Нашли друг друга

В больнице провела я еще полтора месяца - и всё это время Фред прожил в той же самой комнате со мной-, и чувствовала жгучее чувство обиды на весь мир, пока все полноценно жили, я не покидала пределов больницы. Поначалу, я думала, что это хороший шанс просуществовать, не думая ни о чем, пока я была здесь меня никто ни к чему не обязывал. Однако, некоторые - это Фред, Лука, Астра, Джордж и Флер,- относились ко мне так, будто один порыв ветерка, будто одно непродуманное прикосновение сломает меня, и собраться снова больше никогда не получится. И это раздражало. Я сбегала от них в сад, или говорила, что очень устала и ложилась спать, на самом деле думая о своем, ведь знала, что в комнату они вряд ли наведаются, пока сплю. Но и сад со временем наскучил, так что я не знала, куда деться. Чтобы ослабить тиски опеки, я убедила Фреда, что он нужнее в магазине, Джорджу, чем здесь, мол, с рассказов Джорджа он, магазин, загибается. Не то, что бы я радовалась практическому отсутствию Фреда - уходил он утром, возвращался к ночи, а иногда не появлялся по двое суток, так как работал на износ -, просто нужно же хоть когда-то отдыхать друг от друга. Компанию я составляла себе сама. Альв разрешил мне посещать библиотеку, хотя первое время мне вообще запрещалось выходить из палаты, какой бы уютной она не была, в четырех стенах окаменеваешь. Больничная библиотека оказалась очень даже занимательной. Может быть, я, не осознавая того, пыталась найти ответ на один главный вопрос - что между теми вспышками? Я, неосознанно, брала десяток книг связанных со сновидениями, восстановлением памяти или что-то в этом роде, обманывая себя, будто бы они меня привлекают больше остальной литературы. Одно всё же поняла - мозг удалил то воспоминание, но при всем желании не мог его восстановить, видимо, блокировало подсознание. Я спрашивала у Альва, как восполнить пробелы в памяти, он ответил, что, если во время фазы быстрого сна проснуться, ведь тогда сознание находится на краю подсознания, можно полностью запомнить его и зарисовать. Каждый раз перед сном я настраивалась проснуться. Ничего. Во-первых, у меня редко получалось проснуться, и, по итогу, я забывала сон. Во-вторых, ничего не снилось. Замкнутый круг. Одним утром я проснулась от некомфортной температуры. В комнате было не прохладно, холодно. И этот темный холод я ощутила через сон, и меня накрыло чувством дежавю. Когда-то я уже чувствовала этот давящий холод, исходящий от ног и темноту. Я проснулась и нашлась - вот оно! первое, с чего начинался тот сон! Чувство, что я близка не отпускало меня. Если зацепки за, почти, два месяца уже имеются, хоть и мизерные - это уже прогресс! Мое настроение преисполнилось решимостью. Глянув на окно, увидела снег, который припорашивал каждую поверхность. Уже конец октября...Легла я сюда ближе к сентябрю, плюс почти два месяца, пару недель и ноябрь. И мой день рождения...Моя решимость поугасла. Я обязана выйти из больницы до седьмого ноября! Иначе, буду, как последняя неудачница праздновать день рождения взаперти, если так можно назвать больницу. Я решила, чем больше я буду пытаться выискать, что-то, что поможет разобраться, тем раньше выпишусь отсюда. В библиотеке я взяла книг больше, нежели чем раньше. Прошерстив все, что я взяла, стало ясно - не осталось книг, которых бы я не прочла. Решимость еще больше понизилась, и я устало ушла к себе. -Эй, Брук,- окликнул меня Альв, я обернулась,- Как тебе? Не холодно? -Вполне себе,- пожала я плечами,- Если что, попрошу Фреда завести теплые вещи. -М, а чего такая поникшая? - он потянулся в карман, но я опередила ответом: -Все книги, которые мне подходят, я уже проштудировала, и ничего не нашла,- Альв понял, что я говорю правду, и не стал донимать вопросами. Фред уже должен был вернуться с работы, а я ждала. Снег, выпавший утром, растаял, но на его месте каждые пару часов выпадал новый, и вновь таял. Юрана принесла мне малиновый чай, и даже когда я его допила, Фред не пришел - он обещал ночевать здесь, а был десятый час ночи. К часу снег закончился, облака заслонили луну, я ждала, вырисовывая всякие линии, и находя в них что-то связное. Отвлекла меня