Счастливой смерти!

Я захожу в свою квартиру. В помещении настоялся запах гнили и о чёрт, она исходит из кухни. Не приятный запах отдавался покалыванием в носу. Открыв дверь, я увидел лужу крови на полу и брызги той же жидкости на стене. На кровавом кафеле посреди кухни лежало тело беловолосого мужчины с худощавым телом. Имя ему Манджиро Сано. В одной заледенелой руке был чёрный металлический пистолет, а в другой не большой свёрток бумажки, пропитанный кровью. Это наверняка была записка, в которой писалось предсмертным почерком "прости меня, Такемучи. Спаси меня..". На этот раз я даже не стал читать содержимое клочка бумаги, всё равно там одна и та же фраза. Каждый божий раз, когда я расправляю записку, там одна и та же надпись. Она выедает мои глаза, в которых не осталось и капли слёз и намёка на надежду. Снова идти к Наото? А он не устал от меня? Как никак каждое будущее примерно такое же. Ему плевать на тосву и Майки, ему нужно спасти только Хину. Неосознанно я подошёл к тумбочке и открыл её. Я потянулся к пистолету. Выстрел. Стало очень больно, хоть и не надолго. Вокруг хоть и тьма, но я прекрасно вижу как Майки стоит передо мной с полными ужаса глазами. Он что-то невнятно говорит, переходя на крик. Пока Манджиро истерит, пытаясь донести до меня смысл сказанного, всё наполняется дымкой. Всё белеет пепельным дымом, будто что-то горит. Сначало на запах она отдавалась горечью, а после стала сладкой, манящей. В конце концов я пропадаю в этом слащавом дыму, как и Манджиро. Вместо него я слышу противный звон. Как будто будильника. о, чёрт... Я нехотя открываю глаза, в надежде увидеть не этот несчастный белый потолок, со стикерами, которые мы по приколу наклеели с Чифую. Зачем? Чтобы каждый раз, когда я возвращался в прошлое, то видел, что я ещё жив и я на месте. Не обратив внимание на отсутствие наклеек, я встал с кровати и подошёл к календарю. На нём была дата 29 октября 2005 год. Удивился ли я? Что вы, я нет. Ну слегка. значит через два дня смерть Кейске Баджи. Времени у меня мало, нужно придумать план по его спасению. А сейчас я просто немного поумираю. Тело ломило, а нутро чувствовало что-то не ладное. Будто скоро произойдёт нечто ужастное, помимо будущей смерти Баджи. Конечности онемели и покалывали из-за отёчности. Внутри была пустота и ноющая боль, как от царапин из которых льётся не переставая, кровь. Ощущение, что то, что скрывается глубоко внутри сильно проситься на ружу, делая значительные ранения, после которых останутся шрамы. Почувствуя сильную пульсацию в висках, я подорвался с кровати. Я побежал в ванну. В зеркале я увидел тонкую струйку крови на шее, которая вытекала из виска. Я смыл кровь с шеи и виска, и заметил на месте выстрела маленький шрам. Бля.. Я закончил с "травмой" и пошёл на кухню дабы выпить кружечку чая с вишней. В холодильнике пусто, я об этом знаю. Есть не хотелось от слова совсем, любая мысль о еде вызывала тошноту и не приятные боли в желудке. Хотя это и не удивительно. Но всё же сходить в магазин и купить того же хлеба да молока стоило, чтобы избежать вопросов от незваных гостей по типу Манджиро или Чифуи. Ну а что мне отвечать на вопрос " а чем ты питаешься вообще"? Может, увидев еду я захочу поесть. Я надел свободные чёрные штаны и белую футболку без принтов. Обувшись, я накинул пальто. Было уже темновато, а на улице не июль месяц, так что наверно там прохладно. Я взял деньги и вышел из дома, закрыв дверь на ключ. Я направился в круглосуточный магазин. Вроде я почти дошёл, но с самого начала я чувствую на себе пристальный взгляд. Внутри всё сжалось, а сердце бешено закололо, как только меня схватили за руку и отвели в какой-то переулок закрывая рот рукой. Меня прижали к стене и навалились всем весом с бешеным криком. — Что, подумал, раз подружился с главой и тебе всё можно?! Да чёрта с два! Я ненавижу тебя, слабак Хренов, чтоб ты сдох в этом несчастном переулке. Ты чёртов нытик, хиляк! Из-за тебя меня выгнали! - Этот грубый голос я узнаю из тысячи.