от неожиданности, замер на миг, а потом поднялся и пожал протянутую руку, при этом уши полыхнули костром, выдавая его смущение: - Очень приятно… Они посмотрели друг на друга с нескрываемым интересом, причем, настолько нескрываемым, что тот же Лю Минь Тин слегка толкнул, сидящую рядом Юй Эр, и глазами показал на парней: - Похоже, этот профессор врет! Новеллу-то он прочитал… ну, по крайней мере, 49 главу. Юй Эр только сжала губы и ничего не ответила этому нахалу, поскольку никак не хотела сейчас опять оказаться в центре внимания. - Господа актеры! Вы понимаете, что съемки ведутся мозаично, поэтому еще раз настоятельно прошу вас до конца ознакомиться со сценарием и текстом новеллы для более полного понимания своего образа! - В этой новелле, - проворчал все тот же Лю Минь Тин, - чёрт ногу сломит, особенно, если пытаться разобраться в описании всех богов и связанных с ними событий. - Вот – вот, - поддержал его Ли Янь, - я читаю только те куски, где вижу «Да Цин». - А я могу изучать это творение только по утрам, а если берусь за чтение вечером, на первых строчках засыпаю, - сообщил вполголоса Цзян Мин Ян, которому досталась роль старика Чу. - Это – возрастное, - засмеялся Ли Янь и, как настоящий кот, ловко увернулся от подзатыльника.       Актеры, прихватив сценарии и выданные им распечатки новеллы, заторопились к выходу. Задержались только Чжу Илун и Бай Юй. Первый очень аккуратно складывал в рюкзак все бумаги, а второй подошел с каким-то вопросом к режиссеру. Юй Эр тоже затормозила у дверей. Она планировала на выходе перехватить Илуна, чтобы поговорить с ним, ну, например, о новелле, а может и еще о чем (как пойдет), но тут Илуна окликнул Бай Юй, и ей пришлось с сожалением уйти.       Парни вышли из студии последними. - Ты сейчас куда? Юй не стал разводить церемоний и сразу перешел на «ты». Илун не возражал. - Наверное, домой, - неуверенно ответил он Юю. Илун устал. Первые дни работы над новым проектом он не любил, хотя и понимал необходимость этой рутины. Читка сценария, подбор костюмов, разные тренировки, все это выматывало похуже целого съемочного дня. - Слушай, если не торопишься, давай заедем куда-нибудь перекусить, а то у меня дома – шаром покати! – предложил Юй. - Давай!       Илун согласился сразу. Вообще-то он в последнее время любой компании предпочитал одиночество. Читал. Слушал музыку. Смотрел фильмы. Один. Нельзя сказать, что одиночество очень нравилось ему, но оно и не тяготило. Он ни с кем не чувствовал связи, а поэтому не испытывал потребности в общении и только сегодня ему вдруг показалось, что между ним и этим мужчиной с насмешливым прищуром карих глаз протянулась тоненькая ниточка симпатии. А может, показалось? - Если нет особых пожеланий, тут неподалеку есть милый ресторанчик… - Я не привередлив в еде. - Тогда поехали, - Юй картинно распахнул перед ним дверцу своей машины.       - Господа актеры, у меня для вас неприятное известие: наш и без того хиленький бюджет не выдержал очередного пересмотра. Его опять урезали. А поэтому, жить мы будем не в той гостинице, которая была забронирована раньше, а в более скромной. Там нет одноместных номеров. Тише! Тише! Это не смертельно! Номера приличные, но каждый на двоих. Мы с администратором тут прикинули, кого с кем поселить, но, если есть личные пожелания, мы учтем. Юй, сидевший с Илуном у дверей, толкнул того в бок: - Ты по ночам храпишь? Илун отрицательно покачал головой. И не успел он ничего сообразить, как Бай Юй вскинул руку: - Господин администратор, нас, пожалуйста, поселите с Чжу Илуном! У нас много общих сцен. Сможем в свободное время обсудить что-то, иногда порепетировать. Совместим полезное с приятным! - О, да! Бинго! – негромко прокомментировал Минь Тин и выразительно посмотрел на парней, а потом продолжил уже во весь голос, - Господин администратор, а нам обязательно создавать, так сказать однополые пары? Можно меня поселить, например, с девушкой? Я обещаю убирать за собой в душе и не разбрасывать по номеру грязные носки. - Господин Лю, нам сейчас не до шуток. Кстати, вас мы планируем поселить с господином Цзян Мин Яном. Он, как старший товарищ проконтролирует, чтобы вы там ничего не разбрасывали. - О! Нет! – картинно простонал Минь Тин, а Мин Ян сделал страшное лицо и плотоядно улыбнулся.       