Лабиринт забвения

Их встречала пустота. Таменди и в прошлый раз удивлялась, насколько безлюден Ялао, однако в пять утра тринадцатого дийо в нём не наблюдалось даже даасаров. Это было удобно, но довольно странно. — Мрачный город. — Кеар нервно всматривался в уходящие вверх здания и то и дело приглаживал чёлку. — Даже для них мрачный. — Правда? — недоверчиво уточнила Таменди. Пока разведчики обследовали ближайшие улицы, у них была пара минут на разговор. — У них света больше. Цвета… Не то чтобы яркие, знаешь, но и не серые. Они любят какие-то разноцветные деревья — почти искусственные, с корой, похожей на пластик. И окна у них цветные. Во всём здании одного цвета, но никогда не серые. Окна в менвитской архитектуре Таменди видела — в Кай-Хо. Менвиты действительно любили матовые цветные стёкла. Явин когда-то приносила снимки из крупных городов — там часто встречались зеркальные окна. В Ялао были только серые. — Никого нет! — доложила разведка. — Даже тепловизоры никого не видят. — Значит, идём. План Ялао, предоставленный Ильсором, соответствовал тому, что Таменди помнила с прошлого посещения города. Им нужно было пройти две улицы и пересечь парк, чтобы добраться до цели. На всякий случай шли параллельными маршрутами — Кеар со своей командой перебрался на соседнюю улицу. Их забросили максимально близко к цели каким-то неизвестным артефактом. Раньше Таменди не знала, что в Ламиэре есть колдун… Или это Ильсор принёс какие-то знания от менвитов? Вряд ли. Так или иначе, а артефакт мог переносить на большие расстояния по заданным координатам. Удобно. И перспективно. Ни Золан, ни тем более не вызывающий доверия Ильсор не говорили об этом, но артефакт позволит в будущем добраться хоть до центра Энар-Таари. Впрочем, об этом думать было рано. Сперва — цель номер один. Если всё пройдёт по плану, цели номер два и три. Третья Таменди не особо нравилась, но Золан настаивал — ему было… любопытно. Они говорили несколько дней назад. Десятого, сразу по прибытии в Ламиэре. Вместо возни с любимыми часами Золан сидел за столом в зале совещаний и постукивал карандашом по папке с документами. — Итак, взорвать то здание, пронеся взрывчатку через эту вашу… дверь. Никто не знал в точности, чем менвитам служило то здание, но, судя по реакции обрубка змеи, оно имело весьма большое значение. Там делали заготовки для кобр, что бы это ни значило, поэтому Таменди логично подозревала лабораторию. — Ещё что-то? Золан посмотрел на сидящего у окна — старательно отсутствующего — Ильсора и кивнул. — По возможности вытащить оттуда двух человек. Во-первых, в Ялао попала твоя дочь… Исит. И как её угораздило? Таменди тяжело вздохнула: бестолочь, как всегда. — …во-вторых, у них в плену находится один ценный менвит. — Он выложил на стол снимок, снова покосился на Ильсора и усмехнулся. — Найти и достать живым. Но подрыв первостепенен. — Собственно, достать пленных можем и мы сами, — сказал Ильсор, не уточняя, кто эти его «мы». — Будет достаточно, если ты примерно вычислишь их местоположение. — Думаешь, я брошу там свою дочь? — прошипела Таменди, схватившись за снимок. Ильсор пожал плечами и повторил вслед за Золаном: — Подрыв первостепенен. Таменди не собиралась бросать Морни. Если всё пойдёт по плану, подрывом займётся Кеар, а она подберётся поближе к обитаемым зданиям и, может, даже сможет проникнуть внутрь. Планы зданий Таменди тоже предоставили, правда, без тоннелей, которые, по словам Кси-Лей, соединяли здания под землёй. Найти пленных это вряд ли помешает, но неполный набор планов нервировал. Кроме этого, Таменди нервировал менвит. Знакомая рожа — они виделись