По всему свету

— Дорогая сестра, ты довольно долго ведёшь переписку с Люмин. Могу ли я присоединиться? — Аято подошёл к маленькому столику и сел напротив Аяки.       Девушка посмотрела на брата, не ожидая такого поведения. Она знала, что он занят настолько, что каждая секунда свободного времени равняется слитку золота. И всё же брат здесь, а именно рядом с ней и хочет написать письмо её второй половинке. — Конечно, брат! Можно позвать ещё и Тому, — предложила в такт Аяка. — Позовите Тому, — прикрикнул в окно глава Камисато. В ответ было услышанно обыденное «Да, господин Камисато». — С чего начнём наше письмо? — Начнём с вежливого приветствия, в самом письме постараемся передать наше положение, но не будем напористы.       Весьма неплохой вариант, Аято кивнул сестре. Он достал из бесконечно длинных и глубоких рукавов странную закуску и стал наблюдать за написанием.       «Дорогая Люмин, твои письма согревают мне душу и заставляют трепетать сердце. Я буду читать твои письма всегда и молиться о твоём и Паймон здравии. Надеюсь, что ты не сочтёшь за грубость присутствие моего брата и Томы в этом письме.       Твоего старого друга…» — Стой, что за старый друг? — Это мистер Чжун Ли из Ли Юэ, — ответила Аяка. — А что с ним? — Люмин говорила, что он в каком-то смысле стар, у него умерло много друзей, а последний находится далеко от него. — Можно войти? — раздался голос Томы. — Не к чему такие формальности, проходи скорее. Мы думаем, как помочь друзьям Люмин. — Как думаешь, Тома, что сделать двум старым друзьям, которые живут далеко? Тома зашёл в комнату, держа в руках поднос, поочерёдно ставя их на стол. Вопрос заставил остановиться лишь на секунду, но уже нашёл, ответить: — Есть у меня старые друзья в Мондштадте. Я бы написал им приглашение, вкусно накормил и повёл гулять по городу. — Неплохо, — Аято кивнул сестре. Аяка взялась за письмо и кисточку, но тут же остановилась. Она повернулась к брату и спросила смущённо: — А что ещё написать? Я просто не знаю. — Моя госпожа, можете описать ваше времяпровождение или… — Нет. Пиши, — Аято прочистил горло. Аяка приготовилась писать под диктовку, как в детстве. «Сегодня а Инадзуме прошёл новый вид игры Бой жуков. Что может быть лучше чем Бой жуков? Правильно! Два Боя жуков! Сегодня была премьера, Аято с жуком Яэ и Итто с жуком Сиреневый Ураган против Куки Синобу с Ясноглазым и Ёимией с её Небесной Орхидеей. Это было потрясающе. Ураган впился рогами в Орхидею, но Ясноглазик удержал её, подперев сзади рогами, однако хитрая Яэ, госпожа Гудзи долго смеялась с задумки брата, решила напасть по спины, но пожелела об этом, Ясноглазик ударил её Орхидеей. Они немного замешкались, и тут же Ураган выкинул с ринга Ясноглазика. Он прокричал"Ура!!!» Но, ощутив наэлектризованность воздуха, остудил свой пыл. Куки коротко ответила, что посмотрим кто кого. И тогда, Орхидея подняла Урагана, а тот в падении задел Яэ, и они оба упали с ринга. Победили Куки и Ёимия! Приезжай поскорее, мы сыграем все вместе, устроим турнир.» — Ей точно интересны жуки? — Аяка поинтересовалась у брата. Расписать парный бой жуков было инетресной идеей, но не всем понятной. — Да, Итто так сказал, — Аято махнул рукой и схватил какую-то отвратительную на вид закуску. Он сменил глазами Тому и недвузначно намекнул его творение. Простонав, Тома всё же храбро съел сей шедевр и тут же пожалел. Пока брат и управляющий дурачились, Аяка заканчивала письмо. Он осторожно чмокнула его. — Приезжай к нам, Люмин. Люблю.