Карамель, зефир и мягкие игрушки.

— Что? Так вы ж чуть друг друга на кухонном столе не разложили! — в шоке, совершенно не подумав, выдает Кай, пока Крис находится в неком ступоре от сказанных слов Тао. Альфа переводит взгляд на КёнСу, будто ища какого-либо ответа у любимого, который по глазам бы сейчас уделал любого европейца. По идее, если Криса здесь больше не будет, вероятность его встреч с КёнСу уменьшится в несколько раз. А это тотальный инфаркт для самого ЧонИна… Понимая, что Кай видел их приключение на кухне, щеки Тао стремительно стало заливать румянцем, но омега продолжал стойко стоять и смотреть на ИФаня, который, в прочем, также не сводил глаз с него. Получить свободу и больше никогда сюда не возвращаться или наплевать на такую возможность и остаться в этом сумасшедшем доме до конца? — Пфф, — слишком громко выдает вдруг Крис, отчего Кай подпрыгнул на месте. — Отпускает он меня! Размечтался! Ещё чего, ага. Может, мне ещё с собой КёнСу прихватить? Он же тоже мой сын! Тао, признаться, прихирел, что даже не заметил, как приоткрыл рот. А вот ИФань говорил очень твердо и даже немного возмущенно, сильнее прижимая к себе руку ЧонИна, которая, кажется, начала синеть. — Никуда я не уйду, — послышалось два облегченных вздоха. — Я отработаю весь свой срок и все это время буду мозолить тебе глаза и капать на нервы, прямо как ты любишь, всё в лучших традициях. А там и посмотрим, — на одном дыхании проговорил Крис, ощущая некое превосходство от своей вредности и гордости и радость от того, что смог шокировать Тао. У парня, кажется, даже очки вниз поползли с его безумно «миниатюрного» носа. — А сейчас разреши нам удалиться, — альфа вместе со своим другом разворачивается к двери с видом «Я все сказал» и уже хочет выйти, но вдруг останавливается. — И да, мы завтра снова приедем, как только завезут мебель, — с особым нажимом произнося слово «снова», Крис победно ухмыльнулся и только после этого гордо зашагал из дома. Комбо. Кай подумал, что такими темпами сегодня он может запросто остаться без руки, ведь отпускать его, походу, и не собирались. — И что это было? — как только дверь за двумя альфами захлопнулась, задал риторический вопрос Тао, а КёнСу только тихо захихикал. — Эксклюзивное шоу от Ву ИФаня, — торжественно ответил омега, подходя к Тао. — Он просто не хочет покидать этот дом, детишек и тебя, всё просто, — пожимает плечами, про себя радуясь такому исходу. — Мне кажется, ему просто больше некому выносить мозги, — омега поправляет сломанные очки, цокая языком и мысленно ставя заметку о покупке новых. — Ничего, надо перетерпеть еще неделю… одну неделю, — Тао делает глубокий вдох и медленно выдыхает, успокаивая свои нервы. — Но… то, что было на кухне, — замявшись, начинает КёнСу. — Разве вы не… — Тао вдруг резко поворачивается лицом к сыну, отчего тот так и не договаривает. — Ты тоже это видел? — чуть ли не шепотом шокировано спрашивает Тао, понимая, что это просто провал. — Не волнуйся, — тут же пытается оправдаться омега. — Видели только ЧонИн и я, и то мы тут же ушли, чтобы вам не мешать. Просто я подумал, что вы теперь вместе, а сейчас из-за того, что ты сказал ему, было очень неожиданно… — Ох, — тяжело вздыхает Тао, потирая ладонью лоб и прикрывая глаза. Какую же ужасную вещь натворил ИФань, раздраженно думал он. — Прости, — тихо выдает КёнСу, видя небольшую раздраженность Тао, и уже хочет идти, чтобы не злить ещё больше, но омега ловко хватает его за руку и крепко обнимает, трепля по макушке. — Ну, что ты, КёнСу? — тепло улыбается Тао, прижимая любимого сына к груди. Тот только обнимает его в ответ и прикрывает глаза. — Всё хорошо, я просто немного расстроен такой выходкой Криса. Если хочешь, мы можем поговорить об этом, когда я немного приберусь в комнате и на кухне, м? — парню уж никак не хотелось, чтобы из-за этого инцидента неловко себя чувствовал КёнСу. — Хорошо, — омега улыбается, кивая, после чего плавно отстраняется. — Тогда я тебе помогу, чтобы ты быстрее закончил. Только обещай, что ответишь на все мои вопросы. — Обещаю! Всё, что спросишь, — улыбка на лице Тао все шире и шире, а раздраженность и вовсе улетучилась рядом с таким милым и дарящим радость КёнСу.

