Зов крови: Спасение рода от темного лорда 1 ч.

После переноса Гарри попросил Ремуса вернуться и забрать Гермиону и Сергиуса — они остались там, и их тоже нужно вывести из этого ужаса. Наверняка там сейчас ещё опасно, и они могут погибнуть. Оборотень сделал лицо более-менее дружелюбным и сказал: — Не переживай, Гарри. Там ещё Тонкс осталась, и она перенесёт их после нас. Сейчас давай пройдём на проверки у целителей, ведь на вас там напали оборотни. После быстрой проверки в больнице Гарри обследовали лучшие целители и выдали заключение: всё в порядке, есть ссадины, но они заживут, и он точно не станет оборотнем. По возвращению в Блекхаус Ремус сказал: — Знаешь, Гарри, хоть по тебе и не скажешь, но ты выглядишь куда лучше, чем они, — показывая на семейство Узли. — Не важно, как я выгляжу! Ремус, в той заварушке были мои друзья, о которых я до сих пор ничего не знаю. — Гарри, не стоит так нервничать. Я лично предполагаю, что Тонкс, скорее всего, так же на проверку отправила Гермиону и твоего нового друга. Просто пойми, тебя приняли вне очереди из-за твоего статуса, а у них такого нет, и поэтому такая задержка. — Ненавижу этот статус! От него одни только проблемы. — Гарри, не стоит переживать. Прояви терпение, и вы скоро увидитесь. Пройдя на кухню, Люпин стал наводить чай. — Пока мы ждём, выпей чай, он успокоит тебя. Пойди наверх и отдохни, а мне ещё нужно сказать директору, что ты в безопасности. Он очень переживал за тебя. Чувствуя, что ему что-то не договаривают, Гарри решил узнать больше о всей этой ситуации. Взял чай со словами «в комнате выпью» и пошёл наверх. Поднявшись по лестнице, Гарри думал: «Место сказать так себе. Комната хоть и находится прямо после лестницы, но всё же дом какой-то мрачный. Прям чувствую, что за мной кто-то наблюдает». Подумав пару минут, он решил попробовать узнать побольше о всей этой ситуации. Не закрыв до конца дверь, он решил послушать, что скажет Люпин. Но, к сожалению, он не говорил, а как Гарри заметил, искал пергамент и ругался. Удивлённо смотря на это действие, он подумал: «Интересно, для чего он так яро искал пергамент». — Жалко, не видно и тем более не слышно. Ну ничего, я всё равно как-нибудь да и узнаю, что там. А чай этот мне что-то не нравится, — посмотрев на чашку, вылил его в завялый цветок на подоконнике. — Кричер видит, что молодому наследнику не понравился чай с сюрпризом. На эти слова Гарри вскочил от жуткого голоса домовика. Тот, казалось, был рад такой реакции. — Ты кто такой? — Я всего лишь домовой благородной семьи Блек, — поклонился ушастый. — Хоорошо, — протянул Гарри с лёгким недоверием. — А что ты там сказал о моём чае? — В вашем чае были добавки на доверие и подчинение, но на кого — не известно. — А зачем ты мне это сказал? — Вы хоть и Поттер, но в вас течёт кровь семьи Блек, поэтому, — словно пытаясь утаить что-то, добавил домовик, — я вам всё и рассказал. — Еле слышным голосом добавил: — Наследник. — Так же позволю себе наглость. Вы, как я вижу, хотите узнать, что там пишет недружественный к вам наследник, существо? — Д-да, но это невозможно, я же не могу увидеть через стены, что там пишет Люпин директору. Но мне правда очень хочется узнать, что там. — Я могу сделать незаметную копию его пергамента, наследник, только попросите. — Почему ты называешь меня наследником, а про Люпина говоришь, что он недружественное существо? — Значит, услышали. Тогда утаивать не буду. Вы стали наследником семьи Блек, так как последний представитель рода, а именно недостойный предатель Сириус, является вашим крестным. Но после вашего прихода сюда алтарь рода признал вас достойным для наследования. А ещё с вами хочет встретиться моя госпожа. — По поводу того оборотня, он вам не друг, скорее враг, — я не поверил. Но домовик, видя моё лицо, это сразу уловил. — Я постараюсь вам это доказать, — и растворился в пространстве. — Что же тут происходит? Не понимаю, почему Люпин мне враг. Как