Отношения у Илуна с Бай Юем сложились как-то сразу. Юй был удивительным человеком. Рядом с ним было тепло! И Илун, которому в последнее время не очень везло на партнеров, расцвел, и потянулся к нему, словно первый весенний цветок к солнцу. Есть такие люди, общение с которыми буквально заряжает позитивом. Если что-то не получается или наваливается усталость, стоит только полчаса побыть с ними рядом и жизнь налаживается! Проблемы уже не кажутся такими серьезными, а хандра отступает. Бай Юй был из их числа. Почти все свободное время они проводили вместе, и Илун, который, вначале боялся совместного проживания с кем-либо, теперь не представлял, как это жить одному. Они вместе бегали по утрам, вместе ходили на завтрак, сидели вдвоем за обедом и долго болтали перед сном. Илун ловил себя на мысли, что еще ни с кем из коллег он не чувствовал себя так комфортно.       - Эти двое…- Лю Минь Тин кивнул в сторону катающихся друг за другом на гироскутерах Юя и Илуна, - Мне кажется или между ними, действительно, что-то происходит? - Между ними, действительно, что-то происходит, но ТЕБЕ это только кажется, - усмехнулся Пэн Синь тоже наблюдавший за этой парочкой. - И не надоело вам, - возмутилась Юй Эр,- болтаете невесть что, как тетушки на рынке, обсуждаете своих коллег! Не стыдно? - Вот именно, что обсуждаем, а не осуждаем, - Пэн Синь посмотрел на нее своими ясными глазами, - Это их жизнь и их отношения. - Нет между ними ничего, никаких отношений! – категорично заявила Юй Эр. - Сестричка Эр, а ты-то чего так разволновалась? Ну, нет и нет! А даже если и есть, нам-то что? Молодые, красивые… - попытался успокоить ее Ли Янь. Юй Эр смерила парней уничтожающим взглядом, резко развернулась и ушла, громко стуча каблуками. Они только переглянулись.       - Эй, подруга, ты что скисла? – Чжан Ланьсинь заглянула в лицо Юй Эр, сидящей с понурым видом за столом, - Если тебе нравится мужчина, прояви инициативу. - Как? Они словно привязаны друг к другу! – она ударила ладонью по столу, - На репетицию – вместе, на обед – вместе, любой перерыв – друг от друга не отходят! Они даже живут вместе, в одном номере. - Ну и что? Мы тоже живем с тобой в одном номере, но жизнь-то у каждой своя. Если ты пригласишь одного на свидание, это не значит, что они придут парой. Они уже большие мальчики… - Ты думаешь? - Юй Эр с надеждой посмотрела на Ланьсинь, которая сидя у зеркала, наводила красоту, - Может, стоит попробовать? - А тут и думать нечего! Действуй, сестренка!       И Юй Эр поймала-таки, момент, когда Чжу Илун оказался один! Сегодня с утра Бай Юй выехал на рекламную фотосессию от фирмы Li Ning и на съемочной площадке рядом с Илуном его не было. Тот в одиночестве слонялся среди декораций, явно, скучая. Она подошла сзади, легко коснулась руки: - Лун-гэ! - Да! – Илун быстро обернулся, одарив ее улыбкой, от которой в животе молодой женщины затрепетали крылышками крохотные бабочки. - Лун-гэ, мне нужен твой совет, - она подняла на него глаза и соблазнительно похлопала ресницами, - последняя сцена в этом эпизоде… я не могу ее прочувствовать. Ты мог бы со мной ее разобрать? - Да, конечно, - с готовностью отозвался Илун, - Я тебя слушаю. - Это долгий разговор, - она отвела взгляд, - давай сегодня вечером посидим где-нибудь, поужинаем и все обсудим. Я угощаю! - Хорошо.       Илун смотрел, в упор, и Юй Эр стало как-то неуютно. Ей показалось, что он раскусил ее намерения и догадался, что это приглашение на ужин на самом деле приглашение на свидание. - Хорошо, - повторил Илун, - только уговор: плачу я. Прости, но я не привык, чтобы за меня платила женщина. Юй Эр, вспыхнула, с готовностью кивнула и быстро отошла.       После обеда приехал Бай Юй. Они отсняли сцену в департаменте Хайсин и отправились в гостиницу. Юй Эр, как всегда вздохнув, проводила мужчин взглядом. Единственное, что грело ее душу в этот раз – мысль о том, что с одним из них, самым красивым и замечательным, у нее сегодня свидание!       