***

— Эй, отпусти мою руку, я не хочу остаться инвалидом, — спустившись с крыльца, Кай всё же начал выдирать — именно выдирать — руку из стальной хватки ИФаня. — Ой, — Крис резко останавливается и отпускает руку, видя, как ЧонИн тут же начинает ею трясти, облегченно выдыхая. — Прости… Кстати, как тебе моя речь? — глаза альфы тут же загораются, ведь ему так трудно далось совладать собой и произнести что-то такое внятное, убедительное… и длинное. Внутри него сейчас буря эмоций, и частое сердцебиение тому в доказательство. — Ну, ты глаголил, как Господь, серьезно! Я уже думал, что ты обрадуешься, потому что тебе больше не надо здесь работать, и с радостью вернешься обратно разоблачать горячие факты в журнал, — ЧонИн поиграл бровями, вздергивая левый уголок губ. — Наверное, скажи он так неделю назад, я и правда бы обрадовался и свалил, — вздыхает между тем ИФань и шагает вперед к своему автомобилю, Кай следует за ним. — А что-то изменилось? — ЧонИн-то знал, что изменилось, но отказать себе в удовольствии поспрашивать он не мог. — Да, причем круто изменилось. Так, что на всю оставшуюся жизнь не получится вернуть, как было, — ИФань как-то странно, маниакально улыбается, будто в него нечисть вселилась, хотя в голове просто происходил бурный мыслительный процесс. — Ты же сейчас свободен? — Конечно, на то ты меня и забрал, — пожимает плечами ЧонИн, думая, что мог бы подольше остаться с КёнСу, не будь он нужен своему другу. — Отлично! Сегодня остаешься у меня… — к тому времени уже подойдя к своему автомобилю, Крис хлопает по её крыше. Каю остается только страдальчески вздохнуть — как всегда Крис опять всё решил, но проводить ночи на пролет в компании друга было делом веселым и почти обыденной традицией. — Мне тебе столько надо рассказать, — между тем воодушевленно заявляет Крис, пока переходит к водительскому месту, а ЧонИн снимает с сигнализации свой автомобиль. — К примеру? — альфа на секунду останавливается, уже успев открыть дверь, после чего смотрит на Криса. — К примеру о том, что я понял, что влюбился в Тао, — видя удивление на лице друга, ИФань только широко улыбается и садится в машину. Кай думает, что определенно попал в параллельную вселенную, ибо его друг, прежде всегда отрицающий какие-либо чувства, впервые говорит, что влюбился.

