Зов крови: Спасение рода от темного лорда 1 ч.

Пройдя в шатёр импровизированного кафе, мы заказали себе пару прохладительных напитков и лёгкой закуски и отправились к столику. — Прежде чем начать, я хотел бы поблагодарить тебя, Гермиона, что не рассказала обо мне Гарри. Если честно, я думал, ты не выдержишь и всё ему выдашь, но я ошибся. Прости и ещё раз спасибо. — На самом деле очень хотелось всё рассказать, но я решила, что будет неправильно лишать вас возможности удивить его и поговорить как следует. За пару дней до письма от Гермионы я просил её не рассказывать всё Гарри, потому что мне хотелось самому всё рассказать, когда будем в школе. Так сказать, сделать сюрприз. Меня ругали, как только можно, вспоминая написанное: ну как же так, он страдает там один, и ему нужна нормальная семья, а не где-то там. Тебе срочно надо его оттуда забрать и так далее. После всего написанного она, словно передумав, в конце письма в строгой манере написала: чтобы в школе при первой же возможности поговорили, понял? Иначе оторву то, что делает тебя мужиком (грубая угроза, но действенная). После вкусной закуски мы разговорились о том, как она оказалась втянута в этот удивительный поход. — Тебя что, заставили, или ты решила посмотреть, как толпа на адреналине будет орать на стадионе? Погоди, не говори, тебе, наверное, понравился кто-то из команды, раз носишь красно-черную майку. Похоже, кто-то из Болгар. Удивительно: скромница в коллективе, совсем не скромница в реале. Что же тебя вынудило так поменять своё поведение? — Скорее не заставили, а просто пришлось пойти со всеми. Не хотела быть белой вороной, а про майку... Нуу, мне её Джини дала со словами, что вон Рон носит такую же, будете гармонировать, а сама выбрала зелёную, как у Гарри. Отказать, как видишь, не смогла. — Да тяжко тебе с такими друзьями, которые не видят, что тебе это не нравится, — показал я на майку. — Тебе надо научиться отказывать, а то Джини тебя сватает с Роном. — Вот вспомни, черта он появится, — Гермиона, увидев его, сразу поняла, что будет скандал, и попыталась остановить словесный понос. — Рон, Гарри, что вы тут делаете? Вы вроде пытались доказать близнецам, кто круче играет, или пришли перекусить? К слову, тут подают отличный яблочный штрудель, можете попробовать. На миг вроде всё успокаивалось, но заметив, что я сижу и спокойно пью чай с яблочным штруделем, рыжик весь скривился, словно говна поел. Но я даже не показал, что мне интересна их компания, словно их тут нет. — Ты что тут забыла с этим уродом?! — крикнул болван, брызгая слюнями, как питбуль. На него обернулись все, кто был в кафе. Скажем так, стало слегка неуютно. Гарри попытался его успокоить и показать, что они тут не одни и не стоит так себя вести. Его поддержала Гермиона словами: — Тебе-то какого лешего так волнует, где я гуляю и с кем? Первое, мы с тобой не пара, и я не должна перед тобой отчитываться. Во-вторых, успокойся и не позорь нас перед людьми. — Рон, успокойся, Герми верно говорит. Мы всё-таки не дома, и не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Пойдём лучше купим что-нибудь перекусить и вернёмся, скоро начнётся, а мы даже не закупились закусками. Пошли, не будь упрямым ослом! — всеми силами Гарри пытался его утащить от нас. И всё-таки желудок оказался важнее, и, фыркнув, он сказал: — Пусть общаются. Но Рон напоследок решил кинуть гнильца: — Ты, Гермиона, предательница, раз решила променять нас на этого смазливого урода. Не получилось уйти у него более-менее спокойно, сейчас он перегнул палку дозволенности. — Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Я что, по-твоему, не могу общаться с другими людьми и обязана слушать ваш постоянный фанатичный монолог о квидиче? Знаешь что, раз я так тебе противна, больше мы не друзья, и не подходи ко мне за помощью с заданиями в школе. — Да кому ты нужна кроме нас с Гарри. Заучка не способная найти друзей и твой постоянный контроль в школе раздражал, теперь можешь делать что хочешь, но к нам не подходи мы и сами сможем делать все уроки пошли Гарри нечего тут делать, зря тока ее с собой взяли, говорил не стоит тащить заучку с ней будет скучно-на