Киёмаса. Я почувствовал удар в живот. Довольно не плохой. Он стал меня душить, крича обвинения. Около живота я почувствовал холодное лезвие. По всей видимости ножа. Из-за страха, я забылся в своих мыслях и очнулся только тогда, как из ран потекли бордовые струйки. Ножевые ранение сочились кровью, я хотел начать кричать и звать на помощь, но тот перекрыл мне дыхательные пути. После живота, он спустился ниже и сквозь штаны резал мои ноги. Внутренняя жидкость хлыщет из новых порезов, а где-то успела засохнуть, образовывая корочку, которую в последствии чего, я удачно сдеру. Он повалил меня на землю, наступив на руку грязной подошвой и ударил ногой ребро. Запястье жгло, как и шею, на которой появились синяки от пальцев. Масатаке бил ногами по всему моему телу, из некоторых ран уже сочилась густая кровь. Ударов было много, они все были наполнены ненавистью. Мне хотелось плакать, рыдать, но слёз не было. В глазах двоилось от боли, я уже думал, что вот вот потеряю сознание, но с меня одним движением сняли штаны с нижним бельем. Стало очень страшно. Он заставил меня встать на четвереньки упираясь руками в стену. Около заднего прохода Я почувствовал что-то тёплое. Не прошло и секунды, как резкая боль разлилась по всему телу. Я задыхался и захлёбываться в крови, хотелось кричать, но тяжёлые руки снова добрались до моей шеи и сжали её до побеления костяшек, впиваясь расслоянными ногтями в кадык. Он начал двигаться, и каждый его толчок разливал ужастное ощущение. Мне никогда не хотелось просто умереть, как сейчас. Я хочу забыться и провалиться в бескорыстный сон, где меня никто и никогда не найдёт, не достанет, не увидит. Но это лишь мечты, а жестокая реальность по настоящему на до мной издевается. Отыгрывается на мне, но за что? За то, что не могу никого спасти? За то, что виноват во многих смертях? За то, что втягиваю в свои проблемы окружающих? Видимо так и есть. Вселенная сыграла со мной злую шутку, но я осознаю, что заслужил. Вопросы вопросами, а боль никуда не делась. Всё так же любое движение сопровождалось болью. Из меня уже вытекает кровь и стекает по ногам, обжигая кожу, а этот имбецил всё так же несчастно насилует. Я бы хотел его убить, но не могу. Страх и боль сковывают движения. Страх прошлого, ведь этот человек причинил столько боли мне и моим друзьям. Мне стало жутко больно и противно от самого себя. Я готов зарезать своё тело, лишь бы этот кошмар не продолжался. Я не хочу быть изнасилованным, я не хочу снова быть избитым, я не хочу жаловаться кому-то, я не хочу казаться слабаком в чужих глазах, я не хочу чтобы меня видели таким жалким. Я не хочу. Киёмаса запрокидывает голову со стоном. На моих ногах уже засохшая кровь, по которой течёт новая, но уже вперемешку со спермой. — И только попробуй кому-нибудь рассказать, что это сделал я. Руки переломаю, - Рыкнул Киёмаса, натягивая на себя штаны. Масатаке вышел из переулка, оставляя меня в нём одного. Он ушёл. Мои страдания завершились. Хотелось сдохнуть. Хочу домой. Хочу смыть с себя всю грязь. Хочу замотаться в одеяло и сесть в угол комнаты. И чтобы никто меня не искал. Я знаю, что для изнасилованного чмошника, я слишком много прошу. Я кое как поднялся с земли и вытер себя влажными салфетками, которые у меня всегда в кармане. Я оделся и снова осел на пол, думая, что вот вот отключусь. Я опомнился, как только вспомнил о грядущей смерти Баджи, осознал что умирать мне ещё рано и достал телефон, набирая первый попавшейся номер. Это оказался Доракен. Ну, ему я доверяю. Итак, что мы имеем. Штаны, что были чуть ли не порваны и все в земле. Белая футболка, в местах порвана и в следах подошвы. Синяки и ссадины по всему телу. Разбитый кровоточащий нос. Боль в горле и следы от пальцев. Частые ножевые порезы по всему телу. Охрипший от попыток кричать голос. Признаки сексуального и не только, насилия. Желание умереть. И почти разрядившейся сотовый. Гудки шли, но не долго. На звонок ответил спокойный голос Доракена. — Такемичи, чего звонишь?/Доракен/ — Помиги мне, пожалуйста../Такемичи/ — Господи, что случилось?! Чем я могу помочь? Где ты?/Доракен/ — М..можешь подойти к.. круглосуточному около моего дома?../Такемичи/ — Я вышел, я скоро буду, только не сбрасывай, хорошо?