Какой завтра день?

      Смены в пятницу вечером всегда были одними из самых тяжелых. Честные граждане города свободы, отработав долгую неделю, дружными рядами направляли свои стопы в сторону таверн, баров и прочих увеселительных заведений. И, казалось бы, доблестные стражи порядка, Бездна бы побрала этих бездельников, должны были работать посменно и не зависеть от дня недели, но почему-то именно по пятницам их собиралось в Доле Ангелов столько, что к закрытию, наслушавшись их бредней, Дилюк едва давил в себе желание разнести весь Ордо, чтобы эти придурки не позорили доблестное звание рыцаря. — Дилюк, ну все же, — раздался расслабленный, мягкий голос справа.       А вот и еще одна причина его дурного настроения и его головной боли. Кайя сидел за стойкой, гонял в руках свой стакан с Полуденной смертью и целый вечер активно мешал работать. — Оттого, что ты спросишь в десятый раз, мой ответ не поменяется, — процедил он, пока руки на автопилоте разливали алкоголь по бокалам, стаканам и рюмкам. — Дилюк, — тот поджал губы. — Я не так уж часто тебя о чем-то прошу, мог бы и пойти навстречу.       Все. Он больше не мог этого выносить. Раздражение клубилось в груди и грозило выплеснуться через край. Еще немного, и он мало того, что наговорит Кайе гору нелестных вещей, так еще и сделает это громко, с некрасивой сценой, при всех посетителях. — Я все сказал, — прошипел он, не поворачиваясь. — Выметайся отсюда сейчас же, и не смей появляться до конца вечера.       Справа послышался усталый вздох. Дилюк мог себе очень ясно представить выражение разочарования и обиды на лице капитана. С этим выражением он был знаком лучше, чем хотелось бы.       Барный стул громко скрипнул ножками по полу, стакан с недопитой Полуденной смертью ударился ему о ладонь, нервно запущенный по деревянной поверхности смуглыми пальцами, Кайя, больше ничего не сказав, резкой походкой прошествовал в сторону двери и хлопнул ей громче, чем обычно.       Глухое сожаление сжало горло сразу же после ухода капитана, но упрямство и гордость не позволили бы ему пойти следом. Даже после стольких лет.       Дилюк тихо рыкнул, сжав зубы, сделал вдох и выдох, закрыл глаза, посчитал до десяти и вернулся к работе. ***       Последний крио маг Бездны отлетел к ближайшему дереву и рассыпался, оставляя после себя горстку пепла, мертвую ветку Ирминсуль и мягкую меховую шубку.       Вздохнув, Дилюк поднял ветку и сунул ее в карман — ее он отдаст Итэру, Путешественник их зачем-то собирал — и, бережно отряхнув, расправил и проверил на наличие повреждений пушистую накидку. Как обычно, она была в прекрасном состоянии. Под своими щитами маги умудрялись сохранять свои одеяния так, словно они только что были пошиты. А когда щит с треском раскалывался, тут уже была очередь Дилюка не испортить ее случайно. Он ненароком сжег несколько таких по началу, когда пытался понять, как в них правильно целиться, но теперь, пристрелявшись, ему не составляло труда попадать в магов, а не в их мех.       Помяв ее в руках и бесцельно побродив вокруг, он понял, что прокрастинация его проблемы не решит, и стоит добраться до Монда как можно раньше — в конце концов, не у всех суббота была выходным днем, кое-кому приходилось и работать с утра пораньше.       К счастью, сегодня ближайший лагерь хилличурлов и магов был разбит буквально в получасе ходьбы до города, так что у него были высокие шансы добраться туда еще до того, как этот самый кое-кто ляжет спать.       Улицы были ярко освещены, и Дилюк старался держаться самых глубоких теней — во-первых, он все еще был в маске Полуночного героя, а во-вторых, не стоило праздношатающимся зевакам видеть, как он поднимается в квартиру к капитану кавалерии, с которым, как верили некоторые, у него все еще были натянутые отношения. Не отмоешься потом от слухов — языки у жителей города свободы были длиной, как у лягушек.       Он тихо постучался, где-то в глубине души искренне надеясь, что ему никто не ответит, и Кайя уже видит десятый сон. Но, увы и ах, спал капитан очень чутко, так что, уже спустя тридцать секунд, Дилюк смотрел на обнаженный торс и полуприкрытые глаза.       Кайя так смело открыл дверь, будучи полуголым и без повязки, как будто, знал, кто именно стоит за дверью. Хотя, погодите. Конечно, знал. Если бы к капитану имел привычку захаживать в гости среди ночи кто-то еще, у Дилюка были бы вопросы к обоим. — Дилюк, — со вкусом зевнул Кайя, пропуская гостя внутрь. — Я уж думал, ты не придешь. — Вот, — он протянул накидку, впечатывая ее капитану в живот. Тот лукаво улыбнулся и взял ее в руки. — Я следующий? — усмехнулся он, поглаживая пальцами пушистый мех. — Ты следующий, — утвердительно кивнул тот и прошел в гостиную.       