этих словах Гермиона разревелась и убежала. — Слушай сюда, поносное отверстие уличного туалета! Ты жалкая, невоспитанная скотина! Ты понимаешь, что сильно оскорбил подругу, которая дорожила вашей дружбой и делала всё, чтобы вы, два остолопа, не остались на позорный второй год? Гермиона рассказывала, что вы хорошие и постоянно защищаете её, а что я вижу? Оказывается, вы дружили только ради проходных оценок. Позор вам! И к слову, если бы она была моей девушкой, я бы тебя сейчас же убил. Но, к сожалению, нет, и мы обойдёмся всего лишь этим — влепил ему кулаком в нос, вложив в удар немного магии, так сказать, для эффекта, и это тело полетело. Отлетев к стойке бара и выпучив глаза от шока, что его ударили, он попытался встать, но его вырубили заклятием. Надо же, Гарри решил влезть — похвально. — Прости нашего друга, он иногда сильно забывается и может не сдерживать свои изречения. Если тебе не сложно, помоги отыскать Гермиону. Она мой лучший друг, и терять её из-за глупой выходки Рона я не намерен. Пройдя пару метров, он решил поговорить. — Вы, как я понял, хорошие знакомые? Прошу, если найдёшь её первым, пригляди за ней. Я понимаю, что это, возможно, неправильно — замялся парень, — доверять такое дело малознакомому человеку, но прошу, убеди её вернуться к нам, если найдёшь. — Хорошо, я помогу, но запомни: если это тело не извинится перед Гермионой, то лучше, чтобы он к ней никогда не подходил. Поверь мне, я в этом году поступаю по переводу в Хогвартс. Если я попаду на Гриффиндор, то лично не позволю ему её обижать. Если судьба окажется не в милости, я найду другие варианты. В общем, надеюсь, ты понял? — Я хорошо тебя понял и поговорю с ним, когда приду в палатку, — чуть потупив, он спросил, — а как твоё имя? А то обращаться "слушай ты" или "дружище" как-то неудобно. — Да, точно, неудобно. Мое имя Сергиус, будем знакомы. — Гарри Поттер, — протянул ему руку для пожатия, и он слегка осторожно пожал её и отправился в сторону своей палатки, таща за собой тело друга. — Гарри, подожди! — крикнул я ему. — Смотри, чтобы не тратил время и силы напрасно. Сделаем так: оставь этого дуболома тут, а как оклемается, сам найдёт дорогу до палатки. А ты осмотришь левую сторону поля, я правую. Ну что, договорились? Гарри кивнул. — Отлично, погнали! Кто найдёт первый, сообщит второму. — Но я не знаю, где твоя палатка находится? — Блин, точно! Тогда момент... Взяв шнурок от шатра кафе и разделив его на две части, заколдовал их на поиски меня. Один дал Гарри. — Вот, держи. — Зачем мне шнурок? А, стоп, я понял, это словно маячок, правильно? — Да, всё верно. Смотри, если найдёшь её, прислони к нему палочку, направь магию, и я сразу пойму, что поиски окончены. После приду сам к вам для проверки. Всё, не тратим время напрасно, побежали. Вернее, он побежал, а я, благодаря своей смекалке из прошлого, воспользовался маячком и отправился по следу Гермионы. Проследив сигнал, удивился: так нехило, она дистанцию за 5 минут преодолела, вон аж до края барьера добежала. Побегать мне, слава богу, не пришлось. Но вот как успокоить девушку, которую прилюдно унизили, не представляю. У меня было мало опыта в таком в прошлой жизни. Благо, жена более-менее нормальная. Да, если конфликт, так поорать и найти выход сообща, а тут прям дремучий лес, и сделать ещё хуже не хочется. Будем пытаться вернуть ей, по крайней мере, нормальное, неистерическое состояние. Может, тогда и удастся донести ей слова Гарри, и она... Да кого я пытаюсь убедить, себя? Да всем было бы понятно, что её нужно успокоить, это и так любой допёр. Тоже мне, блин, гуру душевных терзаний! Такой друг, как Рон, заслуживает только свинью вместо друга. Сейчас мы её переключим. Вместо истерики добьёмся более позитивного состояния. Сейчас как наколдую ковер-самолет, и будет вам Арабская ночь, и похер на квидич. Вот только где взять ковер? Но это не важно, главная задача есть, и её надо решить. — Знаешь, Гермиона, убегать было, скажем, неудачным выходом из положения, тем более так далеко. За тебя беспокоятся люди, и теперь они ищут тебя, — попытался я как-то начать. — Если тебе так плохо, поговори со мной, может, я чем