***

— Итак, — Тао устало заваливается на диван, смотря на электронные часы, показывающие седьмой час вечера. Он только что закончил убираться, не без помощи КёнСу, конечно, который был сейчас не менее уставший. Они никак уж не думали, что уборки будет настолько много, что им практически придется вычистить весь первый этаж. — Теперь мы можем поговорить, о чем ты хочешь, — Тао аккуратно снимает очки, чтобы ненароком не добить их до конца, после чего, улыбаясь, сгребает в охапку своего сына, чувствуя, как прохладный ветерок, пробирающийся через открытые окна, обдувает его макушку. КёнСу только улыбается в ответ, обвивая руки вокруг плеч Тао. — Почему ты сказал ему, что отпускаешь? — КёнСу приостановился, будто решая: спрашивать дальше или нет. — Вы разве… теперь не вместе? Или всё-таки я ошибался? До этого улыбающийся от приятных объятий Тао поперхнулся слюной, распахивая в удивлении глаза. — Почему ты решил, что мы теперь вместе? — осторожно спрашивает Тао, уже зная ответ. — Но… — КёнСу немного отстраняется, смотря на омегу. В глубине души он уже немного пожалел, что согласился поговорить. Возможно, это вовсе не его дело? — Вы же целовались… разве не влюбленные люди целуются? — под конец он говорил уже совсем тихо. — Прости, это не моё дело. Давай закроем разговор. — Ох, КёнСу. Что ты такое говоришь?! Все, что касается меня, касается и тебя тоже, — Тао добро треплет сына по голове. — Просто не всегда целуют по любви, — он тяжело вздыхает. — Крис это сделал ради интереса, удовлетворения своих принципов и чтобы в очередной раз помотать мне нервы. Вот и все. Но это никак не любовь, — КёнСу показалось, или он слышал в голосе Тао разочарование? Действительно, Тао был разочарован. Нет, вовсе не от поцелуя, который, как бы он не хотел принимать, был умопомрачительным, и его он не забудет никогда. Тао был разочарован поведением ИФаня. В конце концов, тот был просто настырным и упертым бараном, заполучив таким способом первый нежеланный поцелуй омеги, в которого даже не влюблен, черт возьми! Хотя его это и не останавливало. — А тебя… кто-нибудь целовал раньше, потому что был влюблен? — опустив взгляд, Тао отрицательно качает головой, и КёнСу понимает, что альфа забрал у него первый поцелуй. Омега не верил, что ИФань мог это сделать только ради принципов, ведь сколько раз он с ЧонИном обращал внимание на их взаимоотношения. И альфа вел себя по отношению к Тао вовсе не безразлично и зло, только вот сам омега этого будто не замечал. — И ты не думаешь, что он действительно может к тебе что-то чувствовать после такого? — Нет, не думаю. Получилось так, что я был лишь очередным в его списке, с которым он, грубо говоря, поигрался и играется до сих пор, выжимая все соки. Именно поэтому я хочу, чтобы он больше никогда сюда не приходил. Наши судьбы разные. И то, что мы вот так встретились, было совершенной случайностью и ошибкой, — Тао боялся говорить, что им движет страх. Не хотел признавать, что его сердце часто колотится только от того, что он видит альфу и чувствует его запах. Чтобы могло случиться, начнись у него течка? Он боится того, что будет дальше, поэтому хотел, чтобы их с Крисом пути больше не пересекались. Это не тот человек, который нужен ему в жизни, хоть ИФань и меняется в лучшую сторону только благодаря омеге. — Ну, почему ты делаешь поспешные выводы? — КёнСу скатывается вниз на бедра Тао, ложась на них головой и смотря в потолок. Ему так хотелось бы поменять мнение омеги, ведь Крис… хороший! — Ты ведь даже ни разу его не спрашивал о том, что он чувствует к тебе. А ведь сколько вещей может случиться или не случиться из-за недосказанностей. — Не в нашем случае. Я вижу это по его поведению. Этого достаточно, — Тао нежно начинает играть с волосами омеги, улыбаясь подобным мыслям своего сына. — Хорошо, тогда как, по-твоему, себя должен вести влюбленный человек? — «почему ты не понимаешь очевидного? Это даже мы с Каем видим». Между тем в уме спрашивал Кёнсу. — О… влюбленные люди — странные люди, — начал Тао, вздыхая, а омега уже приготовился слушать. Тао видел очень много влюбленных, поэтому имел четкое представление о людях, чье сердце наполнено этими чувствами. Почему бы ему не рассказать КёнСу немного о любви в своём представлении? — Обычно для влюбленного мир начинает казаться таким добрым и сказочным, он чувствует огромный прилив энергии. Одним словом, готов, сидя на радужном единороге, горы свернуть ради любимого. Тем временем в квартире Ифаня… — Господи, Кай, ты не представляешь!!! — воодушевленно разглагольствовал Крис. — Мне хочется летать! Такое ощущение, что сзади крылья, и я все смогу в этом мире! — Кай между тем сидел в кресле, попивая холодный персиковый сок и с видом а-ля «мой друг сошел с ума» смотря, как альфа буквально порхает по комнате, окрыленный своими эмоциями. «Мда, неужели это так на него поцелуй повлиял, что он вдруг всё осознал?». — Его сердце всегда бьется на несколько ударов быстрее и сильнее, чем у обычных людей, отчего он ведет себя немного сумасшедше, — Тао улыбается. Именно так вел и ведет себя БекХён, когда бы омега с ним ни виделся. — Но его может понять только тот человек, который влюблен в ответ. Они всегда на пару два сумасшедших. — Чувствуешь? — внезапно Крис в два шага оказывается напротив также внезапно испугавшегося ЧонИна, наклоняясь к нему и судорожно поднося его ладонь к своему сердцу. — Смотри, как оно бьется! Никогда прежде я не думал, что буду испытывать подобное. Это так приятно! — Кай замечает странный блеск в его глазах, будто Ифань выпил… или принял явно что-то запрещенное, отчего сейчас светился и блестел, как начищенный медный таз. Альфа кивнул головой, на всякий случай ставя стакан с соком обратно на тумбу. — Самое интересное, что этот человек постоянно думает о своём любимом. Он хочет видеть его двадцать четыре часа в сутки, прикасаться к нему каждую минуту, целовать его, дарить заботу и ласку, — Тао откидывается на спинку дивана, теперь уже вместе с КёнСу смотря в потолок и продолжая теребить его мягкие волосы. — А то Крис не заботится о тебе, — КёнСу складывает руки на груди. — Ты не поверишь, — выдыхая, ИФань заваливается рядом с ЧонИном на диван, улыбаясь во все тридцать два. — Но я теперь постоянно думаю о нём. Знаешь, раньше считал, что это только потому, что Тао злит меня, а я его в ответ… Но сейчас понимаю, что ошибался. Даже это внесло свою изюминку. Я думал о нём, потому что был действительно влюблен. И вся моя забота к нему из-за этого, и его такой манящий запах… Мне так хочется оберегать Тао, несмотря на всю его вредность, обнимать его, целовать, чувствовать запах. Ащ, я хочу его видеть! — поныть никто не запрещал. — Боже, ты даже не представляешь, какая у него талия, какие у него глаза, какие у него приятные губы, какой мягкий язы… — Господи, избавь меня от подробностей! — не дав договорить другу, ЧонИн закатывает глаза, обращаясь к потолку. — Почему влюбленные люди так дебильно себя ведут? Ауч! — ИФань несильно щипает его за плечо за