Месяц май

Месяц май. Кирилл через несколько дней должен приехать из армии. И Лёша уже успел пожалеть, что всё таки отпустил его. Гром придаёт некой уверенности нервному Макарову, поддерживает и уверяет, что с Гречкиным ничего в армии не случится. А Лёше как-то неуютно. Неуютно дома, неуютно в своей комнате... Вообще как-то не так. Без Гречкина подушки не такие мягкие, истории Грома не такие задушевные, а борщ Юли не такой вкусный как раньше. Всё кажется не таким без Кирилла. В голове всплывают навязчивые мысли, которыми Лёша страдает в последнее время. А вдруг, Гречкин будет не как раньше? Вдруг, его в армии там исправят? Сделают не таким, какой он нужен Лёше? Лёше нужен его Кирилл. С придурковатой улыбкой, диким хохотом и постоянными ошибками в сообщениях, с холодными руками, неумением готовить.... И только такой Кирилл ему нужен. Слышится звонок в дверь, Гром уходит с кухни и оставляет Лёшу один на один со своими мыслями. В коридоре слышится голос Игоря, он отдаётся в ушах и проходится эхом в голове, сливаясь в монотонный гул. В ушах звенит, Лёша не слышит ничего вокруг себя некоторое время. Закрывает от гула глаза. Лёша пытается спрятаться от всего... Пока Гром не бьёт его по плечу. – Всё, пришёл твой суженный-ряжанный. Встречай! Отсрочили его, на два дня раньше пришёл. И правда. Стоит на входе в кухню в этой армейской форме, в берцах и с остриженной головой. В руках букетик ромашек, на лице та самая дебильная улыбка. Пришёл. Лёша выпрыгивает из-за стола, виснет на Кирилле и вжимается в его шею. Целует его загорелую кожу, вдыхает родной запах и ощущает собой его. Своего Кирилла. Он совсем другой, окрепший и стриженный, с щетиной на лице и небольшим шрамиком у глаза. Но, это он. Кирилл подхватывает Лёшу на руки, тихонько кружит и целует. Скучал. Да кто ж тут блять не скучал? Даже Гром был готов выть волком от того, как скучает по Гречкину, так сильно ему в печёнках сидело нытьё Лёши про "другого Кирилла". – Малой, ты глянь что эти пидоры сделали. Остригли меня, видишь?! Лёша улыбается, смотрит на Гречкина своим красноречивым взглядом и вздыхает. Гром посвистывает, обращая внимание двух голубков к своей персоне. Стоит у плиты над кастрюлей с борщом, и держит крышку от кастрюли в руках, заглядывая внутрь. – Не густо. - Делает заключение Игорь, и стучит крышкой об кастрюлю. – Давай, вояка, садись, будешь картошку чистить. Ты ж приловчился уже, а? Кирилл закатывает глаза и устало скулит. – Дядь Гром, ну давайте не ща, а? Ну я только от этой картошки уехал, она мне уже снится.