Одно маленькое обещание

В Париже стоял тихий, тёплый вечер, нетронутый даже легким ветерком. С привычной, ставшей уютной, крыши открывался замечательный вид на Сену. Леди Баг сидела на самом краю холодного бетона, провожая взглядом лениво снующих вдоль и поперёк города жителей, больше похожих на разноцветные точки с данного ракурса наблюдения. Героиня в который раз томно вздохнула, прикрывая глаза, словно устала от собственных мыслей. Так оно и было. Хотелось стукнуть себя по голове, но девушка прекрасно понимала, что так не выбьет и половины той дури, которая пожирала её разум, поэтому оставалась сидеть и наблюдать за чужими жизнями, ритмично постукивая пяткой о кирпичную стенку желтоватого дома. Из тяжелых мыслей Леди вырвал проскочивший мимо чёрный силуэт. Про себя героиня подметила, что ни за что не услышала бы чужого присутствия, сиди она с прикрытыми глазами. А это свидетельствовало только об одном: нежданный гость был удивительно ловким и грациозным. Что ж, возможно, подобная компания сейчас и не помешает. Наверное... Силуэт, понимая, что неизбежно замечен, также тихо приземлился по правое плечо от Маринетт, выдерживая крохотную, ненавистную дистанцию. Прошло года 4 с тех пор, как юные герои стали на защиту Парижа, а расстояние между ними рассасываться все равно не собиралось. А, может, даже и увеличивалось. Ну или Нуару просто так казалось... Сложно ведь не взаимно любить человека 4 года подряд. Руки сами опускаются, каким бы волевым не был воздыхатель. — Добрый вечер, миледи. Замурчательно выглядишь, — разрезал острую тишину сломавшийся за годы, низкий, красивый голос, принадлежавший одному из героев Парижа. Леди Баг немного вздрогнула, хоть и ожидала услышать напарника, сидящего в паре десятков сантиметров от неё. Рука сама потянулась к хаотично разбросанным светлым прядкам, почесывая кожаное ушко Кота. — Спасибо, Котик. Не ожидала увидеть тебя здесь сегодня, — спокойным, слегка тоскливым голосом протянула Маринетт. Обычный собеседник и не заметил бы дрожи в этих предложениях. Но не Кот Нуар. В родном голосе он улавливал каждую нотку, безошибочно определяя настроение своей Леди. Всегда. Именно поэтому парень аккуратно перехватил предплечье длинными музыкальными пальцами, обтянутыми в чёрный спандекс, добровольно останавливая желанную ласку. — Моя Леди, что-то не так? — Ласковый, едва ощутимый поцелуй в запястье краешком губ. Нуар с удивлением заметил, что Леди Баг лишь мягко улыбнулась, наблюдая за его действием из-под ресниц. Впервые в жизни не пытаясь щелкнуть надоедливого поклонника по носу или выдернуть руку. Озадаченный непривычным поведением девушки, Кот мягко отпустил женственную ручку, которая тут же приземлилась обратно на бетон возле бедра хозяйки, пальчиками сжав холодную поверхность. — Нет. Все в порядке. — Прекрасные глаза вернулись к наблюдению за горожанами, а персиковые губки продолжили говорить. — Просто хотелось побыть немного наедине. В последнее время мне так редко это удаётся. — Я помешал тебе? Вероятно, мне стоит уйти, раз... — Нет, Нуар, не уходи. — Огромные глазки столкнулись со знакомыми изумрудами. Губы дрогнули в светлой, тоскливой улыбке. — Мне приятна твоя компания. — Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне абсолютно все? — Ни за что в жизни Кот не поверил бы, что его Леди ничто не беспокоит. Слишком хорошо он её выучил за эти годы. Даже чересчур. — Знаю, Котик. Я тебе доверяю, но это может затронуть тайну наших личностей. Да и не хочется ездить по... твоим чувствам. Это... немного личное. — Ты о том парне? О том... к которому испытываешь симпатию? Леди не ответила, и Нуару показалось, что только его дурацкая шутка сейчас могла бы разрядить обстановку. — Знаешь, если бы я знал его имя, мог бы рассказать ему, как много он упускает. Или надрать задницу. Хочешь? Я как раз очень хотел бы узнать, как катаклизм действует на людей. — Готов пойти на убийство из ревности? — Готов пойти на убийство, если кто-то обидит мою прекрасную Леди. Леди Баг хмыкнула, отводя взгляд после долгого переглядывания, и прикрыла глаза. — Не стоит, Котик. Меня никто не обижал. Просто... Вот как ты так делаешь? Как ты постоянно тараторишь о своих чувствах ко мне? Может, они просто ненастоящие? Или не так много для тебя значат? Ведь ты не заикаешься, не краснеешь, не чувствуешь себя неловко... Или просто я такая слабохарактерная. Кот задумался, с обидой подметив, как девушка легко обесценила всю глубину ощущений, которую герой питал к своей напарнице. Через пару минут молчания он хмыкнул, устремляя взор туда, куда недавно смотрела Леди Баг. — Тебе должно быть стыдно за то, что ты так бесцеремонно перечеркнула всю мою глубокую любовь к тебе, миледи, — Нуар честно попытался придать фразе форму шутки, но получилось все равно немного обиженно. — Когда