сказанные слова. — А сам-то не лучше, когда дело касается твоего омежки, который, между прочим, мой сын, — смеётся альфа, перетягиваясь через ЧонИна за стаканом с соком. — Лучше расскажи, с каких это пор вы с КёнСу перешли на стадию поцелуев? — он играет бровями, смотря на друга, после чего в один глоток допивает любимый сок альфы, который в секунды сконфузился из-за вопроса и опустил взгляд в пол. — Я… — он медленно переводит взгляд на опустевший стакан. — Я, пожалуй, схожу за стаканом сока, а то ты выпил всё, — под конец он уже начинает бубнить себе под нос, поспешно выхватывая стакан из рук Криса и поднимаясь с насиженного места. — Неужели вы уже и дальше зашли? — спрашивает Крис в след уходящему ЧонИну, который тут же резко оборачивается, стреляя взглядом в друга. — Размечтался! — всплескивает свободной рукой Кай. — Остаться недееспособным из-за этого, благодаря Тао, я не хочу, поэтому уж лучше потерпеть, да и всему своё время, — он озорно подмигивает, после чего выходит из комнаты, а ИФань и без лишних слов понял, что продолжать эту тему ЧонИн больше не намерен, пока его самого не пробьет на разговор. — Ещё, думаю, здесь важную роль играет истинность пар. Это всё человек будет испытывать будучи нашедший свою истинную пару. Благодаря запаху это легко понять, как понял и ЧонИн, — Тао усмехается, в сознании понимая, что Кай и правда является истинной парой для КёнСу. И ничего он поделать не сможет, чтобы уберечь сына… Лишь ждать, пока ЧонИн докажет, что действительно изменился в лучшую сторону. КёнСу улыбается, вспоминая их первую встречу, и как Кай нюхал его, заявляя об истинности вместе с ним. Сначала омега сам не мог в это толком поверить. — ЧонИн, такой ЧонИн, — в голове вдруг всплыл их поцелуй на обрыве, от которого щеки омеги залились румянцем. Невольно он подумал, а стоит ли сейчас рассказать Тао о том случае или всё же позаботиться о физическом благополучии Кая? — Думаю, ваша встреча была судьбоносной. Истинных всегда сводит судьба, что бы ни случилось. Даже моих родителей свела судьба, — Тао вздыхает, желая, чтобы у него было также, и его любимый был таким же, как и его отец — пример для подражания каждого альфы. — А… где твои родители сейчас? Почему они не с тобой? — КёнСу, почему-то, было боязно спрашивать о родителях Тао, которые для него были… дедушками (?). Тао не рассказывал ему о них раньше, а КёнСу об этом даже не задумывался. — Они ведь не знают, что ты решил меня усыновить? — О, мои родители живут в другой стране. Мы очень давно переехали отсюда, но потом я вернулся обратно, — Тао смотрит, как КёнСу поднимает свою руку вверх, раскрывая ладонь и рассматривая пятерню. — Для них это будет сюрпризом, но я уверен, они безумно обрадуются, потому что давно хотят стать дедушками, — мило сообщает омега. — Мы к ним обязательно сразу съездим, как только вся волокита с бумагами уляжется, и ты официально станешь моим сыном. — Надеюсь, они меня примут, — тихо говорит КёнСу, а Тао понимает, как омега переживает, что его могут не принять. Нет, его родители вовсе не такие. Они всегда были за помощь детям из приютов и учили Тао во что бы то ни было помогать и любить каждого, кто этого заслуживает. — Обязательно! Примут, как родного внука, — Тао нависает над КёнСу, протягивая ладони к лицу парня. — И затискают тебя за щечки, которые откормят, — с удовольствием омега ущипнул за нежные щеки КёнСу, вызывая смех второго. Омега снова откидывается назад, смотря в такой «любимый» и интересный потолок. Ему сейчас так приятно и спокойно вот так просто отдыхать с КёнСу, разговаривать и слышать его смех. Разве что-то ещё нужно для счастья? — И всё же, тебе нравится запах ИФаня? — Я пока ходил за соком… — Кай входит в комнату уже с двумя стаканами, обращая на себя внимание улыбающегося Криса. — Совместил все твои слова и подумал, что, возможно, вы истинные? — под конец он уже словно задавал вопрос, садясь на мягкий ковер и упираясь спиной на диван. — Я тоже думал об этом, и с каждым разом всё чаще и чаще. Наверное, да, истинные… Иначе почему судьба свела нас после стольких лет? Да, истинные, — он не говорил с точной уверенностью, но большая часть альфы склонялась к тому, что они созданы друг для друга. — Знаешь, а ведь его запах, действительно, сводит с ума. Сейчас он стал в разы сильнее, — он принимает стакан, делая глоток, пока Кай опирается свободной рукой на согнутое колено. — Не думаешь, что у него скоро течка? — напрямую задает вопрос ЧонИн, зная, что это первый признак. — Не знаю, — просто отвечает ИФань. — Но, если это случится, я себя не сдержу… — И навсегда разрушишь и так херовые отношения вместе с ним, — закончил за него ЧонИн, усмехаясь. Под конец осталось только добавить: «Вот и сказочке конец…». — Думаю, если мы будем истинными, то он сам отдастся мне, и ничего уже не изменишь. Он будет сходить с ума от моего запаха так же, как и я от его… Хотя… я уже схожу с ума, когда он только стоит рядом, — ударяясь головой о мягкую спинку дивана, ИФань шумно выдыхает воздух. Почему всё именно так? — А если всё же нет, что будешь делать тогда? Судя по его настрою он вообще не хочет принимать тебя, хоть и природа делает своё и он отвечал на твой поцелуй сегодня, — размышлял ЧонИн, поражаясь самому себе, как ему удается вести такие разговоры. — В любом случае я его не отпущу и ни за что не сдамся сейчас, а буду добиваться. Даже если он не поймет, что мы истинные, я ему помогу… И привяжу к себе навсегда, — ИФань кивает самому себе, будто соглашаясь с мыслями и делает ещё один большой глоток, после чего зажимает стакан между ног. — Ха-а, — тянет ЧонИн. — И как же ты это сделаешь? Это же омега, тем более, особенный, упертый Тао. Т-а-о, — по слогам тянет Кай. — Не какой-то другой омега, — Крис только смеётся, понимая, что имел в виду его друг. Он крутит на пальце обручальное кольцо, а в глазах пляшут яркие огоньки. — У меня есть свой способ, он уже наполовину мой… — Не-е-ет, — после минуты молчания и размышлений, тянет Тао, вытягивая губы в трубочку и полностью отрицая то, с чем сознание яро соглашается — ему нравится запах Криса. Нравится безумно! — Нисколечко не нравится. Совсем. Нет, — между тем яро доказывал омега, кажется, больше самому себе, нежели КёнСу, который, прикрыв рот ладонью, посмеивался, пытаясь не делать этого в полный голос. — Я боюсь сказать тебе это, но… я тебе не верю, — КёнСу быстро принимает сидячее положение. — Наоборот тебе его запах очень нравится. — Нет! Не нравится, — упирался в своё Тао, мотая головой. — Признайся сам себе, что тебе нравится и сам ИФань, — вот тут омега уже понимает, что пора сбегать, и резво срывается с места. — И ты нравишься ему! — Ах, ты, маленький мальчишка! — Тао срывается вслед за ним. — Если я тебя поймаю, то ты не отделаешься от моей великой мести, КёнСу! — КёнСу только весело смеётся, зная, что Тао ограничится лишь щекоткой. Он выбегает на задний двор, думая, что им неплохо было бы подышать свежим воздухом. Тао бежит за ним. — Сначала поймай меня, Тао-Тао!