смогу тебе помочь. Сидя на камне возле границы и рыдая сквозь слёзы, она спросила: — Зачем ты пришёл? Помогаешь им вернуть меня для того, чтобы ещё раз обозвать или унизить? Я слегка опешил от такого, но всё же начал вести диалог — старался, по крайней мере. — Нет, ты не права. За тебя беспокоятся я и Гарри. Он, кстати, просил меня найти свою лучшую подругу и вернуть её. По словам Гарри, он с Роном поговорит — я на это надеюсь. Может, он даже заставит его извиниться перед тобой. — Да и если честно, я тоже должен буду извиниться перед тобой. — Зачем? Не ты же начал меня унижать. — Мне правда стоило остановить его, когда он начал высказывать всё тебе. Я пока шёл сюда, подумал головой, в чём-то он прав. Я украл у них тебя, — слегка улыбнулся, — сказал я. Гермиона выставила ладонь в жест "СТОП", опустила голову и задумалась. — Что скажешь, простишь меня? — не выдержал я эту молчанку. — Я готов загладить вину. — Мы можем сходить в кафе, где я угощу тебя чем-нибудь вкусным, или можем посетить какую-нибудь презентацию книг очень известных людей... Подняв голову, она посверлила меня немного обиженным взглядом. Словно что-то прикинула и лукавой улыбочкой всё же простила меня, но с условием — чтобы я сводил её в магическое кафе и книжный магазин, в котором она выберет самый тяжёлый фолиант, который буду таскать я, пока мы будем гулять. Я с лёгкой усмешкой согласился. — По поводу Рона мне не нужны его извинения. Пусть их засунет туда, откуда он мозг в работу включает. Не понимаю я. Гарри тоже молодец, мог его сразу увести, а не дергать за рукав, как маленький ребёнок. Бесит! Всегда мне приходилось быть взрослой. Даже пинала их делать уроки. Да и вообще, как они смогли бы без меня сдать хоть один экзамен? Они оба лентяи — что из них выйдет, я уж боюсь представить. — Скажи, неужели я перестаралась со своими нравоучениями и попытками направить их на учёбу? Посмотрев на меня своими заплаканными глазами и в свете ночного чистого неба, они казались большими, как у кота из "Шрека". Я не смог устоять и взял её на руки со словами: — Не гоже красивой девушке сидеть на мокром и холодном камне. И отвечая на твой вопрос, скажу так: играя постоянно взрослого, ты можешь не заметить, что им обоим иногда следует дать свободу. Они сами должны наделать ошибок и попытаться их решить. Вот тогда они и заметят твой вклад в их жизнь. Учёба, конечно, дело важное, но и время на личные интересы уделять тоже нужно. Не стоит постоянно останавливать их. Ты же им не мать родная, а подруга, которая, судя по крикам рыжего, ещё и принадлежит ему, хотя это смешно. — Знаешь, вообще-то некультурно брать малознакомую девушку так, но мне приятно, что кто-то видит во мне не просто всезнайку и подругу мальчика, который выжил, а просто девушку. Так что спасибо. — Она слезла с моих колен. Обидно немного, но я ещё успею. — Знаешь, ты, наверное, будешь прав. Я реально, сейчас всё обдумав, поняла, что наедала на них своей учёбой. Я хотела, чтобы они стали похожими на себя, при этом не беря в голову, что им, возможно, это не нужно или неинтересно. Но прощать Рона после этих слов я не намерена, а с Гарри я буду общаться и дальше. Подуюсь немного для вида и прощу его после чемпионата. Посмотрев на часы, она громко сказала: — Что, он через полчаса начнётся, а мы с тобой даже не подготовились! Что делать будем? Стоп, почему ты такой спокойный и что ты так на меня смотришь? Я что, где-то измазалась, или ты уже всё подготовил и просто наблюдаешь за моими терзаниями? Тут я не выдержал и засмеялся, и, похоже, заразительно, раз она тоже засмеялась. Это хороший признак. После я повёл её обратно, но сделал небольшой финт: не стал вести к палатке Узли, а оставил неподалёку, чтобы самому забрать её вещи. Как и было обговорено, маякнул и после сказал Гарри, что её нашёл, она в целости и сохранности и пойдёт со мной на чемпионат. — Не беспокойся за неё, Гарри, и собери её сумку. Она после чемпионата отправится домой. Не надо на меня так смотреть, я клянусь честью и магией, что не обижу её. Видишь шарик? Так что не переживай, она напишет тебе письмо. Пару минут, и Гарри вытащил все её вещи. Мы немного