/ Доракен/ — На сколько уж хватит зарядки../Такемичи/ — Хорошо, я уже бегу, потерпи чуточку. /Доракен/ Телефон разрядился. И я выполз из переулка чуть ли не на четвереньках, оставляя кровавый след. Подползя поближе к магазину, я выдохся без сил и осел на пол и стал ждать Доракена. К слову, прибежал он довольно быстро. Он оглядывался ища меня взглядом, а я лишь тихо окликнул его и поднял руку. Хоть и стоило мне это действие невыносимой болью, но зато Кен меня сразу заметил. Он рванул ко мне так быстро, что чуть не врезался в стену, о которую я сейчас опираюсь. Я лишь чуть усмехнулся. — Боже, Такемучи...что случилось? - Глаза Доракена расширились из-за увиденного. Он подошёл ко мне и присел на корточки выставляя перед собой руки, как будто он хочет приручить уличного кота, и делает так чтобы не спугнуть. — Хах, давай потом, когда мы уже будем дома, а то что-то я устал..- Я чуть улыбнулся, а Доракен лишь вздохнул. Он осторожно поднял меня на руки. Я закрыл глаза, отдаваясь на встречу тьме. Я хотел уже уснуть, но меня прервал обеспокоенный голос Рюгуджи. — Такемичи, точно не нужно идти в больницу? - — Точно, мне пока что нельзя туда, потом поймёшь почему, хорошо? - — Ладно, если уж ты так говоришь. Но я бы всё равно отправил тебя в больницу, -

***

Мы пришли к борделю где проживает Доракен. Поднявшись на нужный этаж, не обошлось без вопросов от девушек "а кто это?" " Что с ним?" И типо того. Мы проскользнул в ванную комнату. — Тебе нужно помыться, сам справишься? - Доракен захлопнул дверь за собой и оценил меня взглядом. Я сказал, чтобы он не переживал на этот счёт, но мне нужна хотя бы большая футболка, чтобы прикрыться. — Да, хорошо. Сейчас принесу, - Кен удалился из ванной комнаты. В ожидании я стал снимать верхнюю одежду, смотря в зеркало. ох, а от ножа останутся шрамы. Такие глубокие отказывается.. Пришёл Доракен с большой белой футболкой и полотенцем. — Думаю, футболки будет достаточно, просто мои штаны навряд ли на тебе держаться будут, - Завидев моё тело он чуть нахмурился сводя брови к переносице. Он тяжело вздохнул и подумал, что со мной столько хлопот. Я поблагодарил за одежду и попросил его выйти из душа. Рюгуджи повесил на крючок футболку с полотенцем и вышел из помещения. Пока я промывал раны под холодной водой, я думал как же всё рассказать Доракену. Я конечно могу солгать, но думаю получиться не очень. Страшно. Как мне ему сказать, что он мне угрожал, после того, как сделал это? Если он посчитает это противным? А что если он расскажет это всем? Если меня высмеют? Если Киёмаса об этом узнает и правда руки переломает? Пока я думал, я уже закончил мыться, хотя ощущение грязи на коже так и остались на своих местах. Я обтёрся полотенцем и оделся. Закинув на голову банный предмет, я на хромы хногах пошёл в комнату Доракена. Я знаю где она, я пару раз был у него в гостях. В комнате его не было, я сел на кровать, на которой была аптечка. Видимо, он её подготовил, как только сопроводил меня до ванны. Очень часто я лечу себя сам, когда есть возможность и никто не предлагает помощи. Открыв коробочку, я нашёл бинты, пластыри, перекись водорода, зелёнку, йод, различные мази, шприцы, вату и тому подобное. Найдя баночку с обезболивающей мазью, я обработал ею все синяки и следы от ножа. Порезы после мази, я заклеил пластырями. Я перебинтовал ноющую шею бинтами туго завязывая. Замотал запястье, которое мне благополучно отдавили и рёбра. В некоторых частях ног тоже были бинты, перекрывающие глубокие порезы. Я не знаю, что делать с задним проохдом. Он дико болит, а я ничего не могу предпринять. Выход только дождаться Кена и рассказать ему об этом. Я наклеивал последний пластырь на руку, когда в комнату вошёл хозяин с двумя кружками ароматного чая. Завидев, что я уже подлатал себя, будучи в одной белой футболке, его взгляд будто потух. Было ощущение, что он чувствует вину за случившееся. Он поставил напитки на небольшой столик и присел на кровать рядом. Я уже хотел начать рассказ, Как он притянул меня за голову к своей груди, а после и всё моё тело. Стараясь причинять как можно меньше боли, он обнимал меня шепча извинения. Его брови подрагивали, а руки немного тряслись. Я удивился, но после чуть зашипел от резкой боли в пояснице, как только Кен её коснулся. — Доракен-кун, это не твоя вина, не извиняйся. Пожалуйста, - Голос всё ещё был хриплым, а руки зяблыми. Он чуть отодвинулся, всё ещё с огорчённый лицом. Он прокашлялся и взял со стола одну из кружек и протянул её мне. Я улыбнулся и кивнул. — Чтож, ты обещал рассказать, - — Да, сейчас. Кхм... Если кратко, то..