Марионетка

      Хантера накрывает нервный срыв. Информация, вывалившаяся на него скопом, перекрывает кислород, поступающий в его легкие. Кажется, вот-вот и он отключится, так и не сообразив, что все это время был лишь марионеткой в руках опытного кукловода.              Он разваливается на части. Все это время он пытался заслужить одобрение того, кто даже не воспринимал его как отдельную личность. А теперь у него нет места, в которое он может вернуться, тем более — назвать домом.       Он сбегает из Совиного дома, подальше от вездесущей Луз. Он не хочет ничего слышать от девушки, он просто хочет побыть один, пока совсем не расклеился в присутствии других. Вспомнив ее фразу о том, что он может остаться, Хантер усмехнулся. Нет, не может. Он всегда чувствовал себя лишним везде, куда бы не приходил. А теперь еще навязываться другим, показывать свои слабости. Уж извольте.       Парень сам не заметил, как оказался возле дома Уиллоу. Цветочной Уиллоу, с которой они переписывались ежедневно после того матча. Он даже отправил ей фотографию своего палисмана. Хантер с улыбкой вспоминает бурную реакцию девушки, которая смогла ближе рассмотреть красную птицу. Он хочет просто стоять под ее окнами, вспоминая все немногочисленные, но теплые моменты, связанные с ней.       Это греет его сердце, заставляя панику отступить. На смену нервному срыву приходят лишь умиротворение, смешанное с запахом свежей листвы. В таком состоянии его застает Уиллоу, открывшая окно, с целью удобрить домашние растения. Она мигом создает длинный росток, утягивающий его в комнату девушки.       Он приходит в себя лишь тогда, когда его сажают на кровать и протягивают кружку с горячей жидкостью, отдающей сандалом. Напиток вкусный, о чем он говорит сразу, а затем замечает улыбку девушки. Он чувствует, как собственное лицо начинает пылать от смущения. От своей реакции становится стыдно, но он успешно маскирует это.       — Луз сказала, что произошло что-то ужасное, — осторожно начинает Парк и Хантер цокает, думая об изворотливом человеке, который не умеет держать язык за зубами. Но в какой-то степени он ей даже благодарен, не придется самому начинать столь неловкий разговор.       — Я… Я не знаю. Белос все это время лгал мне, манипулировал, чтобы я исполнял всю грязную работу, в которой сам он не собирается пачкать руки, — его голос дрожит, он чувствует слабость во всем теле, пока произносит слова. Разочарование от чужого предательства никуда не делось, усугубляясь после каждой сказанной фразы. Но разве в его положении можно говорить о предательстве? Император никогда и не воспринимал его как цельную личность и активно демонстрировал, запутывая парня словами о бесконечном доверии и «особом» предназначении.       Девушка резко поддается вперед, заключая его в объятия, пока на ее волосах прорастает белый мак. Он медленно растворяется в тепле, которое дарит ему Уиллоу. Это кажется таким естественным, словно он был создан для того, чтобы находиться в крепкой хватке ее рук. Это ощущается странным, но он никогда не знал таких вещей как поддержка или любовь. Настоящая, не вызванная желанием подавить его волю, заставить сомневаться в себе и своем существовании. Чистая, искренняя.       Он чувствует себя дома, пока она бормочет утешающие слова. Это правда помогает. Его дыхание выравнивается, он утыкается носом в шею девушки, не замечая собственные слезы, текущие по его щекам. Аромат ландышей становится сильнее и он с легкостью погружается в пьянящий запах. Темные воспоминания ненадолго уходят. Появляется ощущение, что во всем мире остались только они, Хантер и Уиллоу, вдвоем.       — Что… Что это? — осоловело спрашивает парень, чувствуя подступающую сонливость. Девушка глядит на него из-под очков, в ее глазах плескается нежность и она, не робея, гладит его волосы, перебирая пальцами запутанные прядки.       — Я изменила запах на благоухание мелиссы и мяты, — отвечает Парк. Ее ладонь перемещается на щеку бывшего стража и тот ластится к ней, словно кот, оголодавший по ласке. — Они имеют успокаивающий эффект и действуют довольно быстро. Тебе нужно расслабиться.       — Не знал, что ты так умеешь, — выдыхает он, обвисая на ее руке.       — И я, — шепчет Уиллоу. Ее уши ненадолго краснеют, но тут же обретают свой естественный цвет. — Рядом с тобой мне хочется совершенствоваться, чтобы потом я была в состоянии защитить тебя, когда это понадобится.       Хантер засыпает, едва слыша окончание фразы; она аккуратно укладывает его на свою кровать, укутывая плотнее в плед. Затем девушка отписывается Луз, сообщая подруге, что парень в безопасности и проспит до утра. Та в ответ отправляет большое количество грустных смайликов, но потом замолкает окончательно. Уиллоу решает дописать эссе по плотоядным растениям, коих сейчас не так много — большинство из них стали вегетарианцами. Бывший страж начинает ворочаться, периодически хмурясь в очевидно беспокойном сне. Девушка решает отложить домашнее задание. Укладываясь рядом, она жмется к нему ближе, судорожно выдыхая, когда тот неосознанно прижимает ее ближе, оплетая тело ведьмы крепкими руками. На губах у нее застывает улыбка.       Хантер просыпается, едва восходит солнце. Будучи дезориентированным из-за долгого сна, он не сразу замечает, в каком именно положении они находятся с Уиллоу. Парень крепко прижимает ее к себе, пока та умиротворенно посапывает. Ее очки остались на столе со всеми тетрадями, в которых она, безусловно, выполняла домашнюю работу, пока он не объявился.       И даже сейчас, находясь в столь смущающем положении, он не хотел убирать руки, тем более — вставать. Исходящее от девушки тепло притягивало словно магнит, заставляя остаться рядом, прижаться еще ближе. И как только это происходит, Парк просыпается.       Сначала она хмурится, словно не может вспомнить, где находится, а затем, когда озарение наконец приходит, то на ее волосах, буквально из неоткуда, вырастает мимоза. Цветок ярко кричит о застенчивости, что возникла, стоило ей увидеть обнимающего ее Хантера. Если бы тот знал язык цветов, то, вероятнее всего, смутился. К счастью, это не так.       Он не отводит от нее глаз, пока она не притягивает очки с помощью ростков. Лишь надев их, она, нахмурившись, осматривает комнату.       — Нам нужно придумать, что делать дальше, — говорит она, но Хантер, словно завороженный, лишь притягивает ее обратно к себе, продолжив объятия.       — Мы можем… можем подумать об этом позже? — выдыхает он, стараясь, чтобы отчаяние не просочилось сквозь обычную фразу. Девушка все понимает, поэтому лишь кивает, укладывая голову на чужую грудь в попытках удобно устроиться.       В голове парня происходит настоящий ураган из всех чувств, которые он испытал за прошедшие дни. Боль от предательства и лжи Белоса смешивалась с умиротворением и счастьем от нахождения рядом с Уиллоу. Все же, мелисса и мята помогли, думает он, пока девушка лежит рядом с ним, явно обдумывая дальнейшие действия. И если она продолжит быть рядом, то, решает Хантер, он сможет.       Сможет побороть внутренние страхи, противостоять Императору и завоевать доверие ведьм из школы, читай, не только членов их команды.       Пора отставить беспокойство и с уверенностью, которая ему никогда не была присуща, двигаться дальше.       А цветочная Уиллоу будет направлять его, помогая не сбиться с пути.