Драгоценность.

      Пригнуться, нырнуть в тень, замереть. Прошептать слова древнего языка, чтобы увидеть силуэты стражников прямо сквозь стены. Выждать момент, когда несчастный отвернётся. Резко вырваться вперёд, проскочить за его спиной. Ботинки со специальной подошвой позволяют скользить абсолютно бесшумно, но это лишь часть трюка. Встревоженный ветер тоже может издавать звук, надо двигаться очень осторожно, плавно. В узких коридорах замка нельзя задеть ни одного предмета или мебели, нельзя спугнуть ни одного мелкого зверя: крыс, птиц или случайных насекомых. Скучающий человек на посту не заметил быстрой тени, мелькнувшей в ночи. С покровительством Богини воров мрак становится тебе надёжным другом, который защитит и укроет от чужих глаз.

«Кххх!!!»

Сзади раздался приглушённый хрип боли. Реакция работает мгновенно — я обернулся ровно в тот момент, когда тяжелое тело грузно опустилось на пол. Из распоротого горла вырвался поток крови. Тело несколько раз дёрнулось в предсмертной конвульсии и затихло. Лишь алая жидкость, слегка пузырясь, хаотичными толчками продолжала выливаться наружу. — Цицерон! — раздражённо шикнул я. — Какого хрена?! Шут, весело улыбаясь, как раз вытирал окровавленное лезвие кинжала. — Бедный-бедный, уставший стражничек задремал на посту! — с театральным вздохом отозвался он. — Добрый-добрый Цицерон просто помог ему прилечь отдохнуть! — улыбка на его лице стала более кровожадной и зловещей. — Навечно… Мне оставалось только лишь устало закатить глаза. — Во имя Матери Ночи, ну я же просил тебя не оставлять лишние трупы! — фраза была сказана почти обречённым голосом. — Контракт только на одного человека, нет смысла оставлять лишние улики! Вместо ответа шут просто развёл руками и безмятежно пожал плечами — мол, а чего ты ещё ожидал, когда брал меня с собой на задание? На самом деле, мне и самому было трудно сформулировать, почему конкретно в качестве напарника я чаще всего выбирал именно Цицерона. Этого шумного, непослушного, доставучего, с совершенно полностью отсутствующей моралью выскочку. Хотелось бы сказать: просто потому, что именно его навыки больше всего подходили под мой способ прохождения заданий. Не люблю открытые поединки, массовые побоища и реки крови. Гораздо проще сделать всё по-тихому, без лишнего шума и суеты. Устранить противников по одному, без драки, всего одним точным, грамотным взмахом кинжала или парочкой почти беззвучных выстрелов из лука. Поэтому если идёшь на подобное дело с союзником, то ему категорически строго запрещено выдавать твою позицию. Это значит, что на нём не должно быть бряцающих доспехов и он не должен выдавать себя вспышками заклинаний. А ещё крайне желательно, чтобы он тоже умел красться и прятаться в тенях, хоть немного. И, казалось бы, тогда под все требования идеально подходят посвящённые новички Братства. Они тихие, послушные, словно псины, не гнушаются трупов, магией не владеют, зато абсолютно искренне готовы отдать за тебя свою жизнь. Вот только с ними… скучно. Почти всегда молчат, будто рыбы, — ни слова лишнего из них не вытянешь. Так что, учитывая все эти факторы, приходилось смириться с тем, кто никогда не затыкался в принципе. — Дили-дили, трали-вали, герцог душеньку оставит… — напевал шут где-то за спиной. На самом деле Цицерон бормотал глупые песенки довольно тихо — буквально себе под нос, просто в тишине ночи его было слышно лучше. Чтобы неприятных прецедентов больше не случилось, пришлось вести наш небольшой отряд окольными путём. Шёпот ауры помогал прокладывать нужный маршрут. На этот раз мы решили, что проберёмся в замок очередной цели по старинке — тайком в ночи, а не под «прикрытием» ролей бродячих шутов. Всё же скоморохи в Скайриме — большая редкость, и лишний раз привлекать внимание к своим персонам не хотелось. Ключ от личных покоев цели нам услужливо предоставил заказчик. Хорошо, что у самой двери охраны не было — иначе бы они тоже с высокой долей вероятности отправились на тот свет. Абсолютно любая человеческая жизнь имеет свою ценность, даже если в сравнении с другими она совершенно незначительная. Местная стража или прислуга не виновата в том, что судьба привела их сюда по долгу службы. Как бы безлики для нас не были эти люди, они всё ещё остаются людьми. У каждого из них есть некая скрытая за кулисами сюжета жизнь, со своими проблемами и победами. Короче говоря, был у меня в голове этот небольшой пунктик — не убивать лишних. Даже от прямых свидетелей есть куча способов избавиться другими способами, от взятки и шантажа до простого красноречия, не прибегая к прямому кровопролитию. А уж о простых неудачниках, оказавшихся не в то время не в том месте, вообще говорить не хотелось. Забавно, конечно, что с такими установками меня в итоге занесло в Тёмное Братство, но тут уж ничего не поделаешь. Даже если по факту я являюсь отъявленным преступником, в том числе не только за убийства, но и за воровство, хоть какие-то границы морали и принципов во мне остались. В конце концов, роль Довакина ко мне за что-то свалилась же. В отличии от меня, у Цицерона с этим никаких заскоков абсолютно не было — любые убийства его веселили. Даже не суть важно, шла ли речь о человеке, животном или даэдре. Беззвучно открывать старые замки и скрипучие двери тоже надо уметь, но для меня это не было проблемой. В покои цели мы пробрались никем не замеченные. Я уже успел сделать несколько шагов по мягкому, дорогому ковру, как… где-то сбоку на краю зрения мелькнул странный блеск.

