Наслаждайся своими победами

Шумное торжество. Всё вокруг пестрит цветами, от гостей то и дело слышны поздравления, играет праздничная музыка. Мужчина смотрит на свою невесту. Её розовые волосы, украшенные лентами, аккуратно спадают на хрупкие плечи. В фиалковых глазах читается любовь, искренняя и по детски-наивная. Она нежно улыбается и подаёт руку жениху, которую он тут же крепко сжимает своей. Он аккуратно обнимает свою даму за талию. Им предстоит исполнить свадебный танец. Внезапно мужчина чувствует, как по его рукам начинают течь ручейки. Он переводит взгляд и видит кровь, пятнами проступающую на белом платье невесты. Одно за другим появляются бордовые пятна, в считаные мгновенья окрасившие почти весь её наряд. Он вновь поднимает глаза на девушку. Её взгляд всё также наполнен любовью и теплом. Страх будто сковывает его движения, и он лишь продолжает испуганно смотреть на свою невесту, пытаясь мысленно передать ей единственный вопрос: «Родная, что сейчас происходит?» Всё с той же нежной улыбкой, теперь уже до ужаса пугающей, она спокойно говорит: «Это сделал ты». Её тело обмякает в мужских руках, но жуткая улыбка так и остаётся на лице. В панике он смотрит по сторонам, пытаясь найти помощь. Ему хочется кричать, и кажется, что он сорвал голос, но на самом деле ему не удаётся произнести ни звука. Он цепляется взглядом за своего друга. Блондин, не двигаясь с места, произносит те же слова: «Это сделал ты». Шатен, с которым мужчина следом пересекается глазами, твердит ту же самую фразу. Дрожащими руками мужчина держит безжизненное тело невесты, вокруг всё также играет музыка и веселятся гости. Он замер словно статуя, а в голове звучат оглушающие три слова. «Это сделал ты». Огрон резко открывает глаза. Он проснулся в холодном поту. Голова раскалывается, будто он не спал несколько дней. С трудом удаётся преодолеть мучительную одышку и восстановить ровное дыхание. На ватных ногах мужчина дошёл до ванны. Маг встал перед зеркалом, опираясь руками на раковину. «Господи, приснится же такое», — тихо произнёс он и плеснул себе в лицо холодной водой. И откуда у него такие сны?! Он же пожалел её, не убил, почему тогда возник подобный сюжет?.. Ещё и бывшие друзья, без которых маг прекрасно справлялся. С чего бы им появляться у него во снах? Неужели он скучает? А они, предатели, и здесь снова ему не помогли… Огрон, окутанный странными мыслями, ещё немного постоял перед зеркалом, прожигая взглядом своё отражение. «Бред какой-то», — заключил он в итоге и вышел из ванны, громко хлопнув дверью. Прошло уже несколько часов. Как и прошлым вечером, сейчас лидер Чёрного Круга опустошал одну за другой чашки кофе, а голова всё также продолжала страдать от давящей боли. Где-то на полу валялась пластинка с бесполезными таблетками, которую Огрон в ярости выбросил, не получив желаемого облегчения. Он нервно поджёг сигарету и сделал глубокую затяжку. Ну и как это называется? Город засыпает, просыпается совесть? Он и правда переоценил свои силы. Как бы ни было тяжко это признавать, но Валтор оказался прав. Однако не это сейчас заботило мага. Самый больной вопрос, заставляющий метаться в неопределённости… Что делать дальше? Он планировал быстро расправиться с Рокси, уничтожить её и навсегда забыть о ней, но не вышло. Маг и без того заметно потрепал земную фею. Проучил, заставил понять, что ничего бесследно не проходит. Ну и хватит с неё. Припугнуть напоследок, чтобы никому не рассказала о случившемся, и отпустить. Но нет, какие глупости! Она вернется в Алфею, продолжит жить своей жизнью и рано или поздно обо всём забудет. И