ну.....кхм, меня изнасиловали, - Я опустил голову, думая, что сейчас польются оскoрбление со стороны Рюгуджи, но их не было. Я набрался смелости поднять взор. Как только я завидел его, то мои глаза расширились. Он погряз в своих мыслях, выглядя напуганным. Я его никогда не видел таким загнанным и удивлённым. — Ты, не шутишь же? - Он подвинулся ближе ко мне с обеспокоенным взглядом, ищa хоть какую-то зацепку на то, что это просто неудачная шутка. Хотелось, чтобы это так и оказалось.. — Нет, хотел бы и я думать, что это шутка или не удачный розыгрыш, - — Ты знаешь, кто это был? Если нет, да не важно как-то, пойдём напишем на него заявление? Тебе сейчас очень плохо? Давай я схожу в аптеку? Может даже у кого-то из девушек здесь есть хоть что-то, - — Нет, не нужно. Я справлюсь. я в порядке, - Я подался вперёд, утыкаясь носом в грудь Доракена. Я чувствовал его напряжение. Меня жутко клонит в сон, хочу заснуть, и проснуться от этого кошмара в мире, где все живы и счастливы. Был долгий разговор, он отнял мои последние силы, и я уснул полностью закутанный в одеяле на коленях у Рюгуджи. Он выглядел подавленно, будто самую дорогую для него вещь "случайно" сломали. Кен смотрел на меня с болью в глазах, как на разорванный детский рисунок, над которым он старался. И всё же, хоть какая-то просьба моя исполнилась. Я закутанный в одеяло, промытый, хоть и не "полностью", спящий долгим сном, рядом с важным для меня человеком.

***

30 октября. 12:47 Я потирал опухшие от продолжительного сна глаза. Мне снился тот день. Вспомнив сон и оценив вчерашний день, мне захотелось навечно остаться в том сне. Или не оставаться нигде. А я ведь так и не осмелился сказать Доракену, кто это сделал. Кстати, его то в комнате и нет. Я через нехотя сел на край кровати, всё ещё закутанный в одеяло. Я посмотрел на время и дату. значит, уже завтра.. Не прошло и года, как вернулся Доракен. Он заметил, что я не сплю и подошёл. — Как..эм..себя чувствуешь? - Было ощущение, будто он корит себя за случившееся. — Странно. Хочу снова помыться..- Я смотрю в его глаза, они полны обиды и разочарования. Но лишь вздохнув, он присел рядом, снова тихо говоря извинения. — Ты в этом не виноват, тут только моя оплошность, это я слишком слабый, - Наверно не стоио этого говорить. Кен после моих слов нахмурился. — Ты не виноват, ты не слабый, будь ты таким, не смог бы и встать с кровати и хоть слово из себя выдавить. А ты можешь и двигаться, и разговаривать, так ещё и себя винить умудряешься! - — Я не про эту слабость, а про физическую. Если бы у меня были эти "силы", то я смог бы его оттолкнуть и бежать. Но нет, не вышло, Я терпел до конца, и если бы не ты, то я бы там и умер в переулке! Где же тут твоя хвалённая "сила"?! - Я перешёл на крик, хоть повязка и передавливала горло. Голос был осипший, слабый, но тем не менее. Я знаю, что говорить это Доракену в лицо просто ужасно. Но моя же слабость и его слова выводят на нервы. Главное не перегнуть палку.. — Да что ты, "если бы не я, ты бы там и сдох!" Но тебе же хватило сил позвонить мне и сообщить место нахождение, ты ведь смог выползти из переулка, ты ведь сумел сам помыться! - — Да, но этого не хватило бы, да даже если бы это был бы не ты, а тот же Майки, без его помощи я бы умер на улице, - — Но не умер же!...агх, хрен с тобой! - Доракен рыкнул и вышел из комнаты. "Отлично, Такемичи, ты вывел его на нервы, молодец!" Ну, у всего есть свои плюсы. Например, если я умру вместо Баджи, то ему не будет так грустно..