Before Bed Services

Джисон смотрит то на свой телефон в правой руке, то на флаер в левой. С одной стороны от него сидит Хёнджин, широко раскрывший глаза и выглядящий куда более восторженно, чем ощущает себя Джисон, а напротив них — Сынмин, который, вероятно, мог бы даже ему посочувствовать, если бы в этот момент не плакал от смеха над ситуацией, в которую попал Джисон. — Я правда должен…? — спрашивает Джисон, скривившись. Хёнджин, как и ожидалось, только смеётся, наклоняясь ближе, хватая Джисона за правое запястье и практически тыкая телефоном ему в лицо. — Да, — заявляет он, — Это поможет! Джисон сомневается в так называемой полезности — он вообще по другой причине оказался втянутым в это действо. Он просто проиграл пари; уже даже не важно, что было предметом спора, важно только то, что Джисон лоханулся, и теперь Хёнджин, ожидаемо, не даст ему выйти сухим из воды. Справедливости ради, на месте Хёнджина Джисон поступил бы так же, так что ему больше ничего не остаётся, кроме как тяжко вздохнуть и, сдавшись, начать медленно перепечатывать номер с флаера. Он косится на Хёнджина, не решаясь нажать на кнопку вызова и на миг задаваясь вопросом, пользовался ли его друг раньше этим номером. «Скорее всего, да», — думает он. Хёнджин намного смелее его, когда дело касается таких вещей. Сынмин напротив них нетерпеливо стонет. — Господи, да давай уже. Это не настолько плохо! Джисон, щурясь, переводит на него взгляд. — Откуда ты знаешь? Звонишь на досуге на линию секса по телефону? Сынмин расслабленно смеётся, будто бы не придавая значения сказанному, но, когда он легко пожимает плечами, в его глазах появляется подозрительный блеск. Джисон и Хёнджин давятся воздухом, неверяще глядя на него. — Ким Сынмин! — вопит Хёнджин, — Да ладно, и ты молчал?! Чанбин-хён знает? — Просто звони уже, — торопит Сынмин, активно жестикулируя рукой и намеренно игнорируя драматизм Хёнджина. — Ладно, — Джисон сдаётся и, вздохнув, начинает водить пальцем по иконке вызова. Он старается не думать о том, чем это кончится. — Ещё раз, что я должен спросить? Хёнджин наклоняется к его уху. — Просто спроси, как лучше ублажить мужчину, — шепчет он, прерываясь на смешки, и Джисон чувствует, как к щекам начинает подступать жар. Тот факт, что он — двадцатиоднолетний девственник, не должен иметь большого значения (по крайней мере, Джисон так думает), но рядом с Хёнджином, который постоянно делится историями о своих сексуальных похождениях, и Сынмином, который недавно признался, что он потерял свою V-карточку с Чанбином, вот уже два года как его парнем, Джисон не может не чувствовать необходимость наверстать упущенное и догнать своих друзей детства. Они всегда были на одном уровне, но сейчас Джисон чувствует, что в этом плане заметно отстаёт. Не помогает и то, что он уже около месяца встречается с парнем — горячим, сексуальным, старше и, безусловно, опытнее его. Всё это время он вёл себя довольно мило, не давил на Джисона и не переходил границ, ограничиваясь лишь держанием за руку и нежными поцелуями. В общем-то, это и есть весь опыт Джисона в плане романтики, но в этом и дело — Джисон хочет чего-то большего, но слишком боится, поэтому очень заморачивается из-за деталей. Он боится того, что в нужный момент не будет знать, что делать; конечно, он уже пересмотрел все виды порно, известные человечеству, но они абсолютно не кажутся ему реалистичными. Или, по крайней мере, достаточно реалистичными для того, что он сам мог бы воплотить в жизнь. В общем: Джисон хочет получить опыт, но, чтобы довести дело до конца, ему нужна уверенность. Однако, в то же время, чтобы обрести уверенность, ему нужно знать, что делать. Учитывая, что знания приходят с опытом, это та самая ситуация с курицей и яйцом. Его вырывает из мыслей щелчок, когда кто-то по ту сторону линии берёт трубку. — Здравствуйте, чем могу быть полезен? Голос собеседника звучит мягко, мило, но в то же время и томно. Возможно, это тот самый тон голоса, который операторы службы секса по телефону тренируют годами. Джисон не может не признать его возбуждающим. Джисон издаёт тихий смущённый писк, не зная, что делать дальше. Он практически роняет телефон, заметно занервничав, и пристальные взгляды Сынмина с Хёнджином совсем не помогают. Джисон поправляет воротник рубашки и прочищает горло, произнося дрожащим голосом: — З-здравствуйте? Я, э-э, ну-, — Сынмин изо всех сил пытается сдержать смех, в то время как Хёнджин даже не прикладывает усилий, практически катаясь по дивану и зажимая себе рот ладонью. — Может… — Хёнджин прижимается к боку Джисона раньше, чем тот осознаёт, и шепчет ему в ухо, — Лучше спросишь, чем ты можешь быть полезен мужчинам?  