поговорили, и я коротко узнал, что Рон отказался извиняться и попросил присмотреть за ней, на что я лишь улыбнулся и сказал: — Не переживай, всё будет хорошо, её и пальцем не тронут. Отойдя от палатки Узли, решил поинтересоваться у Гермионы: — Ну что скажешь, может, простишь бедолагу? Он же беспокоится за тебя, или всё-таки позже, как и хотела? На что получил милую улыбку, словно я сам ответил на свой вопрос. — Понятно, так у нас сейчас будет выступление какой-то музыкальной группы, потом выступление министра, и дальше начнётся игра. Пошли, берём всё необходимое, — скинув её вещи в моей палатке, на что она слегка удивлённо посмотрела. Ну раз не сказала ничего против, то всё нормально — интересная реакция. Дойдя до стадиона, я дал ей заранее заготовленный браслет. Он преобразил её в деловой костюм выходного плана, и сам тоже преобразился, подстать ей. — Ты так смотришь на меня, словно я сделал что-то ужасное, не так ли? Погоди, неужели ты думала, что я позволю тебе не блеснуть перед Роном? Главное, смотри, ты сможешь показать, что можешь выглядеть, словно модель. Вот уже можешь убедиться на реакции людей. Мужики аж голову свернуть могут, глядя на тебя. Подойдя поближе и взяв её руку, тихим шёпотом сказал: — Эта вещица списывает все твои размеры и вкусы в одежде, после с внутреннего хранилища моментально берёт материал и шьёт одежду под стать случаю, как этот. Ты если не заметила, мы с тобой пришли в министерскую ложу, тут будут практически вся верхушка власти и знати. Тут нужно будет выглядеть более-менее соответственно, и, глядя на тебя, всё вышло шикарно. — А ты не мог предупредить, что мы будем тут? Я же не знаю, как себя вести с ними. Так что, что читала я в школе? Вспоминай, голова, может, уйдём? Говоря это, она всё равно быстро наколдовала себе макияж и хорошую прическу. — Успокойся, Гермиона, посмотри на себя. Ты пережила столько приключений и боишься каких-то снобов? Бери пример воон с той дамы. Она, когда к ней подходят, делает реверанс, когда ей кланяется какой-то лорд. Но не перебарщивай, пойдём, поздороваемся. Пройдя пару метров, как раз к той даме, которая оказалась леди Лонгботтом, я, как подобает лорду, поздоровался и поклонился, что вызвало ответную реакцию. Следом за ней сделала немного небрежно, практически под копирку, то же самое и Гермиона — быстро схватывает. — Вижу, хорошее воспитание в наше время ещё не умерло, и, как погляжу, вы, молодой человек, и ваша невеста хорошо воспитаны. Рада, что вы смогли прийти на столь выдающееся событие, организованное нашим министром, мной и лордом Малфоем. Вот тут я немного прифигел. Я думал, что Фадж сам всё сделал — по фильму я так думал, да и в банке по документам было прописано, что организатор он. Хм, кто-то из них не договаривает или просто врет. Я склоняюсь к последнему, так как лично видел документы. — Для меня огромная честь побывать на таком мероприятии. Вы проделали огромную работу, и я буду потом рассказывать друзьям, как тут было замечательно. — Спасибо вам за лестные слова, лорд Дракон. Да-да, не удивляйтесь, я уже узнала о вас всё, что есть в общем доступе, — не верю, что в общем доступе есть, — и, скажем, удивлена, что такой молодой человек обладает внушительными активами и силой в власти. Даже наш министр вас немного побаивается. — Но, думаю, сегодня не то место для разговоров, и вам стоит пройти и занять свои места. Скоро начнётся представление. — Вы правы, не будем больше вам мешать. Хорошего вам вечера. Буквально сделав пару шагов, меня слегка в ребро ткнула Гермиона и сказала: — Предупреждать нужно. И вот какого фига я стала твоей невесткой? Мне, если не изменяет память, я тебе не давала согласия, так что будь любезен, объяснись. С легкой улыбкой и прямиком подходя к перилам, я решил немного объяснить. — Дело в том, что если ты приводишь на такое мероприятие девушку, то тут есть несколько вариантов: либо она твоя невеста, либо коллега. Но последнее отпадает по связи с возрастом, и поэтому нас приняли за пару. Простой вариант, не правда ли? Как видишь, как друзья мы с тобой точно не смотримся, уж больно хорошо гармонируем. Это и подчеркивают другие, и не лезут к тебе