ради чего тогда стоило затевать месть? Пустая трата времени и сил. Огрон прикрыл глаза. Он вспомнил последний разговор с магами Чёрного Круга: «Ты только хуже себе сделаешь». Анаган как в воду глядел… Маг снова затянулся сигаретой. Голос Валтора прервал его мысли. — Мы договаривались, что ты здесь больше не куришь, — строго произнёс демон. Огрон резко откинул голову назад, выругался и, не поворачиваясь на союзника, исчез с помощью телепортации. Маг оказался на пустынном дворе замка. Меньше всего ему сейчас хотелось вступать в разговор, тем более слушать нотации от Валтора. Голова по-прежнему трещала от боли, от чего даже ноги подкашивались, не давая твёрдо стоять на земле. Дрожащей рукой он поднёс сигарету к губам и сделал новую затяжку. А может, стоит сделать так, как предложил Валтор? Может, так будет проще? Девчонка в его руках, ничто не мешает делать с ней, что угодно… На этих мыслях виски пронзила резкая боль, ещё сильнее прежней, вынуждая Огрона схватиться руками за голову. Мешает, ещё как мешает. Он же просто сломает юную фею, и она сама наложит на себя руки. При таком сценарии он убьёт её, другим способом, но убьёт. Маг ходит по кругу. «Я не могу тебя поддержать. Слишком высока цена твоих планов» «Забудь об этой мести» «Ты поставил себе нереалистичную цель» «Уходи, пожалуйста, я никому не скажу, что ты здесь был» «Огрон, зачем тебе это…» «Огрон… пожалуйста…» Голоса атаковали мага, буквально разрывая его изнутри. Он уже с трудом стоял на ногах, опираясь на ствол высокого дерева. Поднимался ветер, по земле застучали первые капли собирающегося дождя. Боль давила всё сильнее. Громче остальных звучал голос собственного разума. Огрон своими руками привёл свою жизнь к тому, что происходит сейчас. Он хотел этого. Сам решился на месть, сам похитил фею, сам чуть не прикончил её. Огрон самостоятельно принял решение начать это, и сам должен закончить. Так, как хочет именно он. Не Валтор, не Анаган с Гантлосом, не Рокси. А хотел измученный маг теперь только одного — спокойствия. Невозможного, недостижимого спокойствия. Такого, какое чувствовал он, когда наблюдал за своей феей, ожидая её пробуждения. С трудом выждав ночь и утро, Валтор направился к своей огненной фее. Ему не терпелось увидеть её снова, снова заговорить с ней, снова к ней прикоснуться. Он не хотел уходить от принцессы в прошлый раз, но твёрдо решил, что должен проучить её за попытки помешать его планам и дать ей достаточно времени для осознания своих ошибок. В собственноручно сделанной ловушке у неё будет отличная возможность подумать над своим поведением. Его терзали смешанные чувства. Да, он наконец-то чувствовал облегчение. Сейчас он знал, чего хотел. Но… Всегда есть «но». Сладкие губы Блум обжигали его, даря настоящее наслаждение. Всю ночь хранитель Огня Дракона вспоминал этот момент. Однако гораздо приятнее будет, если и она сама этого захочет. Если Блум будет целиком и полностью принадлежать ему. И телом, и душой. Валтор мечтал владеть ей, но ему больше не хотелось видеть страх и боль в её глазах. Как он и планировал с самого начала, она должна добровольно сдаться ему. И тогда он с гордостью сможет сказать, что добился своего. — Мы договаривались, что ты здесь больше не куришь. По пути демон успел отчитать Огрона, хотя, по правде говоря, ему сейчас было на это откровенно плевать. Даже ненавистный запах табака не злил его сейчас, ведь все мысли были заняты предстоящей встречей с Блум. Подходя всё ближе к заветной комнате, Валтор чувствовал, как внутри вновь начинает полыхать пламя. Приятный, согревающий огонь, вселяющий уверенность