***

Как и было запланировано, мебель привезли с утра, и ровно через две минуты после того, как опустошенная фура уехала, подъехали и Крис с ЧонИном. — Явление Христа народу, — Тао закатывает глаза, когда бодрый альфа входит в дом, вслед за ним и сам Кай с улыбкой на лице, к которому тут же подбегает КёнСу, обнимая. — Всего-то муж приехал, — ИФань ослепительно улыбается, буквально излучая свою энергию и даря свою улыбку исключительно Тао, который был немного помят после бессонной ночи. Крис не забыл о своем обещании и был полностью готов изводить нервы любимого человека. — Как и обещали. — Пунктуален, как будильник, — фыркает между тем омега, потирая глаза и после переводя взгляд обратно на привезённую разобранную мебель. — Сегодня будет очень много работы, — вздыхает он. — Ничего, справимся, — решительно отвечает ЧонИн, КёнСу кивает в знак согласия. — Ты только скажи, что делать… — ИФань пытается подойти ближе к Тао, чувствуя его запах, но омега ровно на столько же отстраняется от него, словно они были двумя одноименно-заряженными магнитами. — О, — многообещающе и язвительно тянет Тао. — Тебе-то придется сделать больше всего. Я об этом позабочусь непременно, чтобы времени не было нервировать. — Не переживай, я и так пару минут выкрою, — резво отвечает альфа, подмигивая. — На поцелуй же вчера выкрал. Тао может смело, скрипев зубами, сообщить: 1:0 в пользу ИФаня…