с предложениями встреч… Ай, щипать необязательно было. — Ты слишком самоуверен. Серьёзно думаешь, что всё, что ты говоришь и делаешь, — это правда? — Я же думаю, что тебя просто боятся или не берут в расчёт из-за возраста. Ну а по поводу меня, они наверняка знают, кто я такая. Банально, вон, взять Малфоев. Оба неоднократно видели меня в компании Гарри в школе. Поверь, не подходят они не из-за тебя, а из-за моего статуса гря… маглокровной. — Осунувшись и облокотившись на перила, сказала она и чуть не заплакала. — Давай сделаем так: я не слышал последнего слова, и поверь, нет такого понятия, как маглокровная. Есть обретённая, и уж если на то пошло, ты превосходишь того же Малфоя в магической силе. А если потренируешься, так и вообще раздавишь его, как блоху. Так что давай, хвост трубой, и покажи им, что ты можешь быть не заучкой, а графиней, если потребуется. — Откуда ты всё это знаешь? В школе постоянно подкалывают, или в случае с Малфоем обзывают меня. А ты говоришь, что большая часть магического сообщества ошибается? Может, ещё у тебя есть доказательства по этому поводу? — Недоверчиво и слегка злясь, спросила подруга, за что перестала грустить. Правда, придётся как-то отговориться, иначе мне прилетит, и я не смогу больше с ней общаться. — Вообще-то, всего за 20 галионов ты можешь узнать у гоблинов всё своё генеалогическое древо и выяснить, являешься ли ты маглокровной или полукровной. На крайняк, может, вообще последний представитель из вымершего рода, как я, к примеру. — Погоди, неужели за 3 года в магическом мире тебе никто не сказал о таком? Хм, это странно. Даже твой бывший друг Рон, он по идее должен был, чуть ли не первым предложить тебе пройти проверку. Вдруг у тебя есть корни к какому-нибудь роду, или он специально держал тебя в неведении. Что ты на меня так сурово смотришь? У всех есть тёмная сторона, просто её никто не показывает. Смотри, может, они взяли у тебя немного крови и всё про тебя тайком узнали. Пораскидали, что по чем, и стали ласковыми с тобой, всё ради своих интересов. Предлагаю после чемпионата не задерживаться и перед днём отправки сходить в банк — там и узнаем, согласна? — Нет, не сказал. Я, если честно, вообще от тебя впервые слышу такое. Если ты говоришь правду, я согласна пройти проверку, может, тогда смогу жить спокойно и меня перестанут дразнить. — Выдохнув, она выпрямилась и, немного с подрагивающим голосом, сказала: — Извини, я не хотела на тебя наезжать. Просто я подумала, что ты используешь меня в темную для своих каких-то планов, а не по доброте душевной. Да пусть думает, что добрый. Сейчас её удивим. Немного беря её руку в свою, призываю амулет защиты, изготовленный мной на днях от безделья. Немного изменив узор и сделав его в форме кота, подарил Гермионе. — Бери, он защитит тебя в случае опасности и не даст обидчику тебя ранить. Реакция была такая: она улыбнулась и сказала, что это очень красивый котёнок, и попросила помочь одеть его. Повернулась, подняла волосы, и я надел ей кулон. Ещё раз, поблагодарив меня, она подошла и быстро клюнула меня в щеку. Что сказать — приятно. После нашего разговора к нам ещё подходили другие гости. Все общались с нами о том, как тут интересно. Кто-то рекламировал свои страны, другие говорили о том, какие у них хорошие школы, третьи обещали, что нам обязательно надо посетить их лучшие туристические зоны. Даже обещали помочь в продаже артефактов, на подобие кулона Гермионы. Один из гостей заметил, что он очень оригинальный и сделан явно на заказ. На подобные вопросы я решил давать короткие ответы по типу: да, такие работы я делаю на заказ, и весь прейскурант они могут заказать в банке у моего поверенного. Кто-то не верил и предлагал доказать им, сделав какую-нибудь безделушку прямо сейчас, на что были вежливо посланы сосать шишку. Поэтому буквально через десяток минут от нас отошли практически все, кроме болгарского аристократа. Он оказался немного умнее и высказался: — Те люди не понимают, что невежливо так лезть. Все, что он после спросил, было имя поверенного, и он дал мне листок, на котором был автограф Крама. Как позже я узнал, это был его отец. Он такими