The Madwoman's Blessing/Благословение безумной женщины

— Шериф, у нас сообщение о беглеце! — крикнул дежурный сержант, заставив мою напарницу повернуться и бросить на меня полный надежды взгляд. — Пожалуйста, Кексик, уже неделя прошла! — я не смогла сдержать смех, который вырвался наружу, когда я покачала головой. — Ладно, Вай, можешь взять это. — я сказала ей, заставив её ухмыльнуться, когда она подскочила и перепрыгнула через свой стол. В кои-то веки я была рада, что большинство её бумаг было сложено на моём столе, так как все они сейчас были бы на полу, будь они там. Её детское ликование, когда её перчатки заработали, выпустив пар, заставило моё сердце затрепетать, когда она подбежала обратно. — Чуть не забыла! — она чмокнула меня в щёку, которая тут же покраснела. — Пожалуйста, избегай памятников на этот раз, пожалуйста? — я окликнула её, заставив пританцовывать, чтобы предупредить, и улыбнуться, едва не столкнувшись с другим миротворцем. — Никаких обещаний! — она насмешливо помахала мне своими массивными перчатками. Я покачала головой, поскольку уже знала, что просьба не причинять ущерба имуществу означает разочарование. В любом случае, я могла бы использовать это время, чтобы подготовиться к сегодняшнему вечеру. Я поднялась по лестнице, перекладывая бумаги в одну руку, чтобы отпереть дверь, но дверь уже была открыта. — Техническое обслуживание становится ленивым. — пробормотала я, входя и закрывая дверь ногой. Щелчок. Моя рука замерла у выключателя, когда настольная лампа осветила бледные ноги в неуклюжих боевых ботинках на столе. Вокруг тонких и покрытых шрамами ног лежали стопки бумаг, беспорядочные стопки Вай и мои собственные — аккуратные. — Приветик, Шляпница… — голос заставил мою руку метнуться к двери, но отчетливый щелчок пистолета остановил меня. — Как грубо! — заунитка рассмеялась, уже стоя на ногах и глядя на меня, с надутым лицом, склонив голову набок. — Джинкс… что тебе нужно… — спросила я, бросая свои бумаги и медленно поднимая руки вверх, пока мои мысли метались. Как она вообще сюда попала? Окна всё ещё были закрыты, жалюзи задёрнуты, и я подумала, что она должна была войти через дверь. Через здание, заполненное миротворцами… — Ну, раз уж вы, Кирамманы, так любите поговорить… Подожди, или это была твоя мать? — её бессвязная речь ударила как молот Джейса, и я вспомнила свой беззвучный крик, когда ракета взмыла в ночное небо. — В общем, я подумала, что мы могли бы немного… поболтать! — её улыбка вернулась, такая же широкая и наполненная манией, как всегда. Прошли годы с тех пор, как её ракета изменила жизнь в Пилтовере, какую мы знали, и я бесчисленное количество раз гонялась за этой безумной женщиной по улицам, пока моя напарница пыталась поговорить с ней. Ни разу она не проявила интереса к разговору, но вот она здесь, держит меня на мушке, и уже не в первый раз. — Я думала, у вас, пилти, должны быть самые лучшие манеры! — она ухмыльнулась, плюхнувшись в моё кожаное кресло с высокой спинкой боком, закинув ноги на подлокотник, и жестом указала на кресло перед собой. — Проходи и садись! На этот раз я прощу тебя за то, что ты не приготовила для меня чай, раз уж я сама себя пригласила! — я медленно подошла, бросив взгляд в угол, где стояла моя винтовка, прислоненная к стене. Вокруг неё по периметру лежали гранаты с челюстями, все с чересчур милыми именами, такими как мистер Каддлс и мисс Хагги, нарисованными по бокам неоново-розовой краской. — Надеюсь, ты не возражаешь, но твоя винтовка выглядела одинокой… поэтому я составила ей компанию! — я вздрогнула от того, что