***

Весь день парни почти не вылезали из дома, особенно из будущей комнаты КёнСу, в которой делали ремонт. Тао загрузил делом каждого, чтобы они могли управиться за один день, но никто и не был против. Парни даже успевали шутить и улыбаться, не исключая самого Тао, которого ИФань буквально завуалированно доставал, после виртуозно сводя все к шутке. Альфа даже ни на минуту не упускал из вида омегу, при каждом удобном случае вставляя свои пять копеек, отчего зубы Тао скрипели с каждым разом все сильнее и сильнее, но он твердо продолжал хранить мнимое спокойствие и безразличие, надеясь, что ИФаню это всё просто надоест или наскучит, и он прекратит вести себя, как дебил. Глядя на всё это, КёнСу с Каем только тихо посмеивались, стараясь сделать так, чтобы их не заметили. Те двое для них были, словно два маленьких ребенка: один от второго бегает, в надежде прекратить приставания. — Ну, прямо брачные игры панды и гориллы, — как-то тихо проговорил ЧонИн, на что КёнСу, который в это время наносил на обои клей, чуть не шлепнулся от смеха на эти самые обои, но вовремя удержал себя на руке и прилипшей к клею кисти, пряча лицо в согнутых коленках, чтобы ненароком не спалиться. Эти же самые бедные обои пострадали и от рук Тао, который забрался на стремянку, чтобы их приклеить, но умелые грабли или клешни — называйте, как хотите — ИФаня, которыми он так жаждал (!) помочь, чуть не свалили омегу со стремянки и не порвали липкие обои. В прочем, ладонь Тао все равно прилипла к ним, и Крису пришлось откуда-то добывать ацетон. Сам Тао после этого излучал такую темную ауру, адресованную ИФаню, что тот даже заикаться начал, когда оправдывался в исключительном желании помочь и поддержать, чтобы тот ненароком не упал. И лишь Кай знал, какой великолепный актер его друг. — Иди, свою задницу мацай, а не мою, когда я на стремянке! Без твоих лап не упаду, — сквозь плотно стиснутые зубы шипел тогда Тао, пока Кай еле сдерживал себя, чтобы просто не заржать в голос, как самый настоящий конь. Прикрывая свой рот, КёнСу видел, как у любимого даже венки на шее вздулись, а глаза налились слезами. Для альфы эта картина была ну, уж очень смешной. Когда, наконец-то, они покончили с поклейкой обоев, оставалось только перетащить и собрать всю мебель. «Пфф, легко», — думали оба альфы, но, когда через минут тридцать первый удар молотка пришелся на указательный палец ИФаня, а дрель чуть не выкрутила руки ЧонИна, они как по щелчку поменяли своё мнение. Вот тут уже смеялся Тао, мысленно хлопая в ладоши и говоря: «Мой черёд глумиться, получайте!» — Откуда ты достал эту дрель, черт возьми? — еле управляясь с ней, пыхтел ЧонИн, с которого уже пятый слой пота стекал. — О, из недр ада, который находится у меня в кладовке, — с удовольствием отвечал Тао, прикрепляя вместе с КёнСу карниз и между делом весело подмигивая ему. — Я б этой дрелью начальнику ада голову просверлил, — тяжело дыша, тянет альфа. — Ты бы просверлил, а я бы ему череп разбил, — не без удовольствия добавляет Крис, со всей силы вбивая очередной гвоздь. — АХ! Твою ж мать, мой палец… Улыбка на секунды сползла с лица Тао. Он вздрогнул вместе с ИФанем…

***

В итоге по окончании столь грандиозной работы у них были: уютно обустроенная комната, законно принадлежащая теперь КёнСу, счастливый омега и его отец и чуть менее счастливые альфы с натертыми мозолями, царапинами и до крови проколотыми от гвоздей пальцами с кровоподтеками. — Спасибо вам всем! — счастливо улыбаясь, то и дело повторял КёнСу, осматривая свою новую комнату. — Теперь это твоя крепость. Можешь делать здесь всё, что хочешь, — Тао приобнял сына, целуя его в макушку. — Хочешь, пока обустраивайся, привыкай, а мы пойдем, отнесем весь мусор, который накопился, потом парней проводим… — А мы никуда и не собираемся уходить, — не дав договорить, внезапно на полном серьезе встревает Крис. У Тао, кажется, в очередной раз задергался глаз, потому что он уже с радостью думал, что поблагодарит парней, откормит и отправит восвояси, но никак не позволит остаться. Его нервы и так уже устроили забастовку, отказываясь терпеть это всё, а особенно одну наглую особь. — Что? — коротко спрашивает Тао, оборачиваясь в сторону ИФаня, которого дергал за задние края майки стоящий рядом Кай. Он пытался экстренно взрастить в себе телепатические способности и мысленно сказать Крису, что это, черт возьми, дохера плохая идея, им не стоит злить Тао. — Ах, — ИФань показательно потягивается, от чего его кости довольно громко хрустят. — Мы так устали, что просто не в состоянии доехать до дома… — Я вам такси вызову, — тут же шипит Тао, немного шокированный таким заявлением. — На руках до машины донесу… — И даже на такси, — с нажимом продолжает гнуть свою палку альфа, не обращая внимание на кипящее от злости лицо омеги. — Поэтому мы остаемся здесь. Нам много места и не надо. Дивана вполне достаточно… Да, — завершает ИФань, однако через пару секунд молчания, решает всё-таки добавить. — Не откажешь же ты своему мужу. — Аааргх!!! — омега закатывает глаза, сжимая руки в кулаки. Крис искренне не понял, что только что проговорил Тао. — Кай, за мной… — парень резко срывается с места, направляясь к выходу из комнаты. — Не могу его видеть! Ты, — тут он обращается к Крису. — Остаёшься с КёнСу, пока мы не отнесем весь мусор, радикулитный дед, — под конец добивает омега и выходит из комнаты. С тихим «Спасите…» ЧонИн идет за ним… — Упс, я, кажется, перестарался, — после нескольких минут молчания, убедившись, что Тао ушел, тихо заявляет ИФань, прикрывая ладонью рот. КёнСу только качает головой, присаживаясь на мягкий матрас. — Ты его так совсем изведешь, сегодня ты превзошел самого себя, — без капли злости заявляет он. — Или запах клея в мозги так ударил? — омежка морщится от этого самого запаха, думая, что одну ночь должен ещё поспать в комнате Тао, дабы неприятный запах выветрился. Крис тем временем резво подсаживается к КёнСу, приобнимая его за плечи. — Но я же ничего плохого не делаю. Да, и думаю, его ничего не изведет, он же как камень, который ответит любому… — Но заметь, тебе он больше не в состоянии противостоять. Ночью он совсем не спал из-за произошедшего вчера, и сегодня ему было довольно трудно весь день пробыть на ногах. Если бы ты пригляделся, то увидел, какие синяки у него были под глазами. Он влил в себя три чашки крепкого кофе, — КёнСу говорил очень взволнованно, от чего Крис стал чувствовать себя очень неудобно… перед ним и особенно перед Тао. Неужели омега настолько чувствителен. Кусая словами и действиями сам, омега довольно близко к сердцу принимает то, что говорят и делают ему, пусть даже всерьез. — Я не увидел это за его разбитыми очками… — стараясь свести всё к шутке, чтобы разбавить атмосферу, альфа вспомнил, что хотел спросить. Он повернул КёнСу за плечи к себе лицом. — КёнСу-я, можешь ли ты узнать, какое зрение у Тао? — Зачем? — от резкой смены темы голос омеги звучал довольно удивленно. — Думаю, ему стоит купить линзы, сделав небольшой сюрприз. Очки вовремя разбились, — ИФань улыбается, радуясь, что так вовремя вспомнил. — И да, я прошу тебя, не волнуйся за Тао, КёнСу, — радостный альфа целует в макушку охнувшего омегу. — Всё будет хорошо, я же понимаю, что ты знаешь о моих чувствах к нему… — Как? — У вас с ЧонИном одни мысли на двоих, — Крис добро усмехается. — Я так надеюсь, что ты приложишь все усилия, чтобы Тао был счастлив. — Я буду стараться. Просто, у нас такие странные взаимоотношения… — Крис?! — внезапно снизу раздается крик пришедшего Кая. — А они быстро, — КёнСу аккуратно встает. — Я верю тебе и понимаю, — он берет за руку ИФаня. — А сейчас пошли, пока они сами не поднялись…

