Красный

      – Эй, Лань Чжань!        Лань Ванцзи остановился и выглянул над стопкой книг, которую переносил с первого этажа библиотеки на второй. Вэй Ин заглядывал в окно и явно пытался привлечь его внимание.       – Лань Чжань, ты помнишь, что завтра праздник и никаких занятий не будет?       Лань Ванцзи кивнул. Он помнил про праздник и очень его ждал, ведь это значило, что шумные и невоспитанные приезжие ученики уберутся из Облачных Глубин в Цайи с самого утра и наверняка останутся там на всю ночь. Наконец-то хоть одна спокойная ночь без ловли нарушителей.       – Тогда как насчет погулять? Я приглашаю! Сходим в город, поедим вкусной еды, – Вэй Ин навалился на подоконник и дружелюбно улыбнулся – за этим чувствовался какой-то подвох. – Ну, ты как?       Лань Ванцзи должен был вежливо отказаться, одарить его полным собственного достоинства холодным взглядом и продолжить свой путь, но неожиданно для самого себя ответил:       – Хорошо.       – Нет, ну что ты… – уже начал Вэй Ин и вдруг замер, удивленно моргнув. – Ты согласился?       Лань Ванцзи кивнул, ощущая, что совершил большую ошибку. Вэй Ин просиял.       – Тогда давай встретимся в середине часа Лошади в начале главной улицы прямо в Цайи, идет?       – Хорошо, – снова кивнул Лань Ванцзи и наконец начал подниматься вверх по лестнице. В спину ему донесся удивленный вздох: «Ну, с ума сойти!».       Лань Ванцзи едва заметно нахмурился. Наверняка этот несносный человек хотел просто его подразнить, а теперь был вынужден пожинать плоды своей выходки. Что ж, посмотрим, к чему все это приведет. Нужно спросить брата, как принято вести себя на прогулке с людьми не из их ордена… Хотя нет, лучше пусть он об этом не узнает.       Следующим утром Лань Ванцзи спустился с неба на мече в условленном месте точно в условленное время. Вэй Ин уже ждал его: сидел на заборе и приветственно размахивал рукой. В другой он держал надкусанную лепешку.       – Вот и ты! – радостно воскликнул он, спрыгнул с забора и поманил за собой вверх по улице.       – Пойдем скорее, нас уже ждут.       – Ждут?       Это стало неожиданностью, и Лань Ванцзи вдруг осознал, что не слишком приятной, но они уже завернули за угол, где перед лотком с безделушками топтались Цзян Ваньинь с Не Хуайсаном. Похоже, прогулка в компании Лань Ванцзи тоже не входила в их планы: один смерил новоприбывшего тяжелым взглядом исподлобья, а другой тут же сглотнул и попытался спрятаться за лоток.       – Смотрите, кого я привел! – радостно воскликнул Вэй Ин. – Здорово, правда?       Не лицах напротив застыло нескрываемое сомнение.       – Так вот что за сюрприз ты обещал, – мрачно протянул Цзян Ваньинь, а Не Хуайсан слишком громко прошептал из-за его спины:       – Что мы такого сделали, что он за нами сюда пришел?       Лань Ванцзи вежливо сделал вид, что не услышал, только поклонился и спокойно произнес:       – Спасибо за приглашение на прогулку.       Те двое продолжили коситься на него с подозрением, пока они медленно брели по улице вдоль прилавков. Вэй Ин же метался от одного торговца к другому, покупая всякую ерунду, болтая чушь и строя глаза проходящим мимо девушкам. Лань Ванцзи не знал, что хуже: это или то, что он иногда вспоминал о его присутствии начинал изводить каким-то вздором.       – Эх, Лань Чжань, и снова ты в белом, словно в трауре! Сегодня же выходной – мог бы надеть что-нибудь повеселее. Вот как мы все!       