А парни, вернувшись в номер, приняли душ, и засели с новой игрой, которую привез Бай Юй. Они уже успели пройти два уровня, когда у Илуна звякнул телефон. Он лениво потянулся за ним, а когда увидел, кто звонит, коротко простонал. - Боги! Я совсем забыл… Да? – ответил он уже дежурно - приветливым голосом, - Да. Хорошо. Мне нужно минут пятнадцать. Договорились. - Ээээ? – Юй посмотрел с ревностью, - С кем ты договорился? И о чем? Ты куда-то идешь? - Прости, - Илун вздохнул, - Я совсем забыл! Юй Эр просила меня помочь ей разобрать какую-то сцену. Совсем из головы вылетело! - Да? Такая сверхурочная работа не оплачивается, братик Лун! Постой! Или я неправильно понял? Это свидание? Да? Юй подмигнул ему. - Нет! Конечно, нет. Хотя… - Вау! Я прав! Да, ладно… Юй Эр – симпатичная девушка. Что тебя смущает? Или у тебя кто-то есть? Есть? - Нет. Но… - Тогда, никаких «но»! Используй эту возможность. Девушка сама проявила инициативу, значит, ты ей не безразличен. Что ты теряешь? Бесплатный совет от более опытного друга! - Бай лаоши у нас такой опытный в любовных делах? - Да, я такой! - А у самого-то тебя есть кто-то? Юй, которого, казалось, невозможно было ничем смутить, стушевался, отвел глаза. - Сейчас – нет… Но, у меня богатый жизненный опыт! «Опытный он! Надо же!» - фыркнул про себя Илун и посмотрел на него откровенным взглядом. Ему вдруг захотелось подразнить Юя. - Хорошо, Бай лаоши, я воспользуюсь твоим советом. - Иди – иди! Но, когда вернешься (если, конечно, ты сегодня вернешься), расскажешь, как у вас все прошло. Илун хмыкнул и пошел переодеваться. Он уже направился к дверям, когда его окликнул Бай Юй: - Братик Лун, - в карих глазах молодого мужчины плясали чертенята, - возьми, может пригодится... Он протянул Илуну упаковку презервативов «М». Илун замер, глядя в упор. - А?! – Юй посмотрел невинным взглядом и изобразил озабоченность, - Думаешь, не подойдут? Велики? Малы? - А тебе это так интересно?! Разговор шел на грани фола. И это, похоже, заводило обоих. - Нет-нет, просто забочусь о тебе - поспешно ответил Юй, сунул презервативы Илуну в карман и завалился на свою кровать. Однако, краем глаза, Илун заметил, как у приятеля порозовели щеки.       Он поспешно спустился в холл, где его уже ждала Юй Эр, нетерпеливо вышагивая у дверей. Девушка была одета и накрашена явно для свидания, но Илун этого даже не заметил. - Я заказала столик в соседнем ресторане. Подумала, ты, наверное, устал, зачем далеко идти. Он согласно кивнул…       Сделали заказ. Илун привычно улыбался, слушая щебетание Юй Эр. А на самом деле мысли его были сейчас далеко отсюда. Он вспоминал хитрый и в то же время очень внимательный взгляд Бай Юя. Эти постоянные шуточки, намеки, неугасающий интерес к его персоне. «Что это? Я ему нравлюсь или просто у него такая натура? А он мне? Что я к нему чувствую?» Илун не считал себя геем. Чувства к мужчинам в его жизни случались, но они были исключительно братскими. У него были близкие друзья в школе, потом в киноакадемии. Но все, что сейчас происходило между ним и Бай Юем кардинально отличалось от того, что он испытывал раньше. Это было опасной игрой с чувствами, игрой на грани, словно они шли по тонкому, хрупкому льду. Одно неверное движение, один шаг в сторону и ты провалишься и тебя уже не спасти! Это был всепоглощающий страх и дикий восторг. И отказаться от этой игры, даже если она ничем не закончится или закончится катастрофой, он был не в силах! - Лун-гэ, - Юй Эр потрясла его за руку и тревожно заглянула в глаза, - ты меня слушаешь? - А? Да. Конечно.       Он нехотя возвращался в реальность. Они разбирали сцену. Илун давал советы, но ему почему-то все время казалось, что Юй Эр в них не нуждается. Девушка постоянно пыталась сменить тему, но он упорно возвращал ее к работе. Закончилось обсуждение, и возникла неловкая пауза. Он хотел в гостиницу, к Юю. - Ты, наверное, устала? - сказал Илун осторожно, - Был трудный день. Пойдем отдыхать. Прозвучало как-то двусмысленно. По крайней мере, так показалось Юй Эр. Они расплатились и вернулись в гостиницу. Уже в холле, когда пришло время прощаться, Юй Эр взяла его за руку, заглянула в глаза: - Может, поднимемся ко мне? У меня есть чудесный чай. Или ты предпочитаешь кофе? Илун осторожно освободил руку и произнес абсолютно спокойным голосом: - Я не пью кофе на ночь. Уже поздно, Юй Эр. Надо хорошо отдохнуть, чтобы у нас завтра все получилось на съемочной площадке. Спасибо за приятный вечер и спокойной ночи! Он легко ей поклонился и быстрым шагом пошел по коридору, ни разу не обернувшись.       