Apocalyptica

      Париж поистине волшебный город. Место, куда съезжаются сердца со всего света. Туда, где все песни только о любви. Каждому туристу известно, что утро должно начаться с томного романтичного взгляда на знаменитую Эйфелеву башню. Круассан с шоколадной начинкой закончится совместным походом Лувр. Прогулки рядом со знаменитой Нотр-Дам-де-Пари завершаться поцелуем разлуки под Триумфальной аркой.       Именно так хотел провести своё утро и Жан-Пьер Польнарефф. Ещё не стянув с глаз макси для сна, он приподнялся в кровати и втянул в лёгкие чуть сладкий аромат прохлады. Кажется, за ночь форточка всё же открылась. Сев, он попытался вслепую найти любимые тапки и выйти в них на балкон, чтобы выкурить первую сигарету нового дня. Однако, к его удивлению, тех не оказалось под ногами. Тогда-то он и снял маску, чтобы удостовериться собственными глазами.       Сначала ему мешал осознать происходящее безумно яркий свет. Но почти сразу это помешало сделать огромное дерево, которое Жан-Пьер увидел перед собой.       Собственно, такими же деревьями была устлана вся округа, где не осталось ни одного живого места от былой цивилизации. Польнарефф не сразу понял, что происходит, пока знакомые ноты родного языка не вернули его на круги своя. Он встал с кровати и ощутил свежую зелёную траву прямо в том месте, где должна была быть домашняя обувь. Решив, что потом займётся поисками тапок, Жан-Пьер ринулся сквозь деревья на звук.       Наконец за широкими стволами показался просвет. Перед ним открылась широкая поляна, на которой расположилось множество напуганных парижан, которые, как и он, ещё только успели проснуться. Из их разговоров ему удалось понять лишь то, что город бесследно исчез, после чего Польнарефф решил, что все они просто чокнулись.       — А если они сошли с ума, и я нахожусь с ними… Тогда где же Париж?.. — спросил он самого себя, хотя ответ уже напрашивался сам.

***

      Джотаро, как и ожидалось, кое-как сумел закрыть последний триместр. После битвы с Дио учёба ему давалось сложнее из-за упущенного за это время материала. Пусть он старался не показывать, но это серьёзно ударило по его желанию сделать приятное матери, которая только-только восстановилась после чуть не уничтожившего её тела станда. Чувствую невозможную усталость, Куджо в первую очередь позвонил бабушке.       Идея приехать на каникулы в Нью-Йорк показалась ему вполне сносной. Дед почти сразу заказал ему билеты на самолёт. Это был второй раз, когда Джотаро так надолго покидал родной дом, но волнения он не испытывал. Больше всего ему хотелось, чтобы за это время получилось достаточно отдохнуть, чтобы в новом семестре нагнать пропущенный материал и подтянуть свои баллы.       Хоть Куджо и попросил не встречать его, бабушка Сьюзи не могла себе отказать в небольшом капризе: увидеть любимого внука впервые за долгое время. Увидев её, Джотаро испытал тепло. Незнакомый город почти сразу перестал его смущать, когда они вместе на такси ехали в дом Джостаров. «Большой и шумный», — сделал про себя выводы о Нью-Йорке Куджо, пока бабуля рассказывала ему о том, какой потрясающий обед приготовила в честь приезда Джотаро в гости. Он почти сразу понял, что она ничем не отличается от его мамы, поэтому был уверен, что в доме почувствует себя комфортно.       По крайней мере так ему казалось вплоть до того момента, как открыл им дверь далеко не старик Джозеф.       — У-ла-ла, Джотаро! Как же я по тебе соскучился, — Почти с порога налетел на него тот, кто у Джотаро никак не вязался с представлением о «покое» и «уюте».       — Польнарефф, что ты тут забыл? — шокированно пытался понять Куджо, пока старался снять друга со своей шеи.       — Ты не видел новости? — послышался голос Джозефа из гостиной. — Бесследно пропал целый город. Как-то так вышло, что им оказался Париж.       — Поэтому душка Жан-Пьер гостит у нас уже неделю!.. Хотела сделать тебе сюрприз, — почти шепотом ответила Сьюзи, подмигнув внуку.       — Боже правый, что бы я без вас делал! — наконец оторвался Польнарефф, принявшись кружить старушку в сторону гостиной. — Бабуля, как Вы и просили, я приготовил хлеб для Джотаро по вашему семейному рецепту!       — Ну разве он не прелесть? — усмехнулась Сьюзи, потрепав щёку улыбающегося Жан-Пьера.       Джотаро продолжал стоять на пороге, не предполагая, что вообще происходит. Однако одно всё-таки ему удалось понять почти сразу: каникулы обещают быть «весёлыми».