Джисон практически подпрыгивает на месте, отталкивая от себя Хёнджина. Щёки вовсю горят, и он боится, что человек на другом конце провода может услышать, что вытворяют его друзья. — Алло? — спрашивает снова сладкий, мягкий голос, но в этот раз с оттенком замешательства. — Вы ошиблись номером? — А, нет… — Джисон смотрит на Хёнджина, отодвигаясь подальше, — Это… — он бросает быстрый взгляд на листовку, которую всё ещё держит в руке, — … Before Bed Services, верно? — Да, — терпеливо отвечают на том конце линии, — Это Линоу из Before Bed Services. «Линоу» — беззвучно проговаривает губами Джисон. Наконец успокоившийся Хёнджин бросает на него вопросительный взгляд, который Джисон показательно игнорирует. — Итак, — продолжает парень (Линоу, как выяснилось), — Вы звоните сюда целенаправленно? Джисон нервно сглатывает. — Ну… Да. — Хорошо, — выдыхает Линоу. Джисон искренне не понимает, как можно вздыхать в трубку настолько сексуально, чтобы этот почти воздушный звук пускал по коже мурашки. — Тогда перейдём на "ты"? Как тебя зовут? Или, вернее, как я могу к тебе обращаться? — Я Ха... — настоящее имя практически слетает с языка, но, к счастью, Джисон успевает остановить себя в последнюю секунду. Говорить своё имя незнакомцу — явно не лучшая идея. — Меня зовут Джи-… Джихан, — выпаливает он, и уже в следующее мгновение хочет ударить себя по лбу. Это слишком созвучно с его настоящим именем, но уже слишком поздно. — Эм, и... Ну… Что там дальше? — Ну, во-первых, Джи Джихан-щи, я должен проинформировать тебя, что этот звонок конфиденциален. Стоимость первых 10 минут составляет 150 тысяч вон, за каждую последующую минуту взимается дополнительная плата в размере 10 тысяч вон. Не то чтобы Джисон планировал разговаривать с оператором в сексуальном ключе, но он не может не подумать о том, что разговоры о деньгах в таких обстоятельствах могут убить всё настроение. — Ты правда говоришь это в начале каждого сеанса? Наступает момент молчания, прежде чем слышится смешок. — Прозрачность является частью нашего протокола. — Звучит не особо сексуально, — не сдерживается от комментария Джисон. Хёнджин рядом странно косится на него. Линоу фыркает. — Я могу вернуть всё в прежнее русло за секунду, не переживай об этом, — он будто бы просто нажимает на включатель сексуальности, и… Да. Джисон согласен. Действительно. Хёнджин пытается прижаться ухом ближе к телефону Джисона, пока Сынмин наблюдает за ними, забавляясь; возможно, он ждёт, когда Джисон начнёт следовать тому недосценарию, который они ему предложили. Джисон фыркает. Он не хочет доставлять им такой радости, поэтому отмахивается, вставая с дивана и направляясь в ванную — единственное место в его крошечной квартире, где его никто не потревожит. — Эй!!! — кричит Хёнджин прямо перед тем, как Джисон захлопывает дверь перед его носом. — Кто-то из твоих друзей хочет присоединиться? — спрашивает Линоу, дразня, — Я обычно беру за это дополнительную плату. — Нет-…, — нервно усмехается Джисон. Он опускает крышку унитаза, чтобы сесть. «Господи, — думает он, — Сейчас на кону всё, так что нужно показать себя с лучшей стороны».  Джисон — обладатель чёрного пояса по кринжовым разговорам, так что тут он просто обязан блеснуть способностями.   — Расслабься, я шучу. Стоить будет так же. — А… — даже сейчас, избавившись от своих шумных друзей, Джисон не знает, что сказать. Это должен был быть звонок по приколу, так почему же он почувствовал такую надобность продолжить разговор без них? Ладно, можно скинуть всё на голос оператора. Он слишком сексуален, слишком отвлекает и слишком заставляет постоянно терять нить разговора. — Итак, — снова подаёт голос Линоу, — Если ты действительно хотел позвонить сюда, и если мы уже закончили со всеми формальностями, не хочешь ли рассказать мне, что тебе нравится, сладкий? Джисон моргает. Кажется, у него в мозгу что-то замкнуло. — О… — Или, может быть, мне называть тебя деткой? Джисон яростно всасывает нижнюю губу передними зубами. Все эти ласковые прозвища заставляют его желудок расшевелиться. Он почти уверен, что эти операторы секса по телефону проходят обучение, чтобы потом, не напрягаясь, толкать собеседника на грань. Или за грань. Грань чего? Джисон даже не уверен, что может сказать такое вслух. — Эй? — зовёт Линоу, — Тебе не нравятся ласковые имена, Джи Джихан-щи? Вот! Прямо как сейчас. От этого обычного, почти небрежного «Джи Джихан-щи» весь позвоночник покрывается мурашками. А ведь это даже не его настоящее имя; может быть, эта манера речи просто напоминает Джисону то, как зовёт его его парень, когда хочет привлечь внимание.  — Э-э, детка — самое то, — бормочет он себе под нос. — Тебе нравится? — хихикает Линоу, и даже если физически он не рядом, Джисон клянётся, что что-то щекочет его ухо. Может, у него просто такая модель телефона? Или, может, он просто слишком чувствительный. Ему вообще редко звонят, поэтому он не уверен. — Буду знать, — комментирует Линоу, — А что ещё тебе нравится? Или ты хочешь, чтобы я разобрался в этом сам, Джи Джихан-щи? — Линоу-щи, — Джисон пытается скопировать его голос, но получается как-то слишком задушенно. Он сглатывает и напоминает себе, что ему просто нужно спросить одну определённую вещь. У него даже есть сценарий, в конце-то концов. Он пытается поднабраться уверенности, напоминая себе, что он прекрасный актёр, — Вообще-то, — к счастью, он звучит стабильнее, чем себя чувствует, — Я хотел бы, чтобы ты рассказал мне, как доставить удовольствие парню. — А? — Линоу снова усмехается, — Так ты девственник, детка? От этого вопроса щёки Джисона начинают пылать. — Это имеет значение? —  Ну, по крайней мере, ему удаётся прозвучать почти вызывающе. Линоу всё равно не увидит его лица. — Нет, мне просто кажется, что это мило, — воркует Линоу, —  Ты сейчас со своим парнем? Вы оба девственники, и вам нужен мой совет? За этим ты звонишь? — Нет! — съёживается Джисон, обороняясь, — Я сейчас один. Это был не парень, ты слышал одного из моих недалёких дружков. Линоу смеётся, громко и беззаботно. Без всяких оттенков сексуальности, по крайней мере, так кажется Джисону. — Ты бы лучше поспорил на реальные деньги. Возможно, даже проигрыш обошёлся бы тебе дешевле, чем этот телефонный разговор. Джисон морщит нос. Линоу прав, и Джисону, вероятно, стоит закончить это всё прямо сейчас, но ему почему-то вдруг хочется больше узнать о собеседнике. — Тогда тебе нужно сделать так, чтобы этот разговор стоил и моего времени, и моих денег, — нахально возражает он, чувствуя подступающую волну уверенности. Линоу смеётся. Громко и заразительно. Искренне и не особо сексуально, как будто бы он и не старается держать марку. Этот смех — как музыка для ушей Джисона. — Так... тебе нужна разрядка, значит? — Джисон практически видит ухмылку Линоу. Он задаётся вопросом, насколько аморально было бы попытаться представить голос своего парня вместо оператора секса по телефону. Или, может, так было бы даже лучше? Это же не измена, если Джисон будет думать о нём? — Нет, — выдыхает Джисон, резко выпрямляясь, — В смысле да, но-… Не прямо сейчас. То есть, не с тобой.... Забудь. Мне всё ещё нужна информация о том, как удовлетворить парня. — Не со мн-… — снова беззаботно смеётся Линоу, — Мне стоит обидеться? — Нет, в смысле-… — стонет Джисон, понимая, что никак не сможет перефразировать свою мысль, — Я просто хочу узнать, что нравится парням. — И поэтому ты позвонил в секс по телефону? Милый, это не то место, где получают сексуальное образование. Обычно люди узнают, что нравится их партнёрам, методом проб и ошибок. Ну, знаешь, через опыт. — Ну, это тоже своего рода опыт, разве нет? — не сдаётся Джисон. Повисает тяжёлое молчание. Видимо, Линоу обдумывает его слова. — Хорошо, если тебе нужен опыт, тогда… — тот самый голос Линоу возвращается в мгновение ока, вызывая неоднозначные ощущения в животе Джисона. «Господи, — думает он, — да я действительно девственник-неудачник со скачущими гормонами, раз могу от этого возбудиться».   — Так вот, — продолжает Линоу, — Хочешь узнать, что нравится парням? — Д-да, — рассеянно заикается Джисон, — Расскажи, пожалуйста. — Если ты на самом деле хочешь этого, Джи Джихан-щи… И, тем более, раз уж ты сказал волшебное слово… Джисон судорожно вздыхает. — Ладно, ладно, хватит издеваться, я вообще-то здесь ради науки! — пытается пошутить Джисон, но голос предательски крякает, на что из трубки слышится смешок. По идее, он должен был смутиться в такой ситуации, но на деле даже немного гордится тем, что Линоу уже несколько раз сделал что-то нетипичное для оператора подобной службы из-за него. Ещё и учитывая, что он, наверняка, всегда должен играть свою роль. — Расскажи, что на тебе надето, — мягко, но неожиданно требует Линоу. Властно, но с примесью мягкости. Джисон пытается игнорировать подёргивания в районе своих боксеров. — Э-э… — Джисон оглядывает себя, — Одежда, — неуверенно добавляет он. На другом конце провода слышится сдавленный смех, а затем тишина, прежде чем собеседник прочищает горло. — Можно чуть больше конкретики, детка? — Серая толстовка с капюшоном и боксеры в клетку, — честно отвечает он. — Мило, — пропевает Линоу, — И удобно, — каждое слово из его уст звучит сексуально, но Джисон делает вид, что не замечает этого. Скорее всего, это просто часть иллюзии, просто клише. Да не важно, самое время вернуться к сути. — Я — парень, Джи Джихан-щи, не возражаешь, если я просто расскажу, что нравится мне? — М-м.  — Мне нравится, когда партнёр достаточно напорист, — пропевает Линоу низким, чувственным голосом. Ноги Джисона без его ведома сжимаются вместе. — Нравятся парни, которые точно говорят, чего они хотят и что им нравится. Что нравится тебе, Джи Джихан-щи? Тот факт, что Линоу продолжает называть его Джи Джиханом, должен кринжить Джисона, а не заводить, но что-то в голосе Линоу, в манере его речи, заставляет его поддаться. Интересно, понимает ли это сам Линоу? Поэтому он продолжает произносить его выдуманное имя так, что это сводит с ума? — Я-… — колеблется Джисон, — Я не уверен. — Здесь нет правильного или неправильного ответа, Джи Джихан-щи. Что доставляет тебе удовольствие, то доставляет. Или-… Подожди. Ты когда-нибудь прикасался к себе? Вопрос звучит недоверчиво, и это немного ранит гордость Джисона. Он открывает рот, и, прежде чем успевает себя остановить, с его губ срывается тихий писк. — Конечно, прикасался! — возражает Джисон слишком бурно, — Поэтому я и звоню! Я настолько профессионально гоняю гуся, что решил выйти на новый уровень! Линоу снова громко хохочет. — Ладно, — сквозь смех говорит он, — Во-первых, возможно, тебе не стоит говорить вещи типа «гонять гуся», когда ты пытаешься создать с партнёром нужное настроение. — Упс, — фыркает Джисон, — Извини. — Не извиняйся, — просто отвечает Линоу, — Значит, тогда ты, по идее, должен знать, что тебе нравится. Что заставляет тебя почувствовать себя хорошо, Джи Джихан-щи? — Думаю, мне нравится целоваться… Очень, — он запоздало осознаёт, что Линоу спрашивал о том, что доставляет ему удовольствие именно во время сеансов самоудовлетворения, но, честно говоря, все приключения с правой рукой меркнут на фоне ощущений от поцелуев с его парнем. — Хмм, мне тоже, — тихо промычав, соглашается Линоу, — Когда меня целуют с небольшим напором, настойчиво, но не слишком... Так партнёр даёт мне понять, насколько мной дорожит, и я получаю от этого удовольствие. Понравилось бы такое тебе, Джи Джихан-щи? Джисон кивает, на мгновение забыв, что Линоу его не видит. — В смысле, д-да…, — уточняет он, когда понимает, что собеседник всё ещё ждёт его ответа, — Да, мне тоже такое нравится… И когда поцелуй получается немного развязным, — бормочет он, неохотно признаваясь, — Слюни, и всё такое. Мне нравится пробовать моего партнёра на вкус… — Мне как-то сказали, что я на вкус как персики, — обыденно отвечает Линоу, и у Джисона перехватывает дыхание, потому что это тот самый вкус, который он обожает. Бальзам для