Все, что хотела сейчас Юй Эр, так это кого-нибудь убить, ну или хотя бы разбить эту нелепую синюю вазу, которая стояла в холле о чью-нибудь голову. Но, ни то, ни другое было невозможно и она, проклиная всех на свете: себя, Илуна, эту никчемную советчицу из клана Воронов Яшоу пошла к себе в номер. На мгновение замерла у зеркала в коридоре: «Ну и что со мной не так?» Оттуда на нее смотрела симпатичная, модно одетая молодая женщина с прекрасной фигурой и хорошим макияжем на милом личике. «А ведь он отшил меня. Тактично. Вежливо. Но отшил. А может, у них и правда с Бай Юем роман? Нет! Этого не может быть. Юй еще тот ловелас! С его последней девушкой Янлин я лично знакома. То, что она рассказывала о Бай Юе… Вот уж, кто точно не гей! Да и про Илуна ничего подобного я не слышала. Наверное, я просто не в его вкусе…» И она, обреченно вздохнув, отправилась в ванную смывать макияж.       А в это время Илун толкнулся в дверь своего номера. Она была заперта. Какого черта? Еще не поздно. Постучал. В комнате послышалось движение, и дверь отворилась. На пороге стоял Бай Юй, уже в пижаме. Брови взлетели вверх, изобразив крайнюю степень изумления, а в глубине глаз плеснулась несмелая радость. - Братик Лун, а я не ждал тебя так рано. Да и вообще не ждал до утра. Так быстро справился?       Илун отодвинул Юя, молча прошел в номер. Вся эта история с Юй Эр была ему неприятна. Конечно, он все понял правильно: и томные взгляды Юй Эр и приглашение на чай или кофе. Вежливый и тактичный по натуре он не любил ставить людей в неловкую ситуацию и сам не любил попадать в нее. Но, на сей раз, избежать этого ему не удалось.       Все, чего хотелось сейчас Илуну, умыться и лечь в кровать. А тут еще этот юморист доморощенный! Юй же, откровенно, обрадовался его приходу: - Братик Лун, стесняюсь спросить, что пошло не так? Девушка тебе отказала или…? - Или! – отрезал Илун. Ему абсолютно не хотелось сейчас ничего обсуждать. - Или что? Твой генерал не встал перед строем?! Сначала Илун не понял, о каком «генерале» идет речь, а когда сообразил, резко развернулся к Юю, чтобы дать тому хорошую затрещину (авось от нее в голове у этого юмориста прояснится!), но Юй ловко уклонился и отскочил в сторону. Илун рванул к нему, перехватил за талию и свалил на кровать. Несколько минут молчаливой борьбы и поверженный Юй, зажатый сидящим сверху Илуном, запросил пощады: - Ладно-ладно! Прости! Сдаюсь!       А Илун вдруг выпал из реальности. Растрепанный Юй, в сползшей с плеча пижаме, раскрасневшийся от борьбы. Эта картина, словно, оглушила его. А губы! Пухлые, яркие губы просто манили поцелуем. Илун тряхнул головой, отгоняя наваждение. Тяжело дыша, слез с Юя. - Еще раз скажешь такую глупость - прибью! - Ну, не сердись, - примирительно сказал Юй, - просто мне интересно, что у вас не получилось? - Любопытные долго не живут. Всё! Я устал. Илун пошел в ванную и уже оттуда добавил: - Она славная женщина, милая, красивая, но я … не хочу ее. Они замолчали, укладываясь в постели. Несколько минут в номере стояла полная тишина, а потом Юй тихо и серьезно спросил: - А кого ты хочешь? – и не дождавшись ответа, добавил, - Знаешь, а я рад, что у вас ничего не получилось. Илун повернул к нему голову: - Это почему? - Потому! Давай спать! И Юй повернулся к другу спиной. Илун еще долго лежал без сна, гадая, что все это значит. Не спал и Юй, глядя в окно и улыбаясь своим мыслям.       Чжу Илун резко повернулся, выполняя отрепетированное много раз движение, но оно вдруг отозвалось нестерпимой болью в спине. Старая травма! От неожиданности он потерял равновесие и упал на пол. Подскочили ребята из стаффа, помогли подняться. Он зашипел от боли. - Что случилось? – возник рядом режиссер. - Спина… - виновато посмотрел на него Илун. - Врача? - Нет. У меня бывает. Сейчас пройдет… Но боль не уходила. Режиссер посмотрел на его перекошенную фигуру и только махнул рукой: - Давай в гостиницу! Подскочила Юй Эр: - Я свободна. Я отвезу его! - Хорошо. Так! Продолжаем! Все – на исходную!       