***

      Спустя всего каких-то пару дней Джотаро понял, что мысль приехать отдыхать в Нью-Йорк была своего рода ошибкой. Всего два дали ему воспоминания о том, почему он был рад возвращению Какёина в их путешествие в Египет, когда тот поправился после лечения пострадавших в битве глаз. Тогда старик решил сэкономить, поэтому Джотаро постоянно приходилось делить комнату с Польнареффом. Как жаль, что лишь сейчас ему далось вспомнить, каким же сожителем был Жан-Пьер, и что всегда нужно помнить, когда живёшь рядом с ним.       — Я так больше не выдержу, — честно признался он Джозефу на утро третьего дня.       — Ты про футбол? Прости, матч шёл ночью. Постараюсь, так громко больше не включать, — усмехнулся Джостар, уплетая порцию спагетти.       — Не придуривайся! Ты прекрасно понял, о чём я.       — О, Боже… Джотаро, тебе его совсем не жаль? Парень без крыши над головой остался. Только кровать от его старой жизни и осталась…       — Жаль. Но зачем устраивать из дома полный хаос? — Потёр переносицу Куджо. — Вот как ты сейчас думаешь, где он?       — Должно быть… в ванной?       — Вот именно. Он в ванной. Он постоянно в ванной!.. Что можно делать в ванной по два часа днём и по два часа вечером? — нервно выдал Джотаро. — Я даже зубы нормально почистить не смог, потому что опять он там застрял… Пришлось идти в вашу.       — Просто душка Жан-Пьер очень беспокоится о своём внешнем виде! — пропела Сьюзи, целую внука в макушку и ставя перед ним спагетти под его любимым соусом; если бы только настроение не было таким паршивым.       — Ага, «внешний вид»… — прошептал про себя Джотаро, передвигая палочками еду по своей тарелке. — Обязательно при этом воровать мои футболки?       — Я их не ворую, а одалживаю! — усмехнулся вошедший на кухню Польнарефф, который едва ли не сиял от чистоты, чем вызывал у Куджо нервный тик.       — Я их с собой всего три взял. Ты забрал у меня две. Если бы я не носил третью, то ты бы и её стащил!..       — Эй, ну хватит дуться! Верну в целости и сохранности, когда куплю себе новые, обещаю.       В это Джотаро как-то слабо верилось. Он лишь выдохнул, надеясь, что хотя бы сегодня Жан-Пьер не будет занимать всё его личное пространство. Как-никак Польнарефф был его другом, поэтому потерпеть немного эти выходки было вполне возможным.       Решив, что если он и дальше будет злиться, то остынет завтрак, поэтому всё-таки удобнее расположил палочки в руках. Накрутив немного спагетти, Джотаро обмакнул их в любимый соус. Знакомый приятный вкус почти моментально привёл его состояние в норму, пока нечто инородное в его еде не заставило Куджо поперхнуться. Стар Платинум почти сразу вытащил это, являя всему обеденному столу длинный светлый волос.       — Божечки! Я же надевала свой платок, когда готовила… Джотаро, мне так жаль!.. — Схватилось за сердце Сьюзи, совершенно не понимая, как такое могло произойти.       — Да нет, бабуля, тут твоей вины вообще нет… — серьёзно протянул Джотаро.       Встав со своего места, он подошёл к окну и внимательно рассмотрел волос. Жан-Пьер нервно сглотнул. Джозеф же в это время тихо про себя начал вести обратный отсчёт до того, как наступит последняя капля самообладания его внука. Ему только и оставалось, что потягивать любимый кофе в надежде, что дом после реакции Джотаро останется цел хотя бы на половину.       — Ну и ну, как я и думал!.. У бабули Сьюзи волосы с пшеничным отливом и слегка извиваются у одного из концов. Этот же пепельный и ровный настолько, будто его выпрямляли до состояния спицы. Тем более он весь пропах лаком для волос… Твоим лаком, Польнарефф! Ты оставил достаточно улик, чтобы самого себя потопить.       — Хех, ты решил поиграть в Коломбо, да?.. — с надеждой спросил Польнарефф, но уже успел понять по взгляду Куджо, что тот просто в бешенстве.       — Значит, так! Я действительно терпел постоянно запертую ванную. Футболки — чёрт с ними, возьму одежду у деда, но вот это… — Джотаро почти у самого носа Жан-Пьера ещё несколько раз нервно потряс едва не съеденным волосом. — Это уже переходит всякие границы дозволенного. Одно дело, когда ты валяешь на моей кровати, что потом вся подушка в твоей волосне, так теперь ты и до еды добрался!..       — Да хватит злиться! Просто сейчас время такое…       — Весенняя линька? Ты не собака, Польнарефф, меня таким не проведёшь.       — Я вообще-то пережил стресс! И к твоему сведению, мелкий засранец, мне идти некуда!..       — Я в этом теперь виноват?       — Мальчики, перестаньте! — Встала со своего места Сьюзи. — Жан-Пьер, не ругайся на Джотаро такими грязными словами, ведь мы за столом!.. Джотаро, перестань ругать его! Я уверена, что душка Жан-Пьер не хотел, чтобы его волос попал в твою еду. В конце концов, он очень переживает.       Джотаро выдохнул и перевёл взгляд на друга. Только сейчас он заметил синяки под глазами Жан-Пьера. Видимо, трудно спать спокойно, не зная, что с твоим домом сейчас происходит.       — Есть у меня одна мысль, — начал Куджо. — Дело с Парижем явно как-то связано с человеком, обладающим весьма сильным стандом. Думаю, стоит съездить туда и проверить всю местность…       — А что, неплохая мысль! Только как вы туда собрались добираться? — усмехнулся Джозеф. — Там теперь даже аэропорта нет теперь…       — Значит, подготовишь нам вертолёт от Фонда, — Закатил глаза Джотаро, стараясь не поддаваться на очередную попытку деда сострить над ним.       Польнарефф от услышанного едва не засветился от счастья. Конечно, ведь он едет на родину, чтобы понять, куда пропал его дом. А Джотаро было достаточно этого, чтобы понять, что Жан-Пьер на него точно больше не дуется. Правда, теперь оставалось лишь уговорить деда даже не думать, что тот сядет за штурвал…

