Займись со мною философией

Воскресенье. Антон сидит и листает ленту инстаграма. Внезапно, ему приходит сообщение от Арсения Сергеевича. "Что ему понадобилось?" — мелькает у него в голове. Открывая переписку, Шастун видит следующее: Арсений Сергеевич, 16:56 Антон, добрый вечер. Скажи, пожалуйста, всем, что в понедельник ,вместо географии у вас будет философия.

Вы, 17:00 Хорошо,Арсений Сергеевич. Я передам.

Я пересылаю сообщение Арса в группу класса, где до этого бурно обсуждающие какое-то предстоящее мероприятие, однокласссники, переключились на тему "Почему же Арсений Сергеевич попросил именно Антона?" Знали бы они только, что Шастун по уши влюблен в своего учителя. Жаль, что ему не хватит сил признаться в любви, хотя... Антон быстро открывает диалог и печатает:

Вы, 17:22 Дим,привет. Как думаешь, если я пересплю с Преподавателем, мне поставят зачётку?

Арсений Сергеевич, 17:24 Ну, смотря с кем собрался спать.

Вы, 17:26 Ну конечно же с Арсом, не с Дмитрием Генадьевичем же спать!

Арсений Сергеевич, 17:27 Да, поставит.

Вы, 17:28 Почему ты так уверен?

Арсений Сергеевич, 17:30 Посмотри кому пишешь, Тош) Антон откидывает чуть ли не на конец комнаты телефон, не веря своим глазам. "Как я мог перепутать чаты?!" — мечется в голове. Он рвано дышит, сердце отбивает чечётку, голова кипит, а мысли всё сильнее путаются. "Он согласен со мною переспать?! Он гей?! Он со всеми учениками спит, или только мне предложил? Как я мог перепутать чат? Какой же ты...Арсений-мать-его-Сергеевич...да я даже слов не могу подобрать!"

***

Вот и настало утро понедельника. Ненавидимый всеми школьниками день, но больше всех его ненавидит Антон. Кто бы знал, что юноша не хочет идти в школу ,не потому что лень, а потому что предложил потрахаться учителю! Конечно же, он бы не пошёл сегодня в школу, но, судьба, сука, сделала сегодня для матери выходной. Поэтому с недовольным лицом Шастун ебашит в школу. Осталась последняя пара, все радуются, вот только не Шастун. Ему страшно. У них философия, а значит он впервые за этот день встретится лицом к лицу с Арсом. "Что он скажет? Что он обманул меня? Что он сделает? Оттрахает и бросит? ЧТО?" -— наяривает круги, в голове одни и те же вопросы. — Здравствуйте, садитесь. — говорит, только что вошедший в кабинет Арсений Сергеевич. — Сегодня мы поговорим о писателях. Какие вы знаете цитаты из стихотворений, рассказов, поэм? — Как всегда, чтобы повыёбываться, руку поднимает стерва класса - Ира. — Давай. - показывает учитель на неё. — Любовь - это ваза, а ваза стекло, а всё, что стеклянное-бьётся легко... — произносит она. — Хорошо, кто-то ещё? — Антон тоже поднимает руку. — Давай, Антон. — Мы любим тех, кто не любим, мы губим тех, кто в нас влюблён... Пушкин. - отвечает Шастун и присаживается на место. — Хорошо. Раз вы выбрали цитаты про любовь, значит открываем тетради, записываем нашу тему: "Цитаты писателей про крылатое чувство - любовь" Все послушно записали тему, а Шастун никак не мог отвести взгляд от учителя. Тот, иногда, тоже кидал на подростка беглые взгляды, но Антон в них видел равнодушие. Но это не так! Маска... В жизни, многие люди - фальшивые. Кто-то скрывается под маской хорошего человека, а кто-то скрывается под маской безбашенного. Но у каждой монеты, ну или маски есть вторая сторона, которую увидеть могут не все... Человек, скрывающийся под маской хорошего, скорее всего, в будущем вас предаст, а человек под маской "безбашенного" имеет сломанную психику и может шугаться от малейшего звука. И самая, наверное популярная маска, которой даже я иногда пользовался - это маска "помощь другу". Вот ты сидишь, вроде слушаешь про проблемы своего друга, даёшь ему нужные советы, поддерживаешь его, свои же проблемы спрятав в самый дальний угол головного мозга...