Юй Эр подхватила Илуна за талию и повела к студийному автобусу. - Сейчас приедем, я тебе массаж сделаю! И не спорь! Я знаю! Тебе необходимо размять мышцы, восстановить кровообращение. Илун попытался возразить, но резкая боль отодвинула все возражения на задний план…       Они подошли к номеру. Илун потянулся было к карману за ключом, но дверь оказалась приоткрытой. Они вошли. - Юй? Бай Юй стоял возле раскрытого чемодана в одних трусах, держа в руках брюки. Он переодевался. - Эй! А стучать вас не учили? - Прости, - смутился Илун, - я не знал, что ты уже приехал. - Ты! – сверкнула на Бай Юя глазами Юй Эр, - У Лун-гэ проблемы со спиной. Я привезла его со съемочной площадки. А ты тут со своими претензиями! - Да? Юй мгновенно преобразился. Тревога, забота, сочувствие – все это моментально отразилось на его лице. Он подскочил к Илуну. - Спасибо, сестричка Эр! Я присмотрю за ним! – Юй попытался перехватить Илуна и оттеснить ее к двери. - Но ему нужен массаж! – не уступала женщина. - О! Тут братику Луну крупно повезло! В студенческие годы я прошел курсы массажа. Так что, не волнуйся, он в надежных руках. Юй повернулся к все еще стоящей в дверях, девушке: - Что-то еще? Она резко развернулась и буквально выскочила из номера. Илун только и успел ей крикнуть вслед: «Спасибо!» - Так! Будем лечиться… Как тебя угораздило? - Да там, в сцене сражения поворот резкий был. Ну, вот я и повернулся. - Ай-я! Осторожнее надо быть. Не мальчик уже! - Хватит издеваться. Взялся, так лечи. Там в тумбочке тюбик с мазью. Как знал, что пригодится.       Юй помог Илуну снять куртку, футболку, уложил на живот. Сам сел сверху. Он легко, едва касаясь, прошелся по спине от плеч до поясницы. Раз, другой, третий. Прикосновения были легкими и … неожиданно возбуждающими. Каждое касание вызывало теперь не боль в спине, а напряжение в паху. - Бай Юй, ты точно знаешь, что учился медицинскому массажу, а не эротическому? Тот, похоже, смутился. Руки замерли. - А что не так? - Ну, хотя бы то, что массировать и гладить – это совсем разные вещи. - Братик Лун, скажу тебе горькую правду: я только видел, как это делают. По телевизору. - Тааак… Ну и зачем… - А ты бы хотел, чтобы тебе массаж делала Юй Эр? Теперь смутился Илун. - Нет. Я… не позволил бы ей. - А… мне? - Тебе позволил, как видишь, - проворчал Илун, - так что давай: все, то же самое, но сильнее! - Как скажет ваша Светлость!       Юй прошелся по спине уже с нажимом. Илун негромко застонал. Юй заёрзал наверху. - Братик Лун, а ты можешь не стонать так эротично? - Какая к дьяволу эротика! Больно! - Ну, уж теперь терпи! Сам сказал: сильнее! Илун закусил губу. Когда кожа на спине загорелась, он остановил своего мучителя: - Спасибо. Хватит.       Юй замер и вдруг наклонился, практически лег сверху, на мгновение зарылся лицом в лохматый затылок Илуна, а потом легко поцеловал в шею. Затем поднялся, как ни в чем ни бывало, перевернул больного на спину и накрыл одеялом: - Отдыхай. А сам завалился на кровать, взяв телефон. Илун помолчал. Потом, глядя в потолок, тихо спросил: - Ты мне ничего не хочешь сказать? - А надо? - ответил Юй вдруг почему-то осипшим голосом. Нет. Не надо. Все было понятно и без слов.       Вечером, когда после принятого обезболивающего, Илун заснул, к ним в номер заглянула Юй Эр. Бай Юй быстро поднялся, вышел к ней в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. - Как он? - Спит. - Ты сделал ему массаж? - Да. Сестричка Эр, - Юй сделал паузу, - давай сразу проясним ситуацию… Знаешь, я тебе его не отдам! Она вскинула на Юя широко открытые от удивления глаза. Усмехнулась: - Даже так? Смело! - Да. Так. Расценивай это как хочешь, но он только мой. - А сам он, что говорит по этому поводу? - Есть вещи, о которых не надо говорить, потому что они очевидны. - Уверен? - Уверен. Да ты и сама всё знаешь. Прости, но тебе больше не стоит сюда приходить. - Я сама решу, что мне стоит, а чего не стоит делать. Она резко развернулась и, гордо вскинув голову, пошла по коридору.       