Отрицание чувств!

      После окончания того внезапного порыва нежности, им вдруг стало неловко.       В неловкой тишине Ди проводил Мари до дома, потому что, что бы то ни было, бросать ее одну в этих темных переулках не дело.       — Кхм… — привлекла к себе внимание девушка, стоя уже перед своим домом, — спасибо, что проводил.       — Да не за что, — неловко пожал плечами Ди.       Внезапно Мари приблизилась к Ди и оставила на его щеке обжигающий поцелуй. Легкое прикосновение губ, но у парня пропал дар речи, а девушка, вся красная, убежала домой не оглядываясь.       Открыв дверь, которую так никто после ее ухода и не закрыл, она быстро захлопнула ее и спиной прислонилась к ней.       — Что я только что сделала? — тяжело дыша, тихо произносит девушка. — Он же меня теперь сто процентов избегать будет. Ну или я его… — так же бормочет она про себя.

***

      Утром Мари разбудил крик. Звуки исходили из комнаты Шварца. Сёстры быстро прибежали и увидели, как слуга что-то говорит, точнее пытается:       — У еня зык онемл, — старательно пытаясь что-то произнести, выпалил мужчина.       Девушка не смогла сдержать смех. Мари схватилась за живот, чуть ли не падая на пол.       — Марена, что смешного? Ему надо в больницу! — обратилась к сестре Лана.       — Кгм-кгм, да. Я пойду… Предупрежу водителя. — сказала девушка, скрывая победоносную улыбку.       Однако выражение лица резко спало, когда до ее ушей донеслось:       — И да, сдайте анализы обязательно!       В голове тут же пронеслась очевидная до боли мысль: «В крови остались таблетки!». Пулей схватив пальто, из-за неожиданных для весны холодов, девушка двинулась к машине, но не успела, та уже выехала.       «Сука!» И взяв свой давно не используемый велик, Мари своим ходом поехала в больницу.       Уже на месте показалась истина. Больница, такая больница. Куча бабок старающихся за счёт своей старости пролезть без очереди, яжмамки кричат и топят за своё положение, видите ли они: «Женщины, да ещё и с ребёнком!», бедные подростки, которые впервые пришли в больницу одни, ну и, конечно, медсестры, старающиеся устаканить этот бунт разных поколений.       Мари же была исключением. Она как антагонистка в своём мире, от которой может зависеть судьба одного человека или даже двух. Зайдя внутрь и не обращая внимание на привычную для больницы суету, девушка направилась к кабинету для сдачи анализов, из которого, что-то непонятно ворча себе под нос, выходил Шварц.       Прикрыв лицо рукой и укутавшись по уши в пальто, как чёртов маньяк или знаменитая личность, девушка двинулась к цели. А именно к заветной баночке с кровью мужчины. Все было прекрасно, пару шагов до двери, как она резко открывается и даёт Мари в нос.       — Твою мать! — схватившись за повреждённый участок лица, прокричала брюнетка.       На неё удивленно смотрели два широко распахнутых голубых глаза.       — Мари! Что ты тут делаешь?! — выпалил Ди, поджав руки, как тот сурок, видимо осознавая свою вину.       — За анализами Шварца пришла… — придерживая свой нос, сказала девушка. — А ты? Дай-ка угадаю, чтобы бить людям носы дверью?       — Ну прости, я случайно, — виновато посмотрев на девушку, промямлил Ди.       — Ладно уж! — косо смотря на парня, проговорила Мар.       — Хорошо, я понял тебя. Как мне загладить свою вину? — перекрестив руки на груди, спросил блондин.       — Отвлеки медсестёр, пока я подменяю анализы. Хорошо?       Кивнув в ответ, парень начал использовать своё «сногсшибательное» обаяние и красноречие на юных медсестричках, пока Мари заползала в «кровавое» хранилище. Найдя нужную мензурку, девушка схватила её и двинулась к двери, как вдруг, на неё направили взгляд две злые бабки.       — А что это у тебя? — поправляя очки, спросила старушка.       Мари растерянно промямлила:       — Месячные…       — Ах ты, ворюга! — прокричала бабулька.       Ди уже начал попытку как-то оправдать подругу, но девушка перебив его выпалила:       — Беги, нахуй, блять, еблан!       Парень, немого опешив, погнал за ней.       Представьте картину, двое подростков бегут от злых медсестёр и бабок с колбой крови в руках. Представили? А посетителям больницы и представлять не надо.       Еле как выбежав на улицу, ребята скрылись за каким-то забором.       Покосившись назад, Мари устало оперлась ладонями о свои колени в попытке отдышаться и проговорила:       — Фух, вроде оторвались.       — Ага, покруче ничего не могла придумать? — прищурившись, спросил блондин.       — Ну знаешь, боюсь представить, что бы ты сказал на моём месте.       Внезапное рычание позади остановило их спор. Подростки медленно повернулись к источнику звука. Ужас в ту же секунду сковал их тела, потому что какая-то огромная чёрная дворняга выглядела слишком злой.       Ди, первым выйдя из ступора, медленно разворачивается к девушке, стараясь лишний раз не двигаться, и в попытке успокоить девушку говорит:       — Так. Спокойно. Самое главное не выделять адреналин, — приподнимает руки в успокаивающем жесте.       — Какой нахуй адреналин, бежим! — выпалила Мар, неожиданно схватив парня за руку и потянув за собой.       Сейчас думаю можно подставить песню, где поётся: «Я подарю тебе небо, я подарю тебе Питер», ибо неслись они так, будто в последний раз.       Им было плевать на жуткие лужи, из-за которых то и дело чувствовался холод в ступнях. Плевать вообще на всё и всех. Они просто неслись со всех ног, вцепившись в руки друг друга. Собака уже давно осталась позади. Они просто вместе бежали вперёд, наслаждаясь той свободой, которая им досталась в эту секунду.       Вдруг, блондин остановился и оглянулся назад. Убедившись в их безопасности, парень облегченно вздохнул. Мари поняв, что момент уже прошёл, всё-таки отпустила руку, которую было так приятно держать в своей. Ребята жадно вдыхали воздух после столь быстрой побежки, не спуская взгляд с друг друга.       Тут девушка не сдержала улыбку, а потом и вовсе засмеялась, найдя в этой ситуации что-то смешное. Парень сначала не понял в чём дело, но потом, присмотревшись в лицо смеющейся Мари, тоже не сдержал смех и поддержал непонятную радость девушки. Всё в точности как тогда после концерта.       На душе стало тепло и легко. При чем у обоих одновременно.