губ со вкусом персика и персиковая газировка... Всё это ему очень знакомо. "Мило", думает Джисон. Он практически чувствует этот вкус на своём языке. — И я-… — Линоу ненадолго задерживает дыхание, и Джисону остаётся только гадать, намеренно ли это; из-за него ли. Наверное, Джисону просто настолько нравится, когда собеседник вовлечён в разговор, раз уж и такого достаточно, чтобы заставить его внутренности расшевелиться, — Мне нравится чувствовать что-то у себя во рту, — продолжает Линоу, и от картины, которую представляет Джисон, у него перехватывает дыхание, — Не хочешь рассказать, насколько ты большой, детка? Джисон практически давится слюной. Конечно, время проведённое в чимчильбанах, дало ему понять, что он обладает нескромными относительно других размерами, особенно когда твердеет, но на данный момент проблема заключается в том, чтобы избежать этого прямо сейчас. Его лучшие друзья всего в нескольких метрах, их разделяет только дверь ванной, и ему уж точно не стоит так легко заводиться. Джисон снова затягивает с ответом, и это наверняка будет стоить ему целое состояние, хотя он уже выполнил все условия спора, придуманные Хёнджином.   — Джи Джихан-щи? — напоминает о себе Линоу, — Я был слишком прямолинеен? Тебе больше по душе лёгкие прелюдии? У меня ужасно чешутся руки, хочется к чему-то прикоснуться… Может, мне стоит прикоснуться к себе? Но тогда я хочу услышать и как ты звучишь, когда ласкаешь себя. Джисон издаёт неосознанный стон, сразу же зажимая рот рукой. Чёрт. Когда Линоу говорит о прикосновениях к себе, предположительно там, внизу, Джисон не может не задаться вопросом, какой член у его собственного парня. Длинный и небольшой в объёме, как у него самого, или крепкий, как остальные части его тела? Милый, как его лицо, или, возможно, с красивым изгибом?... Джисон беззвучно скулит. Пальцы невольно начинают теребить край боксеров, и ему приходится сжать их в кулак, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы напомнить себе, что трогать себя сейчас — очень плохая идея. Он морщится и ослабляет хватку, вместо этого поднимая руку и зарываясь пальцами в волосы. — Хани! — громкий крик, доносящийся из гостиной, вмиг возвращает его с небес на землю, напоминая о том, что он не один в своей квартире. — Ты там живой? — Извиняюсь, — шепчет он в трубку, прежде чем зажать динамик и прокричать в ответ: — Отвали! — Всё в порядке? — спрашивает Линоу. В его голосе чувствуется намёк на лёгкое раздражение, но также и намёк на искреннее беспокойство. Во всяком случае, из него снова пропала вся томность. — Да, — бормочет Джисон, — Это снова друзья-идиоты. Линоу смеётся, и Джисон тоже неосознанно улыбается. — Они рядом с тобой? — В соседней комнате. — О? Ещё один совет: возможно, тебе не следует находиться рядом с друзьями, когда ты собираешься развлечься. Если, конечно, вас с партнёром это вдруг не заводит… — хихикает он, — Но в первый раз явно не нужно так делать. — Согласен, — Джисон делает паузу, — Прости, — добавляет он, вздыхая, хотя не совсем понимает, за что извиняется, учитывая то, сколько денег с него сдерут за этот звонок. — Мои друзья иногда очень раздражают. И я, если честно, не знаю, почему всё ещё разговариваю с тобой. То, что я не знаю, что делать, когда я со своим парнем — совсем не твои проблемы. Линоу усмехается. — Не беспокойся, они есть у всех. Раздражающие друзья, я имею в виду. И да, я тоже не знаю, почему ты всё ещё не положил трубку, но, учитывая, что один этот звонок стоит как вся моя коммуналка за месяц, позволь посоветовать тебе кое-что ещё. У тебя есть парень, а таким могут похвастаться далеко не все люди, звонящие по этому номеру. Так что, возможно, тебе стоит напрямую спросить о его предпочтениях. — Это не так просто, — хмурится Джисон. — Ты спросил об этом меня, незнакомого человека. Спросить своего парня должно быть намного проще. Или с ним сложно говорить на такие темы? — Нет, он… С ним правда легко разговаривать, — утверждает Джисон, — И вообще быть рядом. Мы не так давно вместе, но мне с ним очень… комфортно. — Тогда в чём проблема? Джисон поджимает губы и вздыхает. — Он не знает, что я девственник. — И? Ты