Счастье, которое исчезает

Алгебра - несомненно, самый ужасный и скучный предмет на всём белом свете, это Хёнджин знал как свои пять пальцев, да что уж там пять, все двадцать: и на руках и на ногах. Парню никогда не нравился этот урок, ведь доставлял он только боль и слёзы ночью в подушку от непонимания очередной темы, а так же просто отнимал такое драгоценное время юноши. Сейчас, вместо того, чтобы сидеть здесь в старом классе за партой на скучном и никому не нужном, уроке, парень мог бы прогуляться со своими друзьями по парку, который находится рядом с его домом; подышать свежим весенним воздухом и насладиться приятным тёплым ветерком, что обдувал бы стройное тело; понежиться на майском солнышке, что так ярко светило и грело Землю как летом; пофотографировать цветы, которые уже пестрили своей разнообразностью и яркостью. Но нет же. Сейчас он, как и его лучшие друзья в лице Сынмина и Минхо, был вынужден слушать очередное разъяснение какой-то математической задачи, которая, как говорит учительница, будет в предстоящем им уже совсем скором ОГЭ. Да, парень в этом году заканчивает девятый класс, переходя в абсолютно новую, взрослую, как он говорил, жизнь. Но, кажется, девятиклассник ещё совсем не был готов к самостоятельной жизни. Ни позаботиться сам о себе не может, ни помощи попросить. Ну что за упёртый ребёнок? Вот поэтому Мать Хвана и не хотела отпускать своего единственного, и любимого всем сердцем, сына в свободное плавание. Уж слишком женщина боялась, что дитё умрёт без неё. "– От тебя и так одни кожа да кости, а ты ещё и есть отказываешься!/i>" - корила родительница Джина, на что получала недовольное цоканье и закатанные глаза. "<i>– И вот кто тебя кормить будет, если ты в свой колледж уедешь?" - всё причитала она, никак не успокоившись. "– В тебя же фиг еду запихнёшь, а ты и так уже исхудал вовсе!" - знала бы мать парня, что он не только от неё слышит такие лекции по несколько раз на день, а ещё и от одного маленького мальчика, то появляющегося из ниоткуда, то исчезающего в темноту или растворяющегося в свете утреннего солнца. Именно этот непостоянный парнишка и продолжает поддерживать Хвана живым, и пока, слава богу, здоровым. Так, стоп. Неужели, парень опять вспомнил про одно веснушчатое чудо, живущее непонятно где, но, кажется, под самой крышей большого многоэтажного дома Хёнджина? Да ну, бред. Прозвенел долгожданный звонок, оповещающий о конце злосчастного урока, и дающий девятиклассникам понять, что они свободны. "– Ну наконец-то. " - проносится в голове брюнета после того, как они с друзьями втроём переступили порог класса, "– Не знаю, сколько бы я ещё смог продержаться и не уснуть на этой скукотени". – Хей, Хёнджин, - юношу позвал Минхо, немного толкнув того в плечо для привлечения внимания, – Ты чего задумчивый такой? Случилось что? - Ли вопросительно изогнул бровь и уставился на друга, когда парни уже вышли за пределы школы. – А? - переспросил, видимо не услышавший Хван, – Да не, - отмахнулся и пожал плечами, – Всё хорошо, просто устал чёт. – Так иди домой и отдохни, чего тебе с нами переться, - сказал уже Сынмин, который всё это время просто играл в какую-то игру на телефоне, – Айщ, чёрт, - брюнет недовольно исказил лицо в гримасе безнадёжности, – Ну вот, опять проиграл! – Ладно, ребят, - начал Хёнджин с сочувствием смотря на отчаявшегося друга, – Я действительно домой пойду. – Удачи тебе, - пробормотал Ким снова проходя этот злосчастный уровень финального босса. – Тебе тоже не помешает, - кинул девятиклассник на последок и направился в сторону дома, в котором его не ждала мама, так как была на работе, а поджидала тишина и, кажется, ещё большая скукота, чему парень рад не был. Ну а может, его ждала не совсем тишина?

