Другой избранный

Слышу топот и крик какой-то женщины. Как же всё болит... Судя по всему, нахожусь я в каком-то помещении. Стоп. Наплевав на боль, я вскочил и огляделся. Это место даже отдалённо не напоминало мой приют или больницу. Помещение было маленьким... В какой жопе я оказался на этот раз?! Ладно, как бы то ни было, я попадал в ситуации и похуже. Осмотревшись, я заметил небольшую кнопочку... Выключатель... Включив свет, я осмотрелся. Здесь было пыльно и грязно... На полу лежал матрас, на котором валялись какие-то тряпки, в углах висела паутина. Судя по всему, я сейчас в чулане. Открыть дверь получилось не сразу: была заперта снаружи. Найдя скрепку и чуть повозившись с замком, я оказался в коридоре. Впереди висело зеркало. Оттуда на меня взирал ребёнок лет десяти, очень худой и низкий. С чёрными лохматыми волосами, торчащими в разные стороны. Единственным запоминающимся были глаза. Они были словно огромные светящиеся изумруды... И тут я заметил шрам... В виде молнии... Твою мать! Как бы странно это ни звучало, но меня забросило в мир Роулинг, в самого Гарри Поттера. Как, а главное, за что, я не знаю. Впрочем, я не против: буду наводить здесь порядок! А что мне ещё остаётся делать? Я не умер, я жив, причём, могу распоряжаться своей жизнью как захочу. Только вот не знаю, остался ли я волшебником? Так ли эффективна легилименция? Сохранился ли во мне кусочек Володи? Как хорошо за мной следят? В общем, вопросов накопилось куча и, к сожалению, в ближайшее время на многие из них ответы я не получу. От размышлений меня отвлёк звук приближающихся шагов. Петунья Дурсль собственной персоной. Она была тощая блондинка с длинной шеей и лошадиным лицом. – Шевелись! Надо приглядеть за беконом. Пригорит – убью! В день рождения Дадлика всё должно быть идеально, – после этой тирады миссис Дурсль круто развернулась на каблуках и ушла на кухню. Проводив её задумчивым взглядом, я ещё раз посмотрел на нового себя. М-да, работы здесь непочатый край. Нужно будет набрать вес, затем мышечную массу, и сделать что-то с волосами: а то на воронье гнездо похожи. Вздохнув, я пошёл через холл на кухню. Стола практически не было видно из-за груды подарков и свертков. Послышались тяжелые шаги, и в кухню вошёл дядя Вернон. Мистер Дурсль был моржеподобный мужик, большой и грузный, почти без шеи, зато невероятно усатый. – Причешись! – рявкнул он вместо приветствия. Когда на кухню явился Дадли, у меня возник вопрос, точно ли мы родственники. Он был копией своего отца: такая же жирная свинья, не обладающая интеллектом. Я расставил тарелки с яичницей, что оказалось непросто: на столе почти не было места. Дадли тем временем считал подарки. Лицо его резко помрачнело. – Тридцать шесть, – сказал он, поглядывая на родителей. – На два подарка меньше, чем в прошлом году. – Милый, ты забыл посчитать подарок от тёти Мардж, видишь, вот он, под большой коробочкой от мамули с папулей. – Ну хорошо, тридцать семь. – Дадли побагровел. Мне же оставалось молча смотреть на этот цирк. У пацана, похоже, сейчас истерика начнётся. У Петуньи были аналогичные мысли, поэтому она затараторила: – Мы купим тебе ещё два подарка, когда пойдём гулять, да? Как тебе такая идея, пончик? - на этих словах я прыснул, а Дадли задумался, но поток его умных мыслей прервал телефонный звонок. Тётя Петунья отошла ответить, а я и Вернон наблюдали, как Дадли распаковывает подарки. – Дадли, тебя к телефону, – сказала Петунья, с улыбкой смотря на сына. – Дядя, тётя, нам нужно серьёзно поговорить, – твёрдо произнёс я, как только пиздюк удалился из комнаты. – Чего ты хочешь, мальчишка? – дяде явно не нравилось, как я начал разговор. Петунья же стояла, переводя взгляд с одного на другого. – Нормальных условий проживания. Я знаю, что я волшебник и скоро за мной явятся, чтобы забрать в Хогвартс – думаю, им не очень понравится, как я здесь живу, – а дальше я с удовольствием наблюдал за побледневшими Дурслями. – Мне нужна своя комната, своя одежда и еда в нормальном количестве. Надеюсь, вы меня поняли, – добавил я. – Не думай, что я буду платить за обучение твоим фокусам, – пробасил Вернон, гневно сжав кулаки. – Комната, еда и одежда, но больше ты от нас ничего не получишь, – дядя аж побагровел от гнева. – Поднимайся во второю спальню Дадли: мы вернёмся вечером и чтобы никаких ненормальностей, ты меня понял?! Я в удивлении приподнял брови: не думал, что договориться будет так легко, – но всё же кивнул и удалился в указанном направлении. Впереди меня ждала ещё уйма дел.