Отдых с ПЧ не может быть скучным

— Интересно, что они придумают для нас? — посасывая леденец со вкусом яблока, спросил Такао у остальных ребят. — Кто знает, Акаши-чи непредсказуем, — вяло ответил Кисе. — Куроко-чи, ты сегодня странный. Не выспался? От вопроса Рёты все присутствующие обратили внимание на «фантома». Каждый пытался разглядеть что-то, что могло бы вывести голубоволосого на чистую воду. — Я тоже заметил, что Куроко-кун странный. Наверно, ему всю ночь Акаши снился в платье, — язвительно сказал брюнет, подсаживаясь к Тетцу ближе. — Куро-чин, держи, — Атсуши протянул «фантому» свой ванильный батончик. Но Куроко отрицательно кивнул головой, ссылаясь на то, что не голоден. — Куроко-чи, расскажи, мы ведь друзья, — блондин обнял Куроко за плечи и состроил щенячьи глазки, чтобы разговорить «фантома». — У нас не может быть секретов. Ну, расскажи-и. — Я благодарен за вашу заботу, просто в номере было душно, я не мог уснуть, — нагло соврал Куроко, вспоминая момент с прошедшей ночи.

Flashback

В просторной комнате у большого окна на всю стену с видом на чисто-голубой океан, в котором в ночной тьме отражалась луна, стояли два обнаженных парня. По их идеально накаченным телам тонкими струйками стекал липкий пот. Их дыхание было сбито, молодые люди глотали ртом холодный воздух. Красноволосый юноша, не желая медлить, прижал собой тело хрупкого напарника к прохладному стеклу. От соприкосновения с ним у «фантома» по спине пробежались мурашки, которые вызвали новую волну возбуждения. — Ак… Акаши-ку-ун… — парень говорил сбивчиво, стараясь как можно больше захватить воздуха. — Это ведь… — Я же просил звать меня Сейджуро, когда мы наедине. Не дожидаясь возражения со стороны своей пассии, Акаши страстно впился в губы Тетцу. Оторвавшись от сладких уст любовника, Сейджуро начал кончиком языка ласкать ушную раковину голубоволосого. — Я не выдержу… Ах… — впиваясь своими короткими ногтями в плечи своего бывшего капитана, Куроко старался как можно тише стонать от удовольствия. — Слишком много… Моё тело… Ах, я его не контролирую. — Мы будем этим заниматься столько, сколько я посчитаю нужным, — приторно сладким голосом ответил Сейджуро, опаляя горячим дыханием шею Куроко. — Но три раза слишком много для меня… — жмурясь от грубых и настойчивых прикосновений Акаши, выдавил Куроко. — Здесь я отдаю приказы, Тетцу, — сжимая в ладони мошонку «фантома» и перебирая её своими пальцами, Сейджуро ядовито улыбнулся и провёл языком по губам Куроко. — Достаточно разговоров. Повернув парня лицом к окну, Сейджуро наклонился к спине и начал вырисовывать языком неизвестные никому узоры, иногда сильно кусая нежную кожу, оставляя свою метку собственности. Отодвинув все прелюдии на дальнюю полочку, Сейджуро провёл пару движений по своему члену размазывая смазку, и придвинулся ближе к Тетцу так, что его головка начала упираться между ягодиц «фантома». — Но Сейджуро, я не готов, — хотел возразить Куроко, но было поздно. Внутри себя он почувствовал большой пульсирующий член и, протяжно простонав, голубоволосый двинул бёдрами, что порадовало Акаши. — Хороший мальчик, — одной рукой Сейджуро гладил Куроко по ягодице, а вторую положил на твёрдый член. — Зачем тратить время, чтобы тебя растянуть? Ведь тебе и так хорошо, — ускоряя темп, шёпотом сказал Сейджуро. Красноволосый то ускорялся, то выходил и резко заходил на всю длину, не давая и мгновения, чтоб перевести дыхание. Сейджуро желал, чтобы Куроко был полностью его, безраздельно завладеть его телом. Посадить тем самым на цепь и держать его подле себя. От таких мыслей Акаши начал вколачиваться в Тетцу ещё сильнее. Сжимая и без того красные ягодицы, Сейджуро предчувствовал финиш, и ускорил свои толчки до максимума. Куроко кричал от наслаждения, кричал имя любимого и молил его не останавливаться. Просил Ками-саму, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. Член Куроко от резких толчков скользил по запотевшему окну, оставляя мокрые дорожки от смазки. Почувствовав, что скоро его предел, он просил Акаши кончить вместе. После пары резких толчков Сейджуро излился внутрь любовника, блаженно прикрыв глаза, не торопясь выходить из податливого тела. Куроко кончил одновременно со своим капитаном. Почувствовав, как Сейджуро вышел и как из него начала вытекать горячая сперма его красноволосого любовника, Куроко улыбнулся уголками губ и обессиленно упал на колени. Сильные руки подняли размякшее тело «фантома» и уложили на давно остывшую кровать. Сейджуро лёг рядом и, не сказав друг другу ни слова, они провалились в мир Морфея.