она так легко видит меня насквозь. Без винтовки у меня был только пистолет, спрятанный в кобуре на сапогах. — Не волнуйся, я прикрепила их к дистанционному детонатору! — она вытащила комичного размера детонатор из… я, честно говоря, без понятия, откуда он у неё. — Послушай, Джинкс, я не знаю, чего ты хочешь… — сказала я ей, медленно разглядывая детонатор, который был покрыт фиолетовой и розовой красками, как и всё, что она носила. — Или, может быть, это тот самый, который находится в твоей оружейной? — она постучала пальцем по подбородку, лицо её исказилось в замешательстве, а мои глаза расширились. Бомба в оружейной? Это, мягко говоря, сравняло бы здание с землей! — Я просто вижу… — Нет! — крикнула я, вскакивая с вытянутой рукой, когда её руки потянулись к кнопке, что заставило её остановиться, откинув голову назад в приступе безумного смеха. — О, ты бы видела выражение своего лица, Шляпница! — я пыталась успокоить себя, пока она медленно успокаивалась, вытирая глаза той же рукой, которая всё ещё держала детонатор, а мои руки начали дрожать. Я не была достаточно быстрой, чтобы успеть выстрелить в неё, и у меня был только один шанс, поэтому я должна была торопиться. — Чего ты хочешь, Джинкс? — медленно спросила я, заставив её откинуться назад, поставить ботинки на стол, опрокинув стопку бумаг, от чего я только вздрогнула. — Видишь ли, ты мне не очень нравишься, шериф, со всеми этими преследованиями меня, навязыванием своих дурацких правил верхних, и, конечно… — её глаза, казалось, пульсировали, когда она внезапно оказалась передо мной, заставив меня отпрянуть назад на сиденье. — Кража моей сестры! — она отпрянула назад почти так же быстро, осматривая свой пистолет, как будто ничего не произошло. Мои костяшки пальцев побелели на ручках кресла, когда я вспомнила, как её скорость, вызванная мерцанием, позволила ей так быстро вырубить меня в нашей первой схватке. Даже Вай не знала, что её убийственные глаза, нечеловеческая скорость и движения преследуют меня и по сей день. — Но, по крайней мере, ты понимаешь, что здесь только Джинкс, а маленькая девочка исчезла… — размышляла она. — Толсторукая всё ещё не может этого понять! — она закатила глаза. — Она все еще любит тебя… — тихо признала я, откинувшись назад, и увидела, как её лицо нахмурилось, прежде чем она посмотрела на стену. — Нет, не любит! Не после этого! — я чувствовала, что никогда не привыкну к её вспышкам, когда она провела рукой по своим косам. — Но мы пришли не для того, чтобы говорить о Толсторукой! — она вскинула руки и наклонилась ко мне, её лицо стало пугающе серьезным. — Я наблюдала за тобой, Кексик. — я вздрогнула, так как прозвище, сказанное преступницей, стоящей передо мной, вызвало у меня тошноту. — Зачем? — играя в её маленькие игры, я надеялась получить возможность. Это был рискованный шанс, но единственный, который у меня был. — Потому что я не доверяю тебе, и… — она снова зарычала в угл. — Отвали! Нет! — Джинкс, я никогда не сделаю ничего, чтобы навредить Вай. — я пыталась заверить её, но она только насмехалась. — Да-да, и я не люблю взрывы! — она снова вскинула руки вверх. — Мы можем говорить все, что хотим, Леди. — Джинкс… — Знаешь, ты не очень-то благодарна, знаешь ли? — она начала вышагивать, дико жестикулируя своим пистолетом. — Я имею в виду, что вы, Пилти, все придерживаетесь традиций, и с твоим планом на сегодняшний вечер, ты должна сначала поговорить со мной. — я чуть не задохнулась, когда мои глаза распахнулись. Вай всегда говорила, что её сестра умна, но откуда ей было знать. Она могла видеть, как