Лань Ванцзи сдержанно кивнул. За пределами Облачных Глубин в выходной день они имели полное право снять белые ученические накидки, чем и воспользовались. Вэй Усянь был неожиданно весь в черном, а Не Хуайсан вырядился, как на торжественный прием. Впрочем, его наряд балансировал на грани подобающего для праздничной прогулки. Только Цзян Ваньинь надел фиолетовые одежды Юньмэн Цзян, в которых и прибыл в Облачные Глубины. Лань Ванцзи мысленно одобрил выбор – строго, аккуратно, сразу видно, что перед тобой адепт уважаемого ордена. Такой наряд не позволит вести себя неподобающе.       И конечно же, Лань Ванцзи также не стал бы скрываться за ярким нарядом – он не собирался совершать ничего неподобающего заклинателю, носящему одежды Гусу Лань.       – В белом, в белом, все время в белом, тебе не скучно?       – Нет, – сдержанно ответил Лань Ванцзи, но Вэй Ин не унимался:       – Ты мог бы примерить другие цвета.       Он должен был отринуть эту идею, как нелепую, но почему-то спросил:       – Какой цвет я должен был надеть?       – Дай подумать, – Вэй Ин окинул его задумчивым взглядом, поглаживая воображаемую бороду, обошел по кругу и наконец выдал: – Красный!       Лань Ванцзи от неожиданности едва не охнул и тут же гордо отвернулся, словно не желая иметь с ним никакого дела.       – Вздор!       Вэй Ин оббежал его с другой стороны, заглядывая в лицо.       – Но почему? Тебе очень подойдет красный! Он подчеркнет твой яростный характер.       – Яростный?– переспросил Лань Ванцзи, и Вэй Ин уверенно кивнул.       – Да, выпусти свою внутреннюю страсть!       – Немедленно замолчи и перестань нести вздор, – потребовал Лань Ванцзи. Вэй Ин рассмеялся и пошел перед ним спиной вперед.       – А то что, заткнешь мне рот? – дразняще поинтересовался он и преувеличенно вздохнул: – Ах, сколько страсти, Лань-гэгэ.       Лань Ванцзи нахмурился. Он не мог бы не произносить это смущающее слово посреди улицы?       Цзян Ваньинь, чьи взгляды на шисюна становились все более сердитыми, наконец не выдержал:       – Эй ты! А ну прекрати дурака валять у всех на глазах!       Лань Ванцзи посмотрел на него с благодарностью, но тот, похоже, расценил его иначе и нахмурился, уставившись в ответ с вызовом. Лань Ванцзи отвел взгляд и снова устремил его вдоль улицы. Он пытался отвлечься на прилавки, но снова и снова возвращался к Вэй Ину, который продолжал красоваться перед каждой встречной.       Черный наряд только подчеркивал некоторую бледность его кожи и темные тени под глазами. Обычно такие появлялись у тех, кто проводит ночи напролет за книгами, но Лань Ванцзи знал, что в данном случае это результат ночных прогулок и бурных возлияний. Он был поражен, услышав краем уха перешептывания девушек, мимо которых они проходили. Те находили образ Вэй Ина «интересным» и «загадочным». Лань Ванцзи не понимал, с чего они это взяли. Сколько бы он ни кидал на Вэй Ина внимательные взгляды, не мог углядеть в нем ничего такого, но почему-то продолжал смотреть.       Наконец прогулка завершилась в таверне хунаньской кухни, на которую Лань Ванцзи никогда не обращал внимания, да и не слышал о ней ничего от товарищей по ордену. Вэй Ин приобнял Цзян Ваньиня и Не Хуайсана за плечи и протолкнул в двери, радостно воскликнув:       – Наконец-то еда для людей, а не кроликов! – он оглянулся и добавил, подмигнув: – Давай, Лань Чжань, входи, не бойся. Пришло время стать мужчиной! – он расхохотался, а остальные ответили свирепым взглядом и неловким смешком в веер.       