Кто сеял ветер...

Кровь уже не била мощными толчками. Текла медленно, лениво, словно давая возможность хозяину ещё раз подвести неутешительный итог своей жизни. Его стремления, желание постичь суть древних тайн, накопленные знания, совершённые открытия — всё это оказалось никому не нужно и не интересно. Он, Северус Снейп, был расходным материалом. Всё, что от него требовалось — бесконечное служение во исполнение клятв и обетов. И вот закономерный результат: всеми ненавидимый и презираемый, он подыхает в одиночестве, лёжа на грязном полу в луже собственной крови. Гриффиндорцы ушли не оглянувшись. Его ненавидят настолько, что даже не удостоверились в наступлении смерти, просто чтобы не спасать на случай, если вдруг он ещё жив. Как предсказуемо и противно… У Поттера тоже нет шансов выжить в схватке с Волдемортом, а значит, он, Северус, умрёт, не исполнив клятву. Он не только не защитил ребёнка Лили и Джеймса, но и сам отправил его на заклание. Будь проклят Дамблдор, сделавший его клятвопреступником! Физическая боль отошла на второй план, уступая место душевной. Как же глупо было цепляться за прошлое. Он уже давно не тот, кем был когда-то. Говорят, человек, однажды заглянувший в глаза смерти, никогда не станет прежним. За свою жизнь Северус смотрел в эти глаза так часто, что перестал видеть в этом что-то особенное. Похоже, сегодня он всё-таки перешагнёт последнюю черту. Зелье, которое он принял перед встречей с Тёмным Лордом, уже не поможет, только немного отсрочит неизбежное… Тело постепенно окутывал холод. Рука перестала зажимать страшную рану на шее и безвольно соскользнула на грудь. Пальцы непроизвольно сжались вокруг висящего на груди стеклянного шарика, в котором между сверкающими льдистыми кристаллами клубилась легчайшая перламутровая дымка. Семейный артефакт «Поцелуй смерти» — единственный подарок деда. Их первая и последняя встреча произошла через две недели после убийства Дамблдора. На следующий день Август Принц умер. Разговор с дедом дал ответы на многие вопросы… Несмотря ни на что, Северус любил мать, но смириться с её решениями так и не сумел. Он никогда не мог понять, как Эйлин Принц оказалась замужем за магглом-выпивохой?! Почему ничего не рассказывала о своей семье? Почему не колдовала? Почему не заступалась за сына и не хотела изменить в своей жизни хоть что-то?.. Маленький Северус считал, что мама всегда права. Подросток Северус придумывал себе истории об отказавшихся от них родственниках, холил обиды и мечтал о мести. Взрослый Северус презирал Принцев и сочувствовал своей несчастной матери. И вот год назад он узнал правду… Не было ни изгнаний, ни отказа от запятнавшей честь семьи дочери, ни изощрённых проклятий. Всё оказалось до тошноты просто. Было тупое упрямство и желание пойти наперекор родителям. Даже став почти сквибом, оказавшись на самом дне вместе с мужем-алкоголиком, мать не захотела переступить через свою гордость и признать, что совершила глупость. Никто от Северуса не отказывался, о нём попросту не знали. И даже не зная наверняка, только предполагая, что у Эйлин может быть ребёнок, его искали, хотели принять в семью, дать образование… Единственные люди, которым Северус был нужен, которые стали бы о нём по-настоящему заботиться, так и не узнали о его существовании. Он мог получить всё то, о чём не смел и мечтать, но лишился своего шанса по воле матери. Похоже, её совершенно не волновало, что у её сына могло быть совсем другое детство. Единственное, чего он так и не понял, зачем мать дала ему родовое имя Принцев? Может, она о чём-то всё-таки сожалела? Болезненная гордость — фамильная черта Принцев, как правило, не приносящая им ничего, кроме бед и страданий. Эйлин умерла в день шестнадцатилетия Северуса. Повторный ритуал «Сокрытия», чтобы родственники никогда не смогли связаться с её сыном, стоил ей жизни. Как она перенесла первый ритуал, которым наверняка воспользовалась сразу после его рождения? Почему второй, который необходимо было провести в день совершеннолетия, провела на год раньше? Чем руководствовалась, лишая его даже призрачной надежды на лучшее будущее? Ответов