Кровавые лепестки сакуры.

      Кенпачи уже успел снести одному посетителю челюсть а другим лишь выбил пару зубов. Кровь расплылась по всему полу и пара капель попала на стену, Кучики только сидел в сторонке, попивая свой коньяк со льдом, и смотрел на мужчину , что так отчаянно бился, за что правда... Так и не ясно. вот, уже двое валяются где то в клубе, а у Зараки пыл так и не остыл. Бьякуя не спешил останавливать мужчину, он прекрасно знал с кем имеет дело. Кен всё же уселся на красный кожаный диван, капитан шестого отряда прикоснулся ладонью к плечу Зараки, словно лепестки сакуры его Банкая, капитан одиннадцатого отряда расплывается в кровожадной улыбке, ему вовсе не хочется ,чтобы тот убирал свою холодную ладонь. Плечи Кена накачены и красивы... на вряд ли кто-то пожелает убирать руку со столь прекрасного тела.       По Кенпачи струились капельки холодного пота, тыльной стороной ладони он стёр струйку, стремящуюся к его сухим губам, а после ей же потянулся к не начатому напитку, лёд в котором успел растаять. Кучики в свою очередь невольно отстранился. Зараки плюхнулся на диван, раскинув руки. Кровоточащие костяшки неимоверно болели, но эту острую боль перекрывал алкоголь, жгущий горло и открывающий новые, более глубокие чувства... - Поехали-ка домой - сказал сладким, словно ликёр, голосом Бьякуя. Но капитан одиннадцатого отряда никак не отреагировал, лишь переведя бездушный взгляд на парня. Недовольно цокнув, он пыхтя приподнялся с дивана, попутно возвращая стакан на его исходное место, после совершенно иным, мягким взглядом посмотрел на аристократа и потянулся к его манящим губам. Кучики же был совершенно не против и поддался вперёд.       Кен обхватил своими шершавыми ладонями талию капитана шестого отряда. Последний, ни капли не сопротивляясь, сомкнул обе руки на шее у шинигами. После продолжительного поцелуя, они наконец-то отстранились друг от друга. Их взгляды пересекаются, выражение глаз Кучики был властным и великим, позиция глаз Зараки была иной, в них было полно недоразумения и недопонятость. Какого хуя я сейчас делаю? - промелькнуло в мыслях командира одиннадцатого отряда. Ни один ни второй не продержались и минуты, снова их губы соприкасаются, снова покрывают друг друга поцелуями. Они вновь отстранились друг от друга, но на этот раз с большим нежеланием. Бьякуя положил свою голову на грудь Кенпачи, прикрыв глаза от усталости. Кен же посмотрел в сторону валяющихся мужиков, а затем на засыпающего Кучики, отвёл глаза в сторону и пробормотал хриплым голосом - Ладно, домой нахуй, я заебался.

***

По приезде домой, они, не раздеваясь, завалились на кровать, продолжая страстно целоваться и изучать руками тела друг друга. Капитан одиннадцатого отряда оставлял багровые отметены на шее и ключицах Бьякуи, в некоторых местах кусая его. Кучики же в ответ на его действия постанывал, от чего у Кена твердело в штанах.

***

На утро капитан шестого обнаружил, что засосы затрагивали даже область бёдер. Сонным взглядом он посмотрел на уже давно проснувшегося Зараки. - Блять, я все ещё не могу поверить, что ты мой - похрипел Кен.