О сожалениях

Уильям и Альберт сидели перед камином. Сейчас в особняке царила ночь, и этим двоим что-то не повезло со сном, хотя посмотрев на Уильяма, Альберт видел, как тот уже дремлет у него на плече. Пожалуй такая домашняя обстановка была не частой, эти моменты были очень драгоценны. Шатен смотрел на огонь в камине несколько печально, все они знают чем закончится этот план, ну если остальные не выдвигали предположений, то Мориарти-старший то точно понимал, что ничего не сможет изменить. Все факты были на лицо, Уильям умрёт. От этого становилось так тяжело на сердце, и Альберт не знает что ему делать, как ему спасти того кто однажды спас его самого. Спас от тьмы, чтобы самому в ней раствориться. Чтобы сражаться за идеалы и сделать этот мир другим. Уильям был действительно добрым человеком, и было так тяжело смотреть, как он разбивается в дребезги, и с каждой завершённой миссией, с каждым пройденным шагом всё больше приближается к смерти. Альберт винит себя за то, что он так слаб, он не смог взять на себя такую ответственную роль и теперь из-за него страдает тот, кто был для него солнечным светом в этом искаженным мире, и этот свет мерк всё сильнее. Юноша поглаживает, прекрасные блондинистые волосы и прижимается щекой к чужой голове, он не может ничего поменять и остаётся только наслаждаться этим моментом и спрашивать лишь у себя в голове, что было бы, если бы он не взял его и Льюиса из приюта. Может ли быть что это Альберт будет виноват в его гибели, и он словно своими руками убьёт этот свет. Это рвало его душу сердце на куски. Он понимал что без Уильяма ничего не стоит. Бесполезный и жалкий. – Что же я могу сделать для тебя, Уилл… Мне так страшно думать об этом, что всё закончится вот так. – Он скрипит зубами. Сейчас для вечной улыбки нет места. Ему остаётся только ждать неминуемого конца. Блондин никак не отреагировал, и слава богу что не услышал. Обычно его любимый старший брат утешал, когда ему было плохо, он всегда говорил что тот не один, и у него есть те, кто его любят, в конце концов, они разделяли это бремя вместе. Эти узы были чем-то особенным, сильнее кровных и любых других. Хотя в сердце всегда было какое-то сомнение и тоска. Да они действительно были семьёй, пусть всё и началось с той сделки. И Альберт хочет закрыть ладонями лицо и зарыдать. И всё же сдерживается, запирает эту горечь далеко-далеко, он не должен сейчас дать этому отчаянию поглотить его, иначе просто потеряет голову. Уильям медленно просыпается и первое что он замечает, то, что его брат явно о чём-то задумался и выглядел очень печальным, словно у него вот-вот и польются слёзы. Блондин тоже не знал, что он должен был сделать для него, почему-то неся все эти тягости, всегда было тяжело говорить о них. Они страдали, но увы никогда не могли поделиться этим. Потому что на это не было времени. И не смотря ни на что нужно оставаться сильным как бы плохо не было. Поэтому минуты слабости это единственное что можно было себе позволить. – Брат? – Он обращается к нему тихо, словно боясь нарушить эту тишину, но всё, же так чтобы тот услышал. Зеленоглазый реагирует почти мгновенно и немного криво улыбаясь, смотрит словно ничего не случилось, хотя они оба знают, что это не так. – О, ты проснулся, я что-то задумался. Извини Уилл. Я пожалуй вернусь к себе в комнату. Альберт, вздыхая, просто встаёт и уходит, пожелав спокойной ночи. Хотя он понимает, что этот побег просто очередная его трусость, но к сожалению, он не может пересилить себя и сказать всё что копится в сердце. А Уильям смотрит ему печально в след и тяжело вздыхает. Он остаётся в гостиной один и замечает что дрова в камине совсем уже прогорели, понимая, что остаётся лишь двигаться вперёд и завершить начатое чтобы сделать эту страну лучше, даже если ему этого не суждено увидеть.