С тобой я становлюсь лучше

      Начало зимы выдалось тяжелым. Ян Чонин только недавно закрыл сессию и уже начались каникулы, но он все продолжает поздно возвращаться домой. Только теперь вместо засиживания в библиотеке, с целью подготовки к сессии, парень допоздна работает на износ.       Волосы у Яна выкрашены в темно-синий цвет. Недавно он снова их перекрасил. Это подчеркивает его светлую кожу. Также до недавнего времени у Чонина были брекеты. Но уже как 5 месяцев он ходит без них. Жаль, что пришлось снять, ему очень нравилось, как он выглядит с ними.       Ян идет по слабо освещенной улице, а в наушниках играет песня его любимой рок-группы. Одет он прохладно, и только шарф Сынмина спасает от ветра. Тот, заметив, как легко одет младший, сам намотал его на шею.       Смена в баре начиналась в 6 вечера, но у Чонина сегодня было много дел, связанных с универом, он так завертелся, что даже не посмотрел прогноз погоды. Хоть днем, пока еще светило солнце, было не очень холодно, к вечеру, возвращаясь домой, он замерз не на шутку.       До его с Феликсом съемной квартирки два квартала – около 20 минут пешком. Чонин, конечно, не из пугливых, но никогда особо не мог похвастаться физической подготовкой, а уж дать отпор какому-нибудь пьянице или бандиту из подворотни тем более. Нужно было все-таки попросить Сынмина проводить его, тот хотя бы точно смог заступиться за младшего в случае непредвиденной ситуации.       Сынмин с легкостью вывел бы из строя даже самого быдловатого собеседника, если тот плохо понимает словами. Задумавшись, Чонин не сразу заметил силуэты. За углом, будто поджидая его, уже стояли трое незнакомцев. Увидев парня, они как-то недобро заулыбались. Он же, не поднимая взгляда, попытался продолжить путь, однако план тут же обернулся полным крахом.       Мужчина, самый высокий из этой компании, подошел сзади и схватил Яна за запястье. Он оказался совсем вплотную, повернув юношу лицом к себе. Хватка мужчины была слишком сильной для того, чтобы Ян мог высвободить руку. Он стоял в немом страхе и не мог даже поднять глаза – не слишком часто приходилось сталкиваться с подобными ситуациями.       Чонин не первый год работает в баре и не первый год ходит поздно ночью по этим слабо освещенным улицам, но эта ситуация напугала его до чертиков. Все же, осмелившись посмотреть на мужчину, он понял, что лучше бы это был незнакомец. Чонин увидел того, кого меньше всего хотел бы встретить в такой момент. Ким Тэу, парень, который постоянно пытается задеть его какими-либо нелепыми оскорблениями. То ему не нравилось какую одежду носит Ян, то его слишком ярко выкрашенные волосы. Также не устраивали укладка и макияж Чонина, мол тот на пидора смахивает.       Хотя Ян уже давно перестал отрицать свою ориентацию, слова того парня все же задевали. Чонин не считал себя таковым, ведь для него гомосексуалы и пидоры являлись полной противоположностью. Он считал, что пидоры — это те, кто выставляет свою ориентацию напоказ, его же личная жизнь находилась далеко за пределами университета.       Да и ладно, если бы Тэу пытался задеть его только словесно, но тот постоянно пытался как-то тронуть или даже пихнуть Чонина. Так один раз он испортил его любимую рубашку, пихнув в кафетерии настолько неожиданно, что тот полетел носом в пол. Если бы Тэу пихнул еще сильнее, то Чонину точно не поздоровилось бы и его долго пришлось собирать по частям.       