Карамель, зефир и мягкие игрушки.

Тао, помнится, где-то вычитал, что самые трудные дни — понедельник и четверг… И, чёрт возьми, утро понедельника было просто адски трудным. Он даже пропустил утреннюю разминку из-за аморфного состояния, ведь всю ночь снова никак не мог нормально заснуть, несмотря литр влитого в себя ромашкового чая. Даже после ухода тех двоих Тао не смог спокойно прилечь поспать с КёнСу. Только его голова соприкоснулась с подушкой, сон будто посмеялся и показал ему фак напоследок, а в голове начали стремительным ходом прокручиваться все моменты пройденного дня. Жестокое издевательство! О, был столь эпичный момент, когда Тао переварил все, что позволил сделать со своим паспортом. Гримаса на его лице выглядела бесподобно. Не хотелось верить, что в документе теперь стоит внушительных размеров печать, гласящая, что он — замужний омега. Признаться, Тао хотел сначала истерически посмеяться, но вовремя остановился, видя мирно посапывающего КёнСу, которому, к слову, надо было сказать об этой «незначительной» новости, поэтому он просто аккуратно побил подушку… своей головой. Лишь одно утешало Тао — как только КёнСу станет законно его ребенком, он подаст на развод, и они мирно разойдутся с Крисом, как стрелки на капроновых колготках. Но об этом чуть позже… Первый звонок, и омега с чашкой кофе в руке плетется открывать дверь, надеясь, что детишки сегодня будут поспокойнее и дадут своими улыбками и добром ему хоть капельку энергии. Но ему опять несказанно повезло. — Ха-а-а, знаешь, у меня скоро привычка выработается — открывать дверь исключительно тебе и каждый раз видеть одно и то же выражение на твоём великолепном лице, — иронично заметил Тао, даже без каких-либо удивлений. А может, всё же отсутствие сна сказывалось. — Ты чего здесь забыл сегодня, у тебя же выходной? — омега прислонился на дверной косяк, отпивая немного кофе, пока ИФань пытался понять, почему именно такая аморфная реакция. — Я смотрю, мой любимый муженёк не в настроении? — точно с таким же тоном задал вопрос Крис, слегка растягивая губы в улыбке. — Может всё же впустишь воспитателя в дом, он на работу пришел, а выходной ему не нужен, — альфа поднялся на ступеньку выше, а Тао заметил в его руках вчерашнюю папку с документами. Его словно дубиной ударило, когда он вспомнил, что сегодня они должны подать заявление… И это чертово непривычное «муженёк» из уст ИФаня звучало до жути странно и слащаво, словно он — любящий муж. — Ты уверен, что не хочешь поехать домой и лечь спать? — омега изгибает бровь, а ИФань тем временем выхватывает из его рук кружку и отпивает несколько глотков кофе, пока Тао приходит в недоумение, так и продолжая держать руку на весу, словно воздух приобрел форму. — Вот теперь не хочу, — он вставляет чашку обратно в руку и довольно облизывается, смотря в глаза Тао, после чего заходит в дом, понимая, что омега выпал в осадок из-за маленькой наглости, а Тао всего-то запал на влажный язык альфы и пухлые губы, которые он с таким удовольствием облизал. — Ты чего, как статуя? Тао проморгался, после чего поспешно зашел вслед за ИФанем. А может и хорошо, что альфа поработает сегодня вместе с ним — лишние нервы, лишние улыбки… Через минут пять дети повалили гурьбой, пока их не набралось ровное количество. Каждого Тао встречал с улыбкой на лице, как и Крис, который помогал им снимать ботиночки и поправлять мягкие волосики, заводя их за ушко. — Сегодня у нас насыщенный день, хорошие мои, — говорил между тем Тао, отправляя каждого в игровую комнату на завтрак. Крису, признаться, нравилось встречать каждого. Он соскучился по ним за незначительных два дня, хотя ещё в начале недели и думать об этом не мог. «Успел привязаться так быстро…», — то и дело проносилось в его голове, а улыбка с каждым разом становилась всё шире и шире, когда очередной ребенок мило здоровался с ним или обнимал в порыве радости. Дети делают людей добрее, ИФань начинал соглашаться с этим высказыванием… — А где КёнСу? — между делом спросил альфа, когда они зашли в комнату с последним малышом. Маленький альфа прямиком направился к своим друзьям, семеня ножками, дабы показать новую игрушку. Тао только улыбнулся этому. — Он спит… — отвечает омега. — Знаешь, меня начинает беспокоить, что он так много спит. Вчера встал под вечер, через пару часов опять уснул… Даже не поговорил с ним… — в голосе звучала озадаченность. — Растущий организм, возможно, он сил набирается, а рассказать ему всегда успеешь, — решил подбодрить альфа, слыша негромкие звуки с лестницы. — К примеру, сейчас, — он улыбается, и уже через несколько секунд в комнату входит немного сонный, но улыбающийся КёнСу. Его взору предстала целая орава детишек, которые тут же обернулись на него, притихая. — Ох, дети небось уже успели забыть тебя, — тут же спохватился Тао. — Давайте знакомиться ближе, — он смотрит на детей. — Это КёнСу, он очень хороший омега, который будет мне помогать вместе с Крисом. КёнСу очень добрый и милый омега, для которого я скоро стану папой, — омега тут же залился румянцем от таких приятных слов, особенно от «стану папой». Он очень надеется, что дети примут его, как приняли ИФаня. Что ни говори, а КёнСу любил детей. В детском доме он не редко играл с милыми, ещё невинными созданиями, уходя в другой корпус, подальше от тех бесчувственных зверей, которые не знали слово «добро». — Привет, мне очень приятно познакомиться со всеми вами, — улыбка КёнСу располагала к себе, как и чистый взгляд больших глаз, поэтому уже через пару секунд детишки толпой подбежали к нему и по очереди начали здороваться, называя своё имя. — Боже, какая милая картина, — Тао искренне умилялся, приложив ладони к щекам и шепотом говоря ИФаню, который также неотрывно наблюдал за развернувшейся картиной. — Думаю, им не понадобится много времени, чтобы привыкнуть к КёнСу, — дети уже активно тащили омегу к игрушкам, чтобы показать всё их великолепие и заставить поиграть. — Смотри, как бы они у тебя не отобрали сына. Активности им не занимать, — ИФань между тем добро усмехается. Ему приятно от того, что он видит. Ему приятно от реакции Тао… Он уверен, что омеге будет приятно