я иду за кольцом, но откуда ей знать, что это было сегодня? Она никак не могла… — О чем ты говоришь? — она подняла бровь на мой блеф. — Серьезно, я должна все объяснять? Я думала, что ты умная! — она закатила глаза, пока я сдерживалась, чтобы не ответить. Злость не поможет, мне нужно было усыпить её бдительность. — Ты должна получить благословение, но так как вы, миротворцы, избавились от мамы и папы, ты должна попросить, ну, попросить Вандера… — она сделала паузу, её глаза и рот дернулись, прежде чем она перевела взгляд на пустой стул и указала на него. — Нет, она бы не спрашивала вас двоих! Тупицы! — она покачала головой, метая своими косами. — Так что вот она я! — она усмехнулась, мания вернулась легко, казалось, она протянула руки, как будто она была каким-то призом. — Твое… эм, твое благословение… — говорили, что шериф Пилтовера была непоколебима, и я гордилась этим, но я была ошеломлена, мои глаза моргали, рот был открыт. — Ну конечно! — я вспомнила, как она похитила меня в первый раз, как вручила Вай пистолет и попросила её застрелить меня. «Просто избавься от неё, и мы снова сможем быть вдвоем.» Я молчала. — Ты ненавидишь меня, зачем пришла сюда, чтобы помочь мне? — спросила я нерешительно. — Потому что дело не в вас, Шляпница, а в ней! — раздраженно огрызнулась она. — Я видела вас вместе и… — она сглотнула. — Она счастлива. — Что? Почему ты… — Потому что я её сестра! — она закричала, хватаясь руками за голову. — Я должна была быть там, я должна была найти её! Я должна была… — она повернулась, налитые кровью глаза сверкнули в тусклом свете, когда она указала на стул. — Нет! Ты солгал мне! Ты сказал, что она мертва! — она сделала паузу и в ярости покачала головой, её коса стала развеваться. — Я не идеальна! Я убила тебя! — слёзы начали струиться по её лицу. — Я… я убила свою семью… Я пошатнулась и почувствовала, как рука сжалась не только на моём сердце, но и на горле. Я медленно потянулась за пистолетом, наблюдая за тем, как она мотает головой и что-то неразборчиво бормочет. Заслужила ли она это? Я задавалась вопросом, наблюдая, как она медленно распадается на части, как одна из нестабильных заводных игрушек Джейса, которую он мне подарил и которая почти разлетелась на части после одного использования. Мы всегда хихикали и смеялись, когда она запускала шестеренки и пружинки во все стороны, озорно заглядывая за импровизированную баррикаду, которой был диван. Но он всегда собирал её обратно. Можно ли собрать Джинкс? Смогла ли бы Вай, когда я встретила её? Я вспомнила все ночи, когда Вай рыдала у меня на плече. «Я должна была быть там, это моя вина, я причина…» Я нерешительно положила руку ей на плечо, и, к моему удивлению, её единственной реакцией было сжаться. Она всегда была этой пружиной, ожидающей хаоса, но сейчас… сейчас она была просто сломлена. Что-то изменилось в последнее время. Чем больше я думала, тем больше это имело смысл. Мы все реже и реже видели её в Пилтовере. Она нацелилась на заброшенные здания, её гранаты только замедляли и калечили, количество её убийств постепенно уменьшалось. Они, конечно, не прекратились, особенно если верить слухам о том, что случилось с некоторыми бандами в Зауне. — Джинкс, что случилось? — мягко спросила я, опуская пистолет. — Ничего… — Джинкс прервалась, прежде чем ответить. — Блонди… — пробормотала она. Блонди? Безумная женщина говорила о многих вещах во время наших погонь, но это было что-то новое. — Она заслуживает лучшего… она заставляет меня хотеть быть лучше, чем это… — я не могла удержаться от поджатия губ. — Вай однажды