же очень мало информации. Если подумать, это всё очень странно, особенно если вспомнить, как он относился ко мне, словно его тяготило моё присутствие. После переноса сегодня его лицо говорило, что ему не очень хочется со мной разговаривать. Мои размышления прервал Кричер с пергаментом в руках. Передав его мне, я прочитал: Люпин написал, что доставил меня в безопасное место и всё прошло хорошо. Больше в пергаменте ничего особо страшного нет, кроме, наверное, манеры повествования, словно он не наставнику пишет, а как солдат отчитывается перед офицером. — Слушай, Кричер, а ты сможешь заменить мою еду? Также незаметно давать мне без зелий? И ещё мне нужно знать, кто мои враги, а кто друзья. А самое главное — сможешь незаметно следить за ними? — Кричер сможет всё, Кричер всё сделает для наследника благородного дома Блек, — и, словно слегка подзавис, после чего домовик быстро испарился и появился через пару секунд со словами: — Госпожа ждёт вас в комнате для совещаний. Немного подумав, Гарри сказал: — Хорошо, веди. Только слушай, а как быть? Я же должен спать уже после зелий в том чае. Можешь как-то скрыть мои передвижения? — Кричер сможет скрыть все звуки, — сказал домовик и показал на дверь, словно намекая, что нужно идти. Выдохнув, Гарри собрался с мыслями и сказал: — Ну тогда веди меня к своей госпоже. Пройдя две соседние комнаты и дойдя до стены, Гарри подумал, что Кричер тронулся умом и просто считает, что стена — это его госпожа. Но он ошибся. Домовик щёлкнул пальцами, и, как на моём первом появлении в Косом переулке, стена начала раздвигаться в стороны. Затем появился проём, а за ним большая комната, похожая на гостиную, где стоял большой портрет в пол. На нём величественно изображена леди лет сорока, может, сорока пяти, довольно грозная и немного надменная личность, как показалось Гарри. Пока он её разглядывал, домовик подошёл к ней и поклонился, что-то сказал и растворился. — Здравствуй, молодой человек. Как я понимаю, это ты признан алтарём рода в наследники? — Эм, здравствуйте, миссис. Эм, позвольте узнать, как вас зовут? — Позволяю. Меня зовут леди Вальбурга Блек, последняя в роду, которая чтит все законы и порядки семьи, — говоря это, она явно пыталась намекнуть Гарри на другого члена семьи. На его памяти последний представитель рода — это Сириус. — Молодой человек, невежливо с вашей стороны летать в облаках, когда с вами разговаривают или рассказывают что-либо. — Извините, леди Вальбурга. Меня зовут Гарри Поттер, — слегка поклонившись, он добавил: — Позвольте снова поинтересоваться: вы говорили, что соблюдали все законы семьи, а Сириус их, получается, не выполнял? — Не стоит упоминать моего глупого сына, по совместительству предателя, в этой комнате. Он не достоин быть Блеком, — злясь, сказала леди. Её реакция была Гарри безразлична, но он хотел узнать, каким боком ей приходится Сириус. — Даже ты! По сути, хоть и являешься наследником, но вранья я не потерплю. Юноша, представляться чужим именем — это преступление. Все артефакты в стенах этого дома говорят мне, что ты не Гарри. Так кто же ты, юноша? — Как это не Гарри? Сколько себя помню, меня называли так и никак иначе. Ну а дядю и тётю я брать в расчёт не буду, так как у них я считаюсь ненормальным. Там уродом или ещё чем похуже проскакивало в их речи, но не суть. — Скажи мне, Гарри, ты в банке проходил процедуру наследования рода? Как мне известно, у тебя нет родителей и других магических родственников. По сути, ты, как единственный представитель рода, должен был её пройти, как только пришёл в 11 лет. Ошарашенно посмотрев на эту женщину, Гарри удивился, почему ему ничего не сказали об этом. — Мне ничего такого не говорили, когда я приходил в банк. Мне вообще про магию сказали, когда мне стукнуло одиннадцать. Ко мне приходил лесничий Хогвартса и провёл в Косой переулок, а там мы быстро заглянули в банк. Там он с моим ключом ходил в сейф со словами, что мне пока