Bloodlust

      Листья и ветки хрустели под коричневыми ботинками Кайла, пока он пробирался сквозь лес неподалёку от озера следующим вечером. Картман всё ещё не сообщил ему причину, по которой он решил встретиться с ним настолько далеко, и Кайлу это не нравилось. К моменту, когда он вышел на поляну, он уже наполовину ожидал, что Картман будет стоять там с чьим-то мёртвым телом. К счастью, когда Кайл его увидел, с ним был только рюкзак.         — И почему мы в такой глуши? — спросил Кайл, щурясь на сумеречное небо сквозь очки-авиаторы. — У тебя нельзя было встретиться, что ли?       Картман пожал плечами.         — Моя мама дома, а она бывает шумной, — сказал он. — И я предположил, что ты захочешь быть подальше от своего дома, ну, знаешь, на случай, если ты начнёшь сомневаться в легальности происходящего и тому подобных гейских штуках.        Кайл нахмурился и поджал губы.         — Картман. Мне это уже не нравится.         — Ну, что ж, я тебе только что оказал ещё одну услугу, — сказал Картман. — Заранее на здоровье.       Он сбросил с плеча рюкзак. Судя по звуку, он был полным и тяжёлым.        Кайл почти смотреть не мог на то, как он расстёгивал молнию. Картман вытащил из рюкзака что-то тёмно-красное и хлюпающе-податливое и кинул это Кайлу в руки. Тот рефлективно поймал предмет и неуверенно на него посмотрел. Это была упаковка крови с пометкой «Вторая положительная».         — Картман! — взвизгнул Кайл. — Ты где это достал?!       Картман пнул свой рюкзак, и из него выпала по меньшей мере ещё дюжина таких же пакетов.         — Ой, ну, ты знаешь, — неопределённо сказал он. — Из больниц до смешного просто что-то украсть.         — Ты их украл?!         — Ага, ну и подумаешь, — сказал Картман.         — Ничего не подумаешь! — закричал Кайл. — Это незаконно! Тебя арестуют за кражу телесных жидкостей у больных и нуждающихся!         — Так или иначе, — пренебрежительно махнул рукой Картман. — Они никогда не заметят, что их нет.        Кайл выпустил раздражённый выдох через нос, но всё равно не отпустил пакет. Его человеческая часть хотела бросить его обратно Картману и отказаться от всей этой затеи, но вампирская сторона была заинтригована и немного впечатлена и, как он и ожидал, она и одержала победу.         — Ну давай, — сказал Картман, скрестив руки на груди.         — И как ты хочешь, чтобы я это пил? — спросил Кайл, поворачивая упаковку под разными углами. Из неё вывалилось несколько трубок, но он не был уверен, какую из них использовать будет правильно.         — Пей, как сок с трубочкой, — нетерпеливо предложил Картман.        Трубочка, как в соке, была бы здесь очень полезной, заметил Кайл. Но её не было, так что он решил её сделать. Он поднёс ко рту одну из торчащих из пакета трубок и отрезал её край своим бритвенно-острым клыком.        Кровь была холодной и вязкой, и Кайл скорчился, когда она коснулась его языка.        Картман рассмеялся.         — Противная?        Кайл кивнул, но всё равно продолжил пить. Закончив, он высунул язык, всем видом показывая своё отвращение.         — Ты когда-нибудь ел что-то несвежее? — спросил он. — И она холодная.        Картман потряс в его сторону извлечённым из рюкзака пакетом льда.         — Нужно держать их в холоде, а то они протухнут, — пояснил он.         — Я знаю, но на вкус как задница, — сказал Кайл. Он послал Картману грязный взгляд. — Даже не комментируй это. — Кайл чмокнул губами, пытаясь прогнать изо рта отвратительный вкус. — И она даже не сытная, — пожаловался он. Донорская кровь теоретически была удобным вариантом, но быстро портилась и не давала ему такого же всплеска адреналина, что живая, тёплая кровь, которую он пил из Картмана. После такой крови он чувствовал себя полным энергии, а после холодной, из пакета — только вялым и замедленным.        Он аккуратно сложил упаковку и засунул её подальше в карман куртки.         — Эй, нищие не выбирают, — нахмурился Картман. Он сложил оставшиеся пакеты в рюкзак, застегнул его и перекинул через плечо. — Они будут в холодильнике у меня в гараже, если понадобятся, — сказал он.        Кайл кивнул.         — Спасибо, — наконец сказал он.         — Вау, — сказал Картман пронизанным сарказмом голосом. — Великий Кайл Брофловски в кои-то веки соизволил отблагодарить меня за мою преданность и тяжёлую работу.         — Заткнись, — сказал Кайл и засунул руки в карманы. — Я тебя за это уже миллион раз благодарил, придурок. Я не виноват, что ты стал со мной так мило себя вести.         — Это самая тупая причина для жалобы, которую я слышал в твоём исполнении. А это о чём-то да говорит, — фыркнул Картман. Они пошли в сторону города.         — Я просто хочу понять, почему ты это делаешь, — почти мягко сказал Кайл.        Лицо Картмана на секунду дрогнуло, но он тут же пожал плечами.         — Я сказал насчёт этого не волноваться, так что не волнуйся. Если продолжишь спрашивать, я перестану тебе помогать.         — В этом просто нет смысла, — пробормотал Кайл. — Мы годами друг друга ненавидели, а теперь ты… мы… это странно! Стэн был прав, что это странно.        Картман закатил глаза.         — Я никогда тебя не ненавидел, тупой ты Еврей, — сказал он. — К тебе просто было весело прикапываться. Хватит так много об этом думать. — Картман посмотрел на него краем глаза. — Хотя ты, наверное, ничего не можешь с этим поделать. Ты всегда слишком много думаешь.        Они вышли к краю леса. Фургон Картмана был припаркован рядом, на клочке гравия. Кайл так давно не видел его за рулём, что почти забыл, что он вообще умеет водить, не то что о том, что у него есть свой транспорт. О самом себе он такого сказать не мог. У него были права, но пока не было машины.         — Хочешь прокатиться? — предложил Картман, слегка ударяя кулаком по мятому капоту своего пикапа. — Или от того, что я такой милый, тебе хочется блевать?        Кайл нахмурился.         — Я пройдусь, — сказал он.        Картман усмехнулся.         — Залезай в грёбаную машину, придурище, — скомандовал он.        Кайл неохотно повиновался и влез на пассажирское сиденье. Внутри всё было на удивление чистым и в хорошем состоянии. Он застегнул ремень безопасности и скрестил руки на груди. Картман тоже пристегнулся и осмотрел его.         — Расслабься, Еврей, — сказал он и повернул ключ зажигания.         — Я настолько расслаблен, насколько это вообще возможно, — сказал Кайл.         — Ну, как скажешь, — Картман свернул на основную дорогу. Спустя несколько минут он уже припарковался на подъездной дорожке. — Пойдём, — сказал он, глуша двигатель и выбираясь наружу.        Кайл вылез, обошёл фургон и прислонился к тёплому радиатору, продев большие пальцы в петли для ремня.         — Почему мы к тебе приехали? — спросил он. — Я думал, твоя мама дома.         — Ну, сейчас она не здесь, так что почему бы не затусить? — пожал плечами Картман. — Что-то я не заметил, чтобы у тебя остались ещё какие-то друзья.         — Иди нахуй, — сказал Кайл, но всё равно последовал за ним в гараж. — У меня ещё есть друзья. У меня есть… Кенни.         — Не хочешь ты с Кенни тусоваться, — сказал Картман, открывая маленький встроенный в стену холодильник и начиная беспорядочно закидывать в него пакеты крови. Один из них он бросил Кайлу. — На, держи ещё один.        Кайл взглянул на упаковку с отвращением, но всё равно открыл её и попытался проглотить содержимое залпом, игнорируя вкус. Полностью сделать это не получилось. Он содрогнулся и скорчился, а желудок протестующе заурчал.         — Господи, это кошмар какой-то, — Кайл смял пустую упаковку и вместе с той, что лежала у него в кармане, выбросил её в мусорное ведро. — Серьёзно, идея крутая, правда, но они реально ужасные.        Картман поднялся на ноги, спрятал руки в карманы и негромко вздохнул.         — Тогда нам нужен ещё один план, — сказал он.        Кайл нахмурился и слегка повесил голову. Выглядел он растерянно.         — Я знаю, что мне нужно делать, но не могу представить, чтобы я правда на такое пошёл, — пробормотал он и поднял глаза. — Я не хочу убивать людей, Картман.        Картман задумчиво прикусил нижнюю губу. Потом, внезапно, как будто ожил, похоже, почти ошеломлённый гениальностью своей новой идеи. В голове у него крутились шестерёнки.         — А что, если это будет реально, реально плохой человек?       Кайл скептически выгнул бровь.         — Не знаю, Картман. Это слишком субъективно.         — А вот и нет, — сказал Картман. — Что, если это педофил? Или один из этих ультраправых уродов? Что, если это будут объективно плохие люди?        