сказала то же самое. — сказала я ей, заставив её прерывисто рассмеяться. — Я пытаюсь… — пробормотала она, тихо покачивая головой. — Я заметила. — я заверила её, положив руку ей на плечо, когда она вытерла глаза и снова натянула ухмылку, но это не могло полностью отвлечь от её налитых кровью глаз. — У меня есть твое благословение? — Наверное… — пробормотала она удрученно. — Но не думай, что я изменюсь! Только потому, что ты член семьи, это не значит, что я буду к тебе относиться спокойно! — заявила она, заставив меня покачать головой. — Я и не ожидала от тебя этого. — Но у меня есть новое правило. — её лицо в мгновение ока снова стало напряженным. — Семья не убивает семью. — Я обещаю, Джинкс. — я кивнула, но замерла, когда ствол её пистолета уперся мне в голову. Её оскал был первобытным, более серьезным, чем я когда-либо видела, глаза холодные как лёд. — Но я сломаю его, если ты хоть раз причинишь ей вред. — она прорычала, как голодная хищница. — Я сломаю тебя… — Я… Вай — мой мир, я хочу, чтобы мне было больно, если я когда-нибудь причиню ей боль. Пообещай мне это. — я потребовала, встретившись с её розовыми глазами. Она холодно усмехнулась на это. — С удовольствием, Шляпница. С удовольствием… — И что теперь? — спросила я, когда она снова встала, бесстрастно убирая пистолет в кобуру. — Ну, я решила сделать тебе ранний подарок. — я вздрогнула, когда она возилась с одним из ремней бандольеры, но, к счастью, оказалось, что её подарок — не граната… пока. — И что же это? — спросила я, когда она подошла к окну. — Я беру отпуск! — усмехнулась она. — У меня свидание в Демасии! Блонди говорит, что у них есть несколько башен, которые не взрывались десятилетиями! — я стояла, пока она открывала окно. — Подожди! — крикнула я, протягивая руку, но она была слишком далеко. — Увидимся после медового месяца… Шериф! — она отдала издевательский поклон, как её сестра, а затем просто вывалилась из окна. К тому времени, как я добралась до окна, безумная заунитка исчезла. — Кто, черт возьми, так выпрыгивает из окна? — пробормотала я, качая головой, а затем ошеломленно направилась к своему креслу и рухнула в него. Я уронила пистолет на стол, когда моё сердце, наконец, стало работать в более нормальном темпе, а глаза начали затуманиваться. Она могла убить меня… но не убила. И всё из-за этой Блонди? Неужели это единственное, что удерживало её от убийства? А у меня была возможность, которой больше никогда не будет… Почему я не покончила с этим безумием? Ответ был прост: Вай. Но действительно ли она была единственной причиной? Если бы не она, смогла бы я спустить курок? Хотела бы я быть тем человеком, который положил бы конец её террору, когда она рыдала у меня на глазах? Смогла бы я жить с собой? Нет… Не думаю, что после этого я смогу снова смотреть на себя в зеркало. Со скрипом распахнулась дверь и с силой ударилась о дверной порог. — Эй, Кексик, я их поймала! — ухмылка моей миротворицы сменилась чем-то более озорным, когда она огляделась вокруг. — Что это с освещением? Я думала, ты сказал, что офис… — она замерла, увидев мою винтовку, окруженную слишком знакомыми бомбами. — Она была здесь? — она зарычала, её перчатки выпускали пар, как разъяренные быки. — Я собираюсь… — она бросилась к окну, но я успела схватить её за руку и отчаянно вцепился в неё. — Пожалуйста. — пробормотала я, пытаясь сохранить ясность зрения, но мне это не удалось, и моя партнёрша превратилась в размытое пятно, состоящее из красной куртки с белым, её бледной кожи и розовых волос. — Пожалуйста, останься со мной… — взмолилась я и была