что не положено распоряжаться деньгами, и набрал мне нужное количество денег. После этого мы быстро всё закупили к школе, как-то так. — Это с каких пор лесничий должен сопровождать будущих учеников? Данная обязанность исполняется только учителями школы. Подумай над этим на досуге или почитай устав Хогвартса. Там будет много интересного, уверяю тебя, — на что Гарри кивнул в знак согласия. — Вот скажи, а ты сколько лет отучился в школе? — Три курса уже отучился, и через пару дней начнётся четвёртый. — Понятно. Ты хоть раз не задумывался, почему тебе уже четвёртый год не дают пользоваться своим сейфом? — Н-нет, мне директор постоянно говорит, что я ещё мал, и вообще, сейфом я смогу пользоваться с 17 лет, когда стану совершеннолетним. — Гарри, тебе врут. Ты мог уже с 11 лет распоряжаться, так как ты последний в роду. Скажи, тебе денег выделяют в притык, раз ходишь в таких ужасных вещах? От смущения Гарри опустил голову. — Да, мадам, вы верно заметили, я получаю деньги только на покупку школьных принадлежностей. — Тогда тебе стоит поскорее узнать и войти в права наследования, иначе твой опекун всё утащит, и ты останешься без всего. — Какой опекун? Мой дядя-магл не сможет войти в банк, — перебил её Гарри. — Погоди. Ты хочешь сказать, что не знаешь, кто твой магический опекун? — Нет, мадам, не знаю, и мне никто не говорил, что у меня есть ещё один опекун. Скажите, а узнать можно, кто это? — Конечно, можно. В министерство отправляешь запрос на эту тему с примерно такими словами: «Кто является опекуном Гарри Джеймса Поттера?», и ставишь свою подпись пером, закрепляя её магией. Ты таким действием словно подтверждаешь, что именно ты написал этот запрос. Ответ придёт через день, максимум два. — Ну, думаю, я смогу отправить из школы этот запрос, а вот процедуру наследования придётся отложить на конец учёбы. — Хорошо, что ты задумался над этим вопросом. Но меня беспокоит вот ещё что: скажи, почему ты не проводишь ритуалы на праздники, как положено? Я отчётливо вижу, что у тебя в ауре, как бы выразиться попроще, идёт процесс наказания от самой магии и рода. Раз ты теперь ещё наследник моего рода, прошу соблюдать правила, заложенные в нашем мире. Иначе ждёт тебя не светлое будущее. Надеюсь, ты меня понял? — Но погодите, нам в школе говорят, что ритуалы — всё тёмное, и их соблюдают только убийцы, психи и вообще только тёмные волшебники. — Кто тебе такое говорит? Скорее, они неумышленно вводят вас в заблуждение или целенаправленно убирают неугодные кому-то рода. Запоминай этих людей и старайся не связываться с ними. Гарри проговорил с ней ещё около часа. В конце она посоветовала ему присмотреться к своему окружению, возможно, друзья его могут оказаться врагами. — Не забудь узнать, кто ты есть на самом деле. Это поможет тебе в будущем не пропасть. Послушай внимательно: какая бы ни была правда, не унывай, у тебя есть теперь место, где ты сможешь получить помощь и кров. — С лёгкой улыбкой она добавила: — Как-никак, теперь ты наша родня. После чего они попрощались, и Гарри пошёл спать. Подходя к комнате, он заметил Сириуса, который направлялся на кухню. Отлично, нужно послушать, о чём они там будут разговаривать. Может, наконец-то узнаю, почему меня обманывают и подливают эти зелья, — подумал он. Спускаясь, Гарри надеялся услышать что угодно, но не это… — Скажи мне, Ремус, на кой хер ты полез спасать этого задохлика? Там же были наёмники и мракоборцы. Вот зачем тебе это нужно было? — Это приказ Дамблдора, и ты хорошо знаешь, что его приказы не обсуждаются. — Даже если и так, ну подумаешь, пострадал бы немного этот Слейт. Дел у нас полно, под шаманили бы его и всё. Снова Гарри. Кстати, от Джеймса сообщение пришло, они завтра должны приехать. Пойдём встречать? — А как же этот? С ним что будем делать? Убивать после спасения или… — Дамблдор приказал его не трогать. Похоже, у нашего дедушки на него другие планы, — сказал Сириус, показывая жест, от