Дневник доктора Джона Ватсона

*Выдержи из дневника Джона Ватсона Шепот сотен молитв, сотни пар глаз устремлены на них. Только мы перед всем миром. Когда кровь... * Джон сидит в парке, наблюдает за течением жизни, когда в нем это течение покрылось тонким льдом. Один неверный шаг и пропадаешь в ледяной воде. Вроде бы и сломать легко, нужен толчок, нужно что-то потерянное. Смотрит на детей их родителями, улыбается воспоминаниям о вполне счастливом детстве. Гарри тогда была, конечно, не самой образцовой сестрой, но все же оберегала нерадивого, шумного, шустрого братца. Хотя, все равно Джон умудрялся разбить коленки, руки, заработать пару шишек. Гарри отчитывала его, в те моменты он стоял по стойке смирно, ругала, но всегда-всегда после строгих слов, обнимала брата и говорила о том, как она сильно любит его. Самое счастливо детство. Потом пошло, понеслось. Учеба в Бартсе, практика, призыв, служба, Афганистан, ранение, кошмары, хромота, Шерлок, Мориарти, снова Бартс, звонок, надломленный голос и горькая усмешка. Шаг, полет, земля. Кровь на руках и отсутствие пульса, стеклянные глаза и звон в голове... Резкое торможение и состояние покоя. Ничего. Снова боль в ноге, кошмары. Другие кошмары, в миллионы раз хуже тех, что были до Шерлока. Видимо, вся его жизнь теперь разделена на гражданскую жизнь, Афганистан, снова гражданка с больной ногой, а потом Шерлок... После же него осталось пепелище. Железный костыль выскальзывает из рук, когда Джон пытается встать. Он оседает на землю. Прохожие, кажется, не замечают его и только обходят стороной. Он тщетно пытается встать, но тело отказывает. Вдруг кто-то касается его плеча. Джон оборачивается и видит женщину на пару лет моложе его. Она подает ему руки, подставляет плечо и помогает сесть обратно на скамейку. Посадив Джона, она берет костыль и отдает ему. - Спасибо.- Выдавливает он. Быстро осматривает её. С того дня он постепенно учился методу Шерлока, научился замечать то, обычно пропускал. Женщина выглядела уставшей, но довольной. На руке след от обручального кольца, который, видимо, она носила, не снимая. Мелкие, почти незаметные, морщины у глаз и губ говорят о том, что она много смеялась и улыбалась. - Не за что. Я могу вам помочь? - приятный голос, спокойный с нотками волнения, но без жалости. Ватсон обдумывает этот вопрос около минуты. Женщина продолжала хранить тактичное молчание. Джон оценил своё состояние. Ему необходимо быть у психолога через час. В таком состоянии он не сможет дойти до нужного дома. Стоит согласиться и принять в кой-то веки помощь даже от постороннего человека. - Простите, мне пора бежать. - выдыхает она. - Но я могу вам помочь дойти до главной улицы. Или куда вам нужно?- она смотрит на него, улыбается уголками губ и встает напротив него. Джон назвал дом и улицу. Лицо женщины изменилось. Сначала удивилась, а после усмехнулась. - Нам с вами по пути...Если, конечно, не в один кабинет,- улыбнулась она и подала ему руку. Мужчина оперся на её руку и. наконец, твердо стоял на ногах. Возьми мою руку. Не страшись ничего. Впереди только... Знакомые предметы, тот же голос психиатра, тот же блокнот... Ничего не изменилось. Она зовет его. Джон провалился в себя и не перестает думать о той женщине. Она скрылась в соседнем кабинете. - Джон, как ваш блог?- опять этот вопрос. Она знает ответ. - Джон, я предлагаю завести дневник. Скажем, выберете ежедневник, записывайте всё. Я так понимаю, что блог для этого не годится. Слишком личное, а дневник вполне сможет, я надеюсь, помочь вам в раскрытии ваших чувств. Это идея, как ни странно, понравилась Джону. Сегодня же сходит в канцелярский магазин и купит что-нибудь. Женщина что-то еще говорит, он отвечает, но в голове как-то пусто. Еще сорок минут. Что отвечать он не знает, да и пытается придумать ответы. Будет действовать наугад... А любил ли ты тетради с сотнями узоров на обложке? Долгожданная свобода от пристального внимания. Это утомительно и не ведет ни к чему хорошему. В коридоре его ждет та женщина. Она играет в тетрис на телефоне и иногда поглядывает на карманные часы. Старинные, потертые, но без царапин. - Мисс...