***

Крис всё-таки добился своего в очередной раз, и Тао, уже не сопротивляясь, дабы сохранить оставшиеся нервные клетки, позволил им остаться, даже сжалившись над спиной ИФаня и ЧонИна, чтобы не повторилось подобной ситуации, как у него с альфой, после ужина, постелил одному из них на полу, и только потом, устало пожелав спокойной ночи, поплелся вместе с КёнСу наверх. — Вот какого черта я проявляю доброту тому, кто пожирает мои нервы? — поднимаясь по лестнице, тихо спрашивал сам себя Тао, даже не требуя ответа. — Потому что ты самый добрый, заботливый и хороший человек, Тао, — нежно взяв за руку омегу, КёнСу тем самым подбодрил его, получая в ответ немного уставшую, но благодарную улыбку. — Пошли спать, тебе нужно отдохнуть. — Ох, дай Бог мне уснуть… И как бы Тао ни старался, он так и не уснул, мучаясь от своих же мыслей. И даже теплая ладошка КёнСу, обнимающая его, не могла заставить его успокоиться, просто отключить мозги и заснуть. В очередной раз он думал о Крисе, о том, что происходило сегодня и вчера… Он снова вспоминал свой первый поцелуй, отчего ему хотелось просто выть в голос. Тао так желал избавиться от всего этого, но чем больше желал, тем больше мысли не давали ему покоя… С большим желанием он ждал рассвета, чтобы выпить очередную чашку кофе, даже не подозревая, что так же, как и он, сейчас мучается и ИФань, проклиная своё сознание, которое четко рисовало в голове образ прекрасного Тао…