***

      — Вот, примерно здесь я и проснулся, — сказал Жан-Пьер, присаживаясь на свою кровать.       На поляне, где они приземлились, было огромное количество репортёров, от которых им едва удалось скрыться в лесу, чтобы не отвечать на множество бесполезных вопросов. Всё равно всей правды им не расскажешь, а это огромная трата времени.       Джотаро был поражён тем масштабом, который смог охватить неизвестный ему станд. Тут любой бы предположил, что город просто ушёл под землю, однако, Джотаро читал утренние газеты, где было всё, что угодно: начиная со сгоревшего незаметно огромного миллионника и заканчивая вторжением инопланетной цивилизации. Но, к глубочайшему сожалению, Куджо так и не смог найти никаких достойных следов, которые могли бы привести его к противнику. Только огромный лес и множество овальных полей.       — Прости, но вообще ничего, — вздохнул Джотаро, присев рядом с другом на кровать.       — Не бери на себя так много! Я уже рад тому, что снова побывал тут. Как сердце отпустило, знаешь…        «Хоть какая-то польза», — улыбнулся и подумал про себя Куджо.       — Ладно, возвращаемся на ту огромную поляну, надо поспрашивать людей!..       Если до этого на главной поляне была суета, то сейчас она стала по-настоящему тревожной. Даже репортёры перестали цепляться к ним, пока они добирались в сторону их вертолёта. Пока один из репортёров всё-таки не врезался Джотаро прямо в живот.       — О, вы же те двое! — улыбнулся парень, включая диктофон. — А вы как относитесь к уже второму исчезнувшему крупному городу мира?       — Какому ещё «второму»? — непонимающе переспросил Куджо.       — Ну, как же! Ведь буквально час назад по всем каналам поступило сообщение о пропавшем с лица земли Токио.       Большего Джотаро было необязательно слушать. Всего мгновение, а он уже вбежал в салон вертолёта и затащил слетом Жан-Пьера. «Мама!» — было единственной мыслью Куджо в этот момент.