действиями подстегивал интерес к своему сыну. Зачем мне это — непонятно, но пусть будет, когда-нибудь да пригодится. Когда все наговорились, появился тот, кого никто не ожидал увидеть. Я хотел отвести Гермиону к нашим местам, но она решила выслушать, что скажет ей бывший друг. — Я смотрю, ты предательница. Уже быстро нашла, на кого приключиться, чтобы не пропасть в нашем мире. Теперь мне ясно, что ты обычная подстилка и ради лучшей жизни готова кинуть близких тебе людей. Правильно говорил Малфой в своё время, что ты грязнокровка и твоё место — служение в роли подстилки нам, настоящим магам. — Знаешь, Рон, твои слова меня больше не цепляют, и ты в праве думать, как тебе хочется. Но, говоря всё это, складывается впечатление, что ты завидуешь моему ухажёру и пытаешься его выставить дураком, но выходит всё наоборот. Посмотри вокруг — на тебя люди смотрят как на дебила, не знающего, как себя вести. Знаешь, у маглов есть жест, который сейчас я тебе покажу. — Сняла перчатку и показала фак, сопровождая словами: — Пошёл на хер, жаба безкультурная. После чего пошла к нашим местам с гордо поднятой головой. Боже, эта девушка мне определённо больше нравится, чем киношный вариант. — Рон, ты дебил? Зачем ты опять её оскорбил? Зачем тебе это надо было? Кому ты что-то доказываешь? Теперь она по твоей милости с нами разговаривать не будет, — замучал друга вопросами Гарри. — А всё потому, что она нас бросила ради богатенького ухажёра. Почему мы должны прощать её поступок? Правильно, что мы её отшили. Пусть теперь сама разбирается, что и как в магическом мире, и я ей помогать не буду. Гарри посмотрел на друга, который совсем не понимает, что только что произошло, и делает вид, что они молодцы, проводив Гермиону куда подальше. Но он и не стал ничего говорить, протолкнул друга к лестнице, чтобы занять свои места. Бедный Гарри пытался быть нейтральным, чтобы не потерять последнего друга, но после этого он явно начнёт думать своей головой. Я надеюсь, что после того, как я с ним поговорю как следует, он пошлёт Узли лесом. Заметив Малфоев, я не стал вслушиваться в их разборки, так как приблизительно мог представить, что Драко хвастался приглашением самого министра, и удалился от них в сторону Гермионы. Проходя мимо нас, старший Малфой, как полагается, поздоровался, а вот младший выпал в астрал, так как не ожидал здесь увидеть подругу Шрамоголового. Но буквально практически сразу пришёл в себя и тоже поздоровался. Приземлилось сие чудо возле нас. — Как удачно, — подумал я. Он тихо спросил подругу: — Каким боком ты здесь оказалась, Грейнджер? Что, твои дружки тебя больше не интересуют? И ты решила охомутать какого-то бедолагу, пытающегося показать, что он аристократ, хотя что ещё остаётся ждать от грязнокровки? — Замолчи, Малфой, мне неинтересно с тобой общаться. Твои расистские высказывания в мой адрес меня не злят, но если ты будешь сильно надоедать, то повторится то, что было возле камней, помнишь же, да? Как твой носик красиво так повернулся направо. Могу повторить, если тебе этого захочется, — со злорадной улыбкой сказала она, а Малфой аж побелел. — Гермиона, не обращай внимания на наследника Малфоя. Такие люди не изменятся, пока их не начнут закапывать и петь дифирамбы по их утрате. Только тогда до него дойдёт, что на людях не бросаются оскорблениями, особенно перед иностранными гостями. — Да кто ты такой, чтобы указывать мне, как себя вести на людях? Думаешь, что раздобыл два билета, ты стал влиятельным аристократом? Хех, ты ошибаешься. Ты всего лишь зазнавшийся оборванец. В твоя девка, эта грязь под моими ногами, вы должны быть благодарны за то, что вообще дышите и учитесь в школе. Без наших денег вы себе даже портки не купите. — Ты погляди, как понесло его. Он даже не осознаёт, что на него смотрят все. А униженный старший Малфой уже дёргает его, кого-то ждёт порка дома. — Вы все будете кланяться мне! Я один из правящей семьи в Англии, и я буду вами править! — На этом слове его огрел отец по голове, и тот, как болванчик в автомобиле, качнул головой. — Драко Малфой, как ты посмел так нас выставить перед гостями? Мы не рабовладельцы! Я очень разочарован тобой