ещё больше, когда он осуществит задуманное. — Это точно! — соглашается Тао, а после смотрит на время. — Ох, нам пора уже завтракать, — он уже хочет сказать группе про завтрак, но Крис внезапно берет его за руку, заставляя посмотреть на себя. Он словно решался что-то сказать, однако на лице отражалось переживание. — Давай скажем КёнСу об этом вместе? — оба, конечно же, понимали, о чём идет речь… И Тао был совсем не против, ведь намного легче делить важные новости с кем-либо. Крис поддержит. — Да, хорошо. Я не против, — омега улыбается, почему-то не в силах отвести взгляда от глаз ИФаня. Он хотел бы, чтобы тот чаще смотрел на него именно подобным взглядом, но альфа ни за что об этом не узнает. — А вот теперь кушать-кушать-кушать! Детишки, идем завтракать! — губы альфы сами расползаются в улыбке, и он не в силах сдержать её и вновь сомкнуть губы, лишь плавно отпускает запястье своего мужа… Позавтракали все быстро и вкусно. Детишки любили овсяную кашу со свежими кусочками фруктов, которую готовил для них Тао. Да, и самому Крису понравилось «блюдо» так, что он попросил добавки с небольшой прибавкой клубники, на что КёнСу тихо хихикнул, а Тао лишь закатил глаза, целиком кидая клубнику в миску, да побольше… Но в душе он был очень рад. Они решились сказать о бракосочетании КёнСу лишь через пару часов, когда все дети шумно играли друг с другом, не обращая внимания на воспитателей, а им троим оставалось только сидеть и наблюдать за ними. Тао переглядывается с Крисом, ища поддержки, а тот ему понимающе кивает, как бы показывая, что тянуть больше не надо и лучше начать сейчас. Он готов. Омега лишь набирает побольше воздуха, а после поворачивается лицом к КёнСу. — Что-то случилось? — первый спрашивает КёнСу, видя некое волнение на лице Тао… А после и на лице Криса. — Всё хорошо? — он уже настораживается, ведь это могло касаться его усыновления. — Ох, да-да… Всё хорошо, просто… — Тао запинается, но внезапно чувствует теплую ладонь ИФаня, которая ложится на его руку — они сидели рядом. КёнСу замечает столь незначительный, но важный по своей сути жест, и губ касается легкая улыбка. Может, это действительно что-то хорошее, касающееся их отношений? — КёнСу, — начинает уже Крис, видя, что Тао словно язык проглотил. — Ты знаешь, что вчера мы ходили собирать документы для твоего усыновления. Я помогал Тао, — омега часто согласно кивает, а Тао незаметно сжимает ладонь ИФаня ещё сильнее. — Тао, у меня рука не из резины, чтобы ты её так сжимал. Успокойся, — он отвлекся на несколько секунд, мягко предупреждая омегу, иначе тот своей силой и кости раздробить сможет. — Так вот, — снова обратился к КёнСу. — Вчера я помог ему чуть больше, чем полагалось. — Это как? — тут же с интересом задал вопрос омега, а Крис уже начал думать, что какого черта он говорит за Тао… На самом деле, это было нелегко. Он прокашлялся… — В общем, Тао вышел за меня замуж… — время останавливается на несколько секунд, пока глаза КёнСу медленно начинают переходить черту азиатских стандартов, а мозг пытается расчистить свободное место для такой о-боже-мой-неожиданной информации. ИФань выдохнул, ибо самое основное дело сделано, а вот Тао уже с содроганием ожидал реакции, ведь одно дело сказать, а второе — уметь спокойно всё разъяснить. — КёнСу, — тихо тянет Тао, щелкая пальцами перед глазами омеги. — КёнСу, это всё совсем… — Вы теперь семейная пара! — внезапно выкрикивает КёнСу, аж подскакивая на месте — вместе с ним и ИФань с Тао. — Как вы успели? Неужели Тао теперь твой муж, ИФань?! Ты правда теперь будешь с ним? — на лице омеги отразилась безумнейшая улыбка! Ещё вчера он хотел, чтобы у них что-то получилось, а сегодня он узнает, что они расписались. Сказочный сон, думалось ему! — Тшш, КёнСу, — попытался успокоить его омега, пока тот светился от радости. Тао и не сразу заметил, что это услышали дети и теперь с интересом смотрели на развернувшуюся ситуацию. — У нас фиктивный брак, просто мы хотели, чтобы ты об этом знал и не был в последующем удивлен, как сейчас, — совсем тихо проговорил он. Что вы там говорите про облом? КёнСу сейчас во всех красках ощутил столь приятное чувство… А он только хотел порадоваться за них. — Почему же фиктивный? — омега переводит взгляд вниз и понимает, что колец-то на их пальцах нет. — Можно же вполне реальный… — вторая фраза сама по себе вышла вслух, хоть он и не хотел этого говорить. — Просто без этого я бы не смог быстро усыновить тебя, а так Крис будет ненадолго твоим отцом, пока не уладятся все бумажные дела, — Тао всё ещё пытался спокойно объяснить, хотя сам весь вспотел, видя скачущую реакцию омеги. — Только это строго между нами, хорошо, КёнСу? — также тихо добавляет ИФань, наклонившись к омеге. — Для всех мы уже давно встречаемся и только сейчас решили узаконить наши отношения. Это всё ради тебя, КёнСу, пожалуйста, прими спокойно, — Тао лишь часто кивает. Он никак не хотел, чтобы КёнСу злился или разочаровывался. Тот с минуту молчит, опустив взгляд вниз. Нет, он, конечно, не против, если это поможет сделать Тао его отцом, но… но ведь так хотелось для этого парня настоящего любящего мужа. КёнСу видел такого человека в лице ИФаня, он уже четко для себя решил. Он тяжело вздыхает, а парни уже готовятся к худшему, хотя непонятно, почему. — А кольца-то, кольца где, — КёнСу качает головой, улыбаясь, хоть и чуть разочарованно. — Говорите, не хотите палиться, а уже первая оплошность, — ИФань и Тао облегченно выдыхают, понимая, что омега всё понял, и они прошли этот этап. Тао тихо смеётся, смотря на свою руку, пока КёнСу смеётся вместе с ним, думая… а может всё ещё поменяет своё русло? — Кстати, — вдруг говорит Крис. — Насчет колец, — и достает из широкого кармана пиджака ничем не приметную коробочку черного цвета, обрамленную лишь по краям нитью цвета слоновой кости. — КёнСу прав, а я вчера об этом даже не подумал во время похода в ЗАГС. Но! Сейчас мы это исправим, — он с улыбкой вспомнил, как после ухода вчера с Каем скрупулезно выбирал кольца в ювелирном магазине. Кто знал, почему он так серьезно подошел к их выбору, ведь по сути, их брак ничего не значит, разве что только для