Стоп. — Вот, тебе нужно поесть, ты со вчера не ел поди ничего, - Доракен зашёл в комнату с чашкой риса и палочками. В желудке всё воротит, есть не хочется, но надо. Чтоб не насоздавать лишних проблем. — Спасибо, и прости меня. Я сорвался, - — Тут нет твоей вины, всё хорошо, - Я взял чашку с белыми крупинками. От вида еды выворачивает наизнанку, но надо. Надо поесть, чтобы Кен не волновался за меня. Нужно, чтобы он понял, что со мной всё в порядке. Я поедал медленно, еда стeкала в низ по пищеводу, а па́дая прямо в желудок, причиняла дикие боли. Я кое-как доел предложенную еду. Рюгуджи осмотрел меня взглядом. Точнее сказать, он сверлил меня всю трапезу. Вздохнув, он всё Таки спросил: — Не вкусно было? Извини уж, не я готовил, - Он отвёл взгляд, заводя руку за голову. — Нет нет, было вкусно, просто глотать больно было, - Я замохал руками. Ну не могу же я сказать, что я не могу есть? — Ладно, на этот раз поверю. Я вот хотел спросить, у нас завтра битва против Вальгаллы, ну ты знаешь. Я не могу оставить тебя здесь одного, но и остаться с тобой не могу. Тебе нужно пойти домой. Я постирал твои штаны, они не порваны нигде, только слегка вытянуты нитки. В общем, пойдём до твоего дома? - Он слегка замялся, боясь моего отказа. Но я на отрез сказал: — Я могу и на битву пойти. Просто я чувствую, что что-то точно пойдёт не так, - — Такемучи, ты же понимаешь, что не смогу взять тебя, когда ты в таком состоянии? Другие тоже скажут сидеть, если узнают, - Доракен сложил руки на груди. — Тогда давай они узнают уже после битвы? - — Нет, — Кен стоял на своём. Как же мне его уломать то?! — Я должен там хотя бы присутствовать! Ну пожалуйста! - Может так сработает? Он не выглядит уговорённым. — Агх, ладно, уговорил. Но в бой не вступай, просто будь там, понял? - Он зло покасился на меня, а я лишь радостно закивал головой. Баджи Кейске будет спасён! Я надел уже выстиранные штаны. Футболка Доракена хоть и немного сползала с плеч, но лучше, чем ничего. Мы вышли из борделя, пока мы шли, прохожие странно косились и озирались на нас. Доракену было по барабану, он привык уже ловить на себе взгляды из-за буйного Майки. Дошли мы довольно быстро. Я открыл дверь и вошёл в нутрь. Я переоделся в домашнюю одежду. — Я постираю футболку и верну, обещаю, - — Да ладно-ладно, - Мы сидели в зале и пили кофе. Точнее Доракен кофе, а я чай с малиной. Проболтали, мы, наверно часа 3. Доракен рассказывал о байках и о том, как их чинить. А я запоминал и иногда вставлял свои слова или шутки. — Кстати, а что должно произойти, раз ты так рвёшься завтра на бой? - Кен поставил кружку на столик и подтянул ноги к себе, развернувшись ко мне лицом. — Хм, не знаю. Просто ощущение, что произойдёт что-то плохое, а что? Я и сам не знаю, - Хоть и ложь, но доля правды в этом есть. Кен потёр переносицу и опустил голову. — Какая же с тобой морока, - Доракен откинулся на спинку дивана. Мы просидели ещё 40 минут. Рюгуджи сказал, что ему нужно готовиться к битве и уроки доделать, а то учителя ругаться будут. Он ушёл. Я снова пойду попытаюсь смыть грязь. Я знаю, что это бесполезно. Это как бельмо на всю жизнь, которую я не смогу смыть. В ванном зеркале я снова увидел своё тело. На порезах была корочка из крови. Под бинтами синяки, потёртости и более глубокие раны. Ощущение, что есть что-то ещё, но этого "что-то" не видно. Оно глубоко внутри, под кожей. Я притронулся к одному из этих "ранений". Это были бёдра. Сердце взныло и стало бешено стучать. Ком в желудке завязался в тугой узел и стал подниматься. Кончики пальцев задрожали, а дыхание участилось. Хотелось заплакать. Я вымылся, но я всё ещё грязный. Сейчас я лежу на кровати. Глаза очень болят. Надо как-то уснут , но как? Я выпил уже 4 кружки травяного чая. И что с того? Он не помог. Кости будто ломались каждую секунду, а тело изрезали пилой. Я закрыл глаза.. Это не ты. Это не твоё тело. Ты лишь отнял его у совершенно другого человека. Этого не должно было случиться. Ты должен был умереть. Никакой ты не Такемичи Ханагаки. Ты лишь его жалкая копия, которая попала и в тело. Ты ничтожен. Это не твоё тело. Просто вымри изнутри. Сложно? Разве это слова Ханагаки? Ладно уж, я помогу тебе, идиот. Что?... Я