Варево

      Варево не стремилось закипать, хотя языки синего пламени усердно облизывали чугунный котел. Лишь изредка какой-нибудь пузырь соизволит лопнуть, давая ложную надежду на долгожданное вскипание. Ведьма с тяжелым вздохом подкинула в котел несколько цветков, а в костер – дров, и в очередной раз пробежалась по строкам из книги рецептов.       Четыре литра великанских слез – такое не пропустить, ведь с этого и начинаешь. И, между прочим, она с таким трудом их раздобыла: заставить великана плакать – та еще задачка.       Семнадцать мотков паутинного шелка. Ох, и намучилась она в Дремучем Лесу, разматывая паучьи сети. А ведь ей еще и добираться пришлось до них.       Пинта змеиной слизи и полкило плотоядных водорослей. Какая же это была мерзость – что первое, что второе. Потом еще несколько дней отмывалась, а платья так вообще сжигать пришлось. И потом штраф оплатить, что она едким дымом загрязнила утренний ветер.       Четыре солнечных зайчика. Она взглянула на свои руки, еще покрытые ожогами, хотя мазь, щедро намазанная, неплохо справлялась со своей задачей.       Два пера ворчливого ворона. Ее питомец возмущенно закаркал и вылетел в раскрытое окно.       Стертые в порошок кости троллей. Она тяжело вздохнула, вспоминая, как ей пришлось эти кости сначала выдолбить из-под каменного моста: тролли всегда каменеют, когда их настигает смерть. Плечи до сих пор болели.       Четыре волоска из гномьей бороды, обязательно рыжей. Это стоило ей трех золотых слитков.       Восемьдесят три осенних листа с Сонного Древа. Шесть аршинов перистых облаков. Килограмм поющих грибов, очищенных и засушенных. Пепел от сосновой метлы.       И, что оказалось самым сложным, три цветка каланхоэ. Ради этого цветка ей пришлось отправиться в людской город. Разговаривать с людьми! И – о, ужас, – заплатить им! Ведьмы никогда не платят людям. Это люди платят ведьмам, чтобы навести на кого-нибудь порчу.       Но в итоге она все же справилась: варево было почти готово. Оставалось дождаться, когда оно вскипит. Вот только она поддерживала пламя уже вторую неделю, а варево оставалось холодным.       Довести до кипения, – гласили строчки в рецепте. – Кипятить, помешивая, три ночи. Оставить остужаться до утра.       Ведьма вновь тяжело вздохнула и подкинула еще дров. Может, сменить пламя? Подумала она и рассыпала порошок. Языки пламени вспыхнули, и огонь стал зеленым. Но варево так и не вскипело.       Оставалось только ждать. Эх, говорила ей мама: не иди в лесные ведьмы, становись лучше городской сумасшедшей.