на эти вопросы не было. Возможно, боялась не дожить до его семнадцатилетия, и ей была невыносима сама мысль, что, узнав правду, единственный ребёнок в ней разочаруется. А может, она винила во всех несчастьях своих родителей? Или сына? Или вовсе ни о чём не думала, просто… просто ей так захотелось. Как бы там ни было, мать просчиталась. Почти полностью истощив свою магию, ритуала она не пережила, а его эффект держался ровно до тех пор, пока на пороге смерти не оказался последний представитель рода Принц — её отец. Чары спали, и это позволило Августу Принцу наконец-то познакомиться и поговорить с возможным наследником. На прощание дед надел на шею Северуса цепочку с невероятно красивым стеклянным шариком и тут же скрыл подарок чарами. «Поцелуй Смерти» мог один раз вернуть владельца в прошлое, в своё тело, позволяя изменить судьбу. Дед не сказал, почему не воспользовался артефактом сам. Может, ему никогда не грозила гибель? Применить артефакт можно было, только стоя на краю смерти. Дед честно предупредил, что за возможность изменить свою жизнь и получить второй шанс с просящего будет взята плата. Кроме того, взамен должен будет умереть кто-то другой. Расставшись с дедом, Северус только вздохнул и спрятал ледяной на ощупь шарик под рубашку, чтобы не мешался. Он не станет оплачивать свою попытку на более счастливое будущее чужой жизнью. Да и переигрывать что-то было уже поздно, он не мог отказаться от взятых на себя обязательств. Игра, затеянная Дамблдором и Тёмным Лордом, должна была дойти до своего логического завершения. Наверное, именно этот иллюзорный шанс, что всё возможно переиграть, позволил не сойти с ума в атмосфере всеобщей ненависти во время проклятого года директорства. Чтобы хоть как-то сбросить напряжение, иногда Северус позволял себе думать, какой момент его жизни лучше всего подошёл бы, чтобы начать всё сначала? В детство возвращаться не хотелось. Северус объяснял для себя это тем, что, даже если бы оно оказалось чудесным и беззаботным, ужасно жаль было бы накопленных знаний, которые при перемещении могли и не сохраниться. Пришедшее со временем осознание стало настоящим шоком. Однажды он вдруг понял, что даже возможность с детства вести сытую, благополучную жизнь, меркнет перед желанием отомстить директору и Мародёрам. Изо дня в день, сгорая в жгучем пламени чужой ненависти, проклиная каждый миг своего существования, Северус всё отчётливее понимал, что именно они виновны в том, что с ним стало. Если бы его не преследовали все годы учёбы, не позволяя передохнуть, не давая возможности расслабиться хоть на минуту, если бы его не вынудили искать покровительства сильного союзника, если бы не воспользовались его горем, вытребовав клятвы — вся жизнь сложилась бы по-другому! Там, в гипотетическом прошлом, Северус скорее всего и не вспомнил бы, что сделали эти изверги с его жизнью, но он боялся забыть. Ведь забыть и простить стало бы равносильно предательству самого себя. Да, он сам совершил множество вещей, которыми не стоило гордиться, но постоянная травля одних и жестокая расчётливость других в конце концов привели его к Тёмному Лорду и лишили возможности быть рядом с Лили… Реальность, и без того давно утратившая чёткость, окончательно поплыла. В памяти замелькали картинки прошедшей жизни… Детство в Паучьем тупике, Лили, Мародёры, Метка, вырванные Дамблдором клятвы, Круциатусы Лорда, бесконечные выходки младшего Поттера, собрания ордена Феникса, сходки Пожирателей, убийство на Астрономической башне, управление школой в режиме «один против всех», клыки огромной змеи… Годы тихого бешенства и отчаяния, проведённые в школе. Поттер… Если в течение первых двух лет изображать пугало для «золотого мальчика» было не слишком утомительно, то, начиная с третьего, Дамблдор целенаправленно и с удовольствием отравлял Северусу жизнь, пока не зарвался окончательно. На третьем курсе в школе появился Люпин. Тот самый Мародёр-Люпин, который практически ничем не отличался от своих дружков. Люпин, которому он, Северус, теперь вынужден был варить сложнейшее зелье, чтобы обезопасить детей от этой подлой и