Ничего не изменилось внешне. Утром парни старательно делали вид, что все, как обычно. Но, чёрта с два! Ни один, ни другой не могли забыть тот поцелуй. Пока были на людях, было легче, но, как только они оказывались наедине, воздух вокруг, словно сгущался. Юй ловил себя на мысли, что при виде Илуна он начинает сходить с ума. Он хотел этого мужчину. Да! Именно так! И это его нисколько не смущало. Не смущало и то, что его организм реагировал на Илуна, словно на женщину. Он сам не понимал, что произошло, как простая симпатия переросла в страсть. Это желание, буквально выжигало его изнутри, и он, словно феникс, сгорал каждый день в этом огне, чтобы возродиться вновь и на следующий день опять терпеть эту сладкую муку.       Когда по утрам, пытаясь прикрыть одеждой вставший член, они по очереди уединялись в душе, у Юя на языке вертелось пошлое предложение: «Давай, поможем друг другу?» Но с недавних пор он ловил себя на мысли, что уже не может в присутствии братика Луна грубо пошлить. Тонко намекать, флиртовать – да! Но не более. Как собственно не мог он и ни на что решиться. Если бы Илун был женщиной, Юй уже давно бы проявил инициативу и подкатил к нему. Да и в постель бы уже затащил. Но, всякий раз, взглянув в по-детски доверчивые глаза Илуна, он останавливал себя: «Это я сошел с ума. Я, а не он! А кто сказал, что у него ко мне такие же чувства?»        Страх, что его не поймут, отвергнут, был настолько силен, что сковывал его по рукам и ногам. Он абсолютно не представлял, как дальше жить, как общаться и работать вместе если Илун скажет: «Нет!» Поэтому все, что ему оставалось – флиртовать. Что-что, а это он умел делать виртуозно.       В этом искусстве и Илун ему не уступал. Правда, делал он это тонко, изящно. Теперь в перерывах съемочная площадка превращалась в театр двух актеров и все с интересом наблюдали за тем, что еще выкинут эти двое. Наверное, и ставки делали, когда вся эта игра закончится сексом. После очередной сцены безбожно откровенного флирта, когда Илун поил Бай Юя кофе из своего стаканчика, младшего зачем-то отозвал Чжоу Юань Чжоу и сценарист, приехавший из Тайваня. К Илуну подошел Ли Янь и, покачав лохматой головой, восхищенно произнес: - Ну, вы даёте! - Что такое? – спросил Илун. Скорее из вежливости спросил, поскольку, ЧТО именно они дают, он прекрасно понимал. Как собственно, понимал это и весь народ на съемочной площадке. - Если бы это было в кадре, я сказал бы, что вы – чёртовы гении кинематографа, а так… - А так? Зачем Илун продолжал выспрашивать очевидные вещи? Наверное, хотел из уст постороннего человека услышать подтверждение своим мыслям. - А так – это любовь! – заключил Ли Янь и широко улыбнулся. Илун попытался было что-то сказать, но Ли Янь поднял руки: - Ладно-ладно! Можешь ничего не говорить! Он поймал на себе искоса брошенный колючий взгляд Бай Юя и закончил: - Мне нет дела! А то, боюсь, твой Отелло придушит меня в гримерке.       Сколько бы это длилось, неизвестно, но тут им помог Его Величество Случай. В пятницу перед съемками Чжан Ланьсинь громко возвестила: - Народ! Внимание! У меня сегодня День рождения! Наш многоуважаемый Чжоу лаоши пообещал нас сегодня отпустить пораньше, а посему я вас всех приглашаю на хот-пот. Каст завопил от радости. Со всех сторон посыпались поздравления …       …После первого тоста за виновницу торжества, все дружно приступили к еде. Чжан Ланьсинь, сама большая любительница острой пищи, заказала сычуаньский хого. Актеры, сдружившиеся за время съемок, тесно сидели вокруг «горячего котелка», с удовольствием ели, весело общались, не забывая при этом подливать друг другу вино. Так получилось, что справа от Илуна сидел Бай Юй, а слева, по воле случая, оказалась Юй Эр. - Лун-гэ, возьми тофу, - Юй Эр с очаровательной улыбкой положила несколько кусочков Илуну на тарелку. Илун кивнул: - Спасибо. - Ты очень мало ешь. Не любишь острое? Сидевший за Илуном, Юй проворчал: - Сестрица Эр, он любит острое, но ты зря утруждаешь себя, за братиком Луном есть кому поухаживать. И он положил на тарелку Илуну несколько кусочков мяса, обмакнув их предварительно в соевый соус. - Бай Юй, я вообще-то не с тобой разговариваю! - А вот я – с тобой!! - Тише! Ну, что вы! – Илун попытался успокоить эту парочку гневно сверкающую друг на друга глазами. Юй Эр решительно поднялась: - Чжу Илун, можно тебя на пару слов? Юй было дернулся следом, но Илун положил ему руку на плечо и улыбнулся: - Мы поговорим и я вернусь. Не переживай, все будет хорошо.       