- женщина вскакивает и роняет часы из рук. Часы летят к ногам Джона. Он не без боли наклоняется, но и она не спешит помогать. - Миссис Дейзи.. да и зовите меня Амелия,- забирает свои часы и кладет в карман пальто. - Джон Ватсон, можно просто Джон. Приятно познакомиться,- он протягивает руку для рукопожатия и Амелия отвечает ему. Твои руки всегда были прохладными и бледными, но когда они стали окоченевшими? Доктор Джон Ватсон и миссис Дейзи распрощались, пообещав вместе поужинать как приятели. Не свидание. Определенно, не оно. Мужчина бредет по улицам Лондона в поисках канцелярского магазина, да и просто заново познает город. Миниатюрные улочки пересекают широкие проспекты. Прохожие на друг друга не похожие, совершенно разные, кто-то яркий, кто-то серый, незаметный... Лондон - это жизнь. Это живое существо со своими законами и особенностями... Джон определенно свернул не туда. Узкий, извилистый переулок оказывается тупиком с маленьким магазинчиком в центре. Что за странное место.. на каменной кладке выцвела картина, неизвестно чем написанная: "Рассвет над Темзой". Мужчина проводит рукой по облакам и удивляется тому, что стена отвечает слабым теплом вместо вечного холода камня. Ступеньки ведут к самому порогу магазинчика под названием " Радужное небо". На витрине оригами самых разных цветов, бумажные цветы и пейзажи в тетрадях. Джон заходит в помещение, и в лицо бьет запах краски, сладостей. Прямо перед ним на стремянке стоит Амелия и красит потолок в небесно-голубой, хотя магазин на вид не требует ремонта. У стены пара стеллажей, полок, витрин, уставленных специфическим товаром. У кассы роется в кистях молодой человек. Джон кашлянул, но никто не обратил внимания. Амелия повела плечом и начала спускаться. В зубах у неё была кисть, а одежда в краске. Амелия, увидев доктора, улыбнулась и соскользнула с последней ступеньки с визгом. Кассир даже не взглянул на женщину. Зато Джон помог ей встать. Когда ты касался других, я не ревновал. Но когда ты играл на скрипке или искал что-то в комнате, будто бы меня или череп, я ревновал. Это было странно. Парень облокотился на витрину и посмотрел на Амелию таким прожигающим взглядом, что Джон поежился. - Чего могу быть любезен? - Он говорил вежливо, но холодно. Амелия мягко улыбнулась ему и Джону. - Джон, я могу все тут показать, конечно, но только ты знаешь, что тебе нужно. - Женщина указывала на стеллажи и говорила названия предметов на них расположенных. Взгляд Джона зацепился за неприметный ежедневник, обтянутый серой кожей с тонким витиеватым узором на корешке. - Джон, это ручная работа. Если она тебе интересна... Я сама изготовила его, да расписала форзац. Амелия подает его Ватсону и принимается убирать. Доктор сперва изучает внешний дизайн. Снова вещь отдает теплом. Кожа мягкая и походит на человеческую. Мужчина открывает ежедневник и замирает. Миниатюрный портрет Шерлока. Амелия смутилась, ну а кассир картинно фыркнул и начал разбирать краски. - Я все хотела ему отдать, да не успевала. Он мне помог найти одного человека. Я очень благодарна ему, вообще вам,- женщина рукавом стерла слезы с щек и улыбнулась так по-детски беззаботно. - Можешь забрать его. Я ведь так и не отблагодарила его. Джон застыл, не зная что и говорить. Всё внутри смешалось, стихло как перед бурей. - Амелия,- неуверенно начал Джон. - Ты кем его считала? И про М.. - доктор запнулся. - Ты ведь слышала о том, что он..- воздуха не хватает и ноги норовят подкоситься. - ...покончил собой? Амелия замерла. Посмотрела на свои руки, на след от кольца. Даже парень за кассой замер в ожидании ответа. - Он.. удивительный человек, Джон. Почти самый удивительный из всех, кого я встречала. Даже самоубийство, порой, удел гениев,- она усмехнулась и тут же виновато посмотрела на доктора. - Шерлок Холмс в одно время перевернул мое сознание, изменил меня. Я безгранично благодарно ему и тебе за всё, что сделали. Я верю ему, я верю в него и в тебя. Он... Шерлок вернул меня к жизни, подарил новую и наполнил её смыслом...- женщина промедлила, сжала руки. - ...И никто не заставит меня поверить в то, что он фальшивка. Я чувствую, что он настоящий. - Спасибо,- выдохнул мужчина. Женщина улыбнулась и снова стерла накопившиеся слезы. - Я согласен с Амелией, хоть и не знал его лично. Только вы и были ему близки, а все остальные не имеют праву говорить о нем так, будто знали его. Пресса вообще из идиотов состоит,- парень у кассы скривился и снова отвернулся к краскам - Не обращай на него внимания. Освальд, всегда такой бука.