КёнСу. Но какое было счастье, когда парень нашел то, что искал… По его мнению кольца были идеальны. Кай лишь одобрил тогда, про себя злорадно хихикая, ведь с его лучшим другом начинали происходить веселые метаморфозы, виной которым являлся Тао. — О, гробик для колец, — увидев коробочку, как-то странно отреагировал Тао, пока край его губ начал подергиваться в странной ухмылке вместе с глазом… Будто нерв лицевой защемило. Крис лишь показательно закатил глаза — подъеб в очередной раз засчитан. Кольца… Да какие к черту кольца?! Тао хорошо и без них, а если надо, он наденет какое-нибудь из своих. А те оба были, кажется, только рады… И походу не только они. — Фань-Фань собрался делать нашему Тао предложение! — внезапно выкрикнул один из детей, на что все мигом гурьбой бросились к воспитателям. Тао в этот момент подумал, что не выживет после такого массового нападения, а Крис лишь открыл рот. «Локаторы у детей, что надо». — Я же говорил, что Фань-Фань любит Тао… — А его Тао любит… — Они теперь будут нам вторыми мамой и папой… — Я говорил, говорил, что они выйдут замуж, как наши родители. — Мать моя, Крис, — мямлит омега. Перевозбужденные детки — самое ужасное, с чем когда-либо сталкивался Тао… Ибо потом успокоить их бывает слишком трудно. — Ты ведь сделаешь ему предложение сейчас, да? — особо интересующийся альфа уже стоял перед самым носом у Криса, который, в прочем, даже не знал, как правильно ответить ребенку и лишь со взглядом полной просьбы помощи смотря на Тао. — Ты должен сделать это, как во всех сказках, — с другой стороны стоял уже омежка, глазки которого светились огоньками интереса. — Ты же правда хочешь сделать ему предложение. Крис начинал теряться, все дети радостно гудели, а КёнСу лишь улыбался на такую бурную реакцию детишек. Не найдя ничего лучше в своей голове, он ответил: — Так-так, если вы сейчас же не закроете свои милые горластые ротики, то я вам ничего не скажу и не покажу, — все мигом притихли… Повисла такая тишина, что слышно было, как на кухне муха доедает остатки хлеба на столе. Тао, признаться, был очень удивлен, ведь не каждый может так быстро утихомирить этих спиногрызов… Возможно, это из-за самого голоса ИФаня, подумал про себя Тао, отмечая, что он довольно неплохой, даже очень завораживающий… — А теперь все быстренько расселись по кругу в середине комнаты, — благо, мягкий ковер по всему периметру это позволял. ИФань подумал, если дети просят сказку, то почему бы им её не устроить. Главное, чтобы Тао невовремя не напортачил. Дети послушно расселись на ковре, в предвкушении ожидая, что будет делать Фань-Фань. — Можно я сяду рядом с тобой? — между тем КёнСу аккуратно присел рядом с одним из альф, на что тот только широко улыбнулся и кивнул. Су ему очень понравился, на самом деле. Крис же в это время протянул руку ко все ещё шокированному Тао. — Давай же, — мягко прошептал альфа, подмигивая, прежде чем омега вложил в его ладонь свою. Тао подался вперед и с легкостью встал, благодаря силе улыбающегося альфы. Они встали прямо посередине сидящих детей, которые смотрели на них, задрав свои головы. Крис случайно заметил, как Тао нервно сжимал пальцы на ногах через тонкую ткань белых носочков. «Волнуется… Почему?» — подумал про себя альфа, невольно чувствуя, как становится приятно от этого. Глубоко вздыхая, ИФань медленно опускается на одно колено перед удивленным Тао, который думает, что ещё долго придется отпаивать себя ромашковым чаем. Дети ахают от восторга, а вместе с ними и сам КёнСу, ведь действительно, всё происходит, как в сказке. Хотел бы омега, чтобы в будущем любящий его альфа сделал также. — Мой дорогой Тао, — Крис в очередной раз берет левую ладонь смущенного омеги. — Ты станешь моим мужем, с которым я пройду эту долгую дорогу под названием «жизнь»? — ИФань пытается сдержать улыбку, хотя в глубине души сам волнуется. Никогда в жизни он не думал, что придется вставать на колени, да ещё и с такой просьбой… Да ещё и перед детьми… Хотя сейчас он неожиданно для себя думал, что перед Тао мог бы это сделать по-настоящему, вот только тот бы его не понял. Но тем не менее сейчас он аккуратно, не отпуская руки, удивительным образом открывает коробочку и вынимает из неё первое кольцо. «Хоть бы подошло, Господи», — думает про себя ИФань, затаив дыхание, как и все находящиеся в этой комнате, и осторожно надевает кольцо на безымянный палец, которое-таки, к счастью, подошло! — Согласен… — Тао смотрит на всё это и понимает, что в очередной раз с ним что-то происходит впервые. Если бы это было реально, он бы заплакал безусловно от такого важного момента в его жизни, но сейчас в душе разливается странное для него тепло от происходящего. Словно Крис делает это искренне, ни капли не играя… А может, он и правда не хочет играть? Все, как по команде, улыбаются, а тот маленький альфа незаметно пересаживается на коленки к КёнСу, искренне радуясь за своих воспитателей. — Они такие красивые, — тихо-тихо шепчет он омеге, а тот лишь согласно кивает и мычит, обвивая руками животик мальчика. Крис тем временем аккуратно передает второе кольцо Тао, тот аккуратно берет его из рук альфы, несколько секунд рассматривая его: копия кольца, которое сейчас на его руке, сделанное почти всё из белого золота, лишь тоненькая аккуратная полоска посередине из благородного золота. — А знаешь, мне понравились эти кольца, — срывается с уст омеги, когда ИФань вновь встает в полный рост, оказываясь выше Тао. Омега аккуратно берет его ладонь и надевает кольцо в ответ. Крис не может сдержать улыбки. Почему вся эта процедура для него сейчас так приятна, когда раньше он даже не думал о таком? Он смотрит в глаза омеги и словно весь мир отходит на второй план, а хлопающие ладошки детей звучат так отдаленно. Оба не хотели разрывать этот зрительный контакт, словно их только что что-то связало. — А теперь вы должны поцеловаться, — выкрикнул один из омежек. И именно эта фраза спустила обоих на землю, ну, как спустила… Просто ударила по голове, словно арматурой. Ни один из них не рассчитывал на «поцеловаться». Тао тут же округлил глаза через тонкие линзы очков, а Крис лишь изогнул брови. Уже