Вскоре на занятом ими столике появились миски с едой, щедро политой огненно-красным острым соусом: казалось, от него исходил жар. Лань Ванцзи сглотнул – ему определенно не хотелось это есть, но отказываться от угощения было невежливо, поэтому он старался вытаскивать кусочки, на которые не попал соус. К счастью, на него никто не обращал внимания: Вэй Ин с Цзян Ваньинем были заняты тем, что пытались накормить этой убийственной едой сопротивляющегося Не Хуайсана. Цзян Ваньинь ободряюще хлопал его по спине, а Вэй Ин совал под нос миску с чем-то огненно-алым. Лань Ванцзи никогда не чувствовал к Не Хуайсану особой приязни, но сейчас от всей души ему сочувствовал.       – Давай, Хуайсан-сюн, ты должен это съесть, – уговаривал Вэй Ин. – Если ты приедешь к нам в гости и решишь приударить за девушкой из Юньмэна, она тебя на смех поднимет, узнав, что ты не сможешь съесть острое блюдо!       – Верно, верно, – кивал Цзян Ваньинь. Лань Ванцзи неодобрительно хмыкнул, но тут его рука словно сама собой потянулась к миске с красным соусом. Он подцепил палочками кусочек корня лотоса и решительно положил в рот. Язык обожгло, горло болезненно сжалось, к глазам подкатились слезы. Казалось, он в один миг потерял способность дышать. Хотелось выплюнуть эту отраву, но подобное было недопустимо. Лань Ванцзи призвал все свои духовные силы, чтобы заставить тело расслабиться, и проглотил кусок. Потом слегка приоткрыл рот – глоток воздуха показался глотком холодной горной воды. Лань Ванцзи выдохнул и удивился, как это из его рта не вырвалась струя пламени.        Отдышавшись, он снова упрямо потянулся к миске с красным соусом.       – О, Лань Чжань, а ты, смотрю, поладил с остреньким! – воскликнул Вэй Ин, наконец заметив его действия. – Но ты все такой же белый и безучастный, вон только уши слегка покраснели, – потянул он слегка разочарованно. – Ну не смотри на меня так, тебе идет красный! Я так и знал! – Его темные глаза продолжали жадно следить за ним, ставшие от острого ярко-красными губы изгибались в поддразнивающей усмешке. Лань Ванцзи избегал этого взгляда, казалось, так же пропитанного жгучим перцем. Он начал смотреть над плечом Вэй Ина на другой край стола, где Не Хуайсан уже весь покраснел и залился слезами. Казалось, он вот-вот задохнется. До Цзян Ваньиня наконец дошло, что что-то не так, и он громко позвал подавальщика, требуя срочно нести молоко.       Не Хуайсан вцепился в чашу обеими руками и припал к ней, будто к живительному источнику, испустив стон облегчения. Цзян Ваньинь похлопал его по спине.       – Ничего, со временем привыкнешь.       – Я буду держаться как можно дальше от Юньмэна, – прохрипел Не Хуайсан, принявшись неистово обмахивать веером все такое же красное лицо.       – Ну и ладно, – фыркнул Вэй Ин. – А вот Лань Чжань приедет, правда Лань Чжань? Все девушки будут твои.       – Нет, – отрезал Лань Ванцзи. Вэй Ин удивленно склонил голову набок.       – Думаешь, не будут? Ладно, только половина. Вторая – моя. А Цзян Чэну все равно никто не даст, он бука, – он рассмеялся довольный своей со всех сторон сомнительной шуткой. Цзян Ваньинь предсказуемо взъярился:       – Эй ты! Немедленно заткнись, не позорь нас перед молодым господином Ланем!       – Не приеду, – повторил Лань Ванцзи.       – Почему? – не отставал Вэй Ин.       – Я буду занят.       – Да ладно тебе! Будем есть остренькое, пить вино, увиваться за девушками, красть лотосы и купаться, – не терпящим возражений тоном заявил Вэй Ин и вдруг добавил: – Летом мы это делаем голышом, кстати.       Лань Ванцзи снова потерял способность дышать. Проглотив кусок и погасив внутренний жар, он аккуратно промокнул губы платком и окончательно уверился, что никогда не ступит на земли Юньмэна.       ***       Лань Ванцзи вспомнил тот дурацкий разговор, стоя перед зеркалом и поправляя церемониальный наряд для соревнования по стрельбе из лука, которое должно было вот-вот начаться. Непривычный и слегка смущающий покрой: не скрывающий очертания тела, а подчеркивающий их. К тому же цвет слишком вызывающий. Лань Ванцзи бы никогда не облачился подобное по своей воле, но правила есть правила: на турнире все участники должны быть в красном.       Он снова взглянул на свое отражение в зеркале. Повернулся то одним боком, то другим. Пожалуй, ему действительно идет. Яркий красный цвет, в отличие от привычного белого, не просто обрамлял его красоту, а подчеркивал ее. Лань Ванцзи знал, что его считают красивым, но теперь в полной мере осознал, почему. И вероятно, когда Вэй Ин советовал ему примерить красное, он уже тогда заметил…       – Ванцзи, ты готов? – брат возник на пороге и едва заметно улыбнулся. Он тоже собирался участвовать в турнире, и красные одежды шли ему невероятно. Лань Ванцзи впервые об этом задумался. К тому же брат носил этот наряд, ничуть не смущаясь, значит, и он не должен. – Пойдем, я провожу тебя.       – В этом нет нужды, – ответил Лань Ванцзи, смягчив резкие слова вежливым поклоном, схватил лук и вышел. Пальцы дергали тетиву, заставляя ее мелодично звенеть, – это немного успокаивало. Ноги сами понесли в сторону участников от Юньмэн Цзян. Что же скажет Вэй Ин, увидев его в этом?       Спустя час Лань Ванцзи мрачно брел сквозь лес, высматривая начиненные призраками цели. Каким же наивным глупцом он был! Вэй Ин его поначалу даже не узнал. Не только ничего не сказал по поводу его наряда, но еще и устроил дурацкий розыгрыш с лентой! Какой позор! Но это справедливо. Это расплата за гордыню и праздные мысли. Лань Ванцзи должен думать лишь о том, как достичь совершенства и принести почет своему клану.       Но снова ноги понесли его туда, откуда доносился знакомый голос. Желание снова увидеть Вэй Ина было нестерпимым: первый же взгляд на него едва не вышиб из Лань Ванцзи дух. Вэй Ин всегда казался языком пламени, которое притягивает взгляд и манит протянуть к нему руки. Алое облачение только подчеркнуло его неудержимый внутренний огонь, неукротимый дух юности и силы. Каждый, кто попадался на его пути, не мог отвести от него восхищенного взгляда. Разве смел Лань Ванцзи проявлять гордыню и ставить себя выше других, утверждая, что остался безучастным и избежал этих чар?       Он остановился за деревьями, не решаясь выйти на поляну, где уже прицеливался Вэй Ин. Лучше бы ему уйти, пока опять чего-то не вышло. Но вряд ли что-то может быть хуже того, что уже случилось.       Вскоре, самовольно покинув соревнования и сидя в полутемном шатре, он едва сдерживал злые слезы, сжимая в кулаках концы налобной ленты. Проклятый Вэй Ин! Да как он только посмел?! Не просто коснуться ленты адепта Гусу Лань, а так бесстыдно сдернуть ее! У этого человека нет ни стыда, ни совести! И самым ужасным было осознание того, что это единственный человек, кому Лань Ванцзи и сам был готов позволить коснуться его ленты.       Как же хотелось сорвать с себя церемониальный наряд, это бесстыдное напоминание о пережитом позоре и глупых фантазиях! Но он не мог – по окончанию соревнований он должен участвовать в торжественной церемонии подведения итогов и чествования победителей.       