- Она показала язык Освальду, парню за кассой, и отвернулась к стойке с банками красок, задумчиво выбирая между двумя, казалось бы, совершенно похожими цветами. Джон стоял, переминаясь с ноги на ногу. Снова то чувство как на похоронах Шерлока, будто он лишний. Странно, но перед ним не было ни каменных ступенек, ведущих из тупика, ни стены с пейзажем. Перед Джоном было самое обычное состояние Лондона: все бегут, спешат, живут в своем ритме и в одном ритме со столицей. За его спиной был и вовсе продовольственный магазин, но почему-то Джон верил, что сейчас с ним не произошло помутнение рассудка, ведь в своих руках он держал ежедневник ручной работы. Добравшись до дома, пообедав как следует, Ватсон сел за дневник. Первым делом он еще раз изучил обложку и форзац. На титульном листе кратко написал кому принадлежит этот дневник. Джон закусил ручку, в поисках мысли для первой записи, но ничего в голову не приходило. Я не знал, сначала, о чем с тобой говорить, но, может, минут через десять в голове что-то щелкнуло, и слова сами полились на бумаги. Я едва поспевал за ними, как и едва поспел бежать за тобой. Мужчину выдохнул, отклонился на спинку стула, потер виски и хмыкнул. Рука начала движение. Все шло, как и должно было идти: легко и неторопливо. " 31.08. Я, доктор Джон Ватсон, находясь в здравом и трезвом уме, обещаю, что ровно спустя три года после смерти моего лучшего друга Шерлока Холмса, я покончу жизнь так же как он, если не будет смысла и дальше продолжать эту никчемную и пустую жизнь,"- Джон остановился. Размял руки и принялся писать дальше. " Думаю, мне будет проще писать дальше, обращаясь к тебе, Шерлок. Сегодня я встретил, видимо, твою знакомую про имени Амелия Дейзи. Чудаковатая женщина, но вы похожи чем-то. Она подарила мне этот ежедневник с твоим портретом. Я не смогу, наверное, найти еще раз этот магазин. Удивительно, но я неведомо как оказался перед ним и так же бог знает как оказался я черт знает где. Благо, что смог до дома добраться. Я хотел бы проанализировать Амелию, с твоего позволения. Она имеет совершено типичную внешность для Лондона. Каштановые волосы, голубые глаза, прямой нос и высокие скулы. Она пригласила поужинать, то есть в общении свободна и не стеснительная. На левой руке на безымянном пальце четко виден след от кольца. Носила, не снимая, но вряд ли потеряла. Скорее носит на цепочке под кофтой. Руки были в краске, но уже засохшей до корочки. Но когда она помогла мне перед приемом, то руки были чистые. Рисует действительно очень красиво, но руки иногда дрожат, линии в некоторых местах нечеткие. Она говорила о тебе с таким светлым или даже радостным выражением лица. Я не удивлюсь, если ты говорил ей гадости, но то, что она так к тебе так относиться, здорово! Хочу сказать про Сару... Мы с ней в дружеских отношениях, хоть и я вроде испытываю что-то к ней. Эта тема, думаю, слишком обычная для дневника. Наверное, пока что всё. Это и так слишком много на сегодня. Не привык описывать свою жизнь. Для ШХ. "- Джон моргнул пару раз и снова размял руки. Нога затекла, ноет так, что отдает в руку. Звонит телефон. Мужчина берет его и отвечает, на вызов не глядя на экран. -Добрый вечер, Джон, не помешала? Это Амелия Дейзи из странного магазина,- женский голос вернул его к реальности. -Амелия? Откуда знаешь мой номер? - Шерлок дал мне его давным-давно. Я давно его забила в телефон на случай необходимости. - Вот как... По какому поводу позвонила? - Тебе сосед не нужен? Я недавно продала дом, хочу пожить с кем-нибудь. Уже и квартиру подобрала. Я не пью, иногда кричу на компьютер, если работаю, а он зависает. Умею готовить, убирать, но предпочитаю властвовать над хаосом. Часто рисую, поэтому на мебели могут быть следы от краски, но я могу их выводить. Этого достаточно?- Амелия протараторила это ему в трубку и хихикнула. - Амелия, это вообще к чему? Я не против с тобой жить, ты приятная женщина, но... - Соседи должны знать худшее о друг друге, не так ли? - эта фраза остановила в Джоне противоречия. Он не мог устоять перед соблазном. - Ну так как? Мне не терпеться начать жить, Джон. - Так где мы встречаемся завтра после моей смены?- выдохнул доктор. - Бейкер стрит 221 Б. До встречи!- Она бросила трубку. Стон Джона застрял в горле. Снова по кругу. Время - пружина и мы движемся только вперед и вверх, а если остановимся, то пропадем.