через пару секунд все дети кричали о поцелуе, снова устраивая балаган. Даже КёнСу был с ними и очень желал поцелуя. Ведь без поцелуя ничего не скреплено. Так думал каждый из этих альф и омежек, которым читали множество сказок с красивым концом. — Думаешь, придется? — шепчет Тао, пока щеки стремительно заливает румянцем. — Думаешь, они отстанут, если мы не сделаем это? — ИФань даже в некоторой степени пожалел, ибо никак не ожидал такого исхода, видя, что Тао этого не хочет… Или просто боится? Ведь никогда не целовался прежде. Вроде они надели кольца, он сделал предложение, на этом должно быть всё! Откуда дети столько знают?! И кто сейчас спасает Тао? Кто? Кто этот, о великолепнейший человек мира сего? Раздается длинный звонок в дверь, как манна небесная для омеги, у которого сердце уже миллионный раз успело уйти в пятки и прописаться там. Признаться, ИФань сам облегченно выдохнул. — Кого-о-о я сейчас расцелую!!! — тут же спохватывается омега, облегченно выдыхая и пулей выбегая из комнаты на возмущенные вздохи и крики детей, дабы открыть дверь. На секунду он и правда думает, что расцелует того, кто спас его от публичного первого поцелуя, однако, не суждено было этому сбыться, ибо-таки Тао лучше пойти обратно и смиренно поцеловать ИФаня, чем того, кто сейчас стоял в дверях с широкой лыбой на лице и букетом гербер в руках. — У вас это воздушно-капельным путём передается — стоять перед моей дверью с улыбкой, словно у дантиста бесплатная консультация? — Тао изгибает бровь… Только ЧонИна по его бедную душу не хватало. — Я к КёнСу, — улыбка всё также не сходит, а Тао думает, что пора ему доставать нитки с иголкой, чтобы зашить кое-кому рот. — Да, неужели? Ошибся домом, всего доброго, — Тао на секунду растягивает губы в улыбке, после чего пытается закрыть дверь… именно пытается, потому что особо назойливые подставляют ногу прямо в проход. — Я так не думаю. Впусти меня, пожалуйста? — уже серьезно просит ЧонИн, смотря на омегу. — Вообще, почему ты такой вредный? — Тао решает проигнорировать этот вопрос. Он вообще ещё зол со вчерашнего дня на него, что тот посмел пробраться к КёнСу. — Я смотрю, цветы с клумбы соседнего дома сорвал? — Тао все также упёрт, как баран, не желая впускать бедного альфу в дом. Нет! Это его крепость, таким оболтусам, как он, здесь не место… Хотя один уже смог пробраться. — Точно вредный! — Кай предпринимает последнюю попытку открыть чуть шире дверь, но всё тщетно. — Тао, кто эт… — в прихожую заходит КёнСу и тут же замирает, видя представленную картину. — ЧонИн! — КёнСу? — Тао буквально на секунду ослабляет хватку, а Кай не упускает возможности и всё же пролезает в дом, победно улыбаясь. — На соседней клумбе только орхидеи росли, я их не люблю, — в точку подстебнул ЧонИн омегу, после чего с обожанием посмотрел на своего КёнСу. — Это тебе, — он делает шаг вперед… вернее пытается сделать шаг, но сильная ладонь Тао останавливает его. — Тебе вчерашнего дня не хватило? — изгибая правую бровь, спрашивает омега. — Если хочешь, подари цветы и уезжай на работу. К этому времени в прихожей появляется удивленный Крис с несколькими детишками. — Ты что тут забыл? Тебе сегодня на работу. — Фань-Фань, а кто это? — непонимающе спросил малыш-альфа, с интересом смотря на красивого парня с цветами. — Кстати! На счет работы… — ЧонИну всё же удается подойти к КёнСу. — Это тебе, радость моя, — он протягивает букет раскрасневшемуся омеге, однако целовать при всех не решается — слишком палевно и чревато инвалидным креслом. После чего с чеширской лыбой смотрит на Тао, торжественным тоном заключая: — Я пришел попроситься к вам на работу здесь. С ужасом Крис и КёнСу не успевают закрыть уши невинным двум малышам… — Что, блять?! ~~~ — Он ведь ради КёнСу хочет здесь работать. Только ради него, — Тао ходил по кухне, наматывая круги и причитая, пока ИФань сидел на стуле и удивленно следил за ним. Омега сразу же это просек, не трудно было догадаться. Да и его наглое лицо только вывело парня из себя. — Боже, я даже посмел так грязно высказаться при детишках… Что они теперь подумают! Он уже битые полчаса не мог успокоиться и был очень благодарен Крису, который вовремя увел его подальше от Кая — тот сейчас находился в игровой комнате вместе с детьми и КёнСу, который ровно также подхватил его и увел подальше от греха, не забыв поблагодарить за цветы. — Зато… он спас тебя от первого поцелуя, — потирая подбородок, задумчиво вынес ИФань. — Это его не оправдывает, — тут же огрызнулся омега, поправляя очки. — Да и вообще, три воспитателя — это уже слишком. Мне и тебя хватает такого неповторимого, — ноги снова начинают носить его по всей кухне, ИФань только усмехается, понимая, что Тао говорит это с горяча, хотя так не считает. — Нет, я не позволю ему остаться здесь. Сейчас же идем и просим его покинуть этот дом. — Воу-воу, — тут уже ИФань встает, преграждая путь омеге. Как-никак, а ЧонИн — его лучший друг, которому он обещал помочь. — Может, тебе стоит дать ему шанс? Он же не плохой человек, на самом деле. — Ты что? С ним за одно? — тут же четко выдает Тао. — Может ты знал, что он запланировал?! — если бы не очки, Крис клянется, искорки злости, выскакивающие из глаз Тао, прожгли бы его. — Нет-нет, что ты?! — тут же пытается его заверить альфа — он на самом деле не знал, что ЧонИн сможет такое выкинуть. Его сознание непредсказуемо. — Я просто констатирую тебе факт того, что он не так плох, как ты думаешь. Он очень даже хороший, а если ты заботишься о КёнСу, то я уверен на миллионы процентов, что ЧонИн будет хорошим парнем для него. Они же, правда, могут быть истинными, а если я прав, то ты просто отсрочиваешь неизбежное, — о, такой тирады ИФань сам от себя не ожидал. Но он правда с огромным желанием хотел помочь своему другу, ведь было так приятно слушать вчера, с каким он трепетом рассказывал о КёнСу, как он провёл с ним день и вместе засыпал на одной кровати, не усидев на кресле. Он говорил, как влюбившийся с головой альфа. — Но он же не подходит КёнСу… — плечи Тао медленно осунулись, делая его словно беззащитным, и ИФаню непреодолимо захотелось приобнять его. — Они же такие разные, как