Друзья Яна, Сынмин и Феликс, постоянно говорят ему, что пора заканчивать терпеть все выходки этого ублюдка и его компашки. Джисон вообще каждый раз рвется навалять этим троим, но быстро остывает, увидев умоляющие глазки Чонина. Ян понимает, что не может ничего сделать этим подонкам. Чонин – второй ребенок в семье со средним доходом, когда этот Ким Тэу приходится сыном одного из депутатов. Его друзья тоже недалеко ушли. Один из дружков, Им Чонха, сын директора какой-то элитной школы, а второй, Чо Бомсик, сын финансового директора компании Бан&Со.       Так что единственное, что мог сделать Ян – это всячески избегать этих людей. Как выяснилось в этот поздний и не самый приятный вечер, не зря он это делал.       Тэу смотрел на Чонина с тем же презрением, что одаривал в моменты их стычек. Его друзья все еще стояли на месте и просто наблюдали за происходящим, пока у Яна медленно немели ноги, готовые в любую секунду подвести своего хозяина. Тэу подошел еще ближе и выдернул наушники из ушей Чонина. - Какая встреча, Чонина~. Какими судьбами тут? И чего такой хмурый? Не рад меня видеть? – ироничные нотки в его голосе так и резали слух. Чонин попытался вырвать руку из захвата, но его усилия были тщетны. Да и вы видели вообще эту гориллу. Ян по сравнению с ним маленький мышонок, не способный даже нормально пошевелиться от страха. - Отпусти, – все же пересилив собственный страх произнес тихо, но решительно, демонстративно приподнимая свою руку, сжатую в чужой. - А если не отпущу, что ты мне сделаешь? – вопрос был глупый, потому что они оба знали, что Чонин не сможет ничего противопоставить грубой силе Тэу. - Позвоню в полицию и доложу о том, что меня домогается какой-то незнакомец. - Кто? Я-то? – изображая самого оскорбленного и невинного человека на всем белом свете спросил Тэу так и не соизволив освободить руку Чонина от этого ненавистного плена. - Боже, прекращай этот ебаный спектакль. Я и так устал, а еще ты тут со своими долбанными шутками. Да блять, отпусти уже мою руку! – прикрикнул последнее предложение Ян и все же высвободил свою руку из чужой хватки.       И тут произошло непоправимое. Выдирая свою руку, Чонин случайно задел браслетом лицо Тэу, да так, что поцарапал тому скулу. Видимо Чонин не такой уж слабак, раз смог так просто оставить браслетом царапину на лице этого гориллы. Браслетом, блять. Так просто.       Пока Тэу пытается понять, что произошло, Яна охватывает новая паническая волна. Он дотрагивается до места, где недавно прошелся браслет Чонина и видит на своих пальцах ярко-красную жидкость, которая продолжает стекать по его щеке. Тэу поднимает свой полный ярости взгляд на Чонина. И парень понимает, что выбраться невредимым не получится. Он даже отреагировать не успевает, как ему прилетает достаточно ощутимый удар в челюсть. Ян пошатывается, но не падает, удивляясь устойчивости своего равновесия, хотя обычно оно подводило его на ровном месте.       Чонин смотрит на своего обидчика нечитаемым взглядом, но Тэу прекрасно знает, что тот ничего не сделает. В следующую секунду он налетает на Чонина и сбивает с ног. Ян так больно ударяется спиной о землю, что уже нет никаких сил, чтобы подняться или хотя бы прикрыться от кулаков.       Остервенелые удары его противника проходятся по лицу, ребрам и даже один раз попадает в солнечное сплетение. Чонин чувствует сильную боль. Он понимает, что ему конец, ведь Тэу никто не собирается останавливать. Хотя, даже если кто-то попытается, у него просто-напросто ничего не выйдет.       