До конца

Влажная почва копалась легко, с каждым ударом лопаты о землю копать оставалось меньше, пока не прозвучал последний удар, после чего блондин воткнул лопату в землю, а сам же уткнулся в неё руками, слегка облокачиваясь на местами покрывшийся ржавчиной инструмент. В прохладном воздухе витал запах дождя и свежести, а туманная ночь воцарилась в небе, слегка оголяя яркие звёзды. Лунный свет отблёскивал на землю, освещая маленькое кладбище на заднем дворе Базилики. Оставалось лишь перетащить тело и закончить погребение. Витторино тяжело выдохнул, глядя на лежащее рядом тело Данте, после чего, подойдя ближе, священник оттащил мёртвое тело в вырытую им ранее яму. Хватая лопату в руки, в груди Витторино что-то ёкнуло, когда тот посмотрел на словно спящее тело Данте. Что-то такое знакомое, что-то такое родное начало давить в глубине его души… Священник опустил лопату, не отрывая взгляда с покойника, а после, втыкает её в землю, присаживаясь рядом на холодную землю. Рукой он проводит по бледному лицу Данте, даже не думая заглянуть под маску. Пепельные волосы небрежно торчали из-под серой шапки. Священник заботливо отодвигает одну из таких прядей, а после, склоняется над телом погибшего и трепетно целует его в уже холодный лоб на прощание, поглаживает его по щеке и чуть потряхивается от грядущих воспоминаний, связанных с ним. На лице Витторино появляется еле заметная улыбка, он не рад смерти знакомого, а радуется тому, что может прикоснуться к нему вновь и сделать то, что не мог ранее. Неожиданно для самого же себя, пальцы ползут под маску, отодвигая её вниз, а после блондин целует холодные губы Данте, так трепетно, но так властно. От всего происходящего Витторино даёт в голову: его тело обладало дрожью, голова чуть кружилась, а всё происходящее казалось сном наяву. Зеленоглазый въедается в его нижнюю губу, стараясь откусить хоть какой кусочек нынешней пассии. Дрожащие руки ползут ниже, ощупывая чужое тело. Внутри святого отца что-то съеживается и на смену чувствам приходит лишь нарастающее возбуждение. Витторино дёргается, нервно оборачивается, пытаясь убедиться, что точно никого нет, а после, вновь, склонившись над телом Данте, трепетно целует его, постанывая от наступающего удовольствия. Сея "картина" завораживала его извращённую натуру. Собственные руки тянутся под рясу, пытаясь расправиться с пуговицами, где-то позади слышатся шорохи, святой отец словно на прощание целует тело усопшего в холодные губы, отстраняется, а после, взяв лопату в руки окончательно хоронит тело Базилио Данте, заканчивая подобие погребальной церемонии. Даже много лет спустя, слыша шаги охотника позади, будучи в кромешной тьме где-нибудь в катакомбах Базилики, это будет их любимое воспоминание…