всего две недели назад в Валлее, и, кажется, именно ему Морни заказывала эллет, который Таменди нашла в Кай-Хо. На снимке менвит лежал на присыпанной снегом земле, как будто без сознания. «Из архива Инвира», — пояснил Ильсор. Чем им был ценен этот менвит, Таменди никто не сказал. Она подозревала, что между Ильсором и старейшиной существовало какое-то соглашение, но почему Золан вообще пошёл на это? Правило много лет оставалось незыблемым: никаких менвитов в Ирмели. Однако в Ламиэре они обосновались при полном попустительстве старейшины, а кто-то даже притащил ребёнка. Ребёнок, ещё и, насколько поняла Таменди, оказавшийся полукровкой, осложнял положение. Вот и что с ним таким делать? А к иситам его — это сейчас не проблема Таменди. Ни на улицах, ни на площади по-прежнему никого не было. В прошлый раз эта часть города тоже пустовала, но даасары всё-таки были где-то рядом. Их хотя бы можно было услышать. — Приступаем? — спросил Кеар, разглядывая узорчатый мрамор на стенах и похожие на пайетки синие пластины на двери. — Внутрь бы!.. Но взрывчатки и так должно хватить. — Без меня справитесь? Кеар оглядел всю их команду — с десяток человек — и медленно кивнул. Таменди показалось, что он не хочет делиться с ней возможностью взорвать что-то в менвитском городе. Мальчишка… А ведь это изначально её задание. Махнув им рукой, Таменди зашагала обратно через парк. Нужное здание находилось чуть севернее, и в прошлый раз она подобралась достаточно близко, чтобы увидеть толпу даасаров у входа. Будут ли они сегодня? С прошлого визита Таменди в Ялао на этой аллее парка успели переложить плитку. Раньше была… Она не помнила, какая, но точно не чёрно-белая — такой отчаянно-белый не продержался бы в городе и дня. Таменди уже дошла до конца парка, когда сзади раздался странный, словно размазанный щелчок. Так обычно льётся пузырящаяся жидкость или взлетает фейерверк. Обернувшись, Таменди увидела столб разноцветного дыма, поднимающийся в небо. Рано. Взрывчатка, конечно, была подобрана так, чтобы быстро заложить, уйти и взорвать, но… не настолько быстро. Либо они не успели её заложить, как следует, либо не успели уйти. Однако цель была хотя бы относительно достигнута. Возвращаться к месту взрыва было опасно — и не поможет никому, и сама покалечится, поэтому Таменди направилась дальше. Увы, подобраться к высоткам она тоже не смогла: от них в её направлении двигались пропавшие, казалось бы, даасары.

***

Хотелось кого-нибудь пристрелить. Желательно — Баан-Ну. Обстановка даже располагала: лишних глаз не наблюдалось, а Библиотека позволяла списать пропажу человека на какой-нибудь вышедший из-под контроля артефакт. Но если несколько месяцев назад Энг-Сит могла позволить себе нечто подобное, то сейчас — нет. Ей оставалось только таскаться следом за Баан-Ну и шипеть проклятья себе под нос. Хотя именно шипеть, пожалуй, всё-таки не следовало. Не зря же она часами слушала болтовню экспедиционного зоолога? Избавиться от шипящего акцента было целью Энг-Сит с того момента, когда она, малолетняя идиотка, очарованная ореолом загадочности вокруг серых кобр, приняла приглашение перевестись к ним учиться. Тогда у них ещё было собственное кадетское училище в Ра-Умши — её, уроженку провинции Ван-Дир, не отпугнула даже необходимость проехать через всю страну и радикально сменить климат. Энг-Сит успела сбежать до полного превращения в кобру, но акцент остался с ней на долгие годы. Уродливый раздвоенный язык, чрезмерно длинный для человеческого рта, не желал вставать в нужное положение, тыкался в зубы, порождая шипящие, где надо и где не надо. Профессор Аш-Риа, оказавшийся