***

Переступая порог квартиры, школьник не заметил ничего странного, и не увидел никого, кроми маленькой, но такой любимой собачонки. И это, признаться честно, было даже как-то обидно. – Кками, - тихо засмеялся парень когда щенок начал игриво подбегать к нему просясь на руки, – Ну ты чего, соскучился чтоль? - он ярко улыбался, и, скинув рюкзак с плеч на пол и опустившись на корточки для большего удобства, стал гладить весело играющую собаку. – Я тоже соскучился, так-то, - послышался знакомый и такой родной низкий голос мальчишки, который появился на пороге комнаты Хвана из ниоткуда, как по щелчку пальцев. – Феликс, - школьник поднял сияющий взгляд на говорившего блондина с недлинным маллетом и голубыми глазами, – Опять появляешься и пугаешь меня, - констатировал факт Хёнджин, вставая с пола и оттряхиваясь от шерсти, оставшейся от собаки на одежде, – Я говорил так не делать, - с каким-то укором посмотрел он на мальчика. – Ну Джинни, - ласково обратились к нему и подошли ближе, – Я не могу не делать так, - парнишка показал свою улыбку, больше похожую на ухмылку человека, который что-то задумал. – Я же знаю, что можешь. - брюнет в подозрении прищурил глаза, – И вообще, - он отодвинулся от Феликса и показушно гордо направился на кухню, зная, что тот пойдёт за ним. И вправду, следом засеменили маленькие шажочки, и, кажется, надутый и недовольный парень. – В чём вообще прикол перемещаться в пространстве, если можно просто ходить, как и все люди? - юноша включил электрический чайник и открыл холодильник в попытках отыскать что-то. – Хён, - кажется, улыбка уже сошла с маленького веснушчатого лица, – Я не человек, ты забыл? - послышался обречённый вздох и комната ненадолго заполнилась тишиной, – И если я не буду использовать способность то вскоре утрачу её, а вместе с ней и жизненные силы. - да, старший всё это знал, и знал как трудно Ли говорить об этом, но всё равно периодически у него вырывались такие высказывания, заставляющие младшего грустить, а этого Хван не хотел ни в коем случае. – Прости, Ликси, - парень натянуто улыбнулся смотря в голубые, больше даже лазурные, глаза напротив и поставил на стол, за которым уже сидел блондин, две кружки с сухими пакетиками чая внутри, следом залив их кипятком и поставив перед парнем коробку с купленным вчера печеньем, сел рядом с младшим. – Просто мне самому до сих пор не понятно, как можно трансгри..трансгре.. - школьник запнулся и нахмурил брови, пытаясь вспомнить такое сложное слово, которое когда-то говорил Феликс, но Хван, кажется, его не совсем запомнил. – Трансгрессировать, хён, - подсказал Ли и снова улыбнулся смотря на Джина, который бил себя по лбу за такую глупость, и отпил горячий чай, после чего усмехнулся. – Эй, ты чего смеёшься? - недовольно девятиклассник поднял брови и стал возмущаться, – Смеяться над старшими нельзя, ты, милюзга маленькая! - конечно, парень говорил это в шутку, да и с таким наигранным лицом, что Феликс стал уже в открытую смеяться так, что чуть ли не падал со стула. Хёнджин от этой картины и сам невольно засмеялся, он готов был на что угодно, лишь бы это сверхъестественное чудо продолжало заливаться искренним и чистым смехом, как сейчас, – А ну! Сейчас же прекрати смеяться над хёном! - он вскинул указательный палец, но Ли это только больше насмешило, – Ах так! - протянул юноша, – Ну держись! - брюнет бросился на младшего, свалив того со стула, повалив на паркет кухни и усевшись на нём сверху начал щекотать под рёбрами, зная, что тот очень остро реагирует на щекотку, особенно в том месте. – Хён! - раздался голос парня, который от крика стал громче, – Так..Так не честно! - младший сквозь смех и слёзы пытался прекратить эту пытку для себя, но скинуть девятиклассника, который и слова сказать тебе не даёт, ни то что пошевелиться, оказалось той ещё проблемой. – Ну пожалуйста! - кричал мальчишка в перемешку со своим смехом, который сливался в один с другим, более надменным смехом старшего. – Я не буду так больше, только отпусти! – А с чего я должен верить тебе?! - по лицу расплылась открытая и широкая улыбка до ушей, ведь так играть ему нравилось. – Ну пожалуйста! - продолжал он вопить и бракаться, пытаясь освободить свои руки, которые Хёнджин придавил коленями, чтобы тот не скинул его. – Ну хорошо, хорошо, - сжалился Хван и прекратил свои пытки и слез с мальчика, – Поверю на слово. Когда парни встали с пола то из коридора послышались какие-то звуки, судя по всему – поворот ключа в замочной скважине. – Это твоя мама? - уже успокоившись с ужасом спросил Ли. – Похоже на то, - Хёнджин замер, – Но она же толжна была вернуться только вечером.. – Она не должна меня видеть, - лишь пробормотал Фел и отчаянно посмотрел на старшего. – Но почему? - говорили они шёпотом, словно чего-то боясь. – Мы же можем не говорить про способность. - сколько раз Хван уже предлагал этот вариант, но слов согласия от младшего так и не последовало, – Представим тебя обычным человеком, моим другом. – Нет, Джинни, - взгляд младшего метался по комнате в растерянности, – Я не могу, прости. - после сказанных слов, кухню озарила вспышка ярко-голубого света с места, где стоял Феликс, и мальчишка со светлыми волосами, голубыми глазами и россыпью веснушек, которые напоминали Джину звёзды – пропал. Оставил за собой лишь открытое окно, занавески которого зашевелились то ли от ветерка с улицы, то ли после такого исчезновения. Школьник лишь тяжело вздохнул, быстро беря кружки со стола и выливая чай в раковину, оставил их там с остальной посудой, пригладил взъерошенные волосы и поправил мятую одежду. – Сына, - протянул женский голос доносящийся из прихожей, – Я дома.