Они вышли из зала на крыльцо. Илун заговорил первым: - Сестрица Эр, - Илун был непривычно решительно настроен, - ты умная и красивая женщина. Не будем создавать друг другу проблемы. Я тебя очень уважаю, но давай договоримся – мы друзья и ничего больше. Юй Эр покраснела, отвела взгляд, затеребила кулон на шее: - Совсем…? - Да. - Это из-за него? Илун помедлил с ответом только секунду: - Да! Юй Эр опустила голову, изучая носки своих туфель. Потом подняла глаза и сказала решительно: - Пусть так! Но это неправильно. Я… я буду бороться. И резко развернувшись, она пошла в сторону гостиницы. Когда Илун один вернулся в зал, ребята переглянулись, а Пэн Синь спросил: - Лун-гэ, а сестрица Эр…? - У нее заболела голова, и она пошла в гостиницу. Илун отвел взгляд. Когда он сел, его за руку взял Юй: - Вы все выяснили? - Да. - Что ты ей сказал? - Правду!       После разговора с Юй Эр Илун, как это ни странно, почувствовал облегчение. Он словно перешагнул какой-то важный рубеж и мог уже беспрепятственно двигаться вперед. От выпитого вина и близости Юя, который привалился к его боку, Илуна вело. Он ловил себя на мысли, что безумно хочет этого мужчину. Он уже не раз во снах проваливался в эротические фантазии с Бай Юем, но всякий раз, просыпаясь, думал: «Я сошел с ума! Я не должен об этом думать! Этого просто не должно быть! Да, мы флиртуем друг с другом, но это только игра. ИГРА! Он ведь натурал. Он сам много раз об этом говорил. И женщин у него было столько, что мне и не снилось! Поэтому, братик Лун, забудь!» Но забыть не получалось. Еще с мозгом он как-то мог договориться, но тело ничего слушать не хотело и периодически мучило его восставшей плотью в присутствии Бай Юя.       Вечер подходил к концу. Народ потихоньку расползался и только Юй с Илуном, словно погрузились в ментальное общение: сидели, молча, попивали вино, периодически бросая друг на друга задумчивые взгляды. Когда они собрались уходить, за столом осталась только именинница с Лю Минь Тином, который доказывал ей, что первый фарфор появился во времена правления династии Тан, а не Цин.       Они так же, не сказав друг другу ни слова, дошли до гостиницы, поднялись в номер. Щелкнул замок. Юй потянулся к выключателю, но Илун перехватил его руку. Он вдруг прижал щуплого Юя к стене и с какой-то отчаянной решимостью произнес: - Юй-Юй, ты можешь меня возненавидеть после того, что я сейчас скажу, можешь меня даже ударить… Но я не хочу и не могу больше молчать! Я тебя люблю!       Сказал и, словно закаменел. Сейчас он был готов ко всему. Наверное, если бы он был трезвым, он опять промолчал, но алкоголь упростил мышление до примитивной схемы: говорю то, что думаю. А думалось ему в последнее время только об одном! Прошло, наверное, несколько секунд, но для Илуна они показались вечностью… И вдруг Юй качнулся вперед, коснулся губами его губ. Сначала легко, словно проверяя, а будет ли ответ, но, когда почувствовал, как навстречу ему раскрылись губы Илуна, он уже не сдерживал себя. Они целовались так чувственно и самозабвенно, что продолжение этого поцелуя могло быть только в постели…       … Илун глухо стонал, прикрыв глаза. Он прикусил нижнюю губу, закинул назад голову, отчего на шее четко выделялся кадык. В этот момент он был так открыт, беззащитен и вместе с тем так сексуален, что у Юя напрочь отключилось ощущение реальности происходящего. Ему казалось, что они одни во всем мире, а потому сегодня можно все! Он ласкал Илуна, полностью отдавшись охватившей его страсти. Наверное, если бы сейчас вспыхнул пожар или разразился торнадо, он и тогда не смог бы оторваться от любимого. Гладкая упругая кожа манила желанием трогать, касаться, сжимать. И Юй делал все: целовал, нежно покусывал, зализывал каждый сантиметр любимого тела, а Илун отзывался на каждое прикосновение легкой дрожью, приглушенным стоном, бессвязным шепотом. Это было похоже на игру на гуцине, когда любое касание струн