в Теелине стараниями Баан-Ну (хоть за что-то Энг-Сит почти готова была сказать ему спасибо), заинтересовался проблемой. Они часами сидели в оранжерее Се-Лака и разговаривали. Аш-Риа увлечённо рассказывал об анатомии змей и о её гипотетическом симбиозе с человеческой, а Энг-Сит поддерживала беседу личным опытом и старательно не шипела. Получилось. В какой-то момент она смогла говорить нормально. Се-Лак, правда, настаивал на возвращении к змее, но… А не пошёл бы он к най-шу? Хотя бы из чувства благодарности Энг-Сит считала себя обязанной избавить профессора от общества беспокоящего его Змеиного братства. Они могли бы вместе уехать в Ван-Дир, где Аш-Риа вернулся бы в свой университет, а Энг-Сит, наверное, попыталась бы жить спокойно. Правительница Дан-Клар Змеиное братство недолюбливала, а у Энг-Сит были занятные сведения, которые позволили бы откупиться от Комитета Равновесия. Например, о том, что генерал Шаа-Раз работает на Се-Лака, а сам старый змей не очень ладит с Дюной, но всё же помог кому-то из них пролезть в беллиорскую экспедицию. Путешествие Баан-Ну, однако, планам Энг-Сит препятствовало. Чтобы вытащить Аш-Риа из Теелина, надо было вернуться туда, а это, по её предположению, стало бы возможным, если бы Баан-Ну достиг наконец своей великой цели. Ключевое слово — «бы». Баан-Ну хотел превратить и так не самую спокойную жизнь на отдельно взятой Рамерии в концентрированный хаос. То есть хотел он наверняка чего-то иного, но предыдущий опыт применения Прялки Судьбы доверия не внушал. — Секция 407… Почти пришли! — возвестил Баан-Ну. Они шли долго; полки, бесконечные и отличавшиеся разве что оттенком краски, слились в бесконечный поток, изредка разбавленный витринами. Где-то слева мелькнул высокий дверной проём, ведущий в смежное помещение. За распахнутыми створками виделись полки. Ещё один зал таких же размеров?.. Касси удивлённо покосилась на дверь, но промолчала. — Где Аль-Тен? — спросила она. — Унесла рюкзак Баан-Ну в неизвестном направлении, — отозвалась Энг-Сит. — Тебе нужен рюкзак? — поинтересовалась Касси. Баан-Ну, наконец нашедший секцию 406, резко замер, но, подумав, покачал головой. — Там один мой эксперимент, который не стоило оставлять в Теелине. Даже интересно, разберётся ли она… Он прошёлся вдоль полок, словно выискивая какую-то книгу, и остановился в самом конце, почти перейдя в секцию 405. Их разделяла колонна с нарисованным окном Эпохи Сумеречной зимы. На подоконнике этого окна сидел ранвиш с трещиной на хвосте. — Всё ещё 406. Тот, кто поместил её здесь, очевидно, увлекался программированием, — пробормотал Баан-Ну и, прокашлявшись, объявил: — Нас ждёт история! Как… кратко. Энг-Сит с сомнением уставилась на Баан-Ну, который, не обращая на них с Касси никакого внимания, несколько раз провёл рукой по хвосту нарисованного ранвиша. Колонна засветилась и отъехала в сторону, открыв винтовую лестницу, ведущую вниз. Где-то над головой тревожно завыла сирена. — До последнего думал, что в документах Се-Лака дезинформация. Дамы вперёд. Энг-Сит предпочла бы пропустить перед собой Касси — у неё самой ещё был повод пожить. Не дождавшись реакции, Баан-Ну первым направился вниз. В каких-нибудь приключенческих фильмах от загадочных лестниц в никуда следовало бы ждать таинственных фресок, древних гротов, необоснованных водопадов или чего-то подобного. В Библиотеке, однако, загадочная лестница вела к техническим коридорам. По крайней мере, иных определений к пустому лабиринту ходов с холодным сухим воздухом Энг-Сит не подобрала. Баан-Ну, судя по всему, был безмерно разочарован. Касси тоскливо рассматривала его