открывающаяся дверь. Фред аккуратно приоткрыл дверь, думая, будто я сплю. Уизли улыбнулся мне в ответ, тихонько прошмыгнул ко мне, даже не снимая куртку. Его улыбка показалась мне предвкушающей, и он явно собирался скрыть от меня ее причину. Фред положил сумку с теплыми вещами на кресло у кровати, и потянулся ко мне. И вместо того, чтобы поцеловать меня, тот потянул за руку, я непонимающе смотрела на него: -Давай, собирайся,- поторапливая говорил Фред, без всяких объяснений, достал штаны, кофту, куртку, из сумки, и еще что-то, что быстро спрятал в карман. Еще больше насторожилась. -Куда? - Уизли накидывал на кровать вещи, я перехватила его руку, от чего тот смутился, и застыл. -У меня сюрприз,- минуту погодя, сказал Фред,- Скорее одевайся! Спорить с ним бесполезно, поэтому я быстро оделась. Но застыл вопрос - как мы выйдем? Его я и задала, Уизли об этом явно не задумывался. -Трансгрессируем,- сориентировался тот, и снова потянул меня за руку, снова остановила его: -Мне нельзя, в подобном состоянии это запрещено,- Фред снова задумался, и, загоревшись глянул на окно. -Окно,- одними губами сказал тот,- Мы вылезем через окно. -Что? - Фред обескуражил меня этим,- Какое окно? Третий этаж. -Хэйла, это очень важно,- взмолился Уизли. - Давай же! Как в школе, как похотливые школьники,- его глаза горели огнем восхищения и нетерпения, он прямо-таки трясся. После тяжелого вздоха, я согласилась. Открыв окно, из него повеял морозный запах и холод. Я спустила Фреда через окно с помощью левитационных чар, после снял меня. Последний выпавший снег еще не растаял. Простояв на холоде меньше минуты, руки стали мерзнуть. От трения друг об друга стало едва теплее. Фред поторопил меня, и повел за собой в никуда. Облака разошлись. Через пять фонарей от больницы, кроме луны, не осталось ни одного источника света. Мы шли долго, точнее Фред шел, а я волоклась за ним. Сколько бы мне не пришлось хныкать он так и не признавался, куда сорвал меня с кровати ночью. Я перестала следить за дорогой, и даже не заметила, как мы пришли к озеру, через которое проходил мостик. Тонкий слой снега покрыл каждую твердую поверхность, луна отражалась от белого покрова и воды. На краю моста нас ждали плед, два кофе, баночки с переносным синем огоньком. Я воззрилась на Уизли: холодная луна озаряла его прекрасное лицо; нос, уши и щеки слегка порозовели от холода; глаза поблескивали; к губам прилила кровь, придавая им манящий и аппетитный цвет; изо рта исходил пар, Фред тяжело дышал. Он выглядел таким милым и горячим.. Я еще больше влюблялась в него. -Ты поэтому пришел позже? - догадалась я. -Ну а почему же еще? - по-мальчишески усмехнулся он. Однако, заметила будто Фред хотел сказать что-то еще, или абсолютно другое, и передумал. Плед был пропитан согревающим заклинанием, и, сидя на нем, холод ощущался не так сильно, как прежде. Так же, согревал кофе, мой любимый карамельный латте с корицей. Свидание настолько окружило меня своим волшебством, что я начала сомневаться. Действительно ли я в себе? Действительно ли я не сплю? Луна поднялась высоко над нами, я провела аналогию с Фредом и луной - он моя луна, мой спутник, мой свет в темноте ночи. Ветер перестал дуть, легкая рябь на воде успокоилась. Сидя рядом с Фредди, я чувствовала, как он излучает тепло. Дело было даже не в пледе, он, Уизли, был пропитан теплотой, находясь рядом с ним, я согревалась. Мы почти не разговаривали, просто любовались луной, озером, друг другом. Всё так гармонично, так невероятно. Я старалась запомнить каждую мелочь. Еще долго я буду прокручивать этот момент в голове. В голову ни разу не пришла мысль, точнее тревога, что это когда-то закончиться. Надеюсь, никто нас не хватится. Я проснулась в блаженстве. И, как оказалось, многим позже, Фред уже успел уйти на работу. Жутко захотелось есть. По кнопке вызвала Юрану, и та принесла завтрак. -Мисс Грин, сегодня у вас групповое занятие у мистера Акселя и сеанс с мадам Джеранди,- сказала медсестра, ставя поднос с завтраком мне на колени. -Спасибо,- мадам Джеранди - моя психолог, а мистер Аксель - практик йоги, и брат Альва. В зале для йоги никого не было, за исключением мистера Акселя. Он