Чонха и Бомсик, подонки эдакие, все также стоят и наблюдают, даже не пытаясь оттянуть своего друга от бедного паренька. Только и могут, что ржать. Чонин перестает чувствовать верхнюю часть тела, в частности руку. Кажется той он приложился, когда падал, инстинктивно пытаясь хотя бы немного смягчить посадку.       Ян уже думал прощаться с жизнью, теряя сознание, как вдруг, нависшего над ним Тэу, кто-то пинает ногой. Тот падает набок. Испугавшись, Чонин пытается хоть как-то вернуть себя в чувство. Вовремя появившийся незнакомец разбирается с этой противной троицей.       Тэу после пинка от этого парня, уже не вставал, видимо удар был слишком сильным. Остальная компашка, заметив, что их друг на земле, тоже попыталась напасть на незнакомца, но тщетно. То ли они были слишком слабыми, то ли их противник был слишком силен, но по прошествии нескольких минут оба были без сознания. Бомсик потерял сознание после сильного удара куда-то в челюсть, а Чонха, попытавшись подойти к незнакомцу со спины, получил локтем прямо в нос, после чего тоже отключился.       Когда незнакомец понял, что поединок окончен, подошел к Чонину и помог тому подняться на ноги. Перед Яном стоял высокий и стройный блондин. Его волосы были достаточно длинные, чтобы их можно было собрать в маленький хвостик. На нем была кожаная куртка и такие же штаны, обтягивающие стройные ноги и подчеркивающие рост хозяина. И как он только не мерзнет? Вряд ли от холода его спасает мех на куртке. Немного присмотревшись Чонин заметил серёжку в ухе парня. Судя по форме, она была от Шанель. - Эй, ты как, живой? – интонация была немного насмешливая, хотя на лице скорее отражалась забота. - Не без вашей помощи, – Чонин недолго думая выбрал вежливую форму речи, ведь незнакомец все же помог ему, да и вдруг он гораздо старше. - Ого, какие мы вежливые, – издевки в его голосе не было. – Давай на "ты". Терпеть не могу всю эту напускную вежливость, да и не думаю, что намного старше. - Мне 20...скоро 21, – признался Чонин. Этому парню он уже доверял, хотя и ничего секретного в этой информации не было. - Чего и стоило ожидать. Мне 22. А звать тебя как? - Чонин..Ян Чонин, – это тоже не было секретом. - Очень приятно. Хенджин, Хван Хенджин, – передразнил он младшего. – Будем знакомы, – парень протянул ему руку, которую Чонин с радостью заключил в рукопожатие. – Собственно, а что так поздно здесь делает такой милый мальчик? - С работы шел, не гулял же. Да и не милый я, – сказал Ян и щеки сразу налились краской, он надеялся, что в такой темноте собеседник этого не увидит, но Хенджин, все же заметив реакцию младшего на его слова и тихо посмеялся. "Он и в правда милый" подумал Хван. - Все-таки как ты себя чувствуешь, в больничку не надо? – не унимался новоиспеченный знакомый. Все же забота с его стороны парню не показалась. Но сейчас не это важно. Постаравшись прислушаться к собственным ощущениям, Чонин почувствовал адскую боль во всем теле. И как только до этого не замечал? Он издал протяжный стон, пытаясь размять плечи, которые затекли. Затем, потрогав руку где-то в районе запястья, он еле сдержался, чтобы не заплакать. "Видимо, рука сломана" сделал про себя вывод Чонин. - Все же в больницу, наверное, нужно, – ответил после долгих раздумий Чонин. - Понятно. Надеюсь, ты не будешь против, если я сам тебя туда доставлю, – увидев озорную улыбку на лице Хенджина Чонин даже как-то замялся, но после просто кивнул, "будь что будет".