«Стоп!»

Я прямо на ходу резко развернулся в нужную сторону. И увидел ЕЁ. Шикарная, огромная, неописуемо-прекрасная статуэтка богини Дибеллы. Выполненная из чистого золота, украшенная драгоценными камнями, она стояла в толстой раме за тонким стеклом, так притягательно сияя в лучах двух лун за окном. Ещё раньше, чем я сообразил, что делаю, моё тело уже было подле витрины, а ловкие пальцы вытаскивали из карманов отмычку и нож. — Ты чего? — раздался слегка удивлённый голос Цицерона за спиной. — Я быстро, — моей единственной реакцией было просто отмахнуться. — Если хочешь, можешь сам выполнить контракт. Хранитель потоптался где-то сзади, пожал плечами и нырнул в покои цели. Повторно предлагать ему прибить очередную беззащитную жертву не было необходимости. Искусство взлома. Просто обожаю его. Нужно аккуратно вставить отмычку в замок и найти нужный паз, в который она встанет. Затем её надо медленно поворачивать, в поисках подходящего угла наклона. Сначала можно быстро пройтись по всей окружности, внимательно прислушиваясь к замку. Тихий-тихий щелчок подскажет, где примерно надо искать нужный угол. Затем нужно осторожно повернуть в скважине нож и… отмычка издала едва слышный стон. Нет. Не тут. Давления на лезвие мгновенно ослабло, чтобы тонкий инструмент не сломался. Искусный взломщик способен распознать самые первые ноты скрипа, характерного для встретившийся преграды. Для настоящего мастера сломать хоть одну отмычку — это настоящий позор, не важно с насколько сложным замком он встретился. Сдвигаем инструмент на пару градусов левее, вновь налегаем на нож… Нет, опять не то. На моём лице невольно появилась улыбка — ого, какой хитрый замок. Хороший, добротный. Ну ничего, скоро я тебя покорю. — Цицерон закончил! — радостно объявил шут, прямо на ходу отряхивая руки. — Огонёк, ну чего ты там копаешься? Пока мы крались по замку, Хранитель всё же соблюдал хотя бы условную тишину, но оказавшись здесь можно было немного расслабиться и даже говорить в голос. — Погоди немного, — соизволил отозваться я. — Вредный попался. Цицерон раздражённо фыркнул, но мешать не стал — знал, что ничего не выйдет, даже если он попытается. Это на наших выступлениях он может командовать и прикалываться надо мной, но на вылазке негласное лидерство всё же чисто формально принадлежало мне. Чтобы скоротать время, Хранитель походил туда-сюда, попинал какой-то мелкий камушек, немного попрыгал на разноцветных плитках мощённого пола, насвистывая очередную весёленькую мелодию. Покрутился вокруг меня, закатил глаза, отошёл, хмуро опёрся плечом об стенку, выглянул в окно и… взволнованно моргнул. — Эм… Слышащий? — позвал он. — Уже почти закончил, — слегка растерянно отозвался я — всё моё внимание было приковано исключительно только к замку. Шут как-то явно заволновался. — Но Слышащий… Только сейчас до моего слуха дошёл приглушённый шум какой-то явной суеты. Пока я был полностью сосредоточен на взломе, даже острые уши данмера не обратили внимания на подозрительный гул. Помимо отдалённой беготни и лёгкого гомона, раздалось эхо ещё одного крайне характерного звука. Лай собак. Это была тревога. В замке поднимали строчную тревогу. — Обливион тебя раздери, Цицерон! — ругнулся я. — Они нашли тот труп! Я же говорил не убивать лишних! Хранитель мгновенно насупился и даже эмоционально топнул ногой. — У Цицерона всё было продумано! — немного писклявым голосом заявил он. — Если бы Слышащий не топал в обход и не копался со своими дурацкими отмычками, мы бы уже были на полпути к выходу! Забавно, но в его словах была своя логика. Действительно, если бы мы шли напрямик, не отвлекаясь на моральные принципы и всякие драгоценные безделушки, мы бы уже вполне могли успеть устранить цель и незаметно сбежать. Однако вместо того, чтобы в срочном порядке начинать сматываться с места преступления прямо сейчас, я вновь вернулся к взлому несчастной витрины. — Ты серьёзно?! — буквально взвыл шут за спиной. — Нас сейчас на кусочки порвут! Даже на корм рыбам ничего не останется! — Я никуда не пойду, пока не получу эту статуэтку! Не шуми! Цицерон приглушённо застонал. Не то чтобы он действительно переживал за свою собственную жизнь — нет. Даже наоборот, его безрассудству порой можно позавидовать. Однако, когда дело касалось Братства и его прямого благополучия, шут мог становиться на удивление серьёзным. Если потерю одного из них организация ещё как-нибудь переживёт, то лишиться и Слышащего, и Хранителя тела Матери Ночи одновременно будет для неё фатально. Способ получить новые заказы придумать можно, а вот тайны ухода за бренным телом нашей госпожи в таком случае навечно канут в небытие. Без специальных масел и постоянной заботы даже вечный холод севера не гарантирует полную сохранность её засушенной мумии. Хитрый замок уже было почти поддался моему напору, и, кажется, я таки умудрился найти нужный угол, как…

«ГРОХОТ!!!»

Стекло витрины с громким треском разлетелось в дребезги.