и лично пройдусь по твоему перевоспитанию дома. Бедолага аж побледнел больше обычного. — Я думаю, лорд Малфой, вам надо его проверить на зелья. Уж больно яро он кидается на мою подругу, словно фанатично охвачен идеей чистоты крови, но при этом не понимает значения этих слов. — Думаю, я воспользуюсь вашим советом, юноша, и после чемпионата мы с Драко отправимся к моему личному целителю. Прошу простить его за испорченное настроение. — Отец! Не слушайте его! Он же оборванец! Откуда он вообще взялся? Мы же должны избавиться от таких, как эти грязнокровые выкидыши маглов, разве нет? Он же безродный, а ведёт себя как аристократ. Думает, что если нацепить дорогую одежду и получить пару билетов, то он станет на ровне с нами. Ха, не смешите меня! Как родился он безродным, так и помрёт. Нечего слушать таких, их надо искоренять и выгонять из нашего мира! Эти высказывания меня немного задели, и я его придавил магией и сказал короткую, но ясную речь. — Такие, как ты, желчь не должны выходить в свет, и твоё заключение обо мне — неправдивое. Если не знаешь, кто я, тогда завали хлебало, отребье невоспитанное. Если ещё раз при мне оскорбишь Гермиону и меня, я тебе оторву голову! — на этом моя правая рука стала похожа на лапу дракона. От неё исходили волны магии, настолько плотной, что её видели все. По его бледному лицу я понял, что для него этого достаточно. Но всё равно решил договорить: — С такими изречениями твоему отцу придётся в ускоренном темпе делать другого наследника, потому что старый помрёт не своей смертью. Надеюсь, ты меня понял? Надавив ещё сильнее, он упал на колени. Продержав в таком положении его, он чуть ли не упал в обморок. Всё же через пару секунд он попросил прощения — что удивительно, отец ему никак не помогал — но я не отпустил его. Посмотрев на его отца, добавил, что вам стоит его увести отсюда. Глядя на него, боюсь, он может наговорить ещё чего-то нехорошего гостям, не зная их. Малфой старший кивнул, и я отпустил это посмешище. После этого появился их домовик и отправил Драко домой. Тяжело вздохнув, Люциус Малфой попросил присутствующих прощения за неподобающее поведение своего сына и, со словами «прошу простить меня», удалился, но задержался возле нас и попросил, как только будет время, встретиться, на что я утвердительно кивнул. Ну вот и началось шоу. Появилась музыкальная группа, и толпа заревела от счастья и адреналина. Следом было обращение министра, в котором он благодарил всех присутствующих за то, что пришли посмотреть эти удивительные матчи, особенно послов других стран, что приехали в гости. Дальше началась нудная игра, в которой сборная Англии проиграла французам, что удивительно. Русская сборная тоже была и проиграла болгарам чуть ли не с оглушительным результатом. Ирландцы выглядели куда лучше и выигрывали уже пару раз, на что толпа кричала, а гоблины принимали ставки в перерывах (чувствую, я сегодня гоблины озолотились так хорошо, а следом и я). Вот настал момент финала чемпионата, где ответственную роль на старт матча доверили Фаджу. Именно с его палочки должен слететь сигнальный знак о начале игры. Но перед игрой проходит традиционный парад талисманов команд-участниц. Сначала на поле выходят прекрасные талисманы болгарской сборной — вейлы, которые производят сильное впечатление на Гарри и Рона, особенно на Рона. Он кричал, что готов взять каждую из них и утопить в океане любви и тепла. Хорошо, что девушки его не слышали, только родители с братьями. Они пытались оттащить его от перил, чтобы он не свалился с них. Всю эту картину наблюдало много народу, в том числе и мы. Гермиона, глядя на Рона, скривила лицо от отвращения и вообще возмущалась, что все мужики чуть ли слюни не пускали на этих пигалиц. Но заметив меня, она с издевкой спросила: — Что? Пожалуй, тоже хочешь прыгнуть к этим фифам и дать им тепла и любви? — Скажи, Герми, я похож на слабовольного человека? — поворачивая голову в её сторону и продолжая говорить. — Когда я выберу себе любимую, то не отойду от неё и буду всегда помогать и оберегать её. Что скажешь, я ответил на твой вопрос? — Значит ты… — но из-за крика толпы я не услышал её. А, попытавшись