сидел в гордом одиночестве, в позе лотоса. Веки закрыты, легкая улыбка, дыхание размеренное - полное умиротворение. Я застыла в проходе, наблюдая за ним: -Входи, Брук,- не открывая глаз, пригласил тот. Я села рядом с ним, приняв ту же позу. - Как твои успехи? -Сдвинулись с мертвой точки,- ответ поступил незамедлительно. Йоанн сказал закрыть глаза, я послушалась. -Действительно? - разговаривать с закрытыми глазами оказалось неуютно. -Вчера утром я ощутила знакомый холод, думаю, то же самое чувство было той ночью. Так же темно, холодно,- поведала я. - Но прошло почти два месяца, и вспышки и холод - это всё, чего я добилась за это время,- я попыталась потушить свое возмущение,- Даже способ фазы быстрого сна не помог, либо ничего не снится, либо не получается проснуться. -Альв посоветовал? - догадался мистер Аксель, в ответ я угукнула. - У меня у самого не получалось, поэтому я нашел себя в йоге. -Это намек на что-то? - я свела брови. -Решай сама, можешь не воспринимать мои слова, а можешь найти решение в чем-то другом, вариантов море,- слова выходили из него умеренным потоком. Я задумалась, послышался короткий смешок Йоанна. -Юрана сказала, что будет групповое занятие,- перевела я тему. -Мы с тобой - уже группа,- спокойно ответил тот, без конкретики. Высказывания Йоанна всегда были завуалированы. - Знаешь, я мог бы подтолкнуть тебя к правильному ответу, если ты сама готова,- я услышала, как он поднялся,- Поза дерева. Я повторила за ним. Устоять в этой позе с закрытыми глазами оказалось сложно. -Ну так, как ты мог бы мне помочь? - перед тем, как дать ответ, мистер Аксель глубоко вдохнул: -Бытует мнение, что, если воссоздать те же самые условия, ощутишь дежавю, и это приблизит тебя к восстановлению памяти,- пусть смысл нынешних слов лежал на поверхности, были подводные камни. -Одно "но", невозможно воссоздать условия, которых я не помню. - видимо, ответ Йоанна был давно готов: -Почему же,- я представила, как он вскинул бровями,- Холод, темнота, сон - уже неплохие сведенья,- парировал тот. -Предлагаешь, перебирать варианты обстоятельств? - спросила я, и вместо ответа услышала: -Йоанн, на секунду,- это был Альв. Я быстро открыла глаза, и воззрилась на мистера Акселя, тот медленно поднял веки. -У меня практика,- и снова закрыл глаза. Его брат начал раздражатся. -Этой практикой ты занимаешься четырнадцать лет, толку-то что? - Йоанн начал дышать интенсивнее, но глубоко. -Йога...,- Альв перебил его: -Йога помогла мне найти себя,- они говорили в один голос - Альв передразнивал, а Йоанн не обращал внимания. -Да, а с тобой я разговариваю почти всю жизнь, вот, от чего толку мало,- съязвил он, Йоанн. -Йоанн, не выводи меня, иначе потеряешься так, что йога найтись не поможет,- сквозь зубы процедил Альв. Видеть его таким непривычно. Братья испепеляли друг друга взглядом - при чем, Альв начинал закипать, и яростно сверлил глазами, а Йоанн убивал спокойствием. После мистер Аксель опустил ногу, и зашагал к брату, я машинально двинулась за ним, однако, он остановил меня, предупредительно выставив руку. Они вышли в коридор, я воспользовалась затонированными дверями зала, тихо подкралась. Разговор, пока не начинался. Первым заговорил Альв: -Ты всегда всё на зло мне делаешь? - голос его был строг, без оттенка злости. -Например? - Йоанн требовал конкретики, всё так же спокойно. -Я сказал тебе: "Не трогай Хэйлу". А ты подначиваешь ее. - меня пугал тон старшего Акселя,- Даже отменил у остальных эти свои занятия,- Альву явно не нравилась данная практика. -Ни на что я ее не подначивал, раз. Я сам распоряжаюсь числом людей на практике, два. -Ты работаешь в моей клинике, здесь всем распоряжаюсь я,- эта фраза задела Йоанна. -Где бы ты был, если бы я не уговорил отца дать тебе денег на клинику? Где бы ты был, если бы я не настоял на том, чтобы тебя отправили учиться в Швецию? - он знал, куда давить,- Отец считал тебя бездарностью, считал, что ты недостоин медицины. Мог бы быть благодарным, что тебе дали возможность. Тон Йоанна сошел к обиде. Я чувствовала, как они прожигали друг друга. Альву точно было больно от слов брата. Никогда бы не подумала, что такого специалиста, как Альв, протолкнул брат. Что такого способного доктора считали бездарем. Альв всегда в себе уверен, оказывается внутри хранятся скелеты и обиды, которые бы он никому не выложил. Стало неловко от того, что всё потаенное в Акселе старшем стало известно мне, не честным путем. Альв, опустив плечи, удалился. Приближалось время сеанса с психологом. Меня всё терзали слова Йоанна - точнее то, что они известны мне. Постучав в кабинет мадам Джеранди, приглашения не последовало. Однако, дверь оказалась открыта. Я приоткрыла ее, и заглянула внутрь. Место мадам Джернади было занято...