Ювелирное изделие леди Парес

— Покажите ваши документы, — потребовала охрана. Чхве Хан стушевался, ибо, как можно было догадаться не имел ни документов ни банального подтверждения своей личности. — Раслабьтесь, — прервал его мысленные метания женский голос, — он со мной. Чхве Хан удивленно посмотрел на ту что решила взять ответственность за него. Это была девушка на вид чуть младше 30. Ее глаза имели алый цвет, а кожа чуть светлой, еле гранича с болезненным тоном. В то же время как волосы, заплетенные в свободную косу — серый. Строгий мужской камзол, брюки заправленные в сапоги ниже колен, и тонкие перчатки, создавали впечатление сильной и волевой женщины. Именно эту девушку он защитил от разбойников по пути к графству, именно она указала направление к нему. И видимо таким образом решила вновь помочь.

***

— Спасибо за вашу помощь, — благодарит Чхве Хан, — Мисс… — Рубедо, Рубедо Мария Парэс, — кивает она своим мыслям, — Могу ли я попросить вас об одной услуге? — Чхве Хан кивает и вслушивается в каждое её слово, — Мне нужно чтобы вы передали кое - что юному господину в одном баре. Насколько я могу судить вам всё равно по пути. И позвольте порекомендовать не вестись на его провокации. Он мальчик далеко не глупый как может показаться на первый взгляд. Пройдите за мной, — попросила она ведя за собой, — отдам вам эту вещь и письмо. Они остановились у столика уличного кафе. — Будете что-нибудь? Правда, — Мария горько улыбнулась, — ничего кроме легкой еды я предложить не могу так как на мели. «В последнее время нападения на шахты только участились.», — прозвучала жалоба шепотом, который однако Чхве Хан смог услышать из-за натренированного слуха, пока та взяла из внутреннего кармана чистый конверт с бумагой на которой начала что-то быстро выводить с помощью угольного карандаша. Закончила она только когда Чхве Хан допил свою чашку чая, которую та заказала при первой же возможности, а после с хмурым видом положила внутрь конверта цепочку с кольцом на ней. — Ох, вы уже закончили? — казалось та была действительно удивлена, — Думаю, пока есть время… мы ведь так нормально и не поговорили. Того человека, его зовут Кэйл Хенитьюз. Вы, должно быть слышали слухи, — брюнет выжидающе кивнул, — Частично они все правдивы. Я была знакома с его матерью, поэтому он поверит вам если скажете, что от меня, но если не сработает попросите его открыть письмо, он выслушает стоит тому только увидеть содержимое. Чхве Хана мучал лишь один конкретный вопрос; — Почему вы не можете это сделать сами? — Ты слишком молод, чтобы понять нечто подобное, — слышится смешок, наполенный старческой усталостью. От него Чхве Хан невольно вспоминает бабушку, что порой также смеялась над его вопросами, что для неё казались проще вышивки и управления деревней, от чего тот стушевывается. — Прошу прощения. — Не стоит, — женщина хмыкает, и смотрит в остывшую чашку, — Я сама должна извиняться, что такому юнцу приходиться потакать моим эгоистичным просьбам. И этот же юнец вырезал всех, кто напал на деревню Харрис. Он же и прошел путь пешком от неё до графства за 2 дня, в то время как обычным людям на это требуется около 7. Этот же юнец выживал в лесу тьмы в течении нескольких десятилетий. — Кстати, как вас зовут? Я сама хоть и представилась, но вашего имени до сих пор не знаю. Если ко мне явятся с вопросами — должна ответить честно, а иначе теплого номера в гостиннице мне не видать, — видно как она старается вести себя более рассковано, считая его 17-летним ребёнком, отчего Чхве Хану вдвойне стыдно. — Чхве Хан, я из деревни Харрис. И можете обращаться ко мне на Ты. — Тогда с тебя прошу того же. Харрис довольно далеко отсюда, — кивает та своим мыслям, — так ещё и на границе с лесом тьмы. Не было страшно там жить, а юноша? — Нет, — улыбается он, отдаваясь приятным воспоминаниям, — монстры не часто вылезали из леса. Точно. Послушайте, — встрепенулся брюнет, — можете сообщить графу что деревня Харрис была полностью уничто- — Юноша, — прервала того нахмурившись Рубедо, — Не стоит обсуждать нечто подобное на улице так громко. Чхве Хан удивленно посмотрел в красные глаза. Ему поверили? А может, нет и она просто не хочет чтобы люди повелись на ложь какого-то юнца из захолустья? Или та всё знала? Хан сжал кулаки над столом, пока Рубэдо рассуждала над чем-то. — Хорошо, — кивнула женщина, — Ты отдашь письмо Кэйлу, а я сообщение Деруту. Сомневаюсь, что он поверит словам юноши вроде тебя. — Чхве Хан неверяще моргнул. — Бар уже открылся, — цокает Парэс, поправляя кольцо на перчатке, и шепчет, — «Мне ещё к этому маразматику идти. Как же не хочется, Скарлет на кого ты меня оставила?»