***

      Уже в вертолёте у них получилось связаться с главным штабом Фонда. Старик Джозеф сразу успокоил Джотаро, что забрал Холли на другом воздушном судне. Разумеется, от этого Куджо было не по себе: стоило только представить деда за штурвалом, как его уже начинало мутить от паники. Однако выбора особо не оставалось.       Уже вечером Жан-Пьер и Джотаро были в доме Джостаров, где Куджо смог спокойно выдохнуть, увидев свою маму в добром здравии. Удивительно, но она рассказала похожую историю, которая напоминала картину, увиденную в Париже. Происходило нечто странное, да ещё и эти странные овальные поляны… В любом случае, до самой ночи Джотаро просидел в своей комнате, пытаясь сообразить, в чём же истинная причина происходящего.       — Есть у меня предположение, — наконец выдал он Жан-Пьеру, который снова дремал на его кровати.       — Диктуй! — сказал ему Польнарефф, зевая и потягиваясь в кровати друга.       — Тебе не показалось странным, что из всех знаменитых городов обладатель станда выбрал именно Париж и Токио. Именно те места, где живём мы.       — Намекаешь, что это очередной дурак, который хочет отомстить за Дио?       — Вероятно… Но всё-таки нам стоит уже сейчас морально быть готовыми к тому, что следующей точкой его может стать именно Нью-Йорк.       — Знаешь, твои игры в Коломбо довольно полезные, — неловко усмехнулся Польнарефф.       Джотаро улыбнулся. Предупреждён, значит, вооружён. Сейчас им безумно не хватало информации, но уже простых предположений о ближайшей цели неизвестного обладателя стандом хватало, чтобы готовиться к неприятному продолжению этой истории. Стоило Жан-Пьеру уйти, как Куджо, смахнув волосы друга со своей подушки, лёг отдыхать. Всё-таки ночь была единственным временем каникул, когда он мог спокойно расслабиться.

***

      — Эй, Джостары! Что-то вы заспались! Поднимайтесь и примите честный бой со мной, самим Хэлденом!       Вопль, что доносился с улицы, почти сразу поднял Джотаро на ноги. Да, он надеялся, что у них в запасе будет хотя бы неделя, но, видимо, этому противнику уже осточертело ждать, поэтому он решил напасть в так открыто. Куджо потянулся и присел в постели. Торопиться на битву ему совершенно не хотелось. Так и не удалось толком поспать из-за мыслей о пережитом дне. Пожалуй, даже достойная трёпка кретину, который всё это устроил, не поможет ему нормально себя чувствовать в гостях у бабушки с дедом. Нацепив кепку, он покинул комнату, намереваясь устроить гаду полный разбор полётов.       — Что? Уже? — произнёс высунувшийся из комнаты Польнарефф, на что получил удовлетворительный кивок от Куджо. — Вот блин!.. Без меня не иди ему задницу драть! Только волосы в порядок приведу…       Джотаро не торопился. Раз кому-то пришло в голову заявиться и ещё что-то орать под окнами, то он, безусловно, имеет право нормально позавтракать перед битвой. Пока Жан-Пьер готовился к выходу, Куджо сделал несколько бутербродов из того, чтобы был в холодильнике.       — Совсем обалдели?! Хватит меня игнорировать! — продолжал кричать наглый обладатель станда, находясь при этом на улице.       — Какой-то он нервный, — заключил Польнарефф, выйдя из ванной.       — Просто выкурить нас не знает каким образом. Забыл, как работает дверь, вот и бесится теперь с утра пораньше, — выдохнул Джотаро.       — Что опять за шумиха? — Вышел на кухню Джозеф. — Пожаловал всё-таки?       — Да. Оставайся здесь и береги бабулю Сьюзи. Мы с Польнареффом сами как-нибудь разберёмся.       — Как скажешь. Это мой внучок! — гордо выдал Джозеф, взяв оставленный Джотаро бутерброд.