Альвом Акселем. Я поднапряглась. -Я хочу поговорить, Брук, не бойся,- с расстановкой успокоил тот,- На сегодня я - твой психолог. -А как же ма... -Мадам Джеранди любезно позволила мне провести сеанс самому,- уверена, он давно прогнал диалог в голове, или, мои вопросы очевидны, и читаются по лицу. Альв указал на диванчик клиента. Послушно присев, я воззрилась на него. - Я хотел поговорить об Йоанне, и о том, что ты услышала. -Прости, что? - я была ошарашена его словами. -Я знаю, что ты слышала наш...разговор,- он сложил пальцы домиком,- Я думал, что ты не поддашься искушению, пойдешь на поводу у этики. Любопытство - не грех, но нужно иметь терпение,- я виновато опустила глаза. - Всё, что сказал Йоанн,- правда. Все в нашем роду врачи, и я не исклчение. Отец считал себя центром мира, любой другой человек - мусор. Когда в двенадцать лет я пришел к нему, и рассказал о своем интересе к медицине, ожидал, что он будет горд мной, будет поддерживать. Ошибся. Отец, мягко говоря, сказал: "Ты ни на что не способен. Ты позор медицины". Как-то так получилось, что Йоанна любили больше, чем меня. Поддерживали во всем, даже, когда в семнадцать лет он принял субъективное направление - йогу. В то время, как я шел по стопам, брат прокладывал свою тропу, за что его хвалили, а меня бранили. Тот на три года уехал в Индию, практиковать йогу у местных практиков. А я усердно учился дома, по ночам, так как отец запрещал даже притрагиваться к учебникам о медицине. Я сбегал в библиотеку, и читал там до потери пульса, грубо говоря. Однажды, человек отца проследил за мной, и сдал меня. Отец выгнал меня из дома, приказал отречься от его фамилии, если стану врачем. На зло я оставил ее. Вскоре, Йоанн узнал о случившемся, и,- тот перевел дух,- можно сказать, воспользовался положением, поставив ультиматум отцу: либо он дает мне шанс, оплачивает обучение в Швеции, либо Йоанн уходит вместе со мной. У отца были повязаны руки. Он слишком дорожил Йоанном, чтобы не послушаться. Я сам не верил в то, что после унижений отца, кто-то назовет меня способным. Мой ректор помог мне с постройкой клиники, но собранной суммы не хватало, поэтому Йоанн выудил деньги у отца, тот не мог отказать - ректор обратился к нему. После, эти деньги пришли мне анонимной почтой. Когда клиника начала приносить доход, я страстно желал показать свои достижения отцу. Я приехал в наше поместье, и узнал от местных, что отец скончался год назад. Написал Йоанну, и тот оказался не в курсе, точно так же, как и я. Именно в тот момент, когда я чего-то добился, он умер. Нет, я его не виню, просто...доказывать стоило себе и лишь себе. Йоанн отдал семьдесят процентов наследства мне, с условием, что я устрою его к себе в клинику. О его жертвах я узнал от ректора, когда тот умирал от рака мозга,- Альв затих. Все его слова проходили долгую обработку. - На самом деле, я обязан Йоанну, и он это знает, не требует признаний. -Но? - весь предшествующий рассказ был не просто так. -Но я не хочу, чтобы от его направлений страдали мои пациенты. Йоанн излишне упрощает жизнь. Имею ввиду, умер человек - значит так надо, нет - так нет. Даже, когда есть шанс на жизнь. Я уверен, что "следственный эксперимент" плохо скажется на тебе. Я не в праве решать за тебя, но с одной стороны, что тебе даст знание о той ночи? -Я...Мне...,- этот вопрос я даже не обдумывала, точнее ответ на него. -Нет-нет, ответить ты должна себе. -Я думаю, не знание о той ночи это потушенные огоньки, без которых я слепа,- ответ нашелся сам со временем. -После разбитых огоньков обязательно следуют зажжённые, они продолжат освещать тебе путь.