Смотреть на звезды

      С приходом весны темнеть начало позже и стало теплее. Но особенно сильно Гена радовало то, что зацвели первые цветы. Он успел соскучиться по ним за долгую зиму. А ведь раньше Асагири и подумать не мог, что настолько неравнодушен к цветам. То есть, они всегда ему нравились и периодически он даже покупал их, просто чтобы порадовать себя. Это казалось чем-то обыденным, мелкой радостью жизни. Выйти в круглосуточный цветочный магазин возле дома и купить себе какой-нибудь букет по настроению. Вернувшись, поставить в вазу и наслаждаться ароматом. Ничего особенного, но приятно.       Потерять возможность покупать цветы было больно. Круглосуточный магазин канул в небытие, и это печалило. Но вообще дело совсем не в нем, а в том, что прошлая, такая привычная и понятная жизнь, перестала существовать. Казалось еще совсем недавно, Ген покупал цветы и выступал на телевидении, а потом вдруг очнулся в мире, работающим по совсем не известным ему законам.       Впрочем, Асагири смог в них разобраться достаточно быстро. И все равно было грустно, но это абсолютно нормально. Утрату всегда тяжело переживать, особенно если это утрата жизни, к которой ты привык. Не смерть, конечно, но что-то очень на нее похожее. По крайней мере именно такую ассоциацию выдвинул Ген, как только более-менее понял, что к чему.       Разумеется, новый мир ему не нравился. Он хотел вернуться туда, где у него была хорошая работа, изданная книга и цветочный магазин недалеко от дома. Желание это было очень сильным, но Асагири прекрасно понимал, что никогда туда не вернется. Хотя… Быть может, если существует способ обратить всех людей на планете в камень, путешествия во времени тоже могут оказаться реальными.       Со временем Ген начал привыкать. Человек в принципе ко всему привыкает. Но еще долгое время он был убежден в том, что никогда не сможет до конца принять новую жизнь и, тем более, радоваться ей. Однако это убеждение оказалось ошибочным.       Новый мир был совсем не так плох, как Ген думал поначалу. Здесь он научился радоваться мелочам, таким, как весенние цветы и самодельная кола. А еще начал по-настоящему ценить людей, которые его окружают и которые были добры к нему. Впервые увидел звездное небо, не скрытое городскими огнями. И нашел любовь.       Когда это произошло, новый мир будто бы стал намного ярче прежнего. Раньше Асагири особо не верил в любовь. Люди вокруг казались ему каким-то фальшивками, годным только на встречи на одну ночь. Он видел, как все пытаются найти в отношениях с ним какую-то выгоду. Фанатки (и фанаты) просто хотели быть с человеком из телевизора. Они влюблялись в искусственно созданный образ, а на настоящего Асагири Гена им было плевать. Другим же и вовсе были нужны от него только подарки и деньги. Поэтому Ген и не влюблялся. Не то чтобы ему не хотелось, хотелось, конечно, но подходящего человека он не находил. А желанием строить отношения ради отношений он не горел. Поэтому Асагири почти смирился, что никогда не узнает, что такое настоящая любовь.       Но он узнал. Новый мир подарил ему ее. Именно здесь Ген встретил человека, которому было плевать на его популярность, в настоящий момент больше не существующую, плевать на деньги, которых тоже больше не было. Ему, правда, было не плевать на способности Асагири, и он до последнего пытался доказать, что это единственное, что ему требуется. Однако Ген сразу заметил, что это не более, чем самообман.       Ишигами Сенку совсем не было плевать на Гена, и последнему этого было достаточно, чтобы влюбиться.       Скорее всего, они сблизились потому, что достаточно долгое время оставались единственными людьми из «своего» времени в деревне. Именно это стало темой для разговоров, не касающихся работы. Ген просто приходил к Сенку, засидевшемуся допоздна, и начинал говорить, не обращая внимание на просьбы заткнуться. Потому что они были несерьезными. В итоге Ишигами отрывался от работы и поддерживал диалог. Ген видел, что ему нравятся эти разговоры.       Еще Асагири влюбился потому, что искренне восхищался Сенку. Он был самым невероятным из всех людей, которых он когда-либо знал. Его ум, трудолюбие и вовлеченность в собственное дело вызывали искренний восторг. Доброта и полное отсутствие высокомерия приятно удивляли. Ну и Сенку был красивым, Ген не мог не обращать на это внимания.       