разлепил глаза. Те жутко болели, как и всегда. Мне снился какой-то сон. Но что в нем? Опять кошмар? Опять тревожные воспоминания? Господи, пожалуй нужно сходить на приём к психологу.... Но потом. Когда всех спасу. Время 11:32. Сколько я проспал? Много. Хм, мой план не имеет места быть. Я хотел найти Казутору Ханемию, промыть ему мозги и убедить в том, что Баджи Кейске, чья смерть должна будет произойти, не предавал. Битва будет проходить примерно через час. За это время я не смогу его найти и убедить в обратном. Жаль, придётся просто закрыть его собой и помереть там вместо него. Плевать на моё хотение к психологу. За час я успел позавтракать йогуртом, помыть голову, переодеться в форму свастонов, подготовиться морально. После стал ждать. Ждать долго и не пришлось, мне позвонил Майки. Он сказал мне выходить и подходить к месту битвы. Я вышел из дома, закрыл дверь на ключ и пошёл по направлению. Через минут 6 я был на месте. Пока все ждали, ко мне подошёл Доракен. — Ты уверен, что это обязательно? Хоть я и знаю ответ, но помнишь наш уговор? Я им всё рассказываю либо после битвы, либо это останется между нами, а ты не вступаешь в бой, - Доракен потрепал меня по голове и приобнял одной рукой. — Да, я помню, - Придётся ждать только момента и всё будет хорошо. Всё шло как и должно было. Казутора бил Майки, тот отбился от него, Кисаки спас его, а вот и Баджи... ..................................................................... Я вижу, как Ханемия бежит на Баджи с ножом. Я вижу Чифую. Я вижу Кейске, который не подозревает, что это могли бы быть последние минуты его жизни... Я бежал, что есть силы. Я расталкивал людей. На земле и машинах была кровь. Я не успел? Это кровь? Что происходит? Я вижу напуганного Чифую и удивлённо Казутору. Но где Баджи? Это его кровь? Походу я терял сознание, ноги будто стали водными, не шевельнуться. Резко заколол правый бок, а в последние секунды я увидел Кейске с напуганным выражением лица. Так, стоп. Так кровь моя? Я успел его спасти? Я опомнился как только увидел лицо Баджи. И в правду, я успел закрыть его собой. Только вот очень бок болит. Хотя это не проблема, просто вытащи нож и всё придёт в норму. Я поднялся на тех же водных ногах, которые будто свинцом налитые, схватился за злощавый нож и потихоньку вытащил его. Я шипел от боли, под напуганные глаза остальных. Кровяной нож я поднёс к лицу и покрутил его. А он довольно не плохой. — Слушай, а тебе нож ещё нужен? - Я стал вытирать лезвие о край куртки. Казутора помотал головой и сглотнул. — Ну, а можно я его себе заберу? - Казутора кивнул головой, с наполненными слёз глазами. Он упал на колени и начал рыдать. Он просил прощения, пытался винить в этом Ханму, он ведь ему сказал о якобы предательстве Кейске. В нашу сторону шёл разъярённый Манджиро. Волосы упали на глаза. Их не было видно, но можно сказать, что он желает убить Казутору. И он убьёт, если я не вмешаюсь. Если я не вмешаюсь и потеряю сознание, то Казутору посадят. Мне этого счастья не надо. Я встал спиной перед Казуторой, загораживая путь Майки. — Отойди, Такемучи. Тебе пока нельзя напрягаться, - Было видно, что он зол. Хах, как иронично снова загораживать ему путь. Навивают воспоминания с битвы трёх небожителей. Брр... — Ты его убьёшь, если я уйду. Мне друзья-преступники не нужны, - Чёрт, кровь из раны течёт не переставая. Я приложил руку к ранению. — Ты лучше о себе сейчас подумай! Скорую вызвать? Рана то глубокая, - Баджи подошёл сзади. Он взял меня за плечи, смотря на Майки. — Майки, Казутора Ханемия не виноват в происходящем. Ему промыли мозги, и заставили верить в предательство Баджи. Он уже осознал свою ошибку, успокойся, - Казутора всё так же сидел на уже немного сырой от слёз земле. — Д-да, всё, т-так и было..