Карамель, зефир и мягкие игрушки.

Маленькая поправочка для читателей. Крис не преступник.) Он не убивал, не крал, не насиловал и т.д. Его просто обвинили в нарушении личного пространства человека. В наказание за это либо отправляют на какие-либо общественные работы, либо штраф. И только в крайних случаях дают срок. Спасибо за внимание.) Первый закон пофигиста?.. Правильно, послать всё к чертям. Вот и Крис послал, когда в семь часов утра у него зазвенел будильник. В детском саду он должен был быть ровно в восемь, когда начинают привозить первых детишек… Но кому это надо, когда можно поспать часок другой в объятиях вкусно пахнущей омежки. В итоге к месту назначения он прибыл только в обед. И то, успел несколько раз потеряться и чуть не попасть в аварию. Детский сад как назло оказался в другом конце города, что только злило Криса. Его вообще не устраивала перспектива проводить все будни в постоянном хаосе и подтирать сопли детишкам, поэтому надо было как можно скорее договориться с воспитателем и по тихому провести триста часов в своё удовольствие… А может, и как-нибудь разделить удовольствие с этим самым омежкой, если он окажется красивым… Конечно же, Крис не мог не произвести ошеломляющего впечатления, поэтому сегодня оделся с иголочки, не обделив ни одну часть своего великолепного тела. Главное — омега должен растаять, увидев его во всей красе. А последний штрих — это легкий взмах головой, дабы откинуть челку набок, и плавное снятие брендовых очков, чтобы добыча смогла увидеть прожигающий томный взгляд. Правильно! Как говорится, себя не похвалишь… Альфа невольно улыбнулся сам себе, попутно аккуратно припарковывая автомобиль около достаточно большого особняка, по совместительству детского сада. «Включаем природное обаяние и вперёд! С песней!», — пронеслось в голове Криса прежде, чем он вышел из автомобиля, поправляя стильный пиджак. Подняв голову, он был слегка удивлен, так как двухэтажный дом был совсем не похож на детский сад. Как будто здесь жила какая-нибудь большая семья, но никак не группа спиногрызов. И было подозрительно тихо, что только больше напрягло альфу. Принюхавшись, он даже не смог почуять запаха омеги. До небольшой красивой двери дома всего десять шагов, не считая нескольких широких ступенек, которые высокий альфа с лёгкостью перешагнул, когда резво направлялся навстречу к своим кошмарам по имени дети… Хотя он был на миллион процентов уверен, что долго терпеть их ему не придется. — Фух! С Богом к Чёрту! — выдохнул Крис, а после потянулся рукой к звонку. Три… два… один. По всему дому раздаётся красивая мелодия от нажатия звонка, оповещая хозяина о званом госте. Крис приготовился, проговаривая подготовленные слова. Однако за дверью даже шороха не послышалось. Тогда он позвонил ещё раз… А потом ещё раз. Альфа уже хотел долбить дверь, однако, как только его рука замахнулась, дверь резко открыли. Получилось так, что он чуть не прописал в очки омеге, который, почему-то, с шоком смотрел на него, приоткрыв рот. — Э-э-э… — как-то неловко протянул Крис, разжимая кулак и медленно опуская его вниз. Повисло до жути неловкое молчание. Незнакомый парень с шоком разглядывал его, а сам Крис с ног до головы осматривал очкастого омегу, одетого в свободные шорты и черную широкую майку с шлепками на ногах. Для альфы было странно, но почему-то он не чувствовал точного запаха омеги. А в голове пронеслось: «Что за замухрышка?» — ИФань?! — только через минуту шокировано смог произнести парень, вздёргивая бровь. — Откуда ты знаешь моё настоящее имя? — тут же выпалил Крис, с отпавшей челюстью смотря на парня… Его настоящее имя знали единицы. — Откуда ты меня