Переговоры

Они сидят за круглым столом. Перед ней чашка, выполненная в восточно-азиатском стиле, как и вся Сукхавати в целом. Из горлышка маленького чайника идёт пар, а на лице Данте заметная ухмылка. Бубновый король не ожидал, что Куромаку не придёт на переговоры лично, а пришлёт свою даму. Хотя самому Данте такой расклад нравится даже больше. —итак? Какие вопросы трефовая масть захотела разрешить, что для этого пришлось устраивать личную встречу? Она скромно отвела взгляд. Вообще, сама из себя эта Клеопатра, о которой Данте слышал лишь украдкой в речи Куро была довольно застенчивой девушкой. —в общем.. Её голос бархатный и нежный, он определённо нравится бубновому королю. Он внимательно вслушивался в каждое слово, произносимое трефовой принцессой. —итак, что вы думаете об этом, господин Данте? Данте поднял взгляд с рук девушки на её глаза. Он только сейчас заметил, что с момента как она закончила свою речь, прошло приличное количество времени. —мир среди миров необходим для всех. Я согласен на условия сделки. В глазах дамы виднелось счастье, она смогла убедить правителя Сукхавати на условия Курограда. Теперь можно отправиться домой. —уже уходите? В Сукхавати принято приглашать гостя на чай, прежде чем он уйдёт. Данте расплылся в улыбке, почему он был уверен, что девушка не сможет отказать в его предложении, и был прав. Бубновый король притягивал взгляд Клео с самого начала её прибытия в Сукхвати. При первой встрече она даже ничего не могла сказать. Всю дорогу до комнаты переговоров она смотрела на Данте восхищённым взглядом. Её притягивало его тело, скрытое за свободным одеянием Данте, и к которому так хотелось прикоснуться. Её притягивали его красные волосы, напоминающие огонь, что вот вот сожжет её до тла. Но больше всего её притягивали его красные глаза, в которых она просто хотела раствориться. В какой-то момент Клеопатра даже мысленно отругала себя за подобные мысли и старалась сосредоточиться на переговорах, но у неё не получалось. После недолгого молчания, в котором Клео смотрела куда угодно, но не на бубнового короля, ей всё же пришлось начать говорить текст, который она выучила наизусть ещё за неделю до встречи. Но каждый раз, когда их взгляды пересекались, будто проходил электрический ток и она забывала все слова, смущённо бормоча что-то себе под нос. К счастью для Клео и самого Курограда, Данте всё же согласился на условия сделки и теперь Клео может уходить. На самом деле уходить она никуда не хотела. Она хотела подольше остаться с этим мужчиной, что заставил её лицо покрыться румянцем от собственного смущения. Однако, скромность не позволила бы Клео самой пригласить бубнового короля на встречу, поэтому она была неслыханно рада, когда он сам пригласил её на чай. Клеопатра сама не понимала, как они оказались в этой ситуации. Она сидит на его коленях, обхватывая его шею своими руками. И дышит, так тяжело, словно сейчас задохнётся, смотря ему прямо в глаза. —знаете, господин Данте..... Она приблизилась лицом к его шее, обжигая горячим дыханием, чем вызвала у первого мелкую дрожь. —мне очень нравятся ваши глаза.... Странно, вся скромность и замкнутость девушки пропала в этот момент. Возможно это действие опьянения от того вина, что они выпили, а может сам Данте её очаровал..... Король бубен резко захватывает руки девушки в своих руках. Он приближался своим лицом, к лицу Клео, пока в расстоянии не остались считанные миллиметры. —Глаза иногда, говорят даже больше, чем рот. В них виднеется вся суть человека. Так что же вы видите в моих глазах, трефовая дама? Она чувствует, как её лицо краснеет, а тело покрывается мурашками. В комнате, где совсем недавно они пили чай, сейчас становится слишком жарко и тесно. —огонь. Яркий, пылающий огонь. Он усмехнулся —как мило. Она же в это время без лишних слов и стеснения медленно припускала ткань его кимоно в области плеч, рассматривая каждый сантиметр его кожи. —мне любопытно посмотреть, что под этой тканью. —любопытство сгубило кошку, вас этому не учили? Она лишь промолчала, продолжая снимать лишнюю одежду, оголяя торс правителя. Он же в свою очередь не отставал, расстёгивая пуговицы сзади на её белом платье с египетским иероглифами. Красиво, но от этого не менее официально. Он растёгивал каждую пуговицу, одну за другой. Не торопясь, торопиться ему было некуда. Проводя своими руками уже по голой коже её спины, он вызывал море мурашек у Клеопатры, самодовольно улыбаясь. Это определённо лучшие переговоры между Куроградом и Сукхавати.