же сказал, что с ним легко разговаривать! Если он хороший парень, он не будет тебя осуждать. — Он… Да, я думаю, и правда не будет, — Джисон запрокидывает голову и смотрит в потолок, как будто на нём написаны слова, которые он пытается подобрать. Возможно, он просто слишком себя накручивает. Никто не виноват в этом, кроме него самого. — И мои друзья говорили то же самое, — признаётся он, — Мой парень великолепен. Он милый и терпеливый. Иногда немного резковат в выражениях, но зато всегда честен. Он всегда знает, чего я хочу и в чём нуждаюсь, даже если я никогда об этом не говорю. Сказав это сейчас вслух, возможно, я уловил суть. Я хочу сделать ему хорошо, но тоже не спрашивая. Хочу понять его без слов. Линоу вздыхает, а затем наступает тихая пауза, как будто он обдумывает, как лучше ответить. — Наверное, я понимаю, о чём ты. Разным людям нравятся разные вещи, но ты всегда можешь начать с того, что нравится тебе самому. Погоняй его гуся так, будто он твой собственный, — хихикает Линоу, и что-то в груди Джисона трепещет. — Логично, — отвечает Джисон, изо всех сил стараясь игнорировать это чувство, — Прости, этот звонок для тебя, наверное, очень необычный. — Честно? Ничего необычного, — отвечает Линоу, смеясь. — Я постоянно получаю странные звонки. Однажды какой-то парень позвонил, чтобы спросить, как готовить жареный рис с кимчи. Твоя проблема хотя бы не далека от специфики этой службы. — Жареный рис с кимчи… — эхом повторяет Джисон, фыркая. Серьёзно? Он чувствовал себя придурком, когда задавал оператору свои вопросы, но, как Линоу уже отметил, они, по крайней мере, были хоть как-то связаны с его работой. Как бы то ни было, Джисону всё ещё любопытно. — Ты помог ему? — Ага. Посоветовал загуглить. И сказал, что, если так сильно хочется, можно просто купить рис с кимчи быстрого приготовления в любом супермаркете. Я даже сказал ему название своего любимого бренда! — смеётся он, — И, поверь мне, это ещё не самое странное. Бывало куда хуже. — Куда ещё… — смеётся Джисон, — И за это тебе платят деньги в службе секса по телефону? За то, что ты советуешь человеку открыть интернет?! Невероятно. — Именно, — фыркает Линоу, — И это покрывает все мои счета. Хочешь, порекомендую тебя? Только сначала нужно будет обучиться сексуальному голосу. Джисон фыркает. — Мой голос и так достаточно сексуален!   Линоу снова смеётся, но не отрицает. Джисон старается не слишком задумываться об этом.   — Подожди, кстати о счетах… Во сколько этот звонок мне выйдет?!   — Без понятия, — хихикает Линоу, — Сколько мы уже разговариваем? Я озвучил тебе цены в начале разговора.   — А, верно, — хрипит Джисон, — У меня плохо с памятью, но ещё хуже с математикой. Поэтому просто предположу, что ты, скорее всего, будешь купаться в деньгах.   — На самом деле, бó‎льшая часть денег уходит компании. Ещё какая-то часть отдаётся провайдеру телефонной сети, с которой у нас соглашение, но я не уверен насчёт деталей — я просто один из множества корпоративных сотрудников. В общем, с учётом налогов, мне достаётся примерно 35 процентов от общей сум-… Эй!!! — Линоу резко прерывается. Джисон слышит шорох и мяукание с того конца провода. — Прости, мои коты дебоширят. Я обычно выгоняю их из комнаты, когда работаю, но…   — Ого! Коты? Во множественном числе? — не сдержавшись, умилённо пищит Джисон. Он любит котов, но практически всю жизнь не мог завести их из-за аллергии. Она не так серьёзна — ничего такого, чему не могли бы помочь таблетки — но у его мамы всё было намного хуже. Когда Джисон был ребёнком, их семья завела добермана, но это не помешало ему питать слабость к котикам. — Какие они у тебя?   — Они все бездомные, я взял их из разных приютов. Младший в последнее время ужасно непослушный, извини… — Линоу делает паузу, и Джисон слышит, как тот цокает языком.   —  Это мило, — бормочет он, — Всегда хотел кота. — Джисон осознаёт, что разговор свернул совсем в другую степь. Он, кажется, потихоньку превращается в того парня, который спрашивал про рис с кимчи. Джисон надеется, что не последует его примеру и не станет тем, о ком Линоу будет рассказывать друзьям и, не дай бог, следующим звонящим, но всё ещё честно хочет узнать побольше про его питомцев. Странно ли было бы попытаться подружиться с оператором службы секса по телефону из-за его котов? Пока в голове Джисона яростно крутятся шестерёнки, он параллельно размышляет о том, как долго ещё будет прятаться в ванной. Может, ему просто подождать, пока его друзья не устанут и не уйдут?   — Ты не воспитываешь котов — они воспитывают тебя, — шутит Линоу, прерывая его ушедшие не в то русло мысли. Напускная томность в его голосе почти исчезает, сменяясь чуть уловимой нежностью, — Может, у тебя когда-то всё же получится завести себе кого-нибудь.   — Там, где я сейчас живу, нельзя заводить никаких животных, кроме тех, что в аквариуме, — говорит он, — Но у моего парня есть коты! Правда, я ещё с ними не встречался.   — Да? Как давно вы вместе?   — Чуть больше месяца.   — И ты ни разу не был у него дома?   Этот вопрос заставляет Джисона задуматься. — Я… всегда пугаюсь и даю заднюю, когда он меня зовёт.   — Когда он зовёт тебя к себе, имеешь в виду?   — Угу, — бормочет Джисон.   Линоу мычит. — Это потому, что ты до чёртиков боишься, что он захочет заняться с тобой сексом, а ты впадёшь в ступор?   Джисон моргает. Линоу попал прямо в яблочко. — Да, — вздыхает он, — Я совсем неудачник?   — Есть немного, — прямо отвечает Линоу, но его слова смягчаются лёгким смехом, — Не волнуйся, это нормально. Но тебе правда нужно поговорить об этом со своим парнем. Подумай об этом — возможно, он чувствует себя отвергнутым.   — Что? Нет! Проблема во мне! Я хочу его, — спорит Джисон, — И он, конечно, об этом знает?   — А что, если нет?   Джисон делает паузу, обдумывая слова Линоу. Его парень всегда был понимающим — он читает Джисона как открытую книгу без всяких слов — но если бы это на самом деле было так, то Джисону, вероятно, не пришлось бы звонить оператору секса по телефону, чтобы спросить совета. — Чёрт.   — Вот-вот.   Джисон стонет, и Линоу смеётся в ответ.   — Ты милый, Джи Джихан-щи. Почти такой же милый, как мой парень.   — Подожди-… — Джисон медленно переваривает информацию. — У тебя есть парень?!   Линоу продолжает смеяться. — Это разрушает твои фантазии? Я думал, мы уже ушли от флирта.   — Да, ты прав, — Джисон зачем-то кивает, — Просто удивился. Он знает, что ты…   — Заставляю людей кончить от моего голоса? — самодовольно хмыкает Линоу.   Джисон хочет избавиться от жара, который снова начинает разливаться по его лицу. — Да, именно, — он пытается звучать непринуждённо.   — Он не… пока не знает. Это просто работа, и тем более, как и в твоей ситуации, такие вещи для него в новинку. В любом случае, я планирую скоро уволиться. У меня есть ещё одна прилично оплачиваемая работа с частичной занятостью в… так, ладно, — смеётся Линоу, — Думаю, достаточно обо мне. Ты платишь бешеные деньги и даже не получаешь услугу, за которой звонил.    — А, точно… Точно! — Джисон вздрагивает от того, как резко звучит даже для собственных ушей, — Прости, что вот так потратил твоё время, но, эм… спасибо за разговор. И, ээ, … за всё, что было чуть раньше.   — Не за что. Как я уже сказал, у меня были и более странные звонки, — спокойно возражает Линоу.   — А вот у меня нет, — беззаботным тоном отвечает Джисон. Он тянет время, сам не зная, почему. Может быть, потому что задаётся вопросом, сможет ли позвонить Линоу ещё раз. Во-первых, оператор оказался милым и готовым помочь. Во-вторых, было бы неплохо иметь рядом человека, к которому можно обратиться за советом насчёт интимной жизни, и который не посмеётся над ним как Хёнджин или Сынмин, верно?   Прежде чем Джисон успевает разобраться в своих мыслях, он слышит приближающиеся шаги и замирает.   — Хани! — в дверь громко стучат, а это значит, что кто-то — явно Хёнджин — находится совсем рядом, — Эй, Хан Джисон, ты всё ещё треплешься по телефону, или тебя настиг самый долгий в мире понос? Только не вздумай дрочить, пока мы с Сынмином здесь!   — Хан Джисон?   Чёрт. Линоу, очевидно, услышал его настоящее имя.   — Эээ, — Джисон хочет оправдаться или начать отрицать, но не может подобрать слов. Ручка осторожно поворачивается, и, когда дверь со скрипом открывается, он встречает Хёнджина уничтожающим взглядом. Его другу повезло, что он, по крайней мере, находит в себе хоть немного совести, чтобы выглядеть виноватым.   — Блять, — слышит он шёпот Линоу; голос оператора внезапно становится тихим и нестабильным.   — Блять, — невольно повторяет Джисон, — Можешь забыть то, что только что услышал?   — Нам определённо пора прощаться, — прямо говорит Линоу. Джисону кажется, что он слышит из динамика хриплый смешок. Джисон не понимает, почему чувствует оттенок разочарования от того факта, что им нужно завершить звонок, за который он заплатит круглую сумму из своего кармана.   — Ты прав, да. Эм, думаю, нам пора, — мягко соглашается Джисон. — Пока.   — Да, до скорого, Хан Джисон-щи.   — До скор-… — на том конце линии слышится щёлчок и короткие гудки, прежде чем Джисон успевает спросить, что, чёрт возьми, значит «до скорого», когда они, скорее всего, больше никогда не услышат друг друга. Из того, что он понял, даже если он позвонит на ту же горячую линию, его соединят со случайным оператором, если только Линоу не скажет ему свой внутренний номер, чего он не сделал.   Джисон стискивает зубы и встаёт, решительно блокируя экран телефона и бросая уничтожающий взгляд на Хёнджина и Сынмина, который, как Джисон только сейчас заметил, всё это время стоял за блондином, заинтересованно вытянув шею.   — Вот же говнюки, — ворчит он, протискиваясь мимо них и направляясь обратно в гостиную.   — Прости, Джисони! — Хёнджин дует губы, пытаясь быть милым, но в целом выглядит так, будто извиняется искренне, — Тебя не было дольше, чем мы ожидали, и мы с Сынмином уже начали переживать о том, не начал ли ты развлекаться с этим оператором всерьёз.   Джисон усмехается, уже собираясь огрызнуться, но осознаёт, что спорить бесполезно, поэтому сдувается и плюхается на диван. — Вообще, он был очень милым.   — Милым? — спрашивает Сынмин, поднимая бровь и нервно посмеиваясь.   — Чувак, прекрати дуться, — говорит Хёнджин, хихикая и тыкая пальцем в уголок губ Джисона. — Ну давай, рассказывай. Как прошло?   — В общем … — начинает Джисон, но телефон в его руке внезапно начинает вибрировать, пугая всех присутствующих рингтоном Джо Хисаиси «Merry-Go-Round».   — Ох, чёрт, это Минхо-хён, — шепчет он себе под нос, пугаясь ещё больше, когда видит имя своего парня на экране. Они редко звонят друг другу, так как оба предпочитают переписываться или общаться вживую.   Щёки Джисона начинают пылать, и он пытается забыть, что всего пять минут назад разговаривал с оператором секса по телефону. Мне не в чем себя винить, мысленно уверяет он себя. У них была лёгкая, повседневная беседа, и вообще, Линоу помог направить переживания Джисона о его отношениях с Минхо в лучшую сторону.   — Привет, хён, — отвечает он, жестом прося друзей замолчать.   — Привет, детка, — на другом конце линии раздаётся знакомый голос. Мягкий, сладкий и… томный?!   Какого хрена?   Джисона настигает озарение, и внезапно всё, что происходило в последние полчаса, начинает обретать смысл. Музыкальность смеха Линоу, успокаивающие интонации в его голосе, его манера речи. Его прямолинейность, и даже воспоминания, возникшие при упоминании персиков.   Джисон — чёртов идиот. Ну просто конченый идиот класса А. Обладатель чёрного пояса по идиотизму.    — Это-?   Минхо смеётся, и Господи, теперь, когда Джисон слышит это, сняв завесу тайны, всё кажется более чем очевидным. Даже если количество раз, когда они разговаривали по телефону, можно было бы пересчитать по пальцам одной руки, и каждый звонок длился не более минуты или двух, как он умудрился не узнать своего парня?   — Привет, Джисони, — говорит Минхо, и, когда он произносит имя младшего вот так, чувственным голосом оператора секса по телефону, по спине Джисона пробегает табун мурашек. — Кажется, нам нужно поговорить.   — Э-э, да, — неуверенно соглашается он, всё ещё сбитый с толку.   Минхо мягко мычит в ответ, и это странно успокаивает. — Тогда, может тебе стоит сначала выгнать друзей из своей квартиры? — предлагает он.   Джисон смеётся, переводит взгляд на Хёнджина и Сынмина, которые смотрят на него с любопытством, и мысленно соглашается. Ему и правда стоит.