лживой твари. Четвёртый курс «порадовал» появлением Грюма, в своё время сделавшего всё возможное, чтобы упечь Северуса в Азкабан. На пятом к тёплой компании добавился Блэк и необходимость постоянно таскаться в его дом с отчётами. Дамблдор даже не скрывал удовлетворения, видя, как корёжит Северуса от встреч с недругами. На шестом курсе Альбус, пользуясь вырванными когда-то обязательствами, сумел-таки взвалить на него спасение младшего Малфоя и своё убийство. К этому моменту Северус ненавидел старика больше, чем Лорда со всеми его прихлебателями. Ненавидел почти так же, как Мародёров, и ничего не мог изменить. Больше всего на свете хотелось отдать старого козла на растерзание Белле, но пойти против данных клятв не было никакой возможности. Даже сейчас, находясь в шаге от смерти, Северус понимал, что больше всего хочет не выжить, а отомстить. Всё остальное, в том числе и желание спасти Лили, отходило на второй план. Тело пронзила мучительная судорога, и последний вздох застрял в горле. Пальцы непроизвольно со всей силы стиснули холодное стекло. Раздался хруст, кристаллы врезались в кожу, перламутровый туман выплеснулся наружу, заключая корчащееся в агонии тело в сияющий кокон. Гаснущее сознание уцепилось за сияние, позволяя сосредоточиться. Артефакт активирован — значит, неизбежно кто-то умрёт. Мерлин, пожалуйста, пусть это будет не Лили! И пусть ему, Северусу, выпадет шанс отомстить! Пожалуйста, месть! Он жаждет мести! И клятва… Пусть он либо исполнит клятву защитить ребёнка Лили и Джеймса Поттеров, либо будет освобождён от неё… Отомстить! Клятва! Живая Лили! Отомстить!.. Отомстить… * * * Солнечные лучи ласкали кожу. Было тепло и спокойно, пахло цветами и примятой травой… На лицо упала тень, и Северус заполошно вскочил, по привычке выхватывая из рукава палочку. Рядом стояла улыбающаяся Лили. Сияющий ореол огненных кудрей, яркие колдовские глаза… Живая! Больше всего на свете захотелось упасть на колени и разрыдаться от облегчения. Сон! Тот кошмар, в котором он видел свою будущую жизнь, был всего лишь ужасным сном! Или нет?.. Уж очень яркими и отчётливыми были воспоминания. Но если он действительно сумел изменить свою жизнь, разве не должен был всё забыть? Как бы проверить? И вообще, где он? Точнее «когда» он? Что это за день? В любом случае, Лили с ним разговаривает, и значит того ужаса у озера ещё не было! Он больше ни за что не назовёт её грязнокровкой, и они продолжат общаться! Да ему и не придётся переживать это унижение заново, ведь можно же просто не допустить повторения той ситуации! Лили, непринуждённо подхватив под руку, увлекла его к озеру. Постепенно лёгкий разговор ни о чём перешёл на баллы, факультеты, а потом и до Мародёров докатились. Дело явно шло к ссоре. Ах да, начиная с четвёртого курса, они с Лили часто ссорились, и раньше Северус никак не мог понять почему… Зато понял теперь. Слышать его доводы подруга категорически не желала, зато сыпала претензиями и поучениями, даже не пытаясь вникнуть в суть его аргументов. Это страшно раздражало… Странно, Северус вдруг отчётливо понял, что совершенно не хочет не только продолжать перепалку и пытаться что-то доказать, а вообще не желает находиться с ней рядом. Может, дело в том, что мужчине под сорок вообще трудно находиться рядом с капризной девчонкой. Но раньше он никогда не считал Лили капризной… Да и вообще, на прежний возраст Северус себя никак не ощущал, хоть и помнил всё, что было? Как бы разобраться?.. Нудёж подруги раздражал всё больше, и когда она, окончательно обидевшись, гордо удалилась, Северус вздохнул с облегчением. Нужно было срочно выяснить, что случилось на самом деле и какой сегодня день? Ведь ясно же, что раз вернулся сюда, если всё же вернулся, то что-то должно произойти… Карманы мантии Северус проверил автоматически и получил ответ на большинство своих вопросов. Запасная волшебная палочка, точная копия его собственной, запас зелий, уложенный в карманы перед бегством из Хогвартса, нож гоблинской работы, мешочек с галлеонами — всё было на месте. Только на шее больше не висела цепочка с «Поцелуем Смерти». И свидетельств укуса