***

      Неподалеку стоял мотоцикл Хенджина и он предложил его как средство передвижения. Чонин был не в восторге от этой идеи, но другого выбора не было: автобусы в такое время уже не ходят, а вызывать такси слишком дорого.       Рука болела адски, а держаться одной – не вариант, пришлось снимать шарф и привязывать себя к Хенджину. Тем более, когда Хван так гонит.       Это первая поездка Чонина на мотоцикле. И ее не испортило даже то, с какой скоростью ехал железный монстр – как будто Хенджин вез не немного пострадавшего, а чуть ли не смертельно больного. И хотя во время поездки Ян не смог сильно насладиться видами. Ветерок, который он ощущал лицом, так успокаивал. Да и мышцы, которые до недавнего времени адски болели, сейчас ныли от ощущения свободы.       Это чувство было таким ярким, что Чонин, поддавшись ему, протянул руку чуть в сторону, изображая самолет. Правда, получился только однокрылый. Он так сильно хотел почувствовать этот ветерок рукой, но был быстро остановлен. Хван потянул его руку и положил себе на талию. Ян обиженно надул губы, хоть и понимал, что его действие было немного опасным.       Можно же хоть иногда вести себя как ребенок, чего не удалось сделать в детстве.       Он был средним ребенком в семье. Родители его очень любили, но все же, когда в семье трое детей, сложно уделять внимание всем. Поэтому Чонин вырос более самостоятельным, чем некоторые его сверстники. Он мог спокойно сам себе приготовить поесть, убрать в доме и, если очень нужно, даже что-то починить.       Да и на жизнь последние несколько лет Чонин уже зарабатывал сам, только иногда получая деньги от родителей. Те их присылали, чтобы парнишке было хоть немного легче заботиться о себе. Яна это не сильно устраивало, ведь его родители не так много зарабатывали, но и отказаться не мог. Поэтому каждый перевод он складывал в конверт.       В такой момент, вспоминая о родителях, Чонин понимает, что его решение съехать от них и перебраться ближе к университету было правильным. Что бы они сказали, если бы увидели его в таком состоянии? Первое, что сделала бы мама – это расплакалась. А чего точно не хотел видеть Ян, так это слезы любимой женщины.       За воспоминаниями о семье Чонин даже не заметил, как они остановились у входа в больницу. Хван снял шлем и развязал шарф, пока младший продолжал думать о своих родителях. - Ты чего застыл? Пошли, – Хван протянул руку, чтобы помочь младшему. Тот принял ее и кряхтя от боли перекинул ногу, слезая с мотоцикла.       Хенджин, не отпуская руки Чонина, пошел в сторону входа в больницу. В неотложке их встретил изрядно вымотанный стажер. При виде этих двоих он немного побледнел и пошел куда-то с криком о том, что позовет врача. Через некоторое время он вернулся в сопровождении, видимо, того самого врача. Он был таким высоким и широким в плечах, что Чонин, встретив такого бугая на улице, точно бы не подумал, что тот работает врачом. - Что с вами произошло? – обратился он к Яну. Потом быстро перевел взгляд на Хенджина и нахмурился – Это ты его так? – теперь вопрос звучал для старшего. Хван сильнее сжал руку Чонина и стал чуть впереди него, закрывая от врача. - Если я скажу, что нет, ты мне поверишь? – в воздухе витало напряжение. Младший переводил взгляд то на врача, то на Хвана. Врач, видимо, подумал, что это Хенждин избил Чонина. - Это не он, – Чонин с каким-то даже злым прищуром посмотрел на врача и тот просто выдохнул. - Док, я знаю, что здесь мы встречались слишком часто, но, честное слово, я тут не при чем. Мальчонку я заметил, когда на него уже налетел какой-то бугай. Ну и, недолго думая, вмешался. И вот теперь мы тут, – Хван развел руки в стороны, показывая пространство вокруг себя.       