***

      Стоило Куджо увидеть обладателя стандом, как он едва сдержался, чтобы не плюнут на всё это и вернуться обратно домой. Какой-то бритоголовый подросток с мегафоном в руках продолжал активно сыпать в их с Жан-Пьером адрес глупые угрозы, от которых у Джотаро только сильнее голова заболела. И вот из-за этого придурка были испорчены его прекрасные каникулы. Мало того, что ему пришлось терпеть выходки Польнареффа, так теперь ещё и домой не пойми как возвращаться. Тот сейчас стоял на крыше высотного здания и буквально смеялся над ними.       — Моя Apocalyptica — всемогущий станд, Джотаро Куджо! Попробуй, одолей меня! Я буду сильнейшим обладателем станда во всём мире.       — Вот зараза, я проспорил! А ведь думал, что это всё-таки говнюк Дио, — выдохнул Жан-Пьер.       — Деньги потом отдашь, — уверенно заявил Куджо, вызывая Стар Платинум к бою.       Пусть парень, представившийся Хэлденом, и не замечал, но Джотаро постепенно поднимался к нему, постоянно останавливая время своим стандом. Когда он подошёл к парню практически вплотную, то просто не сдержался. Отвесив со спины Хэлдену мощный подзатыльник, Куджо тем самым скинул его с крыши и прыгнул следом.       Разумеется, он не планировал дать этому глупцу разбиться и погибнуть, но встряска тому точно не помешала бы, с его-то амбициями. Поэтому Стар Платинум ловко подхватил Хэлдена за шкирку и опустил на землю.       — Отвечай, засранец, куда ты дел мой Париж! — тряс его за воротник Польнарефф.       — Осторожнее! Мы всё-таки на улице, — предупредил его Джотаро, который отошёл в сторону, чтобы покурить.       — Прошу, не бейте меня! — взмолился перепуганный Хэлден. — Я спрятал города вот здесь, это и есть способность моего станда! Я мог забрать всё, кроме людей…       Парень достал из кармана две подозрительно знакомые капсулы. Они напоминали те, которые вместе с игрушками кладут в шоколадные яйца, однако, сейчас там действительно прорисовывались силуэты Парижа и Токио.       — Я отдам их вам. Только не бейте!       — Ну и ну!.. А ещё морды нам начистить грозился, — устало выдохнул Польнарефф, забирая капсулы из рук Хэлдена. — Прощаю в первый и последний раз. Ещё раз услышу, что ты подобной фигнёй занимаешься, то разрешу Польнареффу отделать тебя так, что сидеть неделю не сможешь. Понял?       — Д… да… — испуганно закивал парень.

***

      Как сказал Хэлден, стоит им только приехать в город, встать посреди какого-нибудь овального поля и открыть капсулу, как город сразу же вернётся на место. Джотаро вместе с со своей матерью попрощались с четой Джостаров и Польнарефом и отправились обратно, чтобы вернуть на место дома людям, да и свой тоже.       Всю дорогу в вертолёте Куджо пытался переварить пережитую неделю вне дома. Каникулы заканчивались. Через пару дней начинался новый учебный год. Только вот Джотаро вряд ли отдохнул за это время.