Эта странная традиция родилась у них еще в те времена, когда Дилюк только вернулся из своего путешествия. Когда Кайя в очередной раз довел его до белого каления, Дилюк понял, что лучший способ снимать напряжение, не убив при этом случайно почтенного капитана кавалерии, был — надрать задницу горстке магов Бездны. Впрочем, такой способ работал во многих других случаях — универсальный антистресс. И именно этим он занялся в тот вечер. Сложно было сказать, сколько бездненских уродцев полегло тогда, но пришел он в себя среди пепелища с меховой накидкой, чудом уцелевшей в огненном аду, в руках. Он ухмыльнулся себе под нос, когда в голове родилась идея. В тот момент ему почему-то показалось, что это окажется угрожающим посланием. Поэтому, когда на следующий день он сунул кусок меха виновнику всей заварушки под нос и рыкнул: «Ты следующий», наверное, он ожидал трепета и страха. И когда Кайя от всей души рассмеялся, вжимаясь носом в пушистый белый мех, Дилюк сначала удивился, а потом срочно отвернулся, потому что сам неожиданно понял, как нелепо это смотрелось и, представив ситуацию со стороны, не смог сдержать улыбки. Которую Кайе, конечно же, не стоило видеть.       Так и повелось — капитан выбешивал его до звездочек в глазах, Дилюк разорял бездненские гнезда, тащил домой трофеи, Кайя всегда с улыбкой спрашивал: «Я следующий?» и получал утвердительный ответ. Это значило, что огонь в нем утих, и вот теперь они могли поговорить. — Чаю, сока, вина? — Кайя открыл шкаф и присоединил обновку к уже имеющимся там накидкам. — Сока было бы неплохо, — кивнул Дилюк, и капитан, хмыкнув, пошел за бутылкой и бокалом. — Ну и что ты решил? — остановился он перед уже усевшимся на стул Дилюком, наливая фиолетовой жидкости из бутылки. — Ничего я не решил, — может, он поторопился и пришел рано, не остыв до конца, потому что этот простой вопрос снова заставил его сжать зубы. — Ты знаешь, что Чарльз и так много работает. — О, Архонты, — Кайя уселся рядом, и подпер подбородок ладонью. — Да закрой ты ее на один вечер, все знают, что завтра за день. Никто не обидится. — И что завтра за день? — упрямо насупился Дилюк, не собираясь уступать.       Кайя на секунду вскинулся, внимательно посмотрел в красные глаза, понял, что тот не шутит, и на его лице расцвела жалость. — Иди-ка сюда, любовь моя, — он подхватил собеседника за локоть, заставив поставить бокал на стол, и подвел к календарю. — Какой завтра день?       Тихо охнув, Дилюк понял, что, кажется, и правда, заработался. Это был, конечно, не первый раз, когда он забыл о своем дне рождения. Но первый, когда он умудрился из-за этого еще и с Кайей поругаться. — Не может быть, — выдохнул он. — Угу, — Кайя трепетно обнял его со спины, положив голову на плечо. — Я же говорю, все знают, никто не обидится. Да и Чарльз наверняка не будет возражать и поработает завтра.       Он бросил взгляд на часы и ласково улыбнулся, тыкаясь носом Дилюку в сгиб шеи. — Точнее, уже сегодня. С днем рождения, родной.       Дилюк развернулся в его руках и виновато потупился. — Кай, я… — он совершенно не умел извиняться, и знал, что стоило хотя бы приложить усилия, чтобы научиться, но слова всегда застревали где-то в глотке и никак не удавалось их оттуда вытащить. — Я знаю, — его собеседник продолжал улыбаться. — Я их уже принял, они вон, в шкафу висят. Допивай свой сок и пойдем-ка спать, Люк. Я могу завтра прийти на работу попозже, Джинн все поймет, но совсем не явиться будет наглостью. — Да, конечно, — Дилюк рассеянно водил по крепким плечам ладонями. — Я тогда завтра днем схожу Валяшки пособираю, я хотел из них сделать коктейль, пока сезон не кончился, и посмотреть, что получится. — Это все еще работа, милый. Пригласи хотя бы Итэра, все веселее будет, — Кайя уже распускал ему волосы и расстегивал сюртук. — Хм, Итэра. Ты прав. Думаю, ему понравится, — повеселел тот, подставляясь и помогая партнеру развязывать шейный платок. — А я присоединюсь к вам вечером. Как закончу… работать, — Кайя с загадочной усмешкой клюнул его в висок и потянул в спальню.       Дилюк глянул на него, подняв бровь. Он знал, что это значило. Ни в какой Ордо Кайя завтра не собирался. Он собирался на винокурню, и что-то там намечалось. Прохвост.       Этот день рождения определенно обещал быть прекрасным.