вообще знаешь? Опять молчание и два прожигающих взгляда. Омега готов был поклясться, что у него даже мысли не пролетало в голове, что это может оказаться его самый ненавистный кошмар. — Эм… — сейчас омега готов был приложиться головой об стену. Ну да, конечно, он его даже не помнит. А зачем? Тао ведь был таким некрасивым, серой мышкой и его, Криса, детским развлечением. — Как бы вообще не помнишь меня? — всё же решил спросить он. Крис замер, вспоминая, где и когда он мог видеться с этим человеком. На лице изобразился глубокомысленный процесс в виде напряженного лба, а Тао только хмыкнул. — Может, пропустишь, для… — в итоге решил сменить тему альфа, дабы не мучить себя лишними раздумьями, однако даже не смог проговорить фразу до конца, видя, скептический взгляд омеги, без слов показывающий: «Хрен тебе». Только среднего пальца ещё не хватало для полной картины. В итоге Крису оставалось перечислять места, в которых он бывал и активно знакомился с омегами. — Лимит окончен, — холодно проговорил изрядно уставший Тао. — Проходи, — покачав головой, он прошел в глубь дома, а Крис незамедлительно последовал за ним, желая как можно раньше узнать, где они виделись и когда. — Так может всё же скажешь, где мы с тобой виделись? — недоуменно переспросил Крис через несколько минут, когда они зашли в просторную комнату. Взгляд тут же стал улавливать каждые детали комнаты, сделанной в кремовых тонах, с белыми легкими занавесками, сквозь которые проходил теплый ветерок из больших открытых окон, и удобной прочной мебелью, которая, на редкость, была в приличном виде после многочисленных «атак» детей. Лишь игрушки были разбросаны по комнате… Кстати, Крис не заметил ни одного ребёнка, что удивило его. — Ну нифига себе у спиногрызов хорошо… — совсем тихо проговорил Крис, думая, что омега его совсем не слышит… А Тао в это время просто кипел, а руки так и чесались съездить ещё раз по смазливой мордашке. — Хм… Скажем так… Я — та самая жирная панда с брекетами и очками на пол-лица, которую ты заботливо поил газировкой и давал теннисным мячиком по зубам. Этого достаточно для твоего мозга? — сарказм так и фонтанировал из уст Тао, а руки невольно сжались в кулаки. А Крис, услышав всё это, просто выпал из реальности, а в голове стали быстро проноситься картинки из его детства… Такого весёлого и беззаботного детства, где он был так жесток с… этим парнем? — Ты??? Тао!!! — внезапно громко выкрикнул он, показывая пальцем на Тао. Альфу словно током ударило, ведь прошло столько лет. Он не видел его ровно с того самого момента, когда тот врезал ему по носу… — Тихий час. Децибелы сбавь, — Тао закатил глаза на такую бурную реакцию Криса. — Я-то думал, что сразу допрет. Вроде как мало изменился, — фыркнул он. — Ну да… Однако очки поменьше стали и жир сплыл, — тут же съязвил Крис — рефлексы, к сожалению, никуда не делись. — Да, и брекетов больше нет… И от наивности ничего не осталось, — Тао прищурил глаза, делая несколько шагов напротив к Крису. — Итак, с этого дня ты являешься моим подчиненным на все те триста часов, которые тебе отвели. Будешь выполнять всё, что я скажу… — Ну уж… — Не смей перебивать! — рявкнул Тао, совершенно забыв про соблюдение тишины, однако после сбавил голос. — И попробуй только опять язвить. Выбью всю дурь. Уж это я теперь умею, поверь, — прошипел омега, попутно поправляя на переносице очки. Глаза в глаза. Они прожигали друг друга ненавистью, а в особенности Крис, которого посмели так унизительно заткнуть. Хотелось просто плюнуть на всё и свалить из этого дома. — Сегодня будет вводный день, — через минуту сухо проговорил Тао, снова создавая расстояние между