трудности случаются

***

            города холодны. и хоть сам по себе ли юэ находится скорее на юге, чем на севере, и погода всегда стоит тут тёплая, гавань кажется холодной и ветреной. кэ цин такое не нравится, она закутывается посильнее в пальто и идёт дальше по делам. а дел много: нужно проверить отчёты, удостовериться в том, что работы по облагораживанию города проходят успешно, разобраться с рабочей почтой... ветер только портит настроение своим холодом и тем, что растрёпывает два аккуратных хвостика, из-за которых кэ цин чуть не опоздала на работу.       недавняя глупая ссора с гань юй тоже настроения не добавляла. они, обе уставшие, собачатся из-за всяких глупостей, вроде криво поставленной печати или ещё чего. кэ цин нервничает из-за того, что квартал заканчивается, а отчёты все задерживаются из-за неясных причин. гань юй ходит рассеянная из-за тонны непонятно откуда взявшихся бумаг, которые нужно срочно оформить и подписать, разобрать и передать госпоже нин гуан. в их взаимоотношениях явно наступил разлад.       не сказать, конечно, что до этого всегда всё было гладко: хотя кэ цин выражала глубочайшее уважение к гань юй, но её природные упрямство и перфекционизм всё же иногда проявляли себя, особенно, когда дело касалось рабочих вопросов. от работы в департаменте по делам граждан никуда не убежишь, она настигает даже дома. кэ цин уже осточертели эти пустые споры и обсуждения произошедшего в рабочее время, дома она хочет отдыхать, а не слушать, как гань юй переживает за то, что уснула за рабочим столом и не успела доделать пару документов. кэ цин не хочет слушать просьбы гань юй сходить и проверить работу подрядчиков завтра. кэ цин хочет просто отдыхать.       а гань юй устала слушать ругань кэ цин “на безответственных идиотов из банка северного королевства”, которые не могут отправить ей налоговые декларации за прошлый год, потому что оказалось, что эти документы исчезли из архива. гань юй тоже человек (пусть и метафорично), ей бы отоспаться, а не продолжать рассуждать на рабочие вопросы. гань юй - уставшая, вымотанная до обморока, если не до смерти. она приходит домой, “болтает” с кэ цин часок и ложится спать, даже через дрёму продолжая слушать недовольство своей милой “кёки”. правда, иногда “кёка” кажется уже не такой уж и милой, и даже изредка гань юй допускает мысли о том, что кэ цин уже даже не “своя”.       вечером, лёжа в кровати, гань юй размышляет о том, что, наверно, им стоит разойтись. обычно гань юй не склонна к подобным мыслям, наоборот - она всегда старается обсуждать любые сложности, часто идёт на уступки, потому что ей проще сдать свои позиции и отдать приоритет чужим желаниям, нежели своим. возможно, в этом и заключается её главная ошибка, наверно, иногда стоит настоять на своём, вероятно, тогда бы её отношения с кэ цин не сошли бы на одни препирательства и недомолвки.       гань юй думает: может, уехать отдохнуть? спрятаться в горах, не думать ни о чём, а просто дышать горным разряженным воздухом. а потом вспоминает о работе, и что её никто не может заменить, потому что просто никто не может выдержать подобных объёмов занятости. гань юй становится немного стыдно за подобные мысли, которые показывают её слабости. глупо всё это. наверно.       она тяжко вздыхает, вспоминая события недавней ссоры с кэ цин. гань юй винит в этом себя, ведь это она уснула за столом и пролила чай на бумаги. но, с другой стороны, кэ цин переборщила, когда стала отчитывать гань юй за неосторожность, зная то, насколько это обидно для секретаря. всё же было неприятно, и даже очень. взгляд гань юй падает на кипу бумаг на подпись, и она снова вздыхает. нужно работать, ведь это её обязанность, за этим она и осталась в ли юэ.       но работа не идёт, все мысли заняты вопросами: что делать дальше? как быть? о чём разговаривать? в чём проблема? и, самое главное, а как решать эту проблему? гань юй не может просто так отпустить кэ цин, она слишком ею дорожит и ценит её. она смотрит в окно и цепляется взглядом за куст шелковицы. он совсем поник, стал безжизненным и тусклым. а ведь именно шелковицу кэ цин дарила гань юй в начале их отношений. каждое утро на своём столе гань юй находила букет из пяти цветков шелковицы, и каждое утро гань юй задумывалась о том, насколько же кэ цин её любит, раз считает своё признание мудрым решением. ведь шелковица означает мудрость, верно?       