Когда умрёт наше завтра

Юджин и в своих мечтах думать не смел, что когда-нибудь младший брат отдаст за него жизнь. Этот удивительный парень. Всё не должно было быть так. Не должно было. Но случилось. И этот обмен не получился равноценным. Честно говоря, от него не оказалось никакого толку. «Это я твой хён! Я должен был защищать тебя» — мысленно стенал Юджин, одеревеневшими пальцами, сжимая остывшее тело. После того как навык «Последняя Выплата» подошёл к своему концу, распластавшийся Юджин подполз к Юхёну. — Я не собираюсь плакать из-за тебя, — продолжил настойчиво повторять, будто его на самом деле кто-то слышит. — Не буду. После победы над монстром, уровень Юджина неуклонно рос, появлялись новые предметы и титулы, но какой от этого толк, если ничего из перечисленного не могло оживить Юхёна? Его брат. Этот ублюдок, всегда только и мог доставлять проблемы своему хёну. Чёртов благодетель. Почему бы ему не поднять свой зад и не продолжить говорить все те ужасные вещи, вроде «не смей попадаться мне на глаза»? — Эй, Хан Юхён, — из-за витавшего яда, голос Юджина стал хриплым, — Хан Юхён, ты слышишь меня? Можно подумать его брат, на самом деле, мог ответить. Словно, он сейчас и впрямь откроет глаза, кинет свой извечно раздражённый взгляд и сделает вид, точно увиденное не имеет никакого значения. В этом плане они с Юджином слишком уж похожи. — Юхён, ответь уже что-нибудь, — голос сорвался, но продолжал звучать в тишине подземелья. Юджин сглотнул вязкую слюну вместе с комом в горле, всматриваясь в невзрачный неровный потолок пещеры. Пошевелив кончиками ослабевших пальцев, он нащупал руку младшего брата, обхватывая её ладонью. Холодная. Такая холодная. Юхён обладает стихией огня, он не может быть настолько холодным. Он не… — Юх… — перед глазами начало двоиться, но от яда ли? — …ён. Почему? Почему всё сложилось именно так? Зачем Юхён пошёл за ним? Лучше бы он продолжал держаться на расстоянии. Зачищал подземелья, показывался в новостях, расширял гильдию. Раньше подобные вещи не казались Юджину правильными. Он хотел, чтобы всё вернулось на круги своя, врата закрылись, а люди перестали быть пробуждёнными. Желал, чтобы его брат, как нормальный человек, окончил школу и колледж, нашёл работу, обзавёлся друзьями и девушкой. Возможно, однажды бы Хан Юджин даже получил бы приглашение на свадьбу, увидел невесту в белом платье и своего брата, в элегантном костюме. Через несколько лет, у них наверняка появится ребёнок, похожий на своих родителей. Так что нет, быть главой гильдии — не то, что на самом деле хотел Юджин для своего брата, но даже это намного лучше подобной кончины в низкоранговом подземелье. Смерти из-за своего непутёвого хёна. — Эй, Хан Юхён, — голос Юджина перешёл на шёпот, когда он придвинулся ближе, — ты вечно поступал так, как вздумается. Не спрашивал моего мнения, не счёл нужным просто поговорить. Теперь ты доволен? Юджин, не хуже умалишённого, слабо и болезненно рассмеялся, чувствуя, как остаток кислорода покидает его тело. Когда юноша оказался ещё ближе к Юхёну, он прижался лбом к его виску, ощущая, как тёмные окровавленные волосы брата щекочут кожу. Такой родной. Он помнит, как, будучи маленьким ребёнком, Юхён постоянно следовал за ним и улыбался так ярко-ярко, затмевая собой всё. И странное отношение родителей, и полученную ответственность, и тяжесть возникшей ноши. После смерти отца и матери, Юджин держал руку брата, самого близкого и дорого человека на свете, отдавая ему всего себя. Юхён всегда был для Юджина лучиком света, среди кромешной темноты. Но, видимо, сам Юджин старался