ними. — Познакомишься с детьми, узнаешь правила, а дальше вольёшься… У тебя есть свободный час. Можешь пока осмотреть местность, — омега спокойно развернулся и пошел к выходу из комнаты… И как будто не было ничего, однако внутри парня всё переворачивалось от одной мысли, что ему придется провести столько времени в обществе этого черствого альфы. — Кошелка без запаха… — пробубнил под нос Крис, снова не подумав, какой прекрасный слух у Тао. Омега только остановился на услышанные слова, а после не поворачиваясь, сказал: — Кошелка, которой тебе придется подчиняться, — а рука медленно поднялась, показывая фак, и как бы договаривая за омегу: «Выкуси, сучка». — Добро пожаловать в ад… ИФань! — после чего довольный Тао вышел из комнаты, оставляя разъярённого Криса одного. Омега думал, возможно, так будет лучше, если у них будут такого рода отношения. Ведь не будет повода привязываться…

~~~

Крис в очередной раз проклял всё, что было на этом свете, потому что такой подлянки от Бога никак не ожидал. Особенно его не радовала перспектива того, что омега оказался совсем не тот, кого он хотел видеть, и придется горбатиться все тридцать дней в этом саду. — Ну да, — протянул он, медленно бродя по комнатам и осваивая территорию. — Я же никак не ожидал, что буду в будущем отвечать за свои грязные грешки, которые совершил ещё в детстве, — было довольно саркастично с его стороны, а любой, кто бы его увидел сейчас, сдал в дурку, ибо разговаривать с самим собой было как-то странно… За час он успел обойти красивый сад на улице и почти все комнаты, кроме одной — там, где спали дети. Тао попросту не пустил его туда, одним прожигающим взглядом показывая, что пока дети не проснутся, то и ноги его не должно быть в той комнате. Однако, познакомиться с ними он смог до их пробуждения. На одной из стен на кухне висело пятнадцать небольших фото, обрамлённых в белые рамки, а внизу под каждой — имя. На фотографиях все дети были милы и лучезарно улыбались, однако Крис знал обратную сторону медали этих детишек, которым только повод дай, разнесут весь мир, а из тебя сделают жалкого раба их капризов типа сахарной ваты или побыть осликом на побегушках. — Ты должен запомнить имя каждого ребенка и не дай Бог перепутаешь хоть одного, — спокойно сказал Тао, нарезая овощи для полдника. — Каждый из них очень хороший ребенок. Все они честны и открыты для тебя. Если ты им понравишься с первого дня, то станешь хорошим другом… Хотя из тебя-то и хороший… — фыркнул омега, особенно сильно проезжаясь ножом по огурцу, не рассчитав силы. — Не делай поспешных выводов, — Крис сел на стул, смотря на Тао, который стоял к нему спиной. Под черной майкой альфа смог различить напряженную спину и выпирающие лопатки, которые показались ему привлекательными, а ноги были изрядно накачены и красивы. Лишь задницы для полной картины не было видно из-за мешковатых шорт и всё той же майки, которая была чуть ли не до бедер. Невольно альфа подумал, что Тао сильно изменился и в лучшую сторону, однако быстро откинул эти мысли за ненадобностью. — Я не удивлюсь, если ты совсем не изменился за все эти годы. Так что, ещё посмотрим, — Крис только прищурил глаза в ответ, прожигая спину Тао и еле сдерживая свой острый язык… И всё же не удержал его. — Слушай, Тао… — ох, как бы он сейчас смог хорошо задеть омегу и повысить своё самолюбие, если бы не появившееся недоразумение в милой пижамке и с взволнованным личиком. — Тао, — совсем дрожащим голоском позвал мальчик, а в глазах стояли слёзы. Реакция Тао не заставила себя ждать и уже через несколько секунд омега крепко обнимал маленького мальчика, мягко поглаживая по голове и спрашивая, что