- Он всё ещё плакал. Ему было страшно, его чуть ли не трясло. — А, чуть не забыл. Баджи-сан, это вроде ваше, - Я достал из кармана маленький оберег и протянул его Кейске. —Откуда он у тебя? Я думал, что я его потерял, - — Я нашёл его на кладбище, - Он взял оберег с иероглифом и положил в карман. Я подошёл к Казуторе, и опустился перед ним на колени. Он смотрел на меня красными глазами. — Ханемия, ты должен взять на себя ответственность. Хватит убегать от последствий и сваливать вину на других. Это не поможет. Я знаю, что это трудно, но не бойся просить помощи у дорогих тебе людей. Баджи не предавал тебя, он ценит тебя и вашу дружбу. Если ты попросишь, он поддержит тебя. Ты ведь даже не пытался, - Я положил свою руку на его плечо, на что он дрогнул. — Да что ты можешь понимать! Ты ничего не знаешь! Ни обо мне, ни об этом случае! - — Но сейчас же я сижу тут с пробитой тобою печёнкой и пытаюсь хоть как-то поддержать, а ты вместо того, чтобы прислушаться, кричишь на меня и плачешь, - Я недовольно сложил руки на груди, наблюдая за нарастающим шоком и злобой собеседника. — Ты сам подставился под мой нож! Это вышло случайно, этого не должно было быть! - — Но это происходит, и полностью не соответствует ожиданиям. Ты знаешь, чтобы было, если бы я не успел закрыть собой Баджи? Ты бы его убил. А Манджиро избил бы тебя до полусмерти из-за злости и ненависти. Это думаешь лучше? - Кстати о Майки. Сейчас с ним стоит живой и невредимый Кейске, и пытается с ним поговорить. — Да тебе то откуда знать?! Невозможно увидеть будущее, ты не бог! Пойми наконец! - Он замахнулся рукой, и со звонким шлепком ударил меня по щеке. Она тут же порозовела. На это действие все обернулись на нас. — Да это не нормально! Сходи наконец к психологу, чёртов Ханагаки! Психопат! - Он встал на ноги, Казутора чуть пошатнулся, видимо, затекли при долгом нахождении в такой позе. Майки злится. Кровь всё так же вытекает сквозь пальцы. Манджиро наконец начинает что-то говорить, даже не так, кричать! — Да не тебе ли об этом говорить! Сам отрицаешь проблемы других, создавая им новые! Ты виноват в происходящем! Возьми, чёрт тебя дери, ответсвенность за это! Пойми, что ты причаняешь другим, подумай о себе! Кто виноват, что тебя сломал твой отец?! Только он сам, никто больше. Но у тебя есть люди, которые хотят тебе помочь, тот же Баджи или Чифую. Да даже я хочу тебе помочь! - Он кричал, на лбу вздулась венка от злости. Манджиро вырвался из хватки Баджи, и подошёл поближе к нему хватая за воротник. — Пожалуйста, дай нам помочь тебе, - Казутора вновь пустил слёзы, стал извинятся перед всеми. Майки обнял его, погладил его волосы. Ко мне подошёл Чифую, что только отошёл от услышанного. — Ты как? Давай лучше я отведу тебя в больницу? - Он положил на моё плечо руку. — Нет, не нужно. Я в порядке, я справлюсь, - Я улыбнулся ему, и слегка пошатнулся на ватных ногах. Я уже приготовился встречать лицом землю, но меня перехватили чьи-то руки. — Где-то я это уже слышал, а? - Грубый голос Доракена. Да, это он. Меня смешила эта ситуация. — Хах, ну а что? - Я улыбнулся ему, а он лишь снова нахмурился. Я хотел отшутиться " не хмурься, а то горбинка вылезет", но сильно закружилась голова. В глазах мутнело, а красная жидкость всё ещё капала на землю сквозь ткань. — Боже, звоните уже в конце концов в скорую, он такими темпами тут и умрёт! - Кейске подбежал к нам, снимая свою куртку группировки "Вальгалла". Он оторвал от неё длинный рукав и туго перемотал кровоточащую рану. — Хах, спасибо за беспокойстве, но не нужно. Дома просто промою и перевяжу, - Я так же улыбнулся ему, на что Баджи фыркнул. — Тосва побеждает в этом конфликте! Баджи Кейске снова пережодит под руководство Тосвы! - Майки выпрямился и крикнул решающую фразу. Под протесты вальгалловцев, он лишь предъявил его побитого командира. Кейске Баджи спасён. Можно наконец и отдохнуть... Все разошлись. Манджиро Сано сообщил о собрании, и подозвал к себе командиров, а остальным велел уходить. Ну, я не командир, так что тоже пойду. Делать мне тут нечего, да ещё и рана болит.. Я медленно переставлял ноги, идя по дороге домой. Я кажется догадываюсь, о чём они там с командирами говорят. До последнего не хочу, чтобы они знали об этом. Доракен, чёрт тебя дери! Эх, Ладно уж. Сейчас нужно дойти до дома. Это трудно, но не так, как я себе представлял. Минут 15 и я уже дома. Шёл я без проишествий. Это безусловно радовало. Я подошёл