Нагайны тоже не было. Значит, всё правда! Он переместился в прошлое, сохранив не только память, но и все вещи, находившиеся при нём в момент смерти! И что теперь делать? Какую плату возьмёт с него артефакт? Кто должен умереть? Почему он попал именно в этот день? И почему его непреодолимо тянет куда-то? Может, стоит заглянуть в библиотеку? Библиотека — это хорошо, там есть сегодняшние газеты. Ну почему почти год протаскав на шее артефакт, он так и не нашёл времени разузнать о нём побольше?! Да, использовать не собирался, но что мешало хотя бы в общих чертах поинтересоваться?! Пусть он падал от усталости и просто вырубался по ночам, а с утра вскакивал, зачастую не понимая, где находится, куда нужно бежать и кого спасать, выкроить час времени и разобраться с артефактом можно было… А если… Хм, а ведь и в этом времени узнать о действии «Поцелуя» было вовсе несложно. Да и прежде чем лезть в авантюру, стоило заручиться поддержкой родственников. Искать свежую прессу не пришлось. И разговор о том, как раскрыть секрет Люпина, и то, к чему это привело, Северус помнил отлично. События той ночи снились ему в кошмарах до конца прошлой жизни, и оставалось только надеяться, что они не возобновятся в этой. Значит, сегодня он должен столкнуться с оборотнем… Дамблдор свяжет его первой из клятв. Клятва о неразглашении информации лишит возможности защищаться и настаивать на справедливом наказании за покушение на жизнь. Мародёры, не понесшие даже минимального наказания, почувствуют себя всемогущими. А Джеймс Поттер будет бахвалиться незаслуженной славой спасителя, точно зная, что рассказать, как и из-за чего всё произошло на самом деле, Северус не сможет. Внутри, требуя мщения, бушевала ярость. Почему-то на память тут же пришло, как Лили упрекала его в неблагодарности по отношению к Поттеру, и Северуса передёрнуло от гнева и отвращения. Нет, на Лили он не злился… наверное, не злился… Она же действительно ничего не знала… Не знала, но безоговорочно поверила своим гриффиндуркам, а его обвинила в предвзятости и неблагодарности… Хотя, ничего нового в этом не было, Лили просто поступила так же, как привыкла поступать всегда… Всегда? Да… всегда. И странно, что он только теперь это понял… Впрочем, какая сейчас разница, чего там думала или не думала Лили? Главное понять, как можно использовать эту ситуацию себе на пользу. Разумеется, никаких клятв в этот раз он директору давать не будет, но ведь… Ведь это и есть реальный шанс отомстить! Несмотря на день посещения Хогсмида, настойчивое желание покинуть территорию школы гнало к тайному ходу. Хоть Северус и мог с полной уверенностью утверждать, что под «непростительные» не попадал, было в этом что-то сродни Империусу. Артефакт требует оплаты? Или поощряет его к удовлетворению жажды мести? Ведь это было основным, самым главным желанием! Просто раззвонить на всю школу о тайне Люпина будет недостаточно, оборотня выкинут из школы, а остальные останутся безнаказанными! Мало того, Мародёры при активной поддержке директора и в этой реальности превратят его жизнь в ад! Скользнув в лаз за Одноглазой Ведьмой, Северус убедился, что Феликс Фелицис никуда не подевался. Отлично. Не колеблясь ни секунды, он опорожнил пузырёк с золотистой жидкостью. Двенадцати часов на всё должно хватить с избытком, но нужно поторапливаться. Феликс подсказывал, что визит к деду следует на часок отложить, иначе драгоценное время будет потрачено впустую. Спустя ещё секунду Северус точно знал, что его путь лежит в промзону на окраине Ливерпуля. Стоит ли противиться, если тебя ведёт сама Удача?! План пришёл в голову полностью сформировавшимся и проработанным до мелочей, словно кто-то только и ждал, когда ему потребуется руководство к действию. Так, может быть, и запасы из прошлой жизни при нём остались для того, чтобы иметь возможность воплотить в жизнь задуманное? Прогулка между старых, заброшенных складов не разочаровала. Подозрительный шум Северус услышал почти сразу. Спустя ещё пару минут он нашёл и его источник. Трое тяжело дышащих, до смерти перепуганных бродяг при его появлении бросились в разные