небо и земля, но тем не менее ЧонИн тянется к нему, а КёнСу похоже и не против… «Мы с тобой тоже разные, но это же не мешает нам как-то находить общий язык», — думает про себя ИФань, а после аккуратно кладет руки на плечи омеги, заставляя того посмотреть на себя. — Тао, дай ему хотя бы один шанс? Вот увидишь, он совсем другой. Он способен заботиться, любить и оберегать того, кто для него действительно важен. А КёнСу для него сейчас представляет весь мир, без которого он постепенно не сможет существовать. Пусть он пробудет здесь всего один день, — Тао даже не смел моргать, лишь глубоко дыша… Вдыхая запах альфы, который его успокаивал, как и уверенный взгляд. — Если не допустит оплошность, то останется здесь работать. Так и так, когда моё наказание здесь закончится, он уйдет вместе со мной, — «если за это время, конечно, у них что-нибудь не сложится с КёнСу». Эту фразу альфа решил всё же пока умолчать. А Тао тем временем подумал, что не хотел бы, чтобы наказание Криса заканчивалось так быстро… А ведь пошла уже вторая неделя. Казалось, осталось совсем немного. — Ох, — Тао слегка улыбается, ИФань чувствует усталость в его вздохе. — Тебе бы в юристы идти, вот честно, — по-доброму говорит он, пока одна рука касается предплечья улыбающегося Криса. — Хорошо… Пусть он остается сегодня, а там посмотрим. Главное, чтобы он понравился детям и не наделал глупостей, — «уговаривать, всё-таки, ты умеешь, ИФань». — Я рад, что ты послушался меня, — Тао кивает, ощущая, как с его плеч пропадает тепло широких ладоней… А так не хотелось. — Ты выглядишь таким усталым. Обещай, что сегодня ляжешь раньше спать? — ИФань всё же не выдерживает и говорит об усталости Тао, ведь видеть его таким очень грустно. — Если ещё смогу уснуть, — опуская взгляд, совсем тихо под нос бурчит омега, однако ему безумно приятна забота со стороны альфы. — А теперь пошли, нам надо сказать это ЧонИну. Крис только кивает… Когда они заходят в комнату, то видят наимилейшую картину: ЧонИн с счастливым смехом катает на себе детей, успевая при этом издавать звуки, подобные паровозу, пока КёнСу также заливается счастливым смехом, катая на себе по очереди других детишек и даже не думая о том, что не до конца оправился. Тао даже застывает на минуту вместе с альфой, наблюдая за такой… идиллией. Ну, по другому это было назвать сложно. Парни настолько погрузились в игру с детьми, что даже не замечали вошедших воспитателей. — Кхм, кхм, — Тао заставляет обратить всех на себя внимание — как бы ему не хотелось отвлекать всех от игр, но сказать важную новость надо. — Персики мои, вам нравится дядя ЧонИн? — Да!!! — хором закричали все так, что у Криса чуть уши не заложило, что уже говорить про КёнСу и ЧонИна. — Он вас не обижает? — Не-е-ет!!! — Вы хотите, чтобы у вас был ещё один воспитатель? — Да, хотим!!! — КёнСу тихо посмеивался, смотря на счастливых детей и на Кая, который, кажется, тоже был безумно рад, что все дети за него. Тао лишь одобрительно кивает, а после смотрит на ЧонИна. Тот без лишних слов аккуратно поднимается, обещая детям скоро прийти, а после подходит к омеге. — У тебя испытательный срок на сегодняшний день. Если справишься, то можешь работать здесь до конца вместе с ИФанем, — с серьезным видом сказал Тао, однако Кай заметил, что тот теперь был вовсе не настроен агрессивно. — Крис и я будем следить за тобой. — Хорошо. Спасибо тебе большое, — ЧонИн улыбается, а Тао не может не улыбнуться в ответ, несмотря на всю свою скептичность к этому человеку. — Я пойду обратно к ним? — омега кивает. — Ты — молодец, — тихо говорит Крис, видя, как КёнСу одними губами говорит ему «спасибо» и мило улыбается. Альфа только одобрительно кивает. — Ну что, пойдем тоже к ним? Предоставим им две лишние спины на растерзание? — А как же, заработаем себе радикулит, — ИФань озорно подмигивает, а после берет омегу за руку. — Пошли… Через час погода на улице разгулялась, и солнце уже интенсивно прогревало воздух, забираясь каждым лучиком в дом, от чего некоторые детишки очень захотели погулять, не желая уже бегать по дому, а поиграть в войнушку во дворе. Тао был только за. До тихого часа оставалось всего два часа — им бы было на пользу подышать свежим воздухом. Однако были и те, кто хотел остаться дома, но парни быстро уладили эту ситуацию, разделившись на две группы. КёнСу с ЧонИном пошли с первой группой на улицу, а Тао и ИФань остались дома со второй. Омега был даже рад такому раскладу, ведь так меньше шума, от которого голова уже начинала идти кругом. — Видишь, он хорошо справляется, — парни сидели на диване, пока дети пускали паровозики по железной дороге. — А ты боялся. — Ещё не вечер, — омега тем временем рассматривал кольцо на его пальце, плавно поглаживая его. Всё же, красивое оно было, у Криса отличный вкус. — Но дети к нему довольно быстро привязались. Это уже большой плюс. — Мне сейчас должно быть обидно, потому что меня они встретили совершенно по-другому. Однако, почему-то нет такого чувства, — ИФань усмехается, а по дому в очередной раз раздается звук моторчика и радостные возгласы детей. — Но они очень любят тебя сейчас. Любого из них спроси, — Тао отрывается от своего занятия и заглядывает в глаза ИФаню. — А детская любовь, как правило, всегда искренняя и чистая, пусть и сначала они бывают другого мнения. Крис ничего не ответил, но мысленно согласился со словами омеги. Они сидели молча несколько минут. Тао смотрел за тем, как маленькие ручки пускают паровозики, снова теребя кольцо, а ИФань не мог отвести взгляда от ладоней омеги. Они ему странно… нравились. Вроде бы и не похожи на омежьи, но почему-то такие нежные, что хочется их взять в свои и долго-долго держать. — Ох! — внезапно спохватился альфа. Тао даже подпрыгнул на месте от неожиданности. — Ты же помнишь, что сегодня мы должны отвезти документы в органы опеки? — Да-да, конечно помню! Что же ты так пугаешь? — у Тао, кажется, даже сердце быстро застучало. — Я просто сам только что вспомнил. Тогда как только детей заберут, мы сразу же поедем, а КёнСу сможет остаться с ЧонИном, — Крис, наверное, поторопился с последней фразой, ибо Тао тут же напрягся. В голове