произошло. На вопрос он получил неразборчивое: «Сон… Страшный», так как мальчик уже разразился слезами. — Тише, тише… Ты же встал, ЁнМин-ни. Всё хорошо, а плохой сон скоро забудешь. Смотри, я сейчас щелкну пальчиками, и ты всё забудешь. Хочешь? — нежно проговорил Тао, заглядывая в прозрачно открытые глаза ребёнка. — Хочу… — мальчик стер ладошкой влажную дорожку слёз, а Тао только улыбнулся, а после пальцы звонко щелкнули. — Вот и всё… — Спасибо тебе, Тао! — мальчик улыбнулся в ответ, свято веря, что этот незначительный щелчок помог ему. Уже через мгновение он быстро перевел взгляд на незнакомца, который в это время, грубо говоря, с отвисшей челюстью наблюдал происходящую ситуацию, и озадачено состроил бровки домиком. Тао, конечно же, заметил это и поспешил познакомить мальчика с незнакомцем. — ЁнМин, знакомься, это Крис. Он будет мне помогать играть с вами. Крис, это ЁнМин, — добро сказал омега, наблюдая реакцию ребенка, взгляд которого не поменялся ни капли. — Он странный… И не красивый, как попугай. Не дружи с ним много, хорошо? — в итоге сказал мальчик, дуя губки и переводя взгляд на воспитателя, после резко сменил тему, а у Криса в это время настало аморфное состояние в виде широко раскрытых глаз. В купе с раскрытым ртом это создавало довольно забавную картину. — Тао, можно я больше не буду спать? — Конечно, солнышко, — омега потрепал мальчика по голове. — Иди, переодевайся, но тихо, чтобы не разбудить твоих друзей. А как все встанут, будем кушать. — Хорошо, — радостно заверещал ребенок и, получив от Тао звонкий чмок в щёчку, побежал в комнату. И для Криса это было более, чем шокирующе, потому что увидеть такую гамму эмоций на одном детском личике было слишком необычно. Тем более, что он ещё не успел переварить все сказанные ЁнМином слова. — Рот закрой, пол слюной испачкаешь, — усмехнулся Тао, возвращаясь к готовке. — Он… — у Криса пересохло в горле, от чего он попытался прокашляться. — Он сказал, что я некрасивый… и как попугай? — Знаешь, а ведь слова из уст детей правдивы, — подколол его омега. — Но какой я ему вообще попугай? Он же меня не знает толком! — не отступал Крис, пытаясь защитить своё достоинство. — А сейчас ты больше похож не на попугая, а на петуха, — омега уже еле сдерживал смех, яро желая согнуться пополам в приступе лошадиного ржача. Всё же, такое состояние альфы было до жути забавным для него. — Эй!!! — Крис даже встал со стула, а Тао в это время сравнил его с ребенком, который просто не умеет смеяться над собой. — Я тебе сейчас скажу, кто ты… И уж точно по хуже петуха окажешься. — Ну всё, хватит… Не петушись. Это же всего лишь ребенок. Сейчас остальные встанут, ты с ними познакомишься. Может, понравишься и поладишь, — Крис фыркнул, пытаясь совладать с собственной злостью… Хотя, злость ли это? Может просто обидно, что это первое место, где он не смог произвести должного впечатления. — Непременно! Вот увидишь! — твёрдо ответил альфа, желая обязательно доказать, что он может понравиться детям… И даже не понимая, почему, ведь он так их не любит. — Дерзай! У тебя сегодня в запасе ещё целых два часа, — Тао повернулся лицом к Крису, скрещивая руки на груди, и довольный расплылся в улыбке. Всё же будет интересно, хоть и проблематично, провести все триста часов в обществе ненавистного альфы, на котором Тао как следует отыграется за прошлые годы. — Что, брекеты снял, язык развязался? — не удержавшись, остро съязвил Крис, а после быстро направился к выходу из кухни на улицу. Тао только вздохнул и цокнул языком, качая головой, а в голове четко пронеслась фраза: «Ничего! Выбью я из тебя всю эту дурь. Шелковым станешь… И дети мне в этом помогут»…