***

— Так, все свободны, кроме Шастуна! — говорит Попов, складывая стопкой тетради. Он проводит студентов глазами, а после подходит к двери и прикрывает её. — Арсений Сергеевич...можно я пойду? Мне домой пора? - мямлит подросток, опустив голову. — Куда же ты собрался, моё солнышко? — улыбается тот, чем ещё больше пугает юношу. — Ты же хочешь зачёт по философии себе? — Хочу... - честно отвечает он. — Что ты там вчера говорил? Переспишь со мною?) — Я...не...ну...э.... — Успокойся, какой-то ты сегодня весь напряжённый. — говорит Арсений, подходя со спины и разминая ему плечи. — Тише, Тошенька... Расслабься... — говорит он, резко разворачивая подростка на себя и впиваясь в пухлые губы. Он переминает сначала нижнюю, потом верхнюю губу, а после нажимает на подбородок Антона, заставляя открыть рот и проникает языком внутрь. Делает круг и возвращается к началу, повторяя эти движения, а после отстраняется на пару сантиметров, оставляя между ними тонкую слюну. Горячее дыхание оголяет приоткрытые ,опухшие от поцелуя, губы юноши. — Ты готов? — шепчет Попов. — Да.. — выдыхает он, заливаясь краской. — Не стесняйся, ты такой красивый... —произносит Арсений, срывая с ученика рубашку, не задумываясь о последствиях. Преподаватель оглядывает молочную кожу и резко припадает к ней, оставляя мелкие поцелуи, которые, вскоре ,переросли в засосы. Взгляд падает на соски ,и Попов плюёт на пальцы, а после зажимает сосок и резко тянет на себя. — Ай... - вскрикивает Антон. До этого стоящий около парты Шастун оказывается лёжа на учительском столе. Арсений смотрит в изумрудные глаза напротив и видит в них страх и желание. — Ты девственник? — спрашивает Попов. — Угу... —кивает тот, отводя взгляд. Ну подумаешь, ему 18, а он ещё не трахался, ну с кем не бывает? — Ну ты чего, Тош? Это вполне себе нормально... —успокаивает нежный голос мужчины. Он снимает с юноши брюки, а после и боксеры. Старший разворачивает того на живот и приподнимает,ставя в коленно-локтевую позу. Подросток не особо понимает происходящее, но сделать ничего не может. "Ты же так хотел потрахаться с Арсением? Так в чем же проблема?" — говорит подсознание. Внезапно ,мужчина понимает: у них нет смазки и презерватива. Он смачно плюёт на указательный палец, а после вставляет его в анал подростку. Тот тихо шипит, но больше от новых ощущений, чем от боли. В ход вступают 2 пальца, влезающие в маленькую дырочку с трудом. Тут уже не обходится без тихого "ай", он двигает ими, расширяя дырочку, а после ищет точку блаженства. — А-арх... Сергх... —пытается выговорить имя Шастун, но всё плывёт, как и он сам... Ну и наконец, три пальца. Преподаватель решает, что Антону будет легче перенести сразу боль, чем мучать его, постепенно вставляя пальцы в анал, поэтому входит резким движением. — Ай! —вскрикивает тот, а после слышит всхлипы. Мужчина, не намеренный мучать ребёнка, быстрым движением скидывает с себя одежду и прислоняет свой, налившийся кровью, орган к пульсирующей дырочке. — Готов? —уточняет он. На что получает неразборчивое "мгх". Он входит на половину, давая привыкнуть. После определённого времени, он входит до конца, но не получает сладких стонов. Он наклоняется, ища нужный угол. — А-арс... — громко стонет мальчишка. Арсений постепенно ускоряется, а вскоре, Шастун не замечает, как они срываются на бешеный ритм. Подросток случайно скидывает, стоявшую до этого ровно, стопку тетрадей на пол. Туда же летит красная ручка, пару листов с какими-то тестами. — Арс... Я.... Я... Сейч... Аргх.... — отрывисто произносит подросток, пачкая спермой учительский стол. Спустя пару толчков кончает и Арс, где-то внутри Антона. Попов выходит из юноши с каким-то сексуальным хлюпом, а после поворачивается, чтобы слезть со стола и поднять всё с пола, но.... —Ира? — удивляется Преподаватель. На проходе стоит его ученица с открытым ртом и шокированными глазами. — Что ты тут делаешь?! — Я? А я...я просто сумку здесь забыла. — говорит она, быстро проходя за свою парту и забирая её. — Я уже ухожу! — Как давно ты здесь стоишь? — говорит напоследок Арс. — До свидания! — кричит Кузнецова и быстро скрывается за дверью. — Арс... — говорит юноша. — Кто мы теперь друг другу? — В смысле? Я Преподаватель, ты - студент. — Я... Всмысле... Я люблю тебя, Арс! — Попов стоит перед ним голый, не зная, что ответить. — Антон... Ты получил зачётку, я получил секс. Всё! Мы на что-то большее не договаривались. — говорит он. Шастун смотрит на него уже не теми изумрудными, а потухшими глазами, в которых едва остался оттенок зелёного. Слёзы невольно наворачиваются, Шастун вытирает их, как может, но они никак не хотят прекращаться. Антон встаёт с учительского стола, быстро накидывает свою одежду и рюкзак и также быстро вылетает из класса на ватных ногах... Арсений наврал ему. Он любит его. Любит всей своей душою. Но он знает: так будет лучше обоим. По крайней мере, Антону.... Нет, не будет. Ни ему, ни подростку. Обоим сейчас хуёво, но ни один из них больше не скажет про свои чувства. НИ-КОГ-ДА. И тут невольно вспоминается строчка из песни: «...Я врал самому себе, но так и не поверил...»