начал происходить бурный мыслительный процесс. А можно ли доверить КёнСу Каю? Хотя вчера с КёнСу всё было хорошо. — На счет Кая я ещё подумаю, — в заключение говорит омега, а после широко зевает, прикрывая рукой рот. ИФаню в очередной раз хочется пожалеть его и уложить спать… к себе на колени. — Может, ты поспишь, когда у детей будет тихий час? — с волнением спрашивает альфа. — Нет, успеется ещё, — решительно отвечает Тао, после чего встает с дивана. Надо бы уже начинать готовить обед, а ещё заварить пару кружечек ромашкового чая, иначе нервы совсем ни к чёрту скоро будут, однако замирает. — Тебе заварить чай? — Я был бы не против, Тао. ~~~ Кай и КёнСу совсем измотались, бегая по всему периметру площадки и играя с детьми в стрелялки, войнушку… Это можно было назвать любым словом, но им безумно понравилось видеть улыбки детей, когда они стреляли из игрушечных пистолетов и специально медленно убегать от них, пока миниатюрные ножки семенили за ними. Сейчас же многие уморились и просто пожелали поиграть в песочнице и с мячиком, давая альфе и омеге немного отдыха. Они свалились обессиленные на удобную скамейку и, улыбаясь, посмотрели друг на друга. — Слушай, это так весело! Мне понравилось играть с ними, хоть я и никогда не думал, что буду заниматься чем-то таким, — в голосе ЧонИна много энергии, хоть и снаружи он выглядит так, будто по нему валиком проехались. — Всё когда-то бывает впервые, — добро говорит КёнСу. — Они правда, очень добрые и милые создания. Получше, конечно, чем все те черствые люди, с которыми ты работаешь. — Будем считать, что там я взял отпуск на неопределенное время, чтобы отдохнуть от всех тех крыс и побыть здесь с ними… и с тобой, — ЧонИн потягивается на скамейке, подкладывая руки под голову. Солнце пробиралось сквозь шелестящие листья, которые создавали хоть какую-то тень для скамейки. КёнСу, признаться, растерялся. — Тебе так понравилось проводить со мной время? — осторожно спросил КёнСу, слегка поворачивая голову в сторону альфы. — Безумно, КёнСу-я, — с нежностью отвечает парень. — Я готов день и ночь проводить рядом с тобой, лишь бы видеть тебя, твою милую улыбку, чувствовать твой одурманивающий запах, слышать твой голос, который заставляет меня восхищаться… Ты восхитительный, КёнСу, — омега тем временем заливается краской пуще прежнего и, наверное, хочет уже встать и пойти к детям, чтобы Кай не видел его пунцового лица… Он впервые для кого-то является восхитительным, не считая Тао… И что ЧонИн в нём нашел (?), думал он. — Не говори такие вещи, прошу тебя, — шепчет омега, хватаясь за горящие щеки, однако ЧонИн уже через секунду перехватывает их и некрепко сжимает в своих ладонях, смотря в глаза КёнСу. — Я буду говорить тебе это постоянно. — Боже, ЧонИн, ты меня смущаешь… — омега пытается вырвать ладони, отводя взгляд, а Кая это безумно умиляет. Он готов был хоть сейчас стиснуть парня в объятиях, лишь бы слышать, как его дыхание сбивается и видеть покрасневшие щечки. — Поверь, я этого и добиваюсь. Ну же, посмотри на меня, радость моя? — КёнСу перестает вырываться, после чего медленно поднимает свой взгляд. Кай с улыбкой смотрит на него, и от этого так тепло, приятно! — Как твоя рана? — тихо спрашивает КёнСу, будто их могут услышать. — Боже, я всё равно думаю, что тебе не стоило того делать, — ладонь медленно поднимается вверх, аккуратно касаясь царапины. — Ничего, это же пройдет, — отговаривается ЧонИн, наслаждаясь прикосновением. — А представь, что будет, если нас в таком положении сейчас увидит Тао, — он тихо хихикает. — Вот тогда от меня, действительно, живого места не останется. — Ох, а вчера всё было хорошо?! — спохватился КёнСу, чуть сильнее сжимая в ладони руки ЧонИна и вспоминая, что, проснувшись, обнаружил вместо альфы Тао. — Да-да, конечно. Я сам ушел, потому что как раз пришел Тао, а стать инвалидом мне не очень хотелось, — Кай не может сдержать смешок, видя, как улыбается КёнСу. — Тао хороший. Он правда очень добрый и милый… и всегда поймет. — О, это на меня не распространяется. Но я буду надеяться, что он начнет доверять мне. — Он уже доверяет, раз позволил остаться тебе здесь. Всё будет хорошо, я уверен! Кай уже хочет что-то сказать, но слышит звонкий голос малыша-альфы, который зовет КёнСу. Оба парня резко оборачиваются на зов, видя, как к ним бежит малыш, держа в руке ромашки, которые сорвал неподалёку от площадки. — Это же… ЁнДо, — КёнСу приходится разорвать контакт с ЧонИном — дети нынче слишком впечатлительными стали. — Он такой милый альфа, — с умилением говорит омега, вспоминая, как это дитя сидело на его коленях в доме и постоянно находился с ним за время их игр. — КёнСу-я, — запыхавшийся, мальчик останавливается напротив омеги и тут же протягивает ему сорванные цветы. — Это тебе, — он улыбается, а КёнСу замечает, что его щечки покраснели, и лишь широко улыбается, принимая из маленькой ручки полевые цветы. — Спасибо, ЁнДо, это очень мило, — краем глаза КёнСу замечает заинтересованный взгляд Кая, желая узнать, о чём он сейчас думает. — Тебе правда понравилось? — с надеждой спрашивает альфа, смотря своими большими глазами на омегу. — Очень-очень! Я хочу, чтобы ты дарил своей омеге много-много цветов, когда вырастешь, — он треплет мальчика по мягким волосам, совершенно не ожидая, что в следующую секунду Кай поперхнётся воздухом. — Я хочу, чтобы ты стал моим мужем… когда я вырасту, как Тао с Фань-Фанем, — голос у альфы был совсем неуверенным из-за стеснения, но тем не менее он решил говорить всё, что хотел. — Вот… вот они такие хорошие. Я хочу быть таким же… и чтобы… чтобы ты тоже был таким же со мной. КёнСу, признаться, был в замешательстве от такого по-детски умилительного предложения, а вот ЧонИн был в шоке. Он даже рот открыл, не ожидая, что кто-то ещё может претендовать на его КёнСу. На его! — Он мой!.. — неосознанно сорвалось с уст Кая, заставляя КёнСу резко повернуться в его сторону и одним взглядом показать, чтобы он не нёс чушь. — Нет, КёнСу нравится мне! Я ему тоже нравлюсь… Он играл со мной! — стоит на своём ребенок, сжимая губы в бантик, пока ЧонИн щурит глаза. — Со мной он тоже играл, поэтому он — мой… «Боже…» — пронеслось в голове омеги. Он ощутил себя игрушкой, которую не могли поделить два ребенка. Причем один ребенок, по имени Кай, был хуже другого. — Так-так, тшш… ЁнДо, — он обратился к мальчику. — Давай, когда ты вырастешь, то мы с тобой поговорим об этом. Ты же умный мальчик, умнее, чем этот дядя ЧонИн, — альфа часто кивает. — Но ты согласишься? — в голосе ребенка огромная надежда, которую КёнСу не хотел ломать, ведь это ребенок — светлое создание с хрупким сердечком и детской любовью. Омега лишь аккуратно наклоняется к ушку ЁнДо. — Ответ я дам тебе, когда ты станешь уже взрослым хорошим альфой, хорошо? Обещаешь, что не будешь сейчас расстраиваться, а просто подождешь? — КёнСу старается не задеть чувства ребенка, чтобы они могли и дальше дружить и играть. И слава Богу, что ребенок все понял и лишь кивнул, широко улыбаясь. — Я буду ждать, — ручки складываются в замочек, а омеге хочется затискать его от умиления. — Твои друзья заждались тебя, беги, поиграй, — альфа только кивает, а после стремительно бежит обратно к песочнице. — Аккуратно! Не упади! — улыбаясь, кричит вслед ему КёнСу, а после поворачивается к ЧонИну, который, похоже, впал в транс. — Ты повел себя, как ребенок, знаешь? — омега покачал головой, совершенно не ожидая, что Кай может так себя повести. — Но… Но если ты мой! — Я не твой, ЧонИн. И он же ещё ребенок! Он не такой тунеядец, как ты, а всего лишь пятилетний мальчик, который чувствует детскую симпатию… Неужели ты такой ревнивый? — Я не ревнивый, — фыркает альфа, складывая руки на груди и откидываясь на спинку лавочки. — Просто… это было неожиданно! Я не хочу тебя с кем-то делить. — Наших детей ты тоже будешь ко мне ревновать? — неосознанно выдал КёнСу и лишь через несколько секунд понял, что сказал, тут же краснея и прикладывая ладонь ко рту. Кай вдруг резко замер, пока на лице расползалась улыбка, а глаза приобретали озорной блеск. Внезапно он наклонился к лицу омеги, заставляя того резко отклониться и чуть не упасть с лавочки, однако здоровая рука альфы вовремя обвила талию парня. — А ты уже думаешь о наших детях? — альфа специально выделил слово «наших», видя, как омега в очередной раз краснеет. — Я ни о чём не думаю… И вообще не собираюсь думать, — быстро бормочет КёнСу, а после ловко выворачивается из рук ЧонИна, вставая. — Сначала научись контролировать эмоции, это совсем не трудно, — после чего быстро убегает к детям, желая сбить этот чертов румянец с щёк и восстановить дыхание… Запах альфы словно пропитал легкие… ~~~ Время летит стремительно быстро, и уже через некоторое время наступает тихий час. Дети довольно сильно уморились, поэтому с радостью пообедали и легли спать, перед этим попросив прочитать сказку. КёнСу видел, что состояние Тао оставляло желать лучшего, поэтому сам вызвался почитать детям сказку, при этом не забыв выставить ЧонИна за дверь. После случая на улице КёнСу по максимуму старался не оставаться наедине с Каем, потому что понимал, что их разговор ещё не окончен, а продолжать… Омега почему-то не хотел, хоть и ЧонИн желал извиниться, осознав всю глупость совершенного поступка. Но… Ему оставалось только стоять под дверью и смотреть в небольшую щелочку за своей любовью. Как тот захватывающе и увлеченно рассказывает засыпающим детям сказку. Тао только с некой улыбкой наблюдал за этой картиной, думая, что ЧонИн и правда помешан на КёнСу… Может это и к лучшему, думал он, однако всё ещё не собирался полностью доверять ему. — А подглядывать не хорошо, — внезапно над ухом Тао раздается приятный бархатный голос, от чего он тихо ойкает и подпрыгивает на месте. — Тшш, не пугайся, я не привидение. — Не похоже, — выдыхает Тао, после чего опять поворачивается в сторону ЧонИна, ухмыляясь. — А вот ему это не мешает. — Ну, ему можно. Он наблюдает за своим любимым, — Крис улыбается, после чего плавно кладет ладони на плечи омеги. — Поэтому мы лучше пойдем… И не вздумай препираться, — он аккуратно подталкивает Тао в гостиную. — Вот всегда ты так, — омега присаживается на диван, зевая. — От самого интересного отвлекаешь. — Это же моё хобби по жизни, — ИФань смеётся, смотря, как Тао плавно потягивается, разминая уставшие мышцы, а после удобно устраивается на мягком диване… В сознании в миг предстает обнаженный торс омеги, от чего хочется облизнуться, но альфа сдерживает себя и просто откидывается на мягкую спинку. — А ещё хобби доставать меня… и помогать… Вот странный ты, — Тао смеётся в ответ и прикрывает глаза. Его буквально клонит в сон, от чего хочется провалиться хоть на чуть-чуть. — Какой есть, — пожимает плечами альфа, подкладывая под голову руки и смотря в потолок. Он ждал, что Тао скажет что-то ещё, однако в комнате восцарилась умиротворенная тишина, нарушаемая лишь дыханием обоих. — Тао?.. — через несколько минут тихо зовет альфа, однако омега не отзывается. Стоило Крису повернуть голову, его взору предстала прекрасная картина спящего омеги, голова которого была наклонена в бок, а губы мило надулись, образуя бантик. ИФань в очередной раз не удержался и плавно уложил Тао, кладя его голову на свои колени, при этом не забыв снять очки. «Второй раз на те же грабли, Крис. Что ты творишь? Зачем?.. Надеюсь, реакции, как в первый раз, не будет», — длинные пальцы плавно перебирали пряди волос омеги, пока сам ИФань не мог оторвать глаз, словно загипнотизированный. Странное наваждение, но до одури приятное. — Уснул, — улыбаясь, шепчет он перед тем, как самому закрыть глаза и откинуться обратно на мягкую спинку дивана, чтобы самому немного предаться дремоте… Их разбудил удивленный КёнСу, который, в прочем, даже не хотел этого делать, однако прошло несколько часов и детишки постепенно просыпались. Тао поначалу не совсем понял, где находится, открывая глаза и нечетко видя перед собой лицо КёнСу… А ещё ощущая что-то необычно мягко-упругое под своей головой. — На чем я лежу? — был первый адекватный вопрос омеги, адресованный КёнСу. Он даже не пытался встать, а просто смотрел вверх. — О, ты проснулся, — внезапно откуда ни возьмись появляется голова Криса, который был слегка помят после непродолжительного сна. — Я не хотел тебя будить, ты