Я придушу этого сурка

      Эва резко вынырнула из сна, который обвалился на нее сразу после осознания. «Я потеряла сознание?»       Но это был не самый главный вопрос в ее голове. Привычная картина не повторилась.       Эва подскочила. Взгляд упал на часы. Почти одиннадцать дня.       Она в панике закрутилась, не зная куда себя деть. За что взяться? Куда идти? Где все?!       — Привет, — раздался тихий голос, словно издалека.       Эва резко обернулась, её сердце забилось быстрее. На фоне мутных теней вместо мебели выделялся Джек. У него был виноватый вид, а пальцы сжаты перед собой, словно он собирался увернуться от удара.       — Ты… — начала она, не веря всему произошедшему.       — Я, — подтвердил Джек, как будто это было единственное, что он мог сказать. Он не знал, что делать, даже шаг сделать боялся, застыв на месте. — Ты… теперь не будешь со мной? — его голос дрожал, и в нём звучала явная растерянность.       Эва хлопнула глазами. Он серьезно?       — Из-за того, что заставил меня пережить один и тот же день шесть раз? — в голове было пусто.       Каждое произнесённое слово раскалывало её внутренний мир на мелкие осколки. Ей хотелось разрыдаться или ввергнуться в ярость, но одновременно и обнять его. Не решаясь ни на то, ни на другое, она просто стояла, остолбенев от противоречий.       — Я не знал, — произнёс Джек, его голос стал тихим и неуверенным, словно он пытался защититься от надвигающейся бури. — Я не хотел этого.       — Да как?! — закричала она, в её голосе звучал не только гнев, но и боль. — Я умирала снова и снова! Всё это время, в поисках выхода!       Долгое молчание повисло между ними, тяжёлое как камень на его сердце. Джек посмотрел на неё, и в его глазах блестело настоящее сожаление, осознание всей тяжести своих действий.       — Я… Я не понимал, что произошло, — тихо произнёс он. — Я просто хотел спасти тебя. Когда Михаил убил тебя, я… не знал, что делаю. Это было невозможно.       Эва ревела.       — Как ты не понял, что сделал?.. — её голос стал тише, но всё ещё сочетал в себе недоумение и гнев.       — Я не мог знать! — выпалил он, отчаяние отражалось в его глазах. — Я просто… боролся за тебя. Я не осознавал, что это происходит. Я не знал, что сильнее архангела. Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности, чтоб всё было как прежде.       Эва ощутила, как в груди что-то дрогнуло. Эта глубокая любовь, желание защитить её, которое, тем не менее, приносило боль.       — Ты сделал это, потому что любишь меня, — произнесла она, дрожжа всем телом.       Джек кивнул, его голос стал тише.       — Да. Я просто не знал… Я не хотел причинять тебе боль. Моя память, она…       Эва шмыгнула носом, стараясь собрать себя из кусочков, разрезанных за эти шесть дней. Она любила его не меньше, чем он ее. Петля, о которой Джек даже не знал…       — Это не отменяет всего, что произошло, Джек. Я всё ещё не могу забыть, каково это было, — сказала она, но её голос уже не звучал так резко. — Но ты не виноват…       Он шагнул ближе, стремясь сократить расстояние между ними, и, не в силах сдержаться, она повторила его движение.       — Я люблю тебя. — его голос был полон чувства. — Я бы устроил даже конец света, чтобы вернуть тебя.       — Вот только давай без Апокалипсисов, — посмеялась она, но положила руки на его плечи.       Не в силах сдержаться, она подалась к нему и поцеловала. Это был поцелуй полон глубокой любви и нежности, которую они оба могли почувствовать. Джек, ответив на поцелуй, мягко прижал её к себе, целуя её лицо, гладя заплаканные щеки и шепча слова прощения за все те страдания, которые они пережили.       — Прости меня, — произнёс он в паузе между поцелуями, его голос был полон искренности.       Эва только тихо смеялась.       — Какой сейчас день? — спросила она, остановившись на мгновение и глядя в его глаза.       — Сегодня следующий, — ответил Джек, его выражение лица стало более серьёзным. — Я выбрал последний день. Кроули и Габриил вернулись в мир и, возможно, уже сбежали из бункера. Люцифер, сам того не зная, вернулся в Пустоту, которой я помог уснуть.       — Вау! Ты оказывается так силён! — удивилась Эва. — Откуда у тебя столько силы, если ты сын архангела? Ты ведь по силе как сам Бог!       В это время в дверях появился Дин, с интересом наблюдая за ними.       — Нам тоже интересно, — произнёс он, скрестив руки на груди.       Сэм, который следовал за ним, виновато улыбнулся Эве, словно пытался сказать: «Извини, что не смог остановить Дина».       — Что здесь происходит? — спросил он, глядя на Эву и Джека, обнявшихся в центре комнаты.       — Думаю, мы всё уладили, — улыбнулась Эва. Джек просиял.— Джек не виноват в том, что произошло.       Дин перевёл взгляд на Джека, стоявшего рядом с Эвой.       — Хорошо, — просто кивнул он. Похоже уже привыкли с такой жизнью. Но затем Дин хитро усмехнулся. — А вот теперь можно оставить тебя на домашний арест.       Эва ахнула, прижимаясь к Джеку, её глаза расширились от шока.       — Пожалуйста, унеси меня отсюда! — воскликнула она, вызывая смех у всех присутствующих.       Смех раздавался по комнате, рассекая напряжение и наполняя пространство теплом. Теперь они снова были вместе, кем бы ни были, но главное в следующем дне, и этого было достаточно для Эвы.       — Я серьезно, поехали отсюда.       — Поедем.       Джек улыбнулся и поцеловал Эву под недовольное бухчание Дина и смех Сэма.