Это Цицерон разбил его, бросив в него что-то тяжёлое. У меня, в самом буквальном смысле этой фразы, отвисла челюсть. Все ругательные слова сдавлено застряли в глотке. — Т-ты…! — отчаянно воскликнул я, от эмоций у меня даже плечи поникли. — Это же неправильно! Нельзя просто так взять и разбить витрину! Всегда нужно обязательно вскрывать замок!!! — Пф, — фыркнул шут, вытаскивая из горы осколков стекла несчастную статуэтку и суя её мне прямо в руки. — Большего бреда Цицерон в жизни не слышал. Не ожидавший такого поворота событий, я действительно обхватил драгоценность, в рефлекторной попытке прижать её к себе поближе. — Ну всё, ходу-ходу-ходу! — замахал Хранитель ладонями. — Нам пора сваливать! — А камешек оставить… — хотел возразить я, но меня схватил меня за плечи и чуть ли не насильно потащил к выходу. — В следующий раз! Была у меня небольшая традиция — оставлять на месте выполнения контракта осколок камня душ. Маленькое послание кому надо, что это именно возрождающееся Братство пришло за очередной душой. Фирменный приёмчик уникальный именно для меня. Однако сегодня положить заветный камушек оказалось не судьба. Слегка оклемавшись, я всё же начал перебирать ногами самостоятельно — предлогов задерживаться у меня больше не было. Мы успели выскочить в коридор и даже пробежать пару пролётов, но… грохот доспехов и свет факелов чётко дал понять, что за следующим поворотом мы нос к носу врежемся в поднятую охрану. Спрыгивать в окно с такой высоты крайне опасно — если один из нас повредит ноги, то сбежать будет в разы труднее. Принимать бой мне тоже не хотелось, не хотелось устраивать бойню. Хотя в целом у меня были весьма высокие шансы выйти победителем даже из схватки с несколькими противниками. — Держи, — я быстро вытащил из инвентаря зелье невидимости и сунул его шуту в руки. Он мгновенно сообразил задумку и откупорил склянку. Для себя я применил заклинание с аналогичным эффектом. Не хотелось лишний раз тратить дорогое зелье — найти применение красивым корням Нирна, из которых оно готовится, я смогу и так. Чтобы не потеряться, я крепко схватил Хранителя за запястье. Мы прижались вплотную к стенке. Вооружённая охрана промчалась мимо нас. Пока они, лязгая доспехами, пробегали, я невольно замер в напряжении. Кто этого Цицерона знает? Ещё набросится на них из невидимости. Но нет, на этот раз шут не стал валять дурака и не стал ввязываться в заведомо плохую драку. Когда стража скрылась из поля зрения, мы аккуратно двинулись вперёд. Несмотря на то, что прямая опасность миновала, мы всё ещё были в весьма шатком положении. Если они додумаются прочесать коридоры с собаками, одним простым трюком уже не отделаться. Передвигаться, когда не видишь собственные конечности, в том числе и ноги, несколько… проблематично. Так что бежать тоже было нельзя; поднятая по тревоге охрана и прислуга может заметить признаки передвижения даже условно-невидимого преступника. Со следующей проблемой мы столкнулись уже почти у самого заветного выхода — ворота закрыли и оцепили территорию. Всё ещё оставался вариант перемахнуть прямо через каменные стены, но они имели специальное защитное ограждение: при попытке пролезть скорее всего невидимость спадёт, и нас засекут. В попытке придумать решение, я оглянулся по сторонам. Ничего подходящего в голову не приходило, а злая охрана явно всё же додумалась использовать для поиска преступников собак. — Слышащий, — хитрым-хитрым голосом зашептал Цицерон. — Смотри. — Куда? — вяло огрызнулся я — мой спутник был невидим, я не знал, куда он указывает. Шут негромко хихикнул, но всё же пояснил: — Жадный глупый герцог сэкономил на прислуге! — заявил он. — Дома деревянные! Сначала я не совсем понял, что он имел в виду, но… Оу. — Жги, Огонёк! — рассмеялся Хранитель. Использование драконьего крика было нецелесообразно — это выдало бы наше местонахождение, однако сейчас он мне был не нужен. Я достаточно хорошо разбирался в магии разрушения, чтобы вызвать небольшой пожар.