к двери и открыл её ключом с милым брелком в виде маленького тигра. Сняв обувь, я побежал в ванную комнату. Уже в ней я скинул с себя форму свастонов и залез в душ. Я очень долго промывал рану под холодной водой, кровь текла не переставая. Казалось, если бы не слив, то вся вода окрасилась бы красным цветом. Я вышел из ванны, с туго перевязанной раной на животе. За сегодня я измотан, я пойду спать. До собрания ещё 5 часов, так что успею. Надеюсь, что не просплю. Я плюхнулся на мягкую кровать, та приняла меня с распахнутыми объятиями. Я даже не заметил, как погрузился в сон. Снилось мне как обычно, самое прекрасное ничего. Я разлепил глаза, на улице было уже темно, а значит, что скоро на собрание. Я посмотрел на время. Ого, я поспал 4 с половиной часа. Но не выспался. Я встал с излюбленной в последнее время кровати, пошёл переодеваться и перематывать рану, ведь та снова открылась. Я бы опоздал, если бы шёл с той же скоростью, что и сейчас. Но мне слишком плевать. Я снова иду по какой-то безлюдной улице, между двумя домами. Сзади послышался рёв мотора мотоцикла. Я не обратил на это внимание, но после услышал яростный крик, явно в мою сторону. — Счастливо сдохнуть! - Этот кто-то. Я узнаю этот голос. Ведь это дружок Киёмасы, который всегда подозвал тому биту с гвоздями и без. Он ударил меня по затылку алюминиевой балкой, но удар пришелся мягче, чем тот ожидал. Хоть удар и был слабее, чем хотелось бы, но из затылка потекла кровь. Она стекала по лбу и заливалась в глаза, не трогая зрачки. Это было больно. Из-за угла вышел Киёмаса собственной персоной. Потирая кулаки, он злобно оскалился. — Ну что, повеселимся, шавка? - Все, кто присутвоввлм в храме Мусаши, и слушали поздравление и сообщение о пополнении в группировке, обернулись на глухой стук упавшего тела Киёмасы. Я стоял с уже засохшей кровью на волосах и лице. Хотя по физиономии, что выражала лишь безразличие, и некую апатию, всё ещё стекала вязкая жидкость. Первым опомнился Мицуя, он узнал меня быстрее всех и побежал в мою сторону. — Боже, Такемучи, что случилось?! - Мицуя схватил меня за плечи. — А? Ну, его друзья ударили меня алюминиевой балкой, а после он попытался меня избить. - Такаши посмотрел на тело Киёмасы и узнав бывшего участника Тосвы, сильно удивился. — Подожди, это разве не Киёмаса Масатаке? - — Он самый, - К нам подошёл Доракен, а подле него и Майки. — Такемучи, ты выглядишь каким-то...довольным? - — Потому что это сделал он, - Я слегка улыбнулся, не скрывая удовольствие глазами. Я был счастлив это сделать. — Стой стой, так это был он?.. Почему ты сразу не сказал!? - Кен повысил тон. Он понял, что я имел ввиду, а остальные вникали. — Подождите, что он сделал? - Такаши переводил взгляд с меня на Доракена. Походу, Доракен им не рассказал. Хотя это лишь догадки.. — То, о чём я сегодня рассказывал, - О, нет. Я ошибся, он рассказал им. — Так это был он.. - Майки оскалился, посмотрел на пробитое тело Масатаке. — Так, Такемучи, расскажи подробнее про этот случай, - Боже, теперь мне ещё очень долго объяснять им обо всём..

***

Я рассказал им обо всём, с самого начала, от того, как я вышел в магазин, до того, как я пришёл сюда. Я очень долго отвечал на их вопросы. Я вытер салфетками кровь со лба и волос. Кстати, Баджи вернулся в Тосву вместе с Казуторой. Кейске вернули на его законное место, то есть командира 1 отряда, а Ханемию поместили в его дивизион. И это прекрасно! Я спас его. Я ничего не упустил. Баджи и Казутора меня долго благодарили, Ханемия даже обнял меня. После собрания все решили завалиться ко мне домой, чтобы они убедились, что я поел и перемотал раны. Я возразил, то мой протест максимально быстро отклонили. Ну ладно. Дома у меня все поели еду, которую приготовил Такаши. Было вкусно. Только после еды, меня тошнило. Впрочем, как всегда. Но это неважно. Баджи с Майки брались подушками, Доракен разнимать их, а Мицуя лишь смеялся в стороне на пару с Чифую. Так приятно видеть на их лицах счастье... Я буду обязан помочь им. Я обещаю, что не дам этому счастью разрушиться. НО ТЕПЕРЬ МЕНЯ ЖЁСТКО КОНТРАЛИРУЮТ! 🗝️Конец🗝️