благодарна, когда её массивная перчатка мягко помогла мне прислониться к её животу. Чувствуя себя себя ребёнком, я зарыдала в её рубашку, когда услышала сильный грохот, а затем её рука, освобожденная от перчатки, провела по моим волосам. — Я здесь, Кейт, ты в безопасности… — она пробормотала, как я знала, её самым лучшим мягким и успокаивающим голосом. Он был грубым и хриплым, тихим и медленным, но это был голос моей миротворицы, и именно это имело значение. — Она не сможет причинить тебе вред, когда я здесь. — пробормотала она, когда её вторая перчатка соскользнула с руки, бесформенно упав на пол. — Если бы она хотела причинить мне боль, ничего из того, что я могла бы сделать, не имело бы значения. — я указала на это и почувствовала, как она замерла, а её рука на моей спине превратилась в кулак. — Паудер никогда бы… — Но что насчет Джинкс? — я стояла, когда она отступила назад, её глаза потемнели, когда она посмотрела на гранаты на земле и пистолет на столе. — Никто из вас не сражался. — констатировала она. — Да, — я развела руками, мои слова прозвучали резко, даже когда я пожалела о них. — Именно поэтому я всё ещё жива! — Кейт… — Вай остановила себя, сделав шаг ко мне. — Что она сказала? — то, как она откинула плечи назад и повела шеей, напомнило мне о том, как я встретила её в Стиллуотере, готовясь к избиению. Это воспоминание больно сжало моё сердце. — Много, как всегда… — я осторожно направилась к своей винтовке, чувствуя себя лучше со знакомой тяжестью в руках. — У неё теперь есть какая-то напарница, девушка, я думаю. — я пожала плечами, закидывая винтовку на спину. — Вот почему она меньше здесь бывает. Я думаю, что именно поэтому её образ действий изменился в последнее время. — Ха, — усмехнулась Вай, потирая подбородок. — Похоже, мы более похожи, чем я думала. — она рассмеялась. — Похоже на то. — я начала медленно подбирать бумаги с земли, она наклонилась, чтобы помочь, пытаясь встретиться с моими глазами, на что я отворачивалась. — Но зачем она пришла к тебе? — я поморщилась, прежде чем вздохнуть. — Думаю, я не смогу скрывать это ещё хотя бы один день… — пробормотала я, качая головой, когда подошла к своему столу и открыла нижнее отделение. — Что происходит, Кексик? — спросила она, пытаясь заглянуть мне через плечо, как нетерпеливый ребенок. — У меня был большой план на вечер, но её визит всё испортил… — я нашла маленькую шкатулку и спрятала её за спину, прежде чем повернуться к ней лицом. Я сотни раз репетировала слова, которые буду говорить сегодня вечером, но, как всегда, все вышло совсем не так, как я планировала. — Вайолет, ты была моей напарницей с тех пор, как мы встретились в тюремной камере, и независимо от того, насколько сильно мир сбивает нас с ног, мы поднимаем друг друга. — я начала, когда она, наконец, перестала пытаться заглянуть мне за спину, так как смысл моих слов дошёл до неё. — Я могу заснуть только потому, что знаю, что ты рядом со мной, чтобы прогнать всё, что приходит в мои сны, и все знают, что ты единственная, кто может заставить меня расслабиться. Её издевательская ухмылка была коварной. — Ты знаешь, что я люблю тебя расслаблять, Кексик… — я не могла не фыркнуть на её нелепо вздернутые брови. — Я знаю, что любишь, — я закатила глаза, несмотря на румянец. — Но я хочу быть чем-то большим, чем напарницы или даже пара. — я достала коробочку и открыла её, показав латунное кольцо с миниатюрными рисунками знакомого набора татуировок. — Вайолет, ты женишься на мне? — она застыла, глаза на мгновение сузились, почти безуспешно пытаясь разгадать подвох. — Ты