***

— Ха-ха-ха! — громко хохотал шут, когда мы ехали по просторам Скайрима обратно в убежище. — Какой талант! Какой эффект! Цицерон обязательно придумает, как навыки Слышащего можно будет использовать в следующем выступлении! — Не хочу устраивать огненные шоу на потеху зрителям, — вяло огрызнулся я. В отличие от спутника, моё настроение было хуже некуда. Мало того, что одно из условий контракта провалили, из-за чего нам теперь точно не доплатят, так ещё и лишние жертвы могли быть. Деревянные постройки не просто «загорелись», они вспыхнули, словно бочки с маслом. Возможно, там был склад или ещё что-то такое, однако бомбануло знатно. Это, конечно, помогло нам незаметно сбежать, но всё же. Не хотелось мне, чтобы дело обернулось вот так. Слишком «шумно», теперь весь континент будет об этом судачить. — У-у-м, неужели бедный Слышащий так сильно расстроился? — Хранитель театрально изобразил крайнюю степень озабоченности в голосе. — Что скромный Цицерон может сделать, чтобы развеселить его? Спеть песенку? Станцевать джигу? Я невольно скосил взгляд на шута. Кажется, он говорил вполне серьёзно и действительно был согласен на небольшую уступку, чтобы загладить свою «вину». — Вообще… Знаешь, пожалуй есть одно дело, которое мне бы хотелось сделать. — О-хо-хо, — радостно усмехнулся Цицерон. — Кого будет резать? — Не резать, а дарить подарок одной строптивой даме! — отозвался я. У меня даже улыбка невольно появилась на губах, стоило только представить, чем в итоге это может обернуться. А вот шут заметно поник, понимая, что ему опять не дадут по-нормальному повеселиться. — А Слышащий точно не хочет подложить в подарок маленький… «подарок»? — уточнил Хранитель. — Поверь, нам и без этого нужно будет уносить ноги. В его глазах зажглись искры веселья. — Цицерон заинтригован! — заявил шут. — Ты оценишь, — заверил я его. Для этого дельца нам пришлось сделать небольшой крюк. Ну как небольшой. Лишняя неделька пути, переправа вброд через речку и долгое топанье в глубь леса. — Что за «дама» такая живёт в такой глотке мира? — заругался Цицерон после того, как очередная ветка чуть не сшибла колпак с его рыжей шевелюры. Впрочем, стоит отдать ему должное — глобально от своей инициативы он не отказывался и не настаивал на немедленном возвращении в Убежище. — Увидишь, — хитро усмехнулся я. В глубь леса мы шли довольно долго, однако на местности я ориентировался неплохо и знал, куда веду нас. Постепенно морозный воздух севера, как могло показаться, стал ещё более морозным, а по земле застелился туман. В какой-то момент я резко остановился и под удивлённый взгляд напарника принялся… приводить себя в порядок. Попытался уложить вечно взлохмаченные волосы, поправил одежду, смахнул дорожную пыль с наплечников. Под конец сего действия, вытащил из глубин инвентаря ту самую стащенную статую богини Дибеллы. Шумно прочистил горло, размял шею и уверенным шагом направился дальше. Цицерон, явно заинтригованный ситуацией, двинулся