в своего хозяина. Наконец хранитель тёмного пламени оказался почти что рядом с принцессой. Дверь была распахнута, её не пришлось закрывать в прошлый раз, ведь Блум и без этого находилась взаперти из-за магического барьера. Валтор уверенным шагом зашёл в комнату. Блум, сидевшая на полу у стены, тут же поднялась и усталыми глазами посмотрела на мужчину. Фее было страшно и неловко смотреть на Валтора после случившегося в прошлый раз. Она со стыдом вспоминала, как позволила демону поцеловать себя, и даже не сразу отстранилась от него в тот момент. Но вместе с тем сейчас Блум не могла отвести от него глаз. Хранителей разделял огненный щит, они стояли на расстоянии пары метров, прожигая друг друга взглядом. Наконец Валтор нарушил молчание. — Скучала по мне? — бархатным голосом произнёс он. Блум ничего не ответила и лишь тяжело вздохнула. Она слишком устала за последние дни. Фея видела, что Валтор стал сильнее, чем раньше. А она сейчас совсем одна, без подруг, без учителей. Ей безумно хотелось прекратить эти бессмысленные сражения с демоном и понять, чего он хочет от неё на самом деле. Валтор всё прочёл в её глазах. — Я вижу, что ты устала, — продолжил он всё тем же бархатным голосом. — Так давай же прекратим всё это. Ты знаешь, что нужно делать. Блум не понимала, что с ней происходит, но ей безумно хотелось верить словам Валтора. Медленными шагами, аккуратно, тихонько, она стала подходить к барьеру. Разум твердил ей «ты сдаёшься, так нельзя!», а сердце подсказывало, что она всё делает правильно. Безмолвно хранители поняли друг друга и одновременно направили свою магию на щит, чтобы снять его. Магическая стена растворилась, и демон властно взял Блум за талию, прижимая к себе. «Молодец, всё правильно», — прошептал он и телепортировал их в столовую на первый этаж. Они оказались в просторном светлом зале. Валтор подошёл к столу и отодвинул один стул, Блум послушно села. Её силуэт завораживал огненного хранителя. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не наброситься на девушку прямо сейчас. Но он обещал, что никто, в том числе она, не пострадает, если она сдастся добровольно, а потому решил дать ей время привыкнуть к нему. Всё это время фея молчаливо следила за его действиями, не решаясь заговорить. — Зря ты меня так боишься, — усмехнулся Валтор. — Чай, кофе? — Я ничего не хочу, — тихо проговорила фея в ответ. — Чай или кофе? — грубо переспросил он. — Чай. Валтор улыбнулся и принялся заваривать чай. Закончив, он поставил чашку перед принцессой, а сам сел рядом на соседний стул, продолжая при этом сверлить её взглядом. Пока фея осторожно пила чай, Валтор положил руку ей на колени и стал аккуратно поглаживать. Блум, почувствовав прикосновения, напряглась и сжалась, пытаясь отстраниться. Она все ещё стыдилась, что сдалась ему без боя. Но ещё более стыдно Блум было за то, что прикосновения Валтора ей вовсе не были неприятны, и отстранялась она от него просто потому, что «это неправильно, он ведь мой враг». — Чего ты боишься? — произнёс демон, продолжая гладить колени девушки. — Я ведь не сделаю тебе ничего плохого. Наконец Блум не выдержала. — Но для чего тогда я тебе? Зачем ты бился со мной? Зачем удерживаешь меня здесь? — спешно начала хранительница Огня Дракона, чувствуя, что вот-вот заплачет. — Ты хочешь забрать мои силы?.. А Команда Света, а Винкс… Им ты тоже будешь мстить? От намечающейся истерики девушки Валтор и сам стал закипать. Он грозно посмотрел на Блум, стараясь усмирить её. — Плевать мне на всех, — твёрдо произнёс он. — Мне не нужна месть, и силы твои мне не нужны. — Но зачем тогда