спросить, получил ответ: — Да, ответил. Странная ситуация, подумал я. А затем в небо взвились талисманы сборной Ирландии — лепреконы. Их так много, что они способны собираться в различные сверкающие фигуры. Собравшись в огромный трилистник, лепреконы разбрасывают по трибунам золотые монеты, чем тут же пользуется Рон, расплачиваясь с Гарри за купленный им бинокль. Но когда он увидел, что лепреконы раскидывают золото, его жадность взяла контроль над телом настолько сильно, что он отобрал у Фреда шапку с эмблемой Ирландской сборной и начал лихорадочно собирать монеты. На него смотрели как на человека, лишённого ума. Что же, игра шла своим ходом. Игроки двигались настолько быстро, и игра велась в таком темпе, что Бэгмен едва успевал называть фамилии спортсменов. Поэтому, чтобы получше всё рассмотреть, Гарри включает замедленный режим с субтитрами на своём омнинокле, но в итоге пропускает первый гол в кольца Болгарии и отказывается от этой затеи со словами: «бесполезная хреновина». Игра шла напряжённо, ирландцы вели по очкам, и ловец Болгарии Виктор Крам решается применить финт Вронского, позволяющий ему на время вывести из строя ловца команды-соперницы. Пока врачи приводят в чувство ирландского ловца, Крам не спеша оглядывается и пытается отыскать снитч, но ему пока что не везёт. Тем не менее болгары проигрывают уже со счётом 130:10, и когда «Маллет в очередной раз помчалась к голевым шестам, крепко прижимая к себе квоффл, болгарский вратарь Зогров рванулся ей навстречу», сделав запрещённый удар локтем, трибуны кричат о грязной игре, но ничего сделать они не могут, и после этого ирландцы пробивают пенальти. Но битва разворачивается не только в воздухе, но и на земле, где противостоят друг другу талисманы сборных, а волшебники из Министерства пытаются их утихомирить. Под очарование вейл попадает даже судья матча Хаксан Мускрим, который, приземлившись перед ними, «картинно напрягает мышцы и залихватски подкручивает усы, еле сдерживая себя, чтобы не пустить слюни». Подбежавший врач пинает судью в ногу и немного приводит его в чувство. После яростного спора болгарских загонщиков Волкова и Волчанова с Мускримом игра возобновляется. Несмотря на ожесточённое сопротивление болгар, ирландцы продолжают забивать и зарабатывать очки. Вскоре жестокость матча переходит все мыслимые пределы. Ирландцы пробивают ещё несколько пенальти. Лепреконы изображают член в сторону вейл, и те окончательно выходят из себя — «их лица вытянулись в остроклювые, злобные птичьи головы, а из плеч прорезались чешуйчатые, но красивые крылья». Вейлы начинают бросать в лепреконов какие-то огненные шары, и вскоре талисманы сцепляются в драке. Чтобы их утихомирить, на поле высыпают работники министерства. Началась куча мала. Но драка талисманов — ничто по сравнению с тем, что творится в воздухе. Когда ирландский загонщик Кухигли мощнейшим броском отправляет бладжер прямо в лицо Виктору Краму и ломает ему нос, судья этого не замечает, поскольку в это время гасят у леприкона подобием магического огнетушителя его подожжённую вейлами метлу. Несмотря на льющуюся по лицу кровь, Виктор Крам замечает, что его противник Линч летит к снитчу, и несётся вслед за ним. Два ловца выходят в пике за золотым мячиком, но Линч нервничает и отвлекается, после чего врезается в землю и тут же исчезает «под ордой разбушевавшихся вейл и лепреконов». В результате Виктор Крам с залившимися в пике красными глазами с усилием благополучно ловит снитч. Игра заканчивается со счётом 170:160 в пользу Ирландии, так что, несмотря на то, что последнее слово остаётся за болгарским ловцом, победы его сборной это не приносит. Титаническими усилиями победила Ирландия. Комментатор кричал изо всех сил: «Поздравляем победителей!» Трибуны, конечно, возмущались, но в итоге все были довольны. Финал матча был запредельно интересным, хотя лично мне этот вид спорта не нравится, но сказать, что он фуфловый, не могу. Если каждый матч подобен этому, то, может, я смогу заинтересоваться им, но это не точно. Ладно, вечер был насыщенный, нужно и отдыхать. С этими мыслями я взял под локоть руку Гермионы, и мы отправились к палатке.