выглядел очень уставшим. Через секунду омега видит уже три головы, уже начиная думать, что видит очередной наркоманский сон. — Я на твоих ляжках лежу, не так ли? — было такое ощущение, что Тао ещё не до конца проснулся. А ладонь тем временем стала медленно нащупывать бедра ИФаня, пока тот осознавал, что она, черт возьми, блуждает рядом с его пахом. Альфа вовремя перехватывает руку омеги от греха подальше и аккуратно кладет её на диван, замечая, как ЧонИн сдерживает улыбку. — На ляжках, Тао, на ляжках… Только ты не паникуй. Я ради тебя же сделал это, — чувство дежавю посещает голову омеги, но в этот раз почему то не хочется устраивать кипиш… Ему наоборот, как ни странно, приятно лежать на ногах альфы, но этого он ему ни за что не скажет! — А где мои очки? — спокойно спрашивает он, и ИФань тут же тянется к тумбе, прихватывая двумя пальцами очки. — Держи, — Тао ловко надевает их, а после медленно встает. Приятная тяжесть испаряется, как пушинка с колен альфы. — Там дети уже просыпаются, — сообщает КёнСу, бегло смотря на ЧонИна, который, в прочем, не отводил взгляда от КёнСу. — Вы хотя бы отдохнули немного? Нам с ними ещё часа два надо играть, — Тао обращается к КёнСу… А вот ИФань более, чем удивлен от спокойной реакции омеги. «А это прогресс…» — протягивает он в уме, слегка улыбаясь. — А мы и не уставали, — включается ЧонИн. — Мне очень нравится с ними играть, как и КёнСу, — омега только кивает. — О, поверь, к концу недели они выжмут из тебя все соки, — омега слишком резво поднимается, ощущая прилив энергии после недолгого сна. Именно этого ему не хватало. — Пойдем поднимать остальных, КёнСу? Омега только согласно кивает, после чего Тао берет его за руку, уводя с собой, а ИФань лишь шепчет: — Такой реакции от него я не ожидал… *** — КёнСу-я, — зовет парня омега. Время уже приближается к пяти часам, когда родителям пора забирать детей, а следовательно, Крис и Тао должны ехать подавать заявку в органы опеки. Уже через пару секунд парень подходит к Тао. — Нам с ИФанем надо поехать отдать документы. Ты не против остаться с Каем, пока мы не приедем, солнышко… О, это займет совсем не много времени, — Тао берет «сына» за руки, с нежностью смотря на него. Играя с детишками, ЧонИн краем уха слышит об этом, в очередной раз сдерживая широкую улыбку — они смогут побыть наедине. Его даже не надо спрашивать, он с руками и ногами за! — Эм… — КёнСу некоторое время медлит. — Да, конечно… Я не против! Думаю, всё будет хорошо. Вы даже можете не спешить, — большие «чистые» глазки действуют на Тао безотказно, давая ему полную уверенность в том, что он может не беспокоиться об омеге. — Вам привезти что-нибудь вкусненького? — подключается Крис. — Нет-нет, не надо, — омега только машет ладошками и вертит головой. Это было очень приятно, но всё равно непривычно в такие моменты, однако омега обещал себе, что обязательно привыкнет. — Значит, надо, — уже говорит ИФань Тао, на что тот согласно кивает. — Заодно и этому сладкоежке пирожных накупить. — А у меня уже есть своё пирожное, — раздается голос ЧонИна, и КёнСу, оборачиваясь, получает озорное подмигивание и тут же краснеет. — ЧонИн, — протягивает Тао, качая головой. — Лучше бы ты этого не говорил, — Крис смеётся, получая несильный шлепок по спине от омеги. Он был бы совсем не против, если бы эта рука шлепнула по другому месту… ~~~ Как только последний счастливый ребенок покинул дом, Тао мигом побежал собираться и уже через двадцать минут был готов. — Еда на плите, плеер наверху, но я думаю, вы найдете, чем заняться, — Тао целомудренно целует КёнСу в лоб, а после наклоняется. — Будь аккуратнее, я всё равно не доверяю этому ЧонИну, — КёнСу только улыбается. — Если что, я знаю, куда звонить, — омега подмигивает «отцу». — Мы найдем, о чём поговорить и весело проведем время. — Я и сам буду тебе звонить, — омега напоследок ещё раз обнимает КёнСу, а ИФань только закатывает глаза, понимая, что Тао может так всю жизнь прощаться. — Ну, всё-всё… Пошли, иначе не успеем, — ИФань берет ладонь Тао в свою и пытается вывести из дома, пока тот не перестает что-то верещать КёнСу. Кай только машет им вслед, с улыбкой давая обещания, что всё будет хорошо, и он позаботится об омеге. Дверь закрывается за парнями и резко наступает тишина — Тао оказался таким шумным. КёнСу не двигается с места, смотря на дверь и понимая, что они остались наедине и, как бы он не пытался избегать альфу весь день, в итоге всё равно тот сейчас стоит рядом с ним. Тишина перерастает в неловкое молчание, нарушить которое никто из них не решается, однако КёнСу всё же хочет что-то сказать… и решается на это лишь через очередную бесконечную минуту. — Чон… — он не успевает договорить, как оказывается в крепких объятиях альфы, который утыкается лицом в его шею, вдыхая крышесносный запах. У КёнСу ступор, он даже не может оттолкнуть парня… или обнять его в ответ. — Ты прости меня за ту глупость, хорошо? — приглушенно слышит омега и ощущает, как горячее дыхание щекочет шею. — Я не хотел, радость моя… Обещаю, что впредь буду разумнее. КёнСу только улыбается, слыша эти слова, а тело начинает медленно подрагивать от столь приятного прикосновения и тепла, которое дарит ему альфа. — Я тебя прощаю, если ты обещаешь, — ладошки медленно обнимают парня в ответ, и Кай уже не может сдержать широкой улыбки. Он всю половину этого дня чувствовал себя напряженно, ведь расстроил своего КёнСу и никак не мог нормально поговорить, а сейчас вышло всё даже лучше, чем он предполагал, ведь он получил такие восхитительные объятия любимого. — Можно мы так немного постоим? — аккуратно спрашивает ЧонИн, поглаживая спину омеги. — Конечно. Хоть до самого приезда Тао, — по-доброму усмехается омега и, немного погодя, тихо добавляет: — Мне очень нравится… И… мне очень нравится твой запах. Слышать это — сплошное счастье для беззаботно влюбленного Кая. Не удержавшись от порыва эмоций, ЧонИн приподнимает омегу, начиная кружить в воздухе. Он слышит счастливый смех КёнСу, видит его улыбку и думает, что большего ему и не надо в этой жизни. Наверное, ради него он будет готов на всё в своей дальнейшей жизни. — Моя радость!..