Асагири быстро понял, что их определенно тянет друг к другу. Между Геном и Сенку будто образовалась какая-то незрима, но ощутимая связь. Понимание и удовольствие от проведенного вместе времени не оставляли никакого места для сомнений. Ген, правда думал, что это симпатия, но во влюбленность она превратилась слишком быстро.       А Сенку не понял ничего. Он считал, что чувства — абсолютно иррациональная трата времени. В них нет никакого смысла, а раз так, то зачем они вообще нужны? Благо Ген разбирался в психологии достаточно хорошо, чтобы понять, что все совсем не так. Нет, Ишигами действительно на все сто миллиардов процентов был уверен, что любовь ему не нужна, но Асагири видел, что это не так, и считал своим долгом открыть Сенку глаза. Он попробовал сделать это путем разговоров, но, когда его монологи, которые вообще-то должны были быть их диалогами, плодов не принесли, Ген просто взял и поцеловал Сенку.       Ишигами согласился попробовать. Конечно же не потому, что он нуждался в заботе и порой чувствовал себя одиноко в новом мире, а потому что решил провести эксперимент, который поможет ему лучше понимать людей. Асагири на это только усмехнулся, но почувствовал себя по-настоящему счастливым.       Это было два месяца назад. Отношения Гена и Сенку длились уже два месяца, и все было почти что идеально. Хотя отношениями Асагири, происходящее между ними, никогда не называл. Как минимум, это звучало странно. Да и, если задуматься, зачем какие-то названия. Им просто было хорошо рядом.       Жаль только, что времени вечно не хватало. Работа кипела с раннего утра и до темноты. Ген ни в коем случае не пытался обесценить то, что делал Сенку, но порой все же злился, не понимая, почему нельзя хоть немного отдохнуть. Ничего ведь не случиться, если они день не поработают. Однако Ишигами был другого мнения, поэтому Гену раз за разом приходилось отрывать его от работы ночью и тащить в кровать, чтобы он хоть немного отдохнул. Сенку спорил, но лишь для вида. Стоило Асагири поцеловать его, как он расставался со своими чертежами и покорно шел в постель, где быстро засыпал в объятиях Гена.       Асагири это устраивало, ведь главное, это не количество времени, проведенного вместе, а чувства. Они у них были, в этом Ген не сомневался. У него замирало сердце всякий раз, когда он касался Сенку. В том, что у Ишигами тоже, он был уверен. Просто Сенку не из тех людей, кто говорит о том, что у него внутри. Это тоже нормально, если человек не хочет, не стоит заставлять.       Ген обожал в Ишигами почти все: его улыбку, взгляд, уверенность в себе и целеустремленность. Правда, были вещи, которые раздражали. Например, Асагири терпеть не мог то, что Сенку очень часто пренебрегал заботой о себе. А еще ему не нравилось, что у Ишигами совсем нет склонности к романтике. Гену правда хотелось, чтобы он разделил его восторг, вызываемый цветами, красивыми закатами и звездным небом. Поэтому сейчас, в годовщину их, с позволения сказать, отношений он решил исправить ситуацию и хотя бы попытаться донести до Сенку всю прелесть романтики.       Эта цель привела его лабораторию, где Сенку, как всегда, сидел за какими-то записями. Подошел со спины и коснулся губами шеи, отвлекая.       — Сейчас иду спать, — пробормотал Ишигами, кажется, все еще пребывая где-то в собственных мыслях.       — Не спать, — загадочно произнес Ген, — сегодня особенный день, поэтому пошли посмотрим на звезды.       — И чего же особенного в этом дне?       — Ну вот, ты не помнишь, — с наигранной грустью вздохнул Асагири. — Мы уже два месяца вместе.       — Эй, менталист, с чего ты взял, что мы вместе?       Эти слова должны были вызывать обиду, но Ген только умилительно усмехнулся. Понимал, что Сенку сказал это не со зла, а потому что ему действительно было трудно признать, что они вместе. Но это только на словах, все действия Ишигами говорили об обратном. Достаточно было того, что он отложил чертежи и повернулся к Гену. Ради любого другого жителя деревни оставлять работу он бы не стал. В глазах Сенку читалось любопытство.       — Идем, я нашел отличное место сегодня.       — Место? У нас же есть телескоп, хотя, он подходит не для всех наблюдений и, если твоей целью является…       — Моей целью является побыть с тобой, — перебил Ген. — И смотреть на звезды можно не только ради каких-то наблюдений. Еще это романтично.       — Ты же в курсе, что в романтике нет смысла?       — В курсе, — кивнул Асагири, — пошли уже, у нас не так много времени.       Сенку, несмотря ни на что, согласился. Ген знал, что так и будет, но все равно был рад, что Ишигами поддержал его инициативу, пусть и не был с ней согласен.       Место, куда они направлялись, Асагири нашел сегодня случайным образом. Ему повезло, так как в районе обеда у него выдалось несколько свободных часов. Было бы здорово провести это время с Сенку, но едва ли это было возможно в разгар дня. Поэтому Асагири отправился в лес, чтобы нарвать цветов и украсить ими свою хижину. Там он и нашел уютную маленькую поляну, окруженную деревьями со всех сторон. Мысль о том, что с этого места будет хорошо наблюдать за звездами пришла к нему сразу.       Дождаться вечера оказалось непросто. Ген даже обрадовался работе, ведь она помогла скоротать время. И вот наконец вечер настал. Асагири, заранее прихватив с собой одеяло, наведался к Сенку и уговорил его пойти с собой. К слову, сделать это оказалось легче, чем он ожидал.       Оказавшись за пределами деревни и убедившись, что никто их не увидит, Ген взял Ишигами за руку, переплетая их пальцы. Чужая ладонь была очень теплой, отпускать совсем не хотелось. Асагири всегда нравился тактильный контакт, поэтому он пользовался любой возможностью прикоснуться к Сенку, которому вообще-то тоже это нравилось.       — Находиться ночью в лесу опасно, — сказал Ишигами, когда они отошли от деревни на достаточное расстояние.       Однако реального волнения в его голосе не ощущалось.       — Уже почти пришли, все нормально, — заверил Ген.       Он правда пожалел, что не раздобыл какой-либо источник света, но не настолько, чтобы отказываться от своей затеи. К тому же они уже пришли. Асагири нехотя отпустил руку Сенку и расстелил одеяло на траве, после прилег на него.       — Ложись, — сказал он, желая, чтобы Сенку как можно быстрее последовал его примеру.       — Земля еще холодная, — возразил Ишигами, но на одеяло все же лег, устраиваясь так, чтобы, якобы случайно, касаться плеча Гена своим.       — Не занудствуй, я не собираюсь здесь всю ночь спать, это всего на несколько минут и… Просто посмотри на небо!       Ночь была безлунная, но не темная. Тысячи звезд, не скрываемых облаками, сияли на небе, разгоняя кромешную темноту. Ген смотрел на их мерцание и чувствовал, как в груди становиться теплее. Почему-то последние два месяца у него всегда была такая реакция на звезды. Наверное потому, что теперь они ассоциировались у него с Сенку и больше совсем не казались бездушными и холодными далекими огнями.       — Разве не романтично? — поинтересовался Ген.       — Что конкретно?       — Звезды. Они же тебе нравятся.       — Да, — согласился Сенку, — но только с научной точки зрения.       — Неужели они не кажутся тебе красивыми?       Ген не верил в то, что можно любить космос и при этом не замечать его красоты.       — Почему же? — тихо возразил Сенку. — Я не отрицаю, что звездное небо является эстетически привлекательным, но я все равно не понимаю, зачем мерзнуть здесь, если можно смотреть на звезды из любой другой точки или через телескоп.       Гену оставалось только обреченно вздохнуть. Ишигами был неисправим, но Асагири и не пытался его исправить. Он любил Сенку таким, какой он есть, со всеми его рассуждениями о том, что отношения бессмысленны и неспособностью понять суть романтики. И все же ему хотелось показать Ишигами, что даже он не всегда может быть прав.       — Потому что это романтично! Здесь только мы и звезды, разве не прекрасно? А если тебе холодно…       Ген поднялся с земли и изменил позу, теперь нависая над Сенку. Он нежно погладил его щеку кончиками пальцев, убрал со лба непослушные пряди, а потом наклонился еще ближе.       — То я знаю отличный способ согреться.       Асагири коснулся чужих губ собственными. Ему тут же стало тепло и очень хорошо. От поцелуев с Сенку всегда было так. От одного осознания того, что происходящее реально становилось так легко и спокойно на душе. Особенно невероятно стало, когда Сенку ответил на поцелуй, цепляясь пальцами за одежду Асагири.       