которого у Гарри подташнивало. Боже, директор хочет поиметь меня, вот сука педрильная. Так, не злимся, а слушаем, что ещё у нас. Да и сам посуди, зачем ему постоянно помогать, словно готовит почву. — Слушай, блохастый, ты случайно не ударился головой в прошлый раз? А то смотрю, у тебя мысли явно не здоровые появились. Вот скажи, зачем ему этот слизняк? Он ничего из себя не представляет. Тебе напомнить ту ночь возле озера? Где он пытался защитить тебя от дементоров? Помнишь? Нет? Так давай напомню. Если бы заранее Дамблдор не вызвал Джеймса для подстраховки, то этот задохлик вас там не спас. Как сейчас помню эту боль от насильственного превращения — эта оборотка в оборотня меня чуть не похоронила. Никогда больше не соглашусь им становиться, уж пусть реально тогда покусают. Может, не так больно будет. — Так, я что-то отвлёкся. А, да, точно! Продолжим. Когда я доковылял до места, где стоял Джеймс, мы с ним поговорили, и он сказал, что просто хочет убить этого полусквиба, чтобы так не позорился. Вызвать патронус не может, настоящий Гарри за месяц научился, а этот... Эх, если бы не девка — показывая кавычки, — лучшая подруга! Боже, чистокровный маг с грязнокровкой пестуется, какой позор. — Он бы там его прикончил собственноручно. Как он сказал мне, не нужен сын, который так слаб. Благо, конфундус лёгкий на обоих наложил, и им показалось, что это Гарри вызвал патронус, после чего переместился к своим. — Да и вся эта игра в подставного Гарри уже надоела всем нам. Возиться с этим убожеством, как с маленьким ребёнком, не хочет ни он, ни, как я уже понял, ты, Сириус. — Конечно, надоело! Ты представляешь, сколько слюней он присылал мне в письмах? Лучше не вспоминать. — Да, до этого события нам очень повезло договориться с охранниками Азкабана, а те, в свою очередь, уговорили дементоров на небольшой спектакль в обмен на 10 человеческих душ этих грязных маглов на кормление. Дементоры всего лишь слегка потерпели, пока их будут патронусом шпарить, и умчались в своё логово — вот и всё. — Хороший спектакль устроил Дамблдор. Не представляю, как тяжело было пропихнуть некроманта в Азкабан для договора с этими тварями, но оно того стоило. Теперь все считают Гарри героем. — Ты прав, спектакль был на высшем уровне. Завтра, наконец-то, крестника увижу, а в школе избавимся от Слейта — выставим его как подменыша, и дело в шляпе. Дадим полляма на жизнь и пусть катится на все четыре стороны, толку от него всё равно нет. — Единственная проблема — это новый лорд Поттер. Неизвестно, откуда он взялся и на контакт со мной не захотел идти. Остаётся договориться по возвращению через героев войны. Они смогут вернуть себе титул, и там Дамблдор через министерство надавит. Эх, поскорее бы уже всё разрулить! Ладно, Кричер! Странный ты домовик, иди сюда и принеси нам бутылку виски с бокалами и закуской. Живо, ублюдок сраный, ты меня слышишь? — Кричер слышит недостойного наследника. Ох, покойная госпожа была бы так расстроена, узнав, кем стал её сын. Но Кричер хороший эльф и всё сделает для благородного дома Блек. Я не мог поверить, оказывается, мадам была права, и я вовсе не Гарри, а какой-то Слейт. Тихим и расстроенным голосом произнёс: — Получается, мне всё врали: Сириус, Ремус, Рон и Гермиона все знали и играли со мной. — Ненавижу, ненавижу их всех! — проговорил я в ужасном настроении, а затем поднялся в свою комнату и уснул. Но перед сном пообещал себе, что обязательно узнаю о новом лорде Поттере и схожу в банк, а также при первой же возможности узнаю всё о себе. Когда Гарри уснул, он не заметил, что один домовик смотрел на него из-за угла, довольно ухмыльнулся и сказал сам себе: — Молодой наследник и не представляет, что он совершенно не один. Сама Магия уже прислала ему помощника. Надеюсь, он не свернёт не ту сторону, как сделал недостойный Сириус, и обретёт своё счастье. А если потребуется, то Кричер всегда поможет. — Кивая своим словам, он растворился.