стороны. Четвёртый, так и оставшийся валяться на земле, несколько раз хрипло со свистом вздохнул и затих. Северус присел на корточки, с интересом разглядывая тело. Множественные колотые и резанные раны… Сам убиенный сжимал в руке что-то вроде заточки из арматуры. Не хухровые тут бои без правил. Ладно, нечего зазря время терять. Наисвежайший жмурик вписывался в планы как нельзя лучше. Северус вырвал у себя пару волос и бросил в пузырёк с модифицированным Оборотным. Зелье, как и положено, вспенилось и осело, приняв кобальтовый цвет. Осталось исхитриться и «споить» Оборотное трупу. Тут главное, чтобы в пищевод попало, а дальше всё устроится наилучшим образом. Северус усмехнулся, если бы сам над этим составом не потрудился, сроду бы не поверил, что такой фокус вообще может сработать. Важное для успеха условие имелось только одно — покойничек должен быть совсем свеженьким, не более трёх часов. Интересно, является ли этот мужик тем самым, который в этой жизни умер вместо него? Навряд ли… мало ли бродяг друг друга ежедневно в расход пускают?.. Превращение прошло отлично, чары Стазиса легли как надо, осталось припрятать двойничка до поры до времени. Всё же негоже идти знакомиться с родственниками в обнимку со своей мёртвой копией. Взмахнув палочкой, Северус прибрал следы недавних разборок, мало ли кто тут ещё ошиваться будет, незачем внимание привлекать. Полная аморальность произошедшего его нисколько не смущала. В конце концов, сомнительные манипуляции с мёртвым телом были не более безнравственны, чем потакания Дамблдора и МакКошки своим любимцам. В поместье Принцев Северуса встретили так, словно о визите договаривались заранее. Объяснение нашлось быстро, стоило деду достать из кармана шарик с почерневшими кристаллами и клубившейся внутри тьмой. По стеклу ещё змеились глубокие трещины. Артефакт недвусмысленно указывал, что в этом времени появился человек, воспользовавшийся его помощью. Северуса здесь совершенно точно ждали. Непроизвольно дотронувшись до места, которого весь последний год касался «Поцелуй», Северус ухмыльнулся. Занятная оказалась штука и такая… слизеринская. И почему ему раньше в голову не пришло, что вещь, хранящаяся в семье не одно столетие, не должна быть одноразовой? Попользовался сам — передай другому. К тому моменту, когда у очередного наследника возникнет настоятельная необходимость внести коррективы в своё прошлое, артефакт полностью восстановится. Зато теперь Северус точно узнал, какими мотивами руководствовалась его мать. Эйлин была слишком упряма, чтобы признать свои ошибки. Слишком горда, чтобы попросить помощи у семьи. И слишком слизеринка, чтобы не попытаться манипулировать другими. Разумеется, она всё знала о «Поцелуе Смерти» и хотела вынудить деда использовать артефакт для того, чтобы изменить и её жизнь: спасти, не позволить наделать глупостей. Потому и ребёнка скрыла. Ведь попади артефакт к Северусу, и все изменения в судьбе произошли бы уже после того, как она сделала самую большую ошибку в своей жизни. Единственное, чего Эйлин не знала — того, что однажды, в очень далёком прошлом, дед уже воспользовался «Поцелуем» и второго шанса у него попросту нет. Ну, что же, каждый совершает в этой жизни свои ошибки и делает свой выбор. И живёт с их последствиями. Вот Северус теперь тоже свою попытку использовал и пока не видит ни единой причины жалеть об этом. Вопрос с оплатой тоже более или менее прояснился. Цена для каждого была своя: здоровье, семейное счастье, слава, финансовое благополучие. Для Августа Принца платой стало бегство единственной наследницы. Узнав, что главным чувством, движущим внуком, была ненависть и желание отомстить, дед только усмехнулся: — Значит, заплатишь любовью. — Лили… Лили умрёт? — как Северус ни старался, голос его всё же дрогнул. — Нет, раз уж ты же особо оговорил, что она должна выжить. Ничего твоей подружке не сделается. — Тогда что же? — Скоро узнаешь, — глаза деда загадочно блеснули. — Ты выбрал отличный вариант. Видишь ли, наш артефакт очень любит слизеринские решения и слизеринские мотивы. Так что не думаю, что плата доставит тебе серьёзные неудобства…