они сталкиваются в коридоре перед квартирой. кэ цин уставшая, вымотанная, и хотящая не то, что спать, а просто упасть в обморок, чтобы уж точно её никто не трогал. гань юй стоит с пакетом покупок, где находятся все продукты для праздничного ужина. - привет, кёка! как твой день прошёл? - гань юй подходит к девушке поближе, видя, что она нервно и быстро достаёт ключи от входной двери. - ты нервная, что-то случилось? - я не в настроении, гань юй, не лезь, - ке цин резко отвечает, открывает дверь и заходит в помещение. - ужинать не буду, уже успела. я в душ и спать, спокойной ночи.       гань юй молча проходит на кухню, ставит пакеты на пол рядом со столом, включает свет над вытяжкой и садится на стул. она молча смотрит на то, как кэ цин ходит по квартире, готовясь ко сну. гань юй сама уже зевает, но решает дождаться, пока кэ цин уснёт, прежде чем начать шебуршать на кухне. когда же свет в спальне выключается, а из самой комнаты не слышно и не звука, гань юй закрывает дверь и начинает тихонечко готовить ужин, всё-таки повод есть.       ужин уже готов, две порции фирменного “мир и процветание” от гань юй разложены по тарелкам, и сама авторша блюд садится за стол. напротив пустой стул, а за ним закрытая дверь. на самой кухне почти темно, лишь желтоватый свет от лампы над вытяжкой даёт хоть что-то разглядеть. гань юй пробует своё блюдо. вкусно. но что-то щемит под сердцем, а глаза становятся более влажными, чем должны быть. гань юй становится грустно от подобного одиночества. наверное, стоило тоже пойти спать, а не сидеть и корячиться над едой, которую даже не попробуют. отчего-то становится холодно, как будто подул ветер из самой снежной. гань юй проверяет окно, но оно закрыто. за ним кипит жизнь, хотя как она может не кипеть в гавани ли юэ. все куда-то бегут, не смотря на поздний час, лавки и рестораны работают, везде горят яркие красные фонари. луна освещает гавань, своим тусклым светом затемняя мелкие грешки жителей. она заливает светлым только самое яркое, самое приятное, скрывая плохое и даже постыдное.       пальцы пробегают по подоконнику, стирая тонкий слой пыли. «надо убраться» - пробегает мысль в голове. «а может и не надо уже, - следует за ней вторая, - может ничего уже и не надо». но несмотря на свои рассуждения, она делает шаг в сторону кухонного гарнитура, берёт тряпку для уборки, мочит её в воде, затем возвращается к подоконнику и протирает его. бытовуха. скучная и безрадостная бытовуха. гань юй задаётся вопросом: почему она ещё здесь? её отношения с кэ цин уже давно не такие счастливые, как были, между ними возникает слишком много разногласий даже по самым глупым вопросам. гань юй кажется, что она жестоко поступает с кёкой, оставаясь вместе с ней - она не хочет мириться, ей не хочется ничего решать. наверно, её даже устраивает подобное состояние их взаимоотношений. она приходит к выводу, что это хороший момент всё закончить. видимо, тут и должно всё остановиться.       утром кэ цин встаёт немного не в настроении: за окном что-то шумит в такой ранний час, несмотря на выходной день. она открывает дверь спальни, планируя пойти в ванну, чтобы умыться и хоть чуть-чуть прийти в себя. чуть не проходит мимо гань юй, которая почему-то стоит в коридоре одетая так, как будто собирается куда-то уйти. - гань юй, куда ты в такую рань?.. - сонно спрашивает кэ цин. - по делам, не переживай. - по каким делам? у тебя сегодня выходной! оставайся дома, отдохни нормально в конце конц.. - кёка, трудности случаются, - перебивает её гань юй. - и я боюсь, что мы с ними не справились.. - что?.. погоди, о чём ты сейчас говоришь? - мозг кэ цин абсолютно не хочет воспринимать информацию, которую ему пытаются впихнуть.       она смотрит в глаза гань юй, которые полны печально-прощальной нежности и уверенности в правильности своих действий. кэ цин задумывается о том, что уже давно не видела её такой спокойной и даже обречённой. она видит, как напрягаются её голосовые связки в горле, как приоткрываются губы, прежде чем она произнесёт свой вердикт. кэ цин, неожиданно для самой себя, чувствует страх потери чего-то привычного, чего-то, что вносило приятное однообразие и стабильность в жизнь, полную нервов и стресса. она отчего-то хочет заткнуть гань юй, вцепиться ей в горло, чтобы она не произнесла ни звука, чтобы она не смела рушить быт кэ цин. она сдерживает себя, смотря на гань юй широко открытыми глазами, пока она произносит те слова, которые, пожалуй, крутились у обеих в голове, но которые никто из них не хотел произносить

«кэ цин, давай расстанемся?»