Прошлое Дазая Осаму

- Мама, я умру? - Да, сынок. Тебе пора. Я тебя усыплю. - Нет, пожалуйста! Не надо! Я же тебя так люблю. Прошу... - Хватит я тебя не слышу. Иди, давай, беги на крышу. Все равно ты не сбежишь. Тебе не помогут, так что не рви понапрасну глотку, малыш! Женщина не спеша закрывает квартиру, Поднимается по лестнице, сверху доносятся тихие всхлипы. - Ну-ну, не плачь, Осаму... - Мама, как ты можешь? - Я от тебя устала. И потом, ты разве не этого так давно хочешь? Она переступает порог, проходит на террасу, У края пропасти стоит ее сын, его трясёт от страха. На лице болезненная гримаса, Мечты о хорошем меркнут, утопая, в его слезах, Едкая фраза застревает на губах. Она слышит ветер, ощущает духоту, Скоро дождь польет... смоет с его бледного лица всю тоску, К тому времени, его уже не будет, И плевать, что раньше, она надеялась, что забудет. Этот ребенок - причина всех ее бед, Родила она рано от своего соседа, Он был на пять лет ее старше, но тогда все казалось неважным бредом. Две полоски... Жизнь раскололась на две части, Поделив пополам, оставив в прошлом счастье. Семья от нее отказалась, Любовник не стал даже слушать, выставил за дверь, Она осталась одна, никому ненужная, И во всем виноват он...он...хоть убей! - Умереть?! Ты думала, я об этом мечтаю? Мама, как же ты не видишь, как я по тебе скучаю, Ты меня не любишь, я только тебе мешаю, но знаешь... Убив меня, ты и вправду что-то в своей жизни поменяешь? А может я тоже этого не хотел? Я хотел жить счастливо, как другие дети, Что вместо этого? Бордель... Мать-куртизанка, а сын - игрушка богачей. Мне всего семь лет, я не виновен, Я - ребенок, а ты...ты моя мама... И как ты могла, глядя на меня, глядя мне в глаза, Смотреть, как твои клиенты ноги об меня вытирают, оставаться спокойной. Мне было больно, Ты улыбаясь, смотрела довольно, Меня насиловали, избивали, А ты брала деньги и говорила, чтоб они продолжали. Мальчик замолчал, собираясь с силами, Посмотрел на мать холодным взглядом Карих глаз... таких красивых... - Где твоя совесть? Где человечность? Ты правда считаешь, что все это моя вина? Может лучше не обвинять кого-то, а посмотреть на себя? Ведь именно ты в ответе за это, Ты и твой друг, что во время не углядел, А может и специально сделал так, Чтобы проучить тебя, не заключая брак. Он спустился с края обратно на площадку, Глядя на мать украдкой, Та раздражалась, багровея от злости, Все, что он говорит, далеко не так просто. - Как можно быть такой глупой дурой? Думать, что это любовь. Опомнись, милая, он выбрал другую, Испортив тебя, очернив твою кровь. Так ведь твоя мама говорила, Когда ты стыдясь, из дома выходила, Под насмешки соседей, вокруг всех бранила И за непонимание винила? - Замолчи... Прошипела женщина, Взъевшись, как кобра, Готовившаяся к удару, - Ты заплатишь за все, чёртов Осаму! Мальчонка не шелохнулся, Когда рука матери занеслась над головой, Тяжёлая пощёчина, саднящая боль, В ответ он только криво усмехнулся. - Это все что ты можешь? Давай бей! Разве уже не хочешь? Безумный взгляд недетских глаз, Удар по лицу, в грудь, в живот, еще удар, Он упал на бетонный пол, Женщина нависла сверху, В ней человечность мигом меркнет, Час настал; пора убрать злосчастную помеху. Она бьёт сильно, не щадя, Боль накатывает, сковывая, Ему все равно, взгляд отведя, Тело поддается материнским рукам, ожидая конца. Тело тяжелеет, его обволакивает тоска, Глаза свинцом наливаясь, закрываются, В голове слышатся прошлого голоса, Сознание еще больше туманится. ***** - Давай, малыш, соси! Чего ты орешь? Не истери! На, лучше в рот скорей возьми! Эй, шлюха, не мешай, уходи! - Мама, пожалуйста... Не надо! Спаси! - Молчи, Осаму! Терпи и молчи! Зло шикнула мать, желая гостю хорошего вечера, Вышла за дверь, один на один его оставив, Мужик потянул за кудри, взбадривая, Стягивая с себя штаны, ободряя и матеря. В ту ночь он кричал так громко, как никогда, Ему было очень больно, Хотелось убежать оттуда навсегда, Тяжесть предательства матери глотку рвала. Спустя время кошмар наконец закончился, Мужчина усмехнулся, зажимая в зубах сигарету, Отдал пару купюр, ночь официально окончена, Надев кимоно и поклонившись, Осаму вышел, большего счастья на свете нету. Кошмарные ночи сменяли не менее ужасные дни, Он о счастье давно позабыл, В воспоминаниях намертво засели кожаные ремни, Из-за которых он вечно в бинтах ходил. Они причины его криков и слез, Противоестественных грёз, Его боль, отчаяние и спасение, Метка, которая не даст впасть в забвение. ***** Тучи сгустились, начался