отвечает звуками, из которых рождается мелодия. Мелодия любви…       Юй провел горячей ладонью по бедрам, животу, легко сжал напряженный член. Илун вздрогнул и отозвался новым хрипловатым стоном. - Ююююй… пожалуйста… Он вцепился длинными тонкими пальцами в простыню, сминая ее в кулаках. Юй глянул на судорожно дернувшийся кадык, сглотнул слюну. Мелькнула мысль, что ни одна из его бывших женщин не вызывала у него таких всепоглощающих чувств, таких ярких эмоций. Он обвел языком горошины сосков, сильнее сжал член, резко проведя несколько раз от головки до основания. Илун дернулся, судорожно вцепился правой рукой ему в плечо. Юй подтянулся выше, прикусил кожу на ключице, провел влажными горячими губами дорожку по шее до кадыка. Илун опять вздрогнул, сильнее сжимая плечо. Юй коснулся губами губ Илуна.       Он не помнил, чтобы когда-либо с кем-то был так же нежен. Может потому, что раньше он испытывал только сексуальное желание. Но Илун… Юй просто не представлял, как с ним может быть по-другому. Да, в его душе бушевало пламя страсти, но он сдерживал себя, и в этом тоже была своя прелесть. Это было то чувство, когда ты ощущаешь себя всемогущим владыкой Кунь Лунем, который может одним движением свернуть горы, повернуть реки вспять, но не проявляешь своей силы. Глубокий чувственный поцелуй вызвал новую волну дрожи у Илуна. Юй не стал его дольше мучить. Еще несколько резких движений рукой, Илун вскрикнул, дернулся под Юем и обмяк, хватая воздух открытым ртом. Юй упал рядом. Надо было снять и свое напряжение, которое уже нестерпимым жаром пульсировало в паху. Он было потянулся рукой, но ее перехватил все еще не отдышавшийся Илун. - Нет! Я… сам…       Все еще подрагивая от уходящего волнами возбуждения, он скользнул вниз и сразу глубоко взял член. Юй охнул. Несколько раз толкнулся вперед и практически сразу кончил. Илун закашлял. Юй резко подтянул его к себе, заглянул в шалые от счастья глаза и прошептал: «Сумасшедший!» Он целовал Илуна в солоноватый от пота висок, вдыхал запах его волос и понимал, что такого наслаждения не испытывал ни с кем и никогда. Это радовало и пугало. Юй понимал, что он влип, и теперь ни за что по доброй воле не откажется от этого мужчины...       Когда утром они раньше всех появились на съемочной площадке, поскольку этой ночью не сомкнули глаз, Юань Чжоу при виде их распухших губ и тщательно прикрываемых следов на шее, только вздохнул и коротко сказал: «В гримерку!» Парни изобразили на лицах раскаяние, но когда режиссер повернулся к ним спиной, посмотрели друг на друга и фыркнули. Видок у обоих был весьма живописный! Они направились к выходу из съемочного павильона и в дверях столкнулись с Минь Тином и Пэн Синем. Первый, глянув на них, только присвистнул: - Ну, вы – красавчики! - Знаем! – хмыкнул Юй. - Вы только Юй Эр сейчас на глаза не попадитесь с этими украшениями, - посоветовал Пэн Синь, - а то она разнесет всю студию к чертям!       Пожилые гримерши покачали головами, поцокали языками, решив, что парни хорошо гульнули вчера, и искусно убрали все следы ночного безумия. Но слухи быстро облетели съемочную площадку. В основном, говорили, что истосковавшись без женщин, парни, наконец-то, вышли в свет и оторвались по-полной. И только несколько человек из каста знали, что женщины здесь совсем ни при чем. Знала это, конечно, и Юй Эр. Уже вечером после съемок, когда переодевшись и смыв грим, они направились к студийному автобусу, Юй Эр окликнула их. Оба напряглись. Особенно Юй. Он даже шагнул немного вперед, словно хотел заслонить собой Илуна. От женщины не укрылось это движение. Она усмехнулась: - Не бойтесь, я не ссориться. Я только хотела сказать, что… рада за вас. Если это настоящие чувства, то берегите их и… будьте счастливы. Илун шагнул вперед: - Сестрица Эр, прости. - За что? Разве вы в чем-то виноваты? Невозможно заставить полюбить, как и невозможно погасить огонь настоящего чувства. Останемся друзьями? Она улыбнулась и протянула обоим парням руки. Не поколебавшись ни секунды, они ответили ей дружеским рукопожатием.       Когда они сели в автобус, Илун незаметно погладил руку Юя, а тот улыбнулся в ответ. Теперь их было трое: Юй, Илун и их Любовь.