недостаточно, дабы стать таким же светом для Юхёна. Что он вообще о себе возомнил? Решил взять всё на себя, отдалиться, пытаясь защитить хёна. Но, в этом изначально не было никакого смысла. Вот до чего они дошли. Они вдвоём, в подземелье, среди трупов монстров и тяжёлого смрада крови. Тот, кажется, пропитал каждую частичку тела, въелся в одежду и даже кожу. И отвратительный красный стал единственным цветом, правившим в этом царстве безумия. Юджин нахмурился, когда боль в теле стала особенно невыносимой. Его хватка на секунду окрепла, сжимая чужую руку, после чего вновь расслабилась, но до конца так и не разжалась. — Х-хан… Юхён, — Юджин не мог перестать звать и в тот момент, когда вздохи оставались считанным, — прошу… ты должен… ответить, Хан Юхён. Он не ответил. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. Юджин прижался ближе, настолько, что почувствовал холод чужой кожи, а металлический запах стал ещё сильнее. Но, где-то там, еле заметно, ощущался аромат самого Юхёна, его брата. Такой знакомый, из-за чего во рту стало сухо, а к горлу опять подбежал ком. Как давно он был настолько близок с Юхёном? Сколько времени прошло? Как забавно, чтобы произошло нечто подобное, им обоим пришлось умереть. Самая гнусная шутка в мире. — Я не буду плакать. Юджин шептал не в первый раз, но это не показалось так же убедительно, как раньше. Не со слезами на глазах и не с мокрыми дорожками, идущими вдоль бледных щёк. Юноша закусил обескровленную губу, закрывая глаза, отчего очередные капли покатились вниз, следуя законам гравитации. На дыхание не оставалось никаких сил, лёгкие сковало агонией, а конечности перестали ощущаться. Собрав остаток воли, на последнем издыхании, Юджин открыл окровавленный рот, чтобы сказать последние в своей жизни слова. — Эй, Хан Юхён, — шёпот казался особенно оглушающим в безмолвном помещении, — т-ты же знаешь это, да? Он должен был сказать раньше. В любой другой момент, когда его брат мог ответить. И не важно, оказалось бы это ругательством или же насмешкой. Любая реакция подошла, только бы она была живой. — Я люблю тебя, Хан Юхён. Последняя слеза скатилась по щеке, после чего его дыхание остановилось. Вот так просто. Грудная клетка перестала вздыматься, сердце не билось, гоняя по венам и артериям кровь, кислород не поступал в отяжелевшие лёгкие. Кожа приобрела более нездоровый бледновато-серый оттенок, глаза под веками не двигались, ровно, как и тёмные ресницы прекратили трепетать. Мокрые линии слёз на лице Юджина стали высыхать, а тело остывало, равняясь с температурой Юхёна. Двое братьев продолжали возлежать на грязном мокром от крови полу пещеры, пока их руки были слабо переплетены. Их тела никто более не обнаружит. Подземелье обновится, представляя привычную картину, без тени бывавшей здесь трагедии. Хан Юджин и Хан Юхён — молодые люди в самом расцвете сил и, возможно, если бы они нашли в себе смелости просто поговорить, то всего этого бы не случилось. Юджин пошёл на поводу младшего брата, когда тот оборвал все контакты, надеясь, что когда-нибудь, может, завтра, они смогут вновь встретиться, как и прежде. Юхён же слишком волновался о жизни старшего, отдаляясь от него. Он думал, что это до поры до времени, пока окружение не будет более безопасным. Пока он не станет намного сильнее. В скором времени, возможно, даже завтра, они смогут быть рядом друг с другом. Но никто из них не думал, что этого сладостного и долгожданного «завтра» просто не настанет. Оно умрёт, вместе с их обладателями, в сырой и пустой пещере, наполненной запахом крови и несбывшимися надеждами.