***

Тао встал в шестом часу утра, когда первые лучи солнца уже пробирались в окно, а КёнСу спал беззаботным сном, причмокивая пухлыми губками. Стараясь быть как можно тише, Тао встал с кровати, ощущая небольшое головокружение и тошноту, но с большим усилием подавил в себе неприятные ощущения и направился в ванную, надеясь, что холодная вода ему поможет… Упаковка с кофе стояла на кухне на самом видном месте — Тао в последнее время не убирал упаковку с кухонного стола вообще. Босиком, дабы не разбудить никого, он тихо спустился вниз, тут же на носочках направляясь на кухню. Пять минут, и большая кружка с кофе готова, аромат которого омега с удовольствием вдохнул, прежде чем всё также босиком направиться на крыльцо дома, дабы насладиться тихим прохладным рассветом в компании любимого напитка. Однако, проходя через зал, где спали альфы, Тао вовсе не предполагал, что ИФань также не будет спать, внимательно наблюдая за его похождениями. Внутри него сейчас происходила борьба: встать и пойти за омегой или остаться лежать и дать побыть Тао одному… Присев на холодный бетон, Тао почувствовал, как ступни и лицо обдает легким ветерком. Было настолько приятно, что он даже прикрыл глаза, сжимая в обеих руках горячую кружку. Постепенно, в него словно снова вливались силы. Буквально минуту он сидит в таком положении, прежде чем услышать, как входная дверь медленно открывается, нарушая его одиночество. — Доброе утро, — тихо говорит ИФань, присаживаясь рядом и аккуратно ставя такую же кружку с кофе рядом с собой. Тао поворачивается на голос и медленно приоткрывает глаза, видя немного потрепанного альфу в домашних штанах и футболке, с глубокими синяками под глазами. — Я смотрю, для тебя оно не совсем доброе, — Тао делает глоток, приятно прикрывая глаза. — Для тебя, я смотрю, тоже, — улыбается альфа, чувствуя внутри некий прилив нежности и желания заботы о Тао, который, словно, потерял в себе все краски от усталости. — Надо будет днём прилечь поспать, — омега широко зевает, чем заражается и Крис, широко раскрывая рот. — А может, сейчас пойдешь? Ещё ведь очень рано, — Тао удивленно приподнимает брови, пока ИФань взъерошивает свои и так похожие на ураган волосы, сжимая пальчики на босых ногах, которые медленно холодели от ветра. — Йа, с чего такая забота? Где же твоё вчерашнее амплуа в виде пожирателя нервов и короля сарказма с мнимой тупостью? — ИФань только смеётся. Даже в сонном состоянии Тао готов выдавать развернутые эпитеты. — С утра эта функция отключена. Есть только я, обычный ИФань, — он с удовольствием потягивается, думая, что всё же хорошо, что он пришел к Тао… — Сломай эту функцию нахер. Вот таким, как сейчас, ты мне нравишься больше, — после минуты молчания, невольно бубнит под нос Тао, последнее слово и вовсе заглушая в чашке. Не хотелось бы ему, чтобы Крис это слышал, ради его же самооценки, однако слова вырвались совсем необдуманно. И омега был безумно рад, когда Крис на это только улыбнулся и не стал говорить лишнего. Тао снова прикрыл глаза, желая опять хотя бы на несколько минут забыться в тишине и прохладе. — Ай! — не прошло и пары секунд, как он услышал болезненный вскрик Криса и глухой стук чашки о бетон. Тут же посмотрев на альфу, омега видит, как тот зажимает два пальца, а рядом с кружкой пролито немного напитка, очевидно, он обжегся. Без лишних слов парень быстро ставит свой стакан рядом и протягивает руки к Крису, чтобы посмотреть, что с пальцами. ИФань только сильнее жмурит глаза. — Как ты умудрился, черт возьми? — шокировано спрашивает Тао, смотря на подсохшие кровавые ранки на подушечках пальцев и вскрывшиеся мозоли, которые любезно Крис оставил на себе молотком. «Как я не увидел, твою ж налево…», — между тем ругал себя в уме, совсем невесомо прикасаясь к ранкам. — Ничего, это пройдет, — Крис пытается убрать свою руку, ведб не нужно, чтобы Тао видел его ладони в таком состоянии. — Я потом заклею пластырем… — Сиди, я сейчас, — Тао резко встает и быстро заходит в дом, пока ИФань находится в недоумении. Уже через пару минут омега выходит с небольшой аптечкой, садясь обратно. — Давай ладонь, — он достает из коробочки мазь, в пол оборота поворачиваясь к ИФаню. — Я сам сде… — Я сказал, давай ладонь, — настойчивее гнёт палку Тао, и Крис не решается сопротивляться, аккуратно протягивая свою большую ладонь. В последующие несколько минут, альфа с восхищением ощущал, как нежные пальцы Тао скользили мазью по его ранкам, аккуратно обрабатывая. Он не мог отвести взгляда от сосредоточенного лица омеги и его пухлых губ, которые он надул в процессе обработки. Он не мог перестать дышать прекрасным запахом парня. — Ты тоже по утрам заботливый, — как бы ИФаню хотелось, чтобы сейчас Тао посмотрел на него. Он широко улыбнулся, даже не чувствуя боли, ведь всё его внимание было обращено на прекрасного омегу. — Угум, — Тао только мычит в ответ, доставая уже пару пластырей. Признаться, он буквально минуту назад понял, что делает… Что он, черт возьми, делает. Однако пути обратно больше не было, и раз уж он сам начал обрабатывать, то доведет дело до конца. Даже несмотря на то, что Крис его сейчас пожирает взглядом, даже несмотря на то, что его пальцы покалывает от прикосновения к коже альфы, а обручальное кольцо то и дело слегка размыто мельтешит перед его глазами, даже несмотря на то, что он сейчас безумно волнуется за боль, которую чувствует альфа. Он заклеивает последний пластырь, со злостью думая, что все его подобные мысли, тошнота и головокружение лишь из-за недостатка сна, когда ИФань здоровой рукой в мгновение приподнимает его подбородок, заставляя всё-таки посмотреть на себя. Тао хочет убрать ладони, но Крис одной своей, удерживает обе, нежно поглаживая большим пальцем мягкую кожу рук. — ИФань? — голос Тао внезапно сел, когда он увидел сонные, но такие красивые глаза альфы, которые смотрели на него со всей нежностью. Они были, словно глубокие омуты, в которых могла бы поместиться вселенная. — М? — альфа слегка наклонился вперед, всё ещё не выпуская руки Тао из своей. По инерции омега медленно отшатнулся назад, дыхание участилось, и легкие наполнил аромат альфы, такой тягучий и притягательный. Крис между тем приближался всё ближе и ближе без лишних слов, словно притягивался магнитом к омеге… Тао больше не мог откланяться из-за вероятности просто упасть и удариться о кованые перила, с ужасом понимая, что сейчас может произойти. Между их лицами оставалось всего несколько сантиметров…