улитка

      сыро. мокро. темно. противно.       дождевые тучи заволокли небо. об асфальт, падая с крыши, разбивались крупные капли дождя. всем своим видом природа запрещала кому-либо выходить на улицу, иначе, что-нибудь, да уебет. в лесу царила гробовая тишина. все сидели дома. все, кроме, разве что, двух идиотов.       баджи и мацуно, в желтых дождевиках, резиновых сапогах и ярких шапках, шли по тропинке. кейске размахивал руками, постоянно задевая друга по носу, и что-то эмоционально рассказывал. чифую слушал.       неожиданно раздался хруст, заставивший кейске замолчать. он оборвался на половине фразы, и повернулся с открытым ртом к чифую.       у того, казалось, сейчас выпадут глаза из орбит и укатятся в какую-то лужу. он прикрывал ладонью рот, смотря себе под ноги.       кейске не сразу смог понять, что случилось, и, спустя минуту раздумий, он посмотрел вниз: рядом с левой ногой мацуно лежала раздавленная только что улитка. потом он перевел взгляд на друга. потом опять на улитку. а потом опять на друга. и снова на улитку. он поднял одну бровь, не понимая такой бурной реакции на такое несуразное происшествие.       - фую, ты че?       - я теперь убийца... - он все еще стоял ошеломленный и смотрел на жертву своего жестокого убийства.       - что? какой убийца? это всего-лишь улитка - баджи подошел к чифую, помахал ладошкой перед его лицом и заглянул в глаза - пиздец. ты чего?       он не обращал внимания.       - э-эй - кейске потряс мацуно за плечи - ну смотри... я тогда тоже убийца! - его взгляд пробежался по асфальту, и, наконец, он нашел то, что надо. кейске занес ногу и раздавил вторую улитку. он посмотрел на мацуно.       - ты че, блять, сделал?       - а, ну я же... - он потупился. напряженная атмосфера. мацуно был готов прямо сейчас заплакать, скажите ему что-нибудь кто-нибудь, пожалуйста, срочно, иначе конец всему миру. баджи снова подбежал к чифую и, взяв его руку в свою, потряс ее в разные стороны - ты не убийца, чифую. ты так расстроился из-за улитки? да она бы завтра сдохла.       этими словами он сделал еще хуже.       мацуно всхлипнул раза два и вот-вот был готов разрыдаться, но ему не дали это сделать. он, сначала, ничего не поняв, посмотрел на кейске. они стояли близко. очень близко. слишком близко.       блять, они целовались.       чифую отпрянул и прикрыл краем дождевика губы. его щеки тут же залил румянец.       - неловко получилось - баджи, почесав затылок, улыбнулся. но что-то пошло не так. кейске подскальзнулся и полетел в лужу. но падать одному ему не хотелось, поэтому он эгоистично захватил с собой мацуно. баджи упал на спину, а чифую сверху на него. все получилось еще более неловко. их разделяло всего несколько сантиметров.       ошеломленные зеленые глаза были прикованы к еще более ошеломленным карим.       - ты злишься на меня? - баджи усмехнулся, и, может, сказал бы что-то еще, если бы его накрыли губы мацуно.       чифую целовался по-детски и неумело. кейске целовался так же. только вот, если первому было неловко, и он был готов умереть от поцелуя прямо тут, на кейске, то второй относился к поцелую вполне спокойно и выглядел очень довольным.       - пиздец - отстранившись, выдохнул мацуно, смотря в лицо баджи - как хорошо, что мы гуляем одн...       кто-то перебил чифую кашлем. оба повернули головы в сторону. на тропинке стоял такемичи ханагаки.       - простуда - выпалил такемичи, еще раз кашлянул для убедительности, развернулся и быстрым шагом побрел нахуй с этого места. парни переглянулись и заржали. потом перед ним придется оправдываться. или не придется, потому что все трое сделают вид, что никто ничего не видел.       но теперь кейске и чифую встречаются, а такемичи, похоже, стер себе память. или притворяется.