Кайл уже открыл рот, чтобы возразить, но задумался.        Одна вещь насчёт Кайла Брофловски: у него всегда был очень сильный моральный компас. В отличие от компасов большинства людей, его экземпляр указывал только в двух направлениях: Правильно и Неправильно. Всё, с чем он соглашался, было правильным, а остальное — нет. Он всегда считал, что может хорошо считать человека. Большинство людей бы с этим согласились. Не все, но большинство.        Это было просто, на самом деле. Со своими заморочками, но просто. Мир Кайла был чёрно-белым. Правильно-неправильным. Никаких серых зон. Ничего между.         — А вот это, — медленно сказал он, — может сработать.        Картман не сдержал широкой ухмылки.         — Вот это мой Еврей, — сказал он и крепко хлопнул его по плечу.         — Не твой. Вообще. — Сказал Кайл, вздрогнув. — Но как это должно работать? Как можно убедиться на сто процентов, что человек… ну… подонок?        Картман дважды щёлкнул пальцами и указал на него.         — Отличный вопрос. Теперь, если проследуешь в мою скромную обитель, я тебе покажу.        И вот так Кайл оказался на краю кровати Картмана, сидя со скрещенными ногами и пристально наблюдая за тем, как тот увлечённо печатает что-то у себя в ноутбуке.         — Что ты делаешь? — спросил Кайл.         — Мы их ловим, — сказал Картман, кинув на него хитрый взгляд через плечо.         — Да?         — Ага, — сказал Картман, возвращаясь к проекту.        — Мы ловим… педофилов? — спросил Кайл, слегка наклонив голову.         — Ага, а-ля «Поймать хищника», — сказал Картман. — Можно отфотошопить фотку под детскую, а потом с чистой совестью лепить «В процессе этого интернет-мошенничества ни один ребёнок не пострадал», — он ещё что-то напечатал. — Хочешь быть ребёнком или хочешь, чтобы я был ребёнком?         — Не хочу я быть ребёнком!        Картман развернулся в кресле.         — Оу-у, Кайл, но из тебя бы вышла такая милая маленькая девочка. Даже не пришлось бы много редактировать.         — Отъебись, — фыркнул Кайл.         — Ладно, ладно, — сказал Картман, открывая фронтальную камеру, чтобы сделать селфи. — Меня в детстве достаточно поимели, чтобы я сейчас мог прижать кого-то из этих ублюдков. — Он надул губы, показал пальцами знак мира и сделал быстрый снимок, а потом начал редактировать его, пока говорил. — Знаешь, месть и всё такое.        Кайл почти лишился дара речи.         — Погоди, что? Что с тобой случилось в детстве?         — Много дерьма, — сказал Картман, качая головой.         — Ты об этом никогда раньше не упоминал.         — Потому что всё в порядке. Я думал, это со всеми происходит, а когда понял, что нет, это было уже не важно. Я ходил к психотерапевту. Сейчас всё хорошо. — Он говорил беспечным тоном, но его глаза были тёмными и серьёзными, и, работая над фотографией, он не поднимал взгляд.         — Ты… хочешь об этом поговорить? — спросил Кайл, чувствуя себя неловко.        Картман поднял глаза на мгновение, но тут же снова вернулся к редактору.         — Не, не очень, — сказал он. — То есть, я могу, если ты этого очень хочешь, но это, типа, не мой любимый предмет для обсуждения.        Кайл в каком-то роде почувствовал себя полным засранцем.         — Хорошо, — сказал он. — Мы не обязаны… это обсуждать.        Но Картман продолжил.         — Я не хочу сказать, что было бы хорошо, если бы это был только один человек, но если бы, типа, это не был почти каждый взрослый в моей жизни, может быть, всё было бы по-другому. — Он нахмурился, глядя в телефон. — И, повторюсь, это были абсолютно все. Учителя. Незнакомцы. Моя собственная, блять, мама, — он покачал головой. — Это было отстойно, вот что я тебе скажу.         — Господи, Картман, — тихо сказал Кайл.         — Всё нормально, всё нормально. Я отделяю это от жизни. Типа того. — Звучало это так, как будто он пытался убедить в этом себя самого. — Но ты понимаешь, почему я думаю, что люди, которые хотят трахать детей, должны умереть, да?        Кайл быстро кивнул.         — Да, конечно.         — А что насчёт тебя? — спросил Картман. — Хочешь кому-нибудь отомстить?        Кайл выпустил длинный шипящий выдох через рот и откинулся на руки.         — Ох, блин. Может быть.         — Ты всегда был самоуверенным, Еврей, — сказал Картман, послав ему едва заметную улыбку.        Кайл выдохнул смешок.         — Да, но тебе не кажется странным буквально планировать убийства?         — Думай об этом, как об очищении огнём, — сказал Картман.         — Мне всегда хотелось ударить фашиста, — проговорил Кайл. — Это просто на шаг дальше.         — Вот, это другой разговор, — сказал Картман. Он взглянул на экран телефона и усмехнулся, а потом передал Кайлу. — Что думаешь? Навевает ностальгию, согласен?        На фотографии был Картман, но на него было наложено столько слоёв фотошопа, что он действительно выглядел как маленькая девочка. Хорошенько присмотревшись, Кайл всё ещё мог увидеть черты лица Картмана, но для постороннего человека это бы совсем не показалось подозрительным. Абсолютная бредовость происходящего заставила Кайла рассмеяться.         — Думаешь, сделать девочку было хорошим решением? — спросил довольный проделанной работой Картман. — Мне кажется, я очень даже миленький, а?         — Ага, охуительно очаровательный, — со смехом фыркнул Кайл.         — Как думаешь, на сколько я тут выгляжу? — спросил Картман.         — На двенадцать или тринадцать, может быть, — сказал Кайл и попытался вспомнить, как Картман действительно выглядел в том возрасте.         — Отлично, — Картман ввёл возраст в профиль, установил фотографию как аватар, сохранил всё и, скрестив руки на животе, довольно откинулся на спинку кресла. — И мы в прямом эфире, — сказал он.        Кайл бегло просмотрел страничку.         — Что это за сайт вообще?         — Не знаю, какой-то чат-рум, — сказал Картман, — но если я что-то и понял за свои восемнадцать лет абсурда, то это то, что где бы в интернете ни появились дети, всегда найдутся криповые взрослые, которые захотят их трахнуть.         — Хм, — сказал Кайл. — Что мы будем делать, когда нам напишут?         — Включим дурочку на какое-то время. Нужно, чтобы они это признали, или хотя бы позвали нас на встречу. В идеале — дадут адрес. Если нет, придётся придумать, как их отследить.         — О, это просто, — сказал Кайл.        Картман вскинул брови. Похоже, он был впечатлён.        — Серьёзно?       Кайл пожал плечами.         — Ну, да. Я нашёл пару способов расшифровывать анонимных пользователей, потому что в прошлый раз, когда мы не знали, кто там в интернете, всё вышло из-под контроля. Я разбираюсь в компьютерах. Ты знаешь, что я разбираюсь в компьютерах.        Картман улыбнулся почти с гордостью.         — Знаешь, хакер-вампир, по-моему, это самый прикольный концепт из всех существующих, — сказал он.        Уголки рта Кайла дёрнулись в ухмылку.         — Звучит, как персонаж из «Чёрного зеркала», — сказал он. — У тебя же есть VPN? Если нас отследит полиция, тогда…         — Разумеется, у меня есть VPN, — фыркнул Картман. — Знаешь, сколько незаконного дерьма я провернул в Интернете? Полиция вообще не в курсе, что этот ноут существует.         — О, это хорошо, — сказал Кайл.        Он откинулся назад на кровать Картмана, и, к его удивлению, Картман подошёл и лёг рядом с ним. Они какое-то время лежали в тишине, прежде чем Кайл снова заговорил.         — Что мы будем делать, когда поймём, кого надо убить?         — Ну, я установил Денвер как локацию, чтобы не наводить стрелки на Южный Парк. Поедем туда и сделаем это, — сказал Картман.         — Да, но как? — спросил Кайл.         Картман пожал плечами.         — Просто делай, как знаешь. Становись бешеным, или что там с тобой происходит.         — А… тела?         — Оставь это мне, — сказал Картман. — У меня талант к тому, чтобы заставлять людей исчезнуть.        Кайл был рад, что он не углубился в детали. Он на какое-то время затих, ещё раз проигрывая вырисовывающийся сценарий в голове.         — Мы правда это сделаем?         — Наверное, — сказал Картман, и, как по сигналу, на ноутбук пришло уведомление. Он быстро сел и проверил его, а потом цокнул языком. — А этот парень довольно прямолинейный, — сказал он с гримасой отвращения.         — И что это для нас значит? — спросил Кайл, тоже поднимаясь и слегка склоняя голову в бок.        Картман оглянулся на него с широкой ухмылкой.         — Мы нашли первого.