следы, проступавшие на запылённом полу, и что-то бормотала. Энг-Сит разобрала только нечто вроде «уровень кабинета». Цель спуска обнаружилась не в какой-то скрытой комнате за тысячей замков, а просто на перекрёстке нескольких коридоров. Энг-Сит разбиралась в ткачестве, как ранвиш во мхах Дальнего севера, но это, очевидно, была прялка. И эта Прялка сама по себе ткала полотно. Нити разных цветов, разной толщины, блестящие и матовые — всё сплеталось в хаос в форме гобелена. Кое-где можно было разобрать подобие узора. В самом конце, однако, что-то у Прялки пошло не так. — Се-Лак, видимо, в своё время постарался, — заметил Баан-Ну, разглядывая сине-золотую нить, торчащую, словно её вставляли в уже сотканное полотно. — Что он, интересно, изменил? Энг-Сит проследила путь нити сквозь гобелен. Та начиналась около Ночи чёрных огней и ползла поперёк гобелена, пересекая его весь. Что бы там ни сделал Се-Лак, катастрофа такого масштаба намекала, что повторять его опыт не следует. Но Баан-Ну, видимо, плохо понимал намёки. — А что хочешь сделать ты? — Касси обошла вокруг Прялки и вернулась к подножию лестницы, как будто хотела как можно быстрее уйти отсюда. — Мне нужны 8600-е годы, когда к власти пришёл Гван-Ло. В масштабах полотна — совсем рядом с сине-золотой нитью, всего каких-то шестьсот лет разницы. Энг-Сит усмехнулась. — Решил заделаться в герои и освободить арзаков? — Они и сами освободятся — в экспедиции неплохо начали. — Баан-Ну перекосило. — Представьте, что после этого начнётся. — Он выдержал драматическую паузу и продолжил: — Но мы прямо сейчас, десятого дийо 9300 года, можем обезопасить менвитов, просто уничтожив идеи Верховного, когда они ещё не возникли. Касси возвела глаза к потолку, как будто что-то высчитывая, и недовольно покачала головой. — Нерационально. Изменится слишком многое. Ты уверен, что к лучшему? — Да, для тебя так точно. Почему-то это разозлило Касси ещё больше. — Напомню, что рабство — основная причина того, что я вообще существую! — Это ведь тоже можно учесть… Энг-Сит таких подробностей не знала, хотя, если вдуматься, это был более реалистичный вариант, чем «они вопреки всему полюбили друг друга». И, в общем-то, Касси была права. — Можно, конечно, учесть что угодно, — протянула Энг-Сит, подойдя поближе к Прялке, — но ведь всегда найдётся то, чего ты не учёл. Словно соглашаясь с ней, Прялка на миг замерла и, дойдя до конца полотна, повела новый ряд нитей — строго чёрно-белый.

***

Найти ключ. Найти ключ — и всё встанет на свои места. Мысль навязчиво возвращалась, и даже созерцание лабиринта на потолке приносило раздражение вместо спокойствия. Вспоминалась холодная вода, невнятная каша из сырых листьев, безликие светлые коридоры дома в Ро-Ис… Квартира была пуста, и память не давала никаких подсказок. Кир-Силь резко встал и вышел в коридор. Другой — другого цвета, с по-другому расположенными дверьми. Яркие отблески диодов на тёмном полу напоминали шахматную доску. Возвращаться в лабораторию пока не стоило — там не осталось неизученных документов, а если и остались, он не видел в их чтении смысла. Прежде всего, следовало систематизировать уже известное. Этого уже известного за вчерашний вечер и сегодняшнее утро стало слишком много. Нужно было решить слишком много задач, данных как самим собой, так и Нен-Кри. Слишком много задач… Слишкоммногозадачность. Длинное, тяжёлое слово встало в мыслях, как неповоротливый товарный состав, и Кир-Силь замер вместе с ним на углу коридора. Отвратительное слово. Задачи нужно было решать по одной. Всего их было две, пожалуй, с половиной. Первая и первая с половиной — восстановить