уверена? — спросила она, снова звуча так, словно была готова получить удар. — Разве я когда-нибудь спросила бы тебя, если бы не была уверена? — я подняла бровь, заслужив посмеивание. — Нет, ты уже думала об этом до смерти, возможно, с доской на стене. — она покачала головой, на её губах заиграла легкая улыбка. — Я бы хотела, Кейт… — моё сердце заболело, во время паузы, на глаза навернулись слезы. — Тогда скажи «да»… — прошептала я, не моргая, глядя на свои туфли. — Как бы я тебя ни любила, я знаю, что она придет за тобой. — она повернулась, изо всех сил стараясь, чтобы я не услышала дрожь в её голосе. — Я не могу подвергать тебя опасности… — я схватила её за руку и медленно повернула её. — Вай, она умная, она уже знает. — я сказала ей, заставив её поднять взгляд, в её глазах была паника. — Что? — воскликнула она, но я не дрогнула. — Она дала мне свое благословение. — я сказала ей, что, казалось, ошеломило Вай больше, чем любой удар, который я когда-либо видела. — Моя сестра? — я терпеливо кивнула. — Так вот почему она пришла сюда? — Похоже на то. — прокомментировала я, когда моя грудь начала болеть. — Вай? — она откинула голову назад и посмотрела на меня искрящимися глазами. — Конечно, Кейт! — я рассмеялась, когда меня внезапно чуть не раздавили в объятиях. — О, спасибо… — меня прервали поцелуем. Я позволила себе расслабиться в её объятиях, позволяя себе просто снять напряжение. Казалось, губы наглой и самоуверенной женщины были единственным, что могло заставить мои мысли перестать кружиться. Я отстранилась, когда ей наконец понадобился воздух, и меня встретил поток слез на её лице. — Вай, что случилось? — спросила я, изо всех сил стараясь смахнуть слезы с её глаз. — Я просто, черт… — она выругалась, пытаясь проглотить напряжение в своем голосе. — Я не знаю, что я сделала, чтобы заслужить это. — её признание почти вывело меня из себя, когда я положила руки на её лицо, большим пальцем поглаживая её имя. — Вай, ты сделала для Пилтовера и Зауна больше, чем кто-либо когда-либо сможет понять. — она посмотрела на мое суровое лицо, и я увидела в нем хрупкость, которую никогда не упускал миротворец. — Любой человек, прошедший через то, через что прошла ты, сломался бы много лет назад, и я бы не винила тебя, если бы ты сломалась. Ты бы все равно пользовались моим уважением. Но женщина передо мной принимала каждый удар и продолжала стоять, назло Вселенной. — это немного смягчило её очаровательную улыбку. — Я довольно злопамятна… — призналась она, закрывая глаза и расслабляя лицо в моих руках. — И поэтому, когда все начинает меняться к лучшему, например, твоя сестра и невеста обещают не убивать друг друга, я искренне считаю, что ты заслуживаешь этого. — она тихо рассмеялась, взяв мои руки в свои грубые и мозолистые ладони. — Я думаю, что я самая счастливая канализационная крыса на свете. — я рассмеялась и отмахнулась от её руки, прежде чем схватить цепочку, прикрепленную к кольцу, к её удивлению. — Не называй себя так! — слегка пригрозила я, расстегивая застёжку. — Я подумала, что из-за твоих перчаток ты не сможешь часто носить кольцо, — объяснила я, опуская руки ей на плечи и соединяя застежку, когда она положила руки мне на бедра. — Что, кольцо, подходящее к моим перчаткам, было слишком дорогим? — она улыбнулась, заставив меня закатить глаза. — Нет, просто я видела, как часто ты их ломаешь. — ответила я, заставив её отстраниться в насмешливой обиде. — Эй… — А теперь заткнись и поцелуй свою невесту. — приказала я, заставив её ухмыльнуться, когда она наклонилась ко мне. — С удовольствием, Кексик.