следом. Ровно за следующими ветвями густой лес резко закончился, и мы вышли к довольно большой роще. Взору мгновенно открылась богами забытая старая развалюха, ограждённая по периметру острыми кольями. Вся поляна была залита кровью, костями, трупами животных и сприганов, и чёрными перьями. — Мойра! — громко позвал я. — Мойра, душа моя, я пришёл извиниться! Из избушки раздался жуткий скрежет, когда хозяйка этого места, очевидно, поняла, кто именно к ней забрёл. Не доходя до жутковатого забора из кольев, я остановился, пристроив статуэтку прямо на условной тропинке к дому. Затем, для собственной безопасности, медленным шагом направился обратно к лесу. — Мойра, я знаю, что у нас с тобой вышла очень некрасивая история, но уверяю, мы ещё можем решить дело мирно! — Про-кх-валивай! — захрипел жуткий голос в ответ. — Убирайся!!! Её всё ещё не было видно, но, кем конкретно была моя «дама», уже было очевидно. — Ворожея! — сдавленно пискнул Цицерон за спиной. — Слышащий, ты совсем из ума выжил?! — Тихо ты, — шикнул я на шута. Мы оба напряжённо замерли, ожидая дальнейших действий со стороны хозяйки рощи. На пару секунд повисла полная тишина, а затем из глубин дома раздалось невнятное бормотание. — Что она говорит? — не понял Хранитель. — Валим, — совершенно спокойно ответил я ему. Шут вопросительно поднял брови, не догнав, в чём был смысл фразы. Воздух вокруг нас затрещал. — Валим! — уже в голос крикнул я и первым бросился на утёк. Среагировали мы вовремя, потому что мгновение спустя мимо меня пролетела огромная молния. Обратный путь через лес прошёл намного быстрее — в быстром спринте мы вырвались из него всего лишь за десяток минут. Только лишь оказавшись в условно-безопасном месте, я остановился перевести дух. Напарник тоже выскочил из деревьев всего лишь спустя пару секунд. Я поднял на него взгляд. О Боги. Выражение его лица было просто бесценным. — Это… это же ворожея! — растерянно бросил шут, тоже пытаясь отдышаться после пробежки. — Даже Цицерон знает, что к этим ведьмам лучше не лезть! Я не выдержал и громко засмеялся в голос. — Ты бы себя видел! — заявил я. Хранитель ненадолго замер, растерянно пялясь на меня и хлопая глазами, а потом… обиженно фыркнул. — Слышащий специально это подстроил! Подло-подло обманул доверчивого Цицерона! — Да ладно, не злись, — улыбнулся я. — Вообще, я и вправду стащил ту статуэтку специально для Мойры. Надеюсь, ей понравится. Напарник на просьбу не повёлся и даже руки на груди сложил, всем своим видом высказывая своё возмущение. Мда, кажется теперь мне придётся придумывать предлог, чтобы загладить свою «вину». — Могу рассказать, как мы познакомились, — вынес я своё предложение. Сначала шут лишь гордо хмыкнул, показывая свою непреклонность, но потом… на его лице всё же мелькнуло явное любопытство, которое он не смог удержать в себе. — А ещё с Слышащего будет сладкий рулет! — Ладно, — легко согласился я. — Значит так, дело было в Рифтене… — начал свой рассказ.