эксперимент и вернуть утраченные фрагменты памяти; вторая — выяснить, кому принадлежат записи, спрятанные в журналах. За поворотом цвет стен изменился — мрачная серая краска приобрела зеленоватый оттенок. Почти малахитовый. Ответ на вторую задачу был ясен примерно наполовину: не Кир-Силь. Даже не так — некий врач, чьего сына Кир-Силь убил в 9176 году в Ро-Ис. С большой долей вероятности — Яон-Мер. Его лаборатория находится напротив — прятать заметки было бы весьма удобно. Возможно, даже так, чтобы Нен-Кри не узнала. Первая задача как будто не содержала возможных путей решения. Словно третьекласснику дали биквадратное уравнение сразу после таблицы умножения — вроде ничего сложного, но третьеклассник не решит. Однако один факт всё-таки стоил внимания. Заметки из журналов и документы пересекались. В своих записях Кир-Силь упоминал превращение в змею или ламию, хотя посвящены они были совершенно другой теме. При этом очень много заметок о змеях оказалось спрятано в «Психологии сегодня». Что-то там про рецессивные гены, которые лезут наружу из потомков гипотетической расы змеелюдей. Такое вообще возможно? Очередной поворот коридора. Лестница вниз. Казалось, Кир-Силь полностью забыл своё профессиональное образование. Или он не был биологом? Неважно. Итак, обращение в змею или ламию мелькало в обоих источниках, но в случае с записями Кир-Силя — в контексте опытов по возвращению молодости. У них один и тот же механизм действия? С настолько разным результатом? Отражение выглядело мерзко, но ни муренообразную ламию, ни описанных в заметках людей со змеями вместо волос не напоминало. Последних напоминал скорее изначальный облик Кир-Силя, с этими его уродливыми прядками на лысом черепе. Помнится, раньше он здорово пугал. Стоп. Нога попала мимо ступени, и пришлось вцепиться в перила. Кир-Силь пугал самого себя?.. Впрочем, это тоже пока неважно. Источники пересекались ещё в одном: кадетский интернат в Ро-Ис, 9176 год. Третий ученик Кир-Силя и убитый Кир-Силем же сын Яон-Мера — один человек? Видимо, коллекция черепов таки пополнилась. Нет, не сходится. Ученика звали Мон-Со. Имя не сочеталось ни с Яон-Мером, ни с Ин-Тар. Нет, возможно, в схеме отсутствовал ещё какой-то фрагмент и матерью была другая женщина, но тогда при чём здесь вообще Ин-Тар, на которую Яон-Мер так часто ссылался? С другой стороны, ученик Кир-Силя официально был сиротой — иначе почему бы он оказался в интернате? Если же пренебречь сторонними размышлениями о личности ученика, первая задача по-прежнему остаётся без ответа. Ход опытов Кир-Силя не восстановлен. Можно ли вообще сказать, что они завершились успешно? Технически вроде бы да, но тогда куда пропали сто двадцать четыре года? Надо будет спросить у Нен-Кри, откуда она его вытащила. Лестница кончилась. Сколько этажей он прошёл? По ощущениям, не меньше семи. И — никого. Причём вовсе не потому, что нормальные люди пользуются лифтами, а не бродят по полутёмным техническим лестницам. В здании вообще было подозрительно безлюдно. И, раз уж на то пошло, подозрительно беззмейно. Куда дальше? Обратно наверх не хотелось. Дверь со вставкой из чёрно-белого матового стекла явно вела в помещение, несколько более парадное, чем этаж с лабораториями. Зал. Пустой. С высоким потолком, под которым гулко отдавался стук шагов. Кир-Силь когда-нибудь носил сапоги? Серые, как у кобр, точно нет. Из зала он свернул в первый попавшийся коридор. Очевидно, снова технический — диоды едва горели. Коридор оказался выкрашен в чуть блестящий серый — почти в цвет обшивки «Диавоны». «Диавоны»?.. Диоды на потолке мигнули, дав ярко-фиолетовую вспышку.