Лань Ванцзи разжал кулаки и сел в позу для медитации, очищая лицо от гримас горя, стыда и злости, а разум – от беспокойных мыслей. Он должен вернуть себе самообладание и выглядеть на людях достойным адептом своего ордена. Он должен пережить еще одну неминуемую встречу с Вэй Ином.       ***       Вокруг холод, кровь и смерть. Темная энергия пронизывает все. Страх, безысходность, всепоглощающая ненависть. Лань Ванцзи размеренно дышит, изо рта вырываются облачка пара и тают в морозном воздухе. Чужая кровь пропитала одежды. Пальцы он стер едва ли не до костей, ударяя по струнам и сокрушая музыкой вражеские войска.       Вокруг сотни мертвых тел. Они неподвижно лежат на земле, но это ненадолго. Вэй Ин уже медленно бредет между ними, разглядывая и удовлетворенно насвистывая. Длинные, пугающе белые и тонкие пальцы играют с черной флейтой. Одежды Вэй Ина тоже пропитаны кровью, но на черном она почти незаметна, только несколько брызг почти что светятся на мелово-белом лице с темными кругами вокруг запавших глаз. Под холодным лунным светом это лицо кажется принадлежащим еще одному мертвецу.       Наконец Вэй Ин замечает присутствие живой души среди этого царства смерти. Звучит голос – низкий и хриплый, чуть надтреснутый; так странно слышать в нем знакомые дразнящие нотки:       – Эй, Лань Чжань, я же говорил, что тебе идет красный! Ты сейчас такой яростный. Смертоносный. Прекрасный, – вкрадчиво говорит Вэй Ин, делая к нему шаг за шагом. Его взгляд обжигает. Темный, безумный, жадный. Лань Ванцзи замирает, не в силах сделать хотя бы шаг назад или в сторону, словно беспомощный кролик перед питоном. Этот незнакомый Вэй Ин, опьяненный яростью битвы, одновременно пугал и завораживал. Если он сейчас возьмет и опрокинет Лань Ванцзи на гору истерзанных мертвых тел, тот не сможет сопротивляться. Позволит ему все.       Но Вэй Ину ничего от него не нужно. Даже помощи.       – Вэй Ин, еще не поздно остановиться.       – Остановиться? Зачем? Веселье только начинается.       Окровавленные руки подносят флейту к губам, и снова над полем брани льется пугающая мелодия, проникающая в самое нутро.       *** Облачные Глубины преобразились до неузнаваемости. Звучала непривычно громкая музыка, взрывались фейерверки. Вокруг были все те же белые стены и черные крыши, да и зимний пейзаж не радовал буйством красок, но сейчас повсюду развесили красные драпировки, постелили ковры. Даже белоснежные ланьские наряды взрывались алыми знаками двойного счастья, приколотыми к одежде. Что уж говорить о праздничных нарядах гостей. Колючий ветер трепал роскошные дорогие ткани, забираясь под них и заставляя ежиться и покрываться мурашками даже искусных в самосовершенствовании заклинателей. Именно этот сырой и ветреный зимний день по гороскопу почему-то оказался наиболее благоприятным для бракосочетания.       Лань Ванцзи скосил взгляд на стоящего рядом Вэй Ина и ощутил болезненный укол в сердце: Вэй Ин не сводил лихорадочно блестящего взгляда с жениха.       Впрочем, не он один. Глава Лань и правда притягивал все взгляды, сияя счастьем так, что его лицо затмевало даже свадебные одежды. Он вышел из уединения летом и почти сразу же встретил на ночной охоте будущую невесту. Взаимные чувства вспыхнули внезапно, а гороскопы благоволили влюбленным, и вот уже в начале зимы над крышами Облачных Глубин показалась процессия. Заклинатели на мечах несли алый паланкин будущей госпожи Лань. Когда она вышла из него, счастье, озарявшее ее лицо, было заметно даже сквозь вуаль. Все взгляды обратились к ней, только Вэй Ин не задержал свой дольше нескольких мгновений, продолжив жадно пожирать им Лань Сичэня.       