Они целовались медленно и нежно. Ген осторожно, но чувственно касался губ Сенку, пытаясь вложить в свои действия все тепло, которое он только мог дать. Он не углублял поцелуй, сохраняя некую целомудренность и непорочность.       Еще ни разу они не зашли дальше поцелуев. Асагири не настаивал и даже не испытывал в этом какой-либо потребности. Несмотря на возраст и способности, явно его опережающие, Сенку все еще казался ему ребенком в какой-то мере. Однажды Ген хотел бы чего-то большего, но лишь тогда, когда Ишигами будет к этому готов, пока хватало и поцелуев.       Очень хороших поцелуев. Лучших на свете. Ген слышал стук собственного сердца в ушах и наслаждался теплом, разливающемся по телу. Останавливаться не хотелось, но пришлось. Асагири медленно отстранился и посмотрел на Сенку. В его распахнутых глазах отражались звезды, и это было самое красиво, что Ген когда-либо видел. Намного лучше, чем просто смотреть на небо.       — Теплее?       Вместо ответа Ишигами едва заметно, но крайне довольно, улыбнулся.       Ген лег на одеяло, устраивая голову на плече Сенку.       — Это и есть романтика. Быть рядом и смотреть на звезды. Понимаешь?       Ишигами опять ничего не ответил, зато обнял Гена, будто бы совсем не желая расставаться с теплом, что принес поцелуй. Этого вполне хватило, к тому же молчание — знак согласия. И если Сенку проще выразить свои чувства действиями, то Асагири был совсем не против.       Он посмотрел наверх и подумал о том, что что бы ни произошло в дальнейшем, ночное небо всегда будет напоминать об этом моменте, когда он привел Сенку в лес и они целовались, лежа на холодной земле. Два месяца с начала отношений — глупая дата, но почему бы не запомнить ее навсегда.       Яркая полоса пролетевшего метеора рассекла небо.       — Смотри, звезда упала, — сказал Ген. — И я в курсе, что это не звезда, можешь не утруждаться, рассказывая об этом. Просто загадай желание, и я тоже загадаю.       Спустя несколько минут молчания, Ишигами поинтересовался:       — И что ты загадал?       — Нельзя говорить, иначе не сбудется.       — Ты же понимаешь, что это полный бред? Вероятность того, что твое желание сбудется, никак не зависит от того, расскажешь ты мне это или нет. К тому же, если ты загадал что-то нереальное, то это не сбудется никогда, поэтому скажи. Если хочешь.       — У меня реальное желание и оно сбудется, — возразил Ген. — Я загадал всегда быть рядом.       Сенку обнял Асагири чуть крепче. Вряд ли он сделал это осознанно, но Асагири воспринял данный жест как подтверждение того, что у его желания есть все шансы воплотиться в жизнь.       — А ты что загадал? — спросил Ген.       — Хочу чтобы сбылось, поэтому не скажу.       — Ты серьезно? — Асагири по-доброму рассмеялся. — Ты ведь хочешь восстановить цивилизацию, я угадал?       — Нет. Это я тоже хочу, но я уверен в том, что у меня получится без всяких там падающих звезд и желаний.       — Тогда что? — не унимался Ген.       — Сказал же, что не скажу.       — Ладно, сколько слов в твоем желании?       Сенку задумался, считая, после ответил:       — Шесть.       — Назови первые четыре, — попросил Ген. — Пожалуйста.       — Ну раз ты так просишь, то ладно. Всегда смотреть на звезды — вот первые четыре слова.       — А оставшиеся два?       Сенку осторожно убрал голову Гена со своего плеча и приподнялся на локте, заглядывая Асагири в лицо. Тот посмотрел на него с крайним любопытством во взгляде, но вместо ответа получил еще один теплый и нежный поцелуй. Впрочем, ответ ему был и не нужен, он догадывался, какие два слова Ишигами решил сохранить в тайне. И все же он не мог не спросить, когда поцелуй завершился:       — Со мной?       — Что с тобой? — не сразу понял Сенку.       — Всегда смотреть на звезды со мной — это твое желание. Я прав?       Ген ожидал, что Ишигами пошлет его куда подальше или хотя бы отшутиться в привычной манере, но вместо этого, Сенку прошептал ему на ухо:       — С тобой.       После они вновь поцеловались, и это сделало Гена самым счастливым человеком на свете, при чем, надо полагать в прямом смысле. А еще он подумал, что Сенку совсем не так далек от романтики, как могло показаться.