В цепких лапах

А дальше я открыла глаза. Сразу хочу отметить, что мне было очень легко, я чувствовала себя так, будто у меня выросли крылья, а все эмоции остались позади. Я стояла на середине лестницы, полностью белой, постепенно ведущей вверх. На ней было много людей и все они шли вверх. Бабушка часто рассказывала мне, что, умирая, человек не сразу попадает в рай или ад, сначала ему нужно подождать, пока рассмотрят все его грехи и хорошие поступки. В своей голове я уже додумала, что потом огласят своеобразный рейтинг чего ты делал больше – хорошего или плохого. Сама я это нафантазировала или бабушка помогла, но еще в моей голове отпечаталось, будто от количества грехов зависит сколько ты будешь ждать своего вердикта, якобы неизвестность – худшее наказание, а ждать можно годами. А вспомнила я это потому, что это пространство действительно напоминало таможню. Люди выстраивались в очередь на лестнице, а где-то вдалеке стояли двое (не знаю кто это был: ангел и демон или просто посредники), которые выносили приговор. Мой поток мысли прервал человек. Я хотела задать ему столько вопросов, но он сказал: «У тебя еще есть незаконченное дело за чертой. Пойдем, нужно закрыть этот гештальт». И я пошла. Он завел меня в комнатку, по размерам каморку, в ней было темно, а по середине было окно. Затем мне объяснили, что это не совсем окно, скорее портал, омут, в который мне нужно нырнуть. Я набралась сил, прыгнула и попала снова в эту зловещую серую комнату. Я сразу побежала к ней, но не смогла дотронуться, она меня не видела. И я поняла, что мне нужно просто наблюдать. Тот спектр эмоций, что одолевал меня, невозможно толком описать. Преодолев тот барьер, ко мне снова вернулись все эмоции. Они накрыли меня, будто снежная лавина или гигантская волна, и у меня перекрыло воздух. Я не могла сделать вдох, тогда мне показалось, что умру второй раз. Но я пыталась сконцентрироваться и у меня со временем получилось вернуть нормальное дыхание. Передо мной была такая картина: этот псих смеялся, а моя бедная девочка была будто в агонии. Это было ужасающе, она действительно была будто на грани смерти. Если бы я только знала, что ей придется пережить… Но было уже поздно, я могла лишь смотреть. Он, очевидно, ждал, что она будет умолять его о смерти, но этого не происходило. Я видела раздражение на его лице, хоть и вперемешку с наслаждением. Но контроль – явно не его сильная сторона. Маньяк впал в бешенство, крича: - Глупая ты девка, почему не просишь тебя убить? Почему ты пытаешься пережить это? Даже я уже не могу слушать твое нытье. Я ждал твоей мольбы, чтобы отказать, но сейчас я поступлю иначе. Казалось, что испугаться еще больше уже нельзя, но у меня получилось, нервы начали сдавать. Видя, как он подходит к ней, поднимая нож, лежащий рядом с моим трупом, я потеряла всякое самообладание. Я кричала, рыдала, пыталась бить стены, но даже этого не могла сделать. Я смотрела, как он пронзает ее сердце, но терпеть не было сил. Я хотела умереть заново, лишь бы больше никогда этого не видеть. Мою истерию остановило одно – я увидела, что она стоит рядом со мной, напуганная и не понимающая, что происходит. Я кинулась к ней и мое сердце снова остановилось от осознания, что я могу ее обнять, что я чувствую ее тело. Мы стояли и рыдали, пока я не поняла, что на самом деле мое незавершенное дело – спасти ее. Моим долгом было вывести ее из этой зловонной, кровавой комнаты после пережитого ада, и, одновременно с этим, получить заслуженное наказание за свой эгоизм – прочувствовать то, что чувствовала она. Поэтому я хотела быстрее вывести ее отсюда. И мы взлетели, с ощущением полной свободы, даже не переживая о том, что будет дальше. Происходящее омрачило одно – встреча с этим подонком на той самой лестнице. Оказалось, что он совершил самоубийство. Увидев нас, он закричал, смотря мне прямо в глаза: - Знаешь почему я убил ее? А чтобы ты помучалась, наивная сука, смотря на это с небес. Думала, что я сделаю тебе такую милость как освобождение? Не-ет, я хотел, чтобы ты страдала больше всех! - Пойдем отсюда. – нежно сказала она мне, крепко сжимая мою руку.