End Flashback.

— Эй, Куроко-чи, ты покраснел! — тыкая пальцем в щеку Тетцу, Рёта прекрасно осознал, о чём думал его друг. — Я ж сказал, Кисе-кун, душно тут. — Ага, как же, — усмехнулся Такао, скрещивая руки на груди. Дверь со скрипом открылась, и в комнату зашли трое парней. У каждого в руках были маленькие, разного цвета пакетики. — Вот только не говорите, что вы не придумали умнее, как переодеть нас в платья? — затараторил брюнет, скрещивая пальцы за спиной в надежде, что его мысли окажутся ложными. — Не совсем в платья, — ответил своему любовнику Мидорима. — Я не понял, — оторвавшись от своих сладостей, произнес Мурасакибара. Ему не хотелось выполнять желание. Вот если б кто-нибудь с ним поспорил, кто съест больше пачек чипсов, он согласился бы с удовольствием. А принимать участие в каких-либо неинтересных вещах парню было лень. — Всё очень просто, Атсуши, — взял всю инициативу на себя Сейджуро, протянув здоровяку пакетик, — мы решили тоже вас маленько приодеть, но уже не в платья, как вы нас. Сейчас каждый переоденется в то, что лежит в пакетах, и в этом самом одеянии вы пойдёте на пляж. — Мне уже страшно… — принимая пакет из рук Шинтаро, Такао зажмурил глаза. — Не бойся, Такао–кун, мы все провинились. Так что чем быстрее всё это сделаем, тем меньше придется краснеть, — Куроко попытался подбодрить брюнета, взяв его за руку и уведя в другую комнату. Через пару минут из соседней комнаты были слышны крики ужаса и отборные маты. — Я не выйду в этом! — завопил Рёта. — Кисе-кун, ты уже это надел, чего тебе стоит выйти? — Куроко-чи, и почему ты такой спокойный в такой ситуации? — Но мы ведь тоже одевали парней. — Но не в это же! — в разговор влез Казунари. — Мурасакибара-кун, зачем ты это сделал? Акаши-кун будет недоволен. — Мне не идет этот цвет, и у меня кончились сладости, — меланхолично ответил сладкоежка. — Мне б такой аргумент, — вздохнул брюнет. — Долго ещё вас ждать будем? — рыкнул Дайки. — Пока не состаришься, Аомине-чи. — Если сейчас же не выйдешь, я тебя оттуда за волосы вытащу. Дверь приоткрылась, но никто не собирался выходить или распахивать её полностью. Выждав ещё немного, дверь открылась окончательно, полностью показывая своеобразную картину, от которой трое баскетболистов начали смеяться в голос. Впереди всех стоял блондин, на нём было розовое бикини, которое едва прикрывало его гениталии. Блондин стал смущаться ещё сильнее и прикрывать пах руками. Рядом с ним стоял Куроко, на котором красовался ядовито-красный купальник, с рюшами. Такао пытался спрятаться за товарищами, но все его попытки были тщетными. От приказа Сейджуро ему пришлось выйти вперёд. На брюнете был чёрный закрытый купальник с белым рисунком на животе, а спина была полностью оголена. Со стороны удовлетворённых парней раздалась новая волна смеха, и все трое начали снимать своих парней в купальниках на телефон. — Шин-чан, что ты делаешь?! — начал возмущаться Такао. — Ну, ты ведь фотал меня с какой-то целью, почему бы и мне так не сделать? — сквозь смех ответил Мидорима. — Так не честно! — начал махать руками брюнет. — Как смешно, прям уржаться можно, — фыркнул блондин. Убрав телефон в карман, Шинтаро подошёл к Казунари и перекинул его через плечо. На выходе из комнаты он сказал: — Акаши-кун, этот назойливый брюнет не дойдет до пляжа. — Думаю, для Рёты тоже не водный день, а то ещё на солнце сгорит, — повторил за Шинтаро Дайки, шлёпая блондина по ягодицам, и пошло чмокнул того в бедро. — Акаши-кун, в соседней комнате до сих пор сидит Мурасакибара-кун. Не думаю, что здесь хорошее место для этого. — Тетцу, я ведь говорил называть меня по имени, — схватив «фантома» за волосы на затылке и сильно сжав сосок через купальник, красноволосый начал говорить на ухо, касаясь его губами. — А это значит, что ты будешь наказан вдвойне.