ласкающий ветер

— Шинобу, слышь! А ну кати свой зад обратно! — выражения он не подбирал, да и в целом, не любил церемониться. — Я тебе не нянька! А ну вернись! — Шинобу на яростные возгласы негромко хихикнула и растворилась в воздухе, оставляя после себя гадкое затишье. Санеми глубоко вздохнул, прежде чем обернуться и сделать хоть что-нибудь. Раздражение опалило жаром изнутри, заставляя грозно зашипеть сквозь зубы и размашистым шагом войти обратно. В углу трещал ирори, рядом виднелся чайник, он чувствовал убаюкивающий аромат зелёных трав. Усевшись рядом, Санеми непривычно спокойно отпил чай, предварительно разлив его в тяван. Мятная горечь обожгла язык. В воздухе чувствовалась сырость, с юга доносился тихий шёпот ветра. Вот-вот грянет буря. Под небом скопились свинцовые тучи, превращая округу в сумрачное забвение. Санеми сделал глубокий вдох, растворяясь в моменте. В противоположном углу послышалось копошение. — Хм, — девчонка фыркнула и демонстративно отвернулась. Санеми сделал вид, будто не заметил. «Это всего на пару часов. Мы закончим тренировку и вернёмся сразу. Присмотри за Незуко-чан» — Шинобу говорила со всей присущей ей серьёзностью. Будто не замечая искр в его глазах, она вещала о том, что сегодня пасмурно и дождливо, а значит демонице полезно посидеть на улице. «Ну и взяла бы её с собой?!» — на подобное у Шинобу был заготовлен свой ответ. «Танджиро-кун будет отвлекаться, как и Зеницу, и Иноске-кун тоже. Ты же знаешь» — он, конечно же, знал. Шкеты готовы были отвлекаться на кого или что угодно, лишь бы запороть тренировки. В любом случае, в глотке застряли десятки вопросов, но спросил он лишь один: «Ты уверена, что я лучшая кандидатура на роль няньки? Может, лучше твоя наследница?». На его кровожадный взгляд Шинобу дёрнула плечом и отмахнулась, как от назойливой мошки, но ничего не ответила. Санеми был противоречивым, это он осознавал прекрасно. Буря эмоций и несдержанность часто чередовались с пугающей хладнокровностью. Он и сам едва ли смог объяснить, от чего такой. Подобно ветру, он тоже умел принимать разные обличия. Тихий и спокойный, бушующий и разрушительный, наблюдающий и изучающий. Санеми умел быть всяким и никогда не лицемерил. В своей чистой ненависти к демонице он был искренним и правдивым, как и в случае любых других чувств. Он готов был броситься на неё с голыми руками, разодрать на части и срубить голову в самых ужасных муках. Готов был вновь и вновь провоцировать, чтобы доказать, она наброситься на кровь, на сдержится. Демонам нельзя доверять, хитрые, они способны на всё что угодно, если это будет означать их безопасность. Затихнуть до поры до времени, ослабить бдительность, чтобы затем напасть исподтишка. О да, он знал об этом лучше всех, не понаслышке. Потому то и было странным сидеть рядом с ней вот так, в тишине веранды летнего дома, наблюдать за надвигающейся грозой и слушать редкие переливы воды в саду. В воздухе тянуло озоном, вечерней свежестью. Санеми отчётливо увидел, как демоница потянула маленьким носом в воздухе и замерла, счастливо жмурясь. Её глаза по-кошачьи сузились, а сама она то ли пыталась улыбнуться, то ли заурчать. Он даже услышал отголоски звуков доносившихся из неё. Пока он делал вид, будто дремлет, она осторожно, боязливо поглядывая на него, спустила ноги с циновки и подставила лицо прохладным ласкам ветра. Санеми и сам не заметил, как протянул руку, создавая маленькие потоки вихря и обдавая ими её. Длинные волосы зашевелились, будто живые, маленькая демоница протянула руку навстречу ветру в ответ. Санеми отчего-то замер, всем своим нутром ощущая, что запросто мог бы спрятать её в своих руках. Чужеродная мысль стрельнула на вылет, оставляя после себя оглушительный страх. Парализованный, он едва нашёл в себе силы подняться с места. Незуко испуганно дёрнулась, юркнула к своему месту и закрыла лицо руками, стараясь не смотреть на него. Испугалась. Он зачем-то подошёл ближе. Просто посмотреть и понять, что чувствует находясь рядом с демоном. С каждым его шагом, Незуко забивалась в свой угол всё сильнее и сильнее, прижимая руки к лицу всё крепче. — Бу, — опустившись перед ней на корточки, Санеми приблизил своё лицо. Незуко, будто перебарывая свой страх, посмотрела на него в ответ сквозь тонкие пальцы. Её глаза странно заблестели. — Боишься меня? — шёпот вышел сам собой. Санеми зачем-то наклонился ещё ближе, впечатывая демоницу в стену. Незуко кивнула. — Бойся, — улыбнулся Санеми, не до конца уверенный, зачем всё это говорит. Чтобы запугать? Или напомнить себе, что между ними есть одно ненавистное различие? — Я — человек, а ты — ничтожество, — добавил он. Блестящий перламутр розовых глаз внезапно потух. Ему стало совестно. Оглядев её с ног до головы, ребёнка ещё, по сути, он испытал пугающее отчаяние. «Не стыдно?» — его внутренний голос зазвучал голосом Шинобу. «Это ребёнок, живой и чувствующий. Ей тоже больно и страшно. Она не сделала ничего, за что стоило бы над ней так издеваться. И это ты Столп Ветра? Позорище». Внутренняя тирада заставила его отшатнуться. Девчонка отвела взгляд и отвернула голову, всем своим видом показывая недовольство. Санеми вернулся на своё место. Незуко какое-то время копошилась в углу, рассматривая то небосвод, то свои руки. Затем тихо засопела, проваливаясь в глубокий сон. Свернувшись будто кошка, она поджала руки под себя, лицо её обрело сладкую безмятежность. Санеми так и не смог оторвать взгляда. Мир нужно защитить от неё? Или это она нуждалась в защите от мира? От таких как он? Вопросы, на которые у него нет ответа. Ближе к ночи, когда тёмная мгла опустилась ниже, опутывая округу, он подошёл к Незуко и осторожно поднял её на руки. Дьяволский сон был крепок, она даже не шелохнулась. Маленькая и хрупкая, в его руках она и вовсе казалась крошечной. Санеми зачем-то повёл носом, слушая её запах. Слабый цветочный, камелия, и запах пепла. Уложив Незуко на кровать, он всё же испуганно замер, когда заметил, что она открыла глаза и рассматривала его с не меньшим интересом, чем он её. Прочистив горло, Санеми всё же отшатнулся и прохрипел тихое: — Спи. Незуко послушно закрыла глаза.       — Санеми-сан, спасибо что приглядели за моей сестрой! — мелкий шкет счастливо улыбался. Санеми проворчал привычное «заткнись» и вышел на улицу. К следующему заданию Незуко отчётливо чувствовала ветер, ступающий за ней всюду. Он ласкал её пятки и шептал о том, что защитит.