***

— Явились! — буквально рявкнул Назир, как только мы пересекли порог Убежища. Несмотря на то, что формальным лидером Братства сейчас был я, всеми официальными тонкостями дела занимался именно этот редгард. — Задание было проще пареного батата! — принялся возмущаться он. — Проникнуть в замок, отпереть покои выданным ключом, ПО-ТИХОМУ устранить цель и исчезнуть незамеченными БЕЗ лишнего шума! — мужчина особенно чётко выразил те пункты, которые мы умудрились провалить. — Цицерон ни в чём не виноват! — тут же отозвался шут. И пока я поперхнулся собственным возмущением, Хранитель продолжил гнуть свою линию: — Мы бы успели свалить, если бы Слышащий не отвлекался на всякую ерунду! — Это не ерунда! — взвился я в ответ. — Между прочим, за эту статуэтку можно было выручить большие деньги! — Ты подарил её ворожее! — Я должен был загладить перед ней вину! — Вот именно! Какого даэдрота из нас двоих нормальным приходится быть мне?! — не выдержал Цицерон. — Заткнитесь оба! — крикнул на нас Назир. Невольно подчинившись, мы действительно оба резко замолчали. Редгард устало помассировал виски. — Так, ладно, шут сказал, что вина на тебе, — он тыкнул в меня пальцем. — Оправдания? Я лишь обиженно надулся. — Там был вредный замок на витрине и красивая статуэтка… Назир красноречиво поднял густую бровь. — С камушками… — я попытался внести ещё один крайне весомый, по моему мнению, аргумент. Редгард сокрушённо вздохнул и махнул на меня рукой. По сути, этим небольшим действием он выразил свою немую солидарность с Хранителем. — Свободны, — сухо сказал он. — Денег от заказа не будет, потому что они ушли на затыкание нужных ртов. Мы понуро поникли, но послушно свалили из поля зрения раздражённого Назира. Мда, получилось прям совсем неудачно — плохое настроение от проваленного задания снова вернулось. Хранитель, очевидно заметив это, расплылся в какой-то хитрой улыбке. — Слышащий обещал Цицерону сладкий рулет! — напомнил шут. — Он ждёт свой рулет! Невольная улыбка всё же коснулась моих губ — когда надо, ему действительно неплохо удаётся разряжать обстановку. — Пошли, — согласился я. — Будет тебе рулет. Кажется, мне нужно признать один неприятный факт. Помимо всего прочего, Цицерон был одним из немногих потенциальных напарников, кто в принципе был способен меня терпеть. Остальные как-то слишком быстро устают от моих заскоков.