было это всё? Блум не понимала, что происходит и с ней, и с демоном. Её предчувствие, полыхавшее внутри задолго до их встречи, его необъяснимое поведение, то ласковое, то агрессивное, их странные сражения, не ведущие ни к чему, всё перемешалось в мыслях. А теперь ещё этот разговор, и эти тёплые прикосновения… Валтор, до последнего старавшийся сохранять хладнокровное отношение, сорвался и перешёл на повышенный тон. — Да потому что мне нужна ты! Я хочу тебя, я хочу, чтобы ты была моей! И ничего мне больше не надо! — яростно прорычал он, будто обжигая Блум огнём. Ему уже не терпелось овладеть феей, а выяснение отношений только оттягивало долгожданный момент. От услышанного фея замерла на месте. Глаза, которые были уже на мокром месте, вдруг стали стеклянными. Взгляд, направленный на Валтора, словно проходил сквозь него. От следующей фразы феи демону снесло крышу, он уже перестал сдерживать себя, как и не сдерживал никогда после, ведь теперь они оба, освободившись от недосказанности, понимали, чего им хотелось. — И поэтому ты всё это устроил… Валтор, я бы и так согласилась. Пока страсть окончательно не захлестнула обоих, Блум успела напоследок задать важный вопрос, вынуждая мужчину для ответа прерывать поцелуи, которыми он покрывал её шею. — Где Рокси? Что Огрон с ней сделал? — Думаю, примерно то же самое, что я сделал с тобой. Ничего страшного, встретитесь ещё, — усмехнулся огненный хранитель и продолжил начатое, наслаждаясь своей победой. Фея животных вновь находилась в темнице. Она больше не пыталась бежать, не пыталась найти Блум. Она даже не вставала с места, на котором осталась, когда Огрон чуть не задушил её. Единственное, что сейчас было у феи — наивная надежда на какое-то чудо. Чудес не бывает, но сейчас лишь это могло спасти её от неминуемой гибели. В момент, когда обессиленная фея пыталась заснуть, чтобы хотя бы на время покинуть этот страшный мир, дверь отворилась, и она снова увидела мага. В его руках был тот самый кинжал, при виде которого незнающая Рокси в страхе сжалась, отодвигаясь вдоль по стене. Она уже давно мысленно готовила себя к тому, что Огрон вернётся и всё-таки убьёт её, и оставалось лишь надеяться, что он хотя бы не будет её перед этим долго мучить. Лидер Чёрного Круга медленно подходил к фее. Всё его тело трясло, огромных усилий стоило сжимать кинжал в руке. Голова разрывалась от боли, на лбу проступали испарины, глаза были красными от полопавшихся сосудов. Огрон пытался поймать взгляд Рокси, но изображение перед глазами было настолько мутным, что он с трудом мог распознать её лицо. Маг подошёл близко к фее. Он слышал сейчас её всхлипы, и они перемешивались с прошлыми, звучавшими в воспоминаниях об их прошлой встрече. Никогда раньше он не испытывал такой боли, какая бушевала сейчас у него в голове. Ему казалось, будто тысячи ножей изнутри прорезают выход наружу. На близком расстоянии маг с трудом, но всё же смог уловить взгляд Рокси. Он смотрел на неё и видел силу и боль, переплетённые внутри этой беззащитной девушки. — Рокси, — он впервые обратился к ней по имени, — ты снова победила. Не в силах больше держаться на ногах, маг упал на колени. Дрожащая фея прикрыла лицо руками, а слёзы сами потекли из её глаз. Рокси не верила в происходящее. Сердце юной феи дрогнуло. Она впервые видела перед собой не безжалостного злодея, а несчастного, загнанного в угол человека. Рокси, насколько ей это позволяли кандалы, притянула Огрона к себе и стала нежно гладить его по голове, не переставая плакать, а он наконец почувствовал, как от её прикосновений боль постепенно оставляет его.