дождь, Теперь его время, он облачных войск вождь. На крыше два человека : ребенок и женщина, Грудная клетка тяжело вздымается, ее отпускает, она улыбается. Маленькое тело под ногами хрипит, Одежда пропиталась кровью, он неподвижно лежит, Его глаза не излучают эмоций, молчит, Боли нет, сквозь полуприкрытые веки за ней следит. - Ничего личного, сынок. Тебе пока может быть невдомёк, Любовь иль ненависть, называй, как хочешь, Но я тебя не забуду и ты не захочешь... Что ты там все время бормочешь?! Мальчик собирает все силы в кулак, Приподнимается на локтях, - Пытаешься встать? Какой же дурак... Осаму упирается, хоть и почувствовал как сильно засаднило в плечах. - Знаешь... хм-хм. Он отхаркнул кровь. - Я даже не надеялся, что ты одумаешься, И к сожалению, оказался прав, вновь... - Предсмертная речь... Понятно. Женщина усмехается. - Ну, что ж, валяй, это будет занятно, Она снисходительно опускается на колени. - Помочь? - Прочь. - Как грубо. Но да ладно, ругаться не буду. - Круто. Дай мне, пожалуйста, минуту. Секундное молчание. Он окончательно встал, Вдали послышалось громыхание, Тело озноб сковал. Он сделал шаг. Затем второй. - Куда пошел, мой дорогой? - Закончить начатое, но перед этим, Можешь ли ты на один вопрос мой ответить? Она победно кивает, подходит ближе, Они стоят в двух шагах от края крыши, Мальчик подходить вплотную, прижимаясь к безучастному телу, Не обращая внимания на удивлённый вздох и взгляд, подобный расстрелу. Руки матери, такие родные, И в то же время такие чужие, Неумело обвивают его спину, Разбивая на секунду барьер, подобный льдине. Дождь становится интенсивнее, Перерастая в ливень, Делая момент еще более наивным, Скрывая, как женщине все это противно. - Если бы было другое место и время, Не было никакого в твоей жизни бремя, Ответь : ты принципам своим бы изменила, И меня бы смогла... полюбила? - Возможно... - Как жаль, что это невозможно. Есть мысль, она меня давно гложет. Если не в этой жизни, тогда может, Уйдём отсюда вместе? Вдруг это нам поможет? Хватка детских рук стала крепче, сильней, потащив к краю, Женщина забеспокоилась, вырвала руки, Оттолкнув, погнала его взашей, Посмотрев на мальчика в испуге. - Что ты придумал, малолетний ублюдок? Решил скинуть меня отсюда? У тебя видимо уже помутился рассудок, Видно, напоследок, от папаши всплыла причуда. А знаешь, довольно отступлений, Доведу дело до долгожданного конца, И пусть нет оправданий преступлению, Месть все же будет здесь свершена. Мальчик смеется, как сумасшедший, Крутя в руке, милую вещицу, В виде веточки сакуры, потрепанной, обветшей, Декоративную острую спицу. - Вот видишь, как плохо ты меня знаешь! - На что это ты намекаешь? - А ты разве не понимаешь? Что посеешь, как воспитаешь, То и получишь в итоге... До сих пор не въезжаешь? - Ты мне угрожаешь? Думаешь со спицей в руке кого-то напугаешь? - Мне не нравится, как ты рассуждаешь, Только, как ублажать мужчин и знаешь... - Не смей! Заткнись! Резкий рывок к нему. - А если продолжу? Пощечина, тянет с силой за руку к обрыву. - Аргх! - Мама, стой! Обернись! Мальчик вырывается, Женщина подскальзывается, пятится назад, пытаясь найти опору, Все произошло так быстро, он не успел спохватиться, Она перелетает через край обрыва, исчезает в тумане... Конец их спору... Свершилось обещание... - МАМА!!! Сквозь мелодию ритмичных капель стуков, Внизу слышна сирена скорой помощи, громкие крики, Будто сквозь вату слышны посторонние звуки, Мальчик в шоке, мальчик напуган. Пустота. Пелена застелила глаза. Осознание случившегося пришло мгновенно, Он принял удар судьбы невозмутимо. Просто в голове не укладывалась картина, Захотелось глотнуть бутылек керосина, Вызжечь внутри все, чтобы не могло быть больней, Мысли, однако, не для малышей. - Хоть я не чувствовал от тебя ни грамма тепла, Ты все равно останешься мне дорога. Уроки, что ты столь рано мне преподнесла, Я никогда не забуду, И до конца своих дней, любить тебя буду. Прощай навсегда, Моя совесть... моя человечность... мамочка.... ***** Отныне он один на этом свете, И плевать где отец, где все те дети, с которыми он так мечтал подружиться, Остался навсегда в этом жизненном сюжете, Такое ему в самом худшем кошмаре не смогло бы присниться. Человек без души, лишь оболочка, Навек одиночка. Хотя кому это важно? Ведь это только моя заморочка. Осталось поставить финальную точку. А ведь мне просто хотелось любви, хоть разочек, Почувствовать этот волшебный цветочек, В груди рядом с сердцем, точнее с остатком, прокуренным пеплом... Это было б так славно.