Врач опять вздохнул, но уже больше демонстративно. - Ладно, так уж и быть, поверю на этот раз. Пока я буду осматривать пациента, чтобы тебя тут не было, жди на улице. Он тебя позовет, когда я закончу, – головой указал на стажера, который ранее позорно сбежал при виде Хенджина.       Врач, уже позже представившийся как Чон Мунсик, призвал Чонина взмахом руки следовать за собой. Ян, недолго думая, повернулся к Хенджину и улыбнулся ему так, что тот принял младшего за лисенка. Его глаза во время улыбки сжимались настолько, что становились похожими на лисьи. Хван не успел сказать об этом младшему, тот уже развернулся и последовал за врачом.       По итогам обследования у Чонина обнаружили перелом запястья и несколько, уже наливающихся фиолетовым цветом, синяков. В целом, Чонин был здоров и смысла держать его в больнице не было. Яну наложили гипс и еще раз поинтересовавшись, точно ли не нужна госпитализация, отпустили.       Врач попался хороший. Мужчина хоть и выглядел немного устрашающе, но они быстро нашли общий язык. Чонин успел узнать, что у дяди Мунсика, врач разрешил так себя называть, есть дочь его возраста, которую он растит уже долгих 10 лет без жены. Мать девочки умерла от рака, а мужчина, оставшись один с ребенком 11-ти лет, пытался из последних сил держаться на плаву.       Разговорившись с врачом, Чонин даже не заметил, как начало светать. "Долго же я пробыл здесь" подумал он. Попрощавшись с врачом и напоследок обменявшись номерами, все-таки ему Ян тоже понравился, Чонин пошел на выход из больницы.       Но чего он не ожидал увидеть, так это то, что Хенджин все это время был тут. Младший был в полной уверенности, что тот уже уехал домой, поэтому не спешил, сам подкидывая темы для разговора. - Чего так долго? – Хенджин не выглядел злым или разраженным. – Я даже успел в магазин сходить, пока тебя лечили, – он указал на пакет, висящий на ручке мотоцикла. - Извини, не знал, что ты будешь ждать меня, – он опустил взгляд. – Мы разговорились с дядей Мунсиком. - Вот же старый лис, – сказал Хенджин с легкой улыбкой на лице. – Решил излить душу, – издал он еле слышный смешок. – Ладно, поехали, я отвезу тебя домой.       Чонин ярко, по-лисьи улыбнулся и уселся на мотоцикл.       Вторая поездка на мотоцикле вызвала те же эмоции, что и первая. Но на этот раз Чонину позволили ненадолго вытянуть руку, чтобы он мог насладиться дуновением ветра. Поездка была очень приятной и хотелось, чтобы она длилась вечно, но тому не суждено было случиться.       Хенджин остановился прямо возле подъезда Яна. Помог младшему слезть с мотоцикла и, обменявшись номерами напоследок, уехал. Видимо, Хван очень спешил, потому что не согласился даже на чашку кофе в благодарность за помощь. - Потом как-нибудь угостишь, – он улыбнулся и потрепал младшего по волосам. – Если будут какие-то проблемы, сразу пиши, лисенок.       Чонин непонимающе посмотрел в след Хенджину. Почему лисенок? Посмотрев на телефон, Ян заметил, что уже 7 утра, а домой он должен был вернуться еще 8 часов назад. Феликс, наверное, очень волновался, что младшего до сих пор нет дома. Чонин еще раз посмотрел в след Хенджину и пошел домой. Лисенок, 10:04 Привет. Это Чонин. Почему ты назвал меня лисенком? Хван Хенджин, 10:06 Привет. Потому что ты на него очень похож) Вот и не удержался. Теперь буду постоянно тебя так называть. Лисенок, 10:07 А моего мнения узнать не хочешь? Хван Хенджин, 10:07 А ты против, лисенок?) Лисенок, 10:08 Не сказал бы. А как тогда мне к тебе обращаться? Хван Хенджин, 10:08 Как пожелаешь, лисенок) Лисенок, 10:11 Тогда, страшилка) Хван Хенджин, 10:12 Почему??? Я же такой красавчик. Лисенок, 10:14 Хахаха Ты вообще видел выражение лица того стажера? Он так испугался, когда увидел тебя. Поэтому и страшилка! Хван Хенджин, 10:15 Как жестоко) Ладно, мне нужно работать. Хорошего дня тебе, лисенок. Лисенок, 10:15 И тебе, страшилка)