Лань Ванцзи все же не выдержал и тихо позвал:       – Вэй Ин?       Вэй Ин вздохнул, на его губах заиграла мечтательная и слегка дразнящая улыбка.       – Ах, Лань Чжань, вы с Цзэу-цзюнем так похожи – просто одно лицо. Я смотрю на него и представляю тебя.       Лань Ванцзи ощутил, как мгновенно краснеют уши, а Вэй Ин продолжал бесстыдно шептать:       – Как жаль, что я так и не увидел тебя в свадебных одеждах.       У них все было по-простому. Два поклона в храме предков в Пристани Лотоса. И потом еще один друг другу – в неприметном деревенском храме, подвернувшемся по дороге.       – На самом деле это ерунда, – поспешил заверить Вэй Ин, уловив его настроение, а потом поймал конец его налобной ленты и принялся накручивать на палец. – Зачем нам церемонии и красные одежды, если и так все понятно? Но все-таки как ты был бы хорош…       Лань Ванцзи незаметно сжал руку Вэй Ина, не отрывая взгляда от двух фигур в красном, кланяющихся друг другу. Вэй Ин коротко выдохнул и прижался к нему боком, наплевав на приличия. Хорошо, что в их сторону никто все равно не смотрел. Два месяца спустя.       Лань Ванцзи стоял посреди комнаты, чувствуя себя довольно неловко. Жадный и порядком удивленный взгляд Вэй Ина блуждал по его телу, казалось, прожигая насквозь щедро расшитую золотыми драконами плотную алую ткань.       – Твой брат позволил тебе примерить его свадебные одежды? – все еще недоверчиво переспросил Вэй Ин. – Он действительно многое тебе позволяет!       – Иногда даже слишком многое, – искренне признался Лань Ванцзи. Вэй Ин коротко рассмеялся и вдруг завертел головой по сторонам.       – А где…        Лань Ванцзи задохнулся от негодования и предупреждающе воскликнул:       – Вэй Ин! Ты же не думал, что…       Вэй Ин рассмеялся в полный голос и замахал руками перед собой.       – Нет-нет, что ты, что ты! Я вовсе не думал примерить свадебный наряд уважаемой старшей сестры! Хотя бы потому, что он бы на меня не налез. Да и на что я был бы похож в женском платье? – он рассмеялся еще громче и повалился спиной на кровать, катаясь по покрывалу и дрыгая ногой.       Лань Ванцзи считал, что Вэй Ин был бы прекрасен в чем угодно. Но женское платье и правда перебор.       Отсмеявшись, Вэй Ин снова сел и восхищенно протянул, сверкая глазами:       – Какой же ты красивый, Лань Чжань. Самый красивый на свете. Я всегда говорил, что красное тебе к лицу. Носи его почаще.       – Только для Вэй Ина, – уточнил Лань Ванцзи.       Тот кивнул.       – Конечно, только для Вэй Ина. Иначе кто-то тебя увидит и украдет, – он подмигнул, снова опалив его вожделеющим взглядом, и Лань Ванцзи начал краснеть. Он поскорее скрыл замешательство за вспышкой негодования.       – Вздор.       – Ты недооцениваешь свою неотразимость, – возразил Вэй Ин и протянул к нему руки, явно намереваясь схватить и завалить на кровать.       – Стой! – Лань Ванцзи предупреждающе вскинул руку. Длинный рукав колыхнулся, сверкнув золотым шитьем. – Это непозволительно. Я не для этого все это надел.       – Ну-у, – разочарованно протянул Вэй Ин. – Так я не могу со всей страстью сорвать с тебя это все?       – Не можешь, – подтвердил Лань Ванцзи, испытывая некоторую долю разочарования.       С трагическим стоном Вэй Ин снова упал спиной на кровать, но тут же перевернулся и устроился на боку, подперев голову кулаком, и вкрадчивым полушепотом предложил:       – Тогда, может, Лань Чжань сам все снимет для меня? Медленно.       Лань Ванцзи кивнул и потянулся к поясу.