любишь кого-то — нет смысла молчать. Зачем? Чтобы потом жалеть всю жизнь? Да, конечно, это может оказаться невзаимным, но отказ не смертелен. Все можно пережить. А вдруг повезёт? Мне кажется, риск того стоит. — Может, ты прав... Просто... я четыре года сохну по парню, и сколько бы не пыталась, не могу ему признаться. Мысли сами исчезают, а язык просто говорит то, что ему вздумается, стоит заглянуть в его глаза... — Какого они цвета? — Непонятно зачем даже для себя тихо вставил вопрос Нуар. — Все тебе расскажи. Маленький, любопытный Кот. — Что-что, а уж точно теперь не маленький, миледи. — Пара синхронно рассмеялась, заливая застоявшийся воздух звонким хохотом. — У него зелёные глаза, если тебе правда интересно, — Кот кивнул, давая знак, что заинтересован и готов слушать дальше. — Я просто млею, как ребёнок от его взгляда, от его улыбки и... перестаю соображать. Как идиотка. — Ну-ну, не будь столь строга к себе, Моя Леди. Как такая сообразительная мадемуазель, как ты, может быть идиоткой? — Представь себе, может, глупый Кот, — Маринетт улыбнулась, щёлкнув указательным пальчиком по носу собеседника. — Я ужасная идиотка и растяпа, когда остаюсь без этого костюма. — Уверен, это не так. Но спорить не буду, потому что ещё ты ужасно упрямая. Даже в этом костюме. — Парень одарил Леди Баг фирменной нуаровской улыбкой, обнажая острые белоснежные клыки. — Ты прав. Я ужасно упрямая. Но это ведь не от вредности. Мы несём ответственность за нашу тайну. Ты должен понимать мои опасения. — Сама того не осознавая, Мари плавно перевела тему, прекрасно осознавая, что упрекая девушку в упрямстве, Кот несомненно напоминал ей о том, что до сих пор безрезультатно желает раскрыть ей свою личность. — Может и должен. Но не хочу. В моих лучших фантазиях мы сделали это очень аккуратно и внимательно, чтоб абсолютно никто, кроме нас, не мог узнать нашу маленькую тайну. — Снова эта коварная ухмылка, которая с годами только совершенствовалась. Нуар сам того не понимая вложил в собственную фразу двухзначный смысл, заставляя щеки Леди Баг стремительно порозоветь. — Может, ты и прав, — игнорируя воспринятый подростковыми гормонами второй подтекст, ответила Маринетт. — Может, когда-нибудь мы обязательно откроем друг другу наши личности. Когда будем готовы. — Я всегда готов, миледи. Может, начнём аккуратное знакомство уже сегодня? Например, с того, что ты скажешь мне имя своего возлюбленного? Леди Баг в привычной манере закатила глаза, не спеша отвечать. Через минуту тихо сказала: — Зачем тебе знать? Ты мазохист? Хочешь упиваться страданиями, думая о том, что я могу влюбиться в кого-то? В кого-то, кто не ты, — подметила Маринетт, поджимая одну ногу, согнутую в колене, к груди. — Что ты, моя Леди, мне просто интересно, что это за парень такой, раз сумел украсть твоё сердце, когда рядом такой ослепительный красавчик? Леди снова усмехнулась, не скрывая того факта, что её веселит самомнение Кота, но ничего не ответила. — Ну же, миледи... Неужели за четыре года совместной работы я не заслужил твоего доверия? — Я уже сказала, что доверяю тебе, Кот. — От Нуара не ускользнула легкая нотка раздражения в голосе. — Но я совершенно точно не готова раскрывать тебе свою личность сейчас. Любым из возможных образом. — Ты и не раскроешь. Вероятность того, что я знаю этого парня равняется 10 процентам. — Да что ты... — хмыкнула Леди Баг, снова уходя в свои мысли. — А это интересно... Он какая-то знаменитость? Неужели Джаггед Стоун, миледи? Я думал, мы одного возраста. Или ты любишь немного постарше? — Ха-ха-ха, — показательно оттараторила девушка, передразнивая собеседника. — По крайней мере, если это он, то у меня точно нет шансов. — Чего же ты такой приставучий, а? Я, вообще, вполне в праве тебя выгнать. Ты нарушил мое одиночество. — Но ты этого не сделаешь, миледи. Потому что не хочешь, — обидная правда врезалась в уши Маринетт. Она и правда не хотела его прогонять. Ей нравилась его компания. Сказать честно, она даже не прочь была и назвать Коту имя своего обожаемого одноклассника. Просто от тоски. Ведь в последнее время ей даже не с кем было поговорить. Алье она уже прожужжала все уши. Тикки сводила все к тому, что Маринетт просто нужно во всем признаться. Будто та сама этого не понимала. А родители... Это отдельная, очень неловкая для девушки тема. Героиня боялась рассказать и половину своих мыслей родным. И ещё больше опасалась непредвиденных и до безумия неловких разговоров о половом поведении. Последние Маринетт уж тем более обрубала на корню, краснея до самой макушки. А Кот был новым слушателем. Ещё и понимающим. Очень удобно, однако. Он её любит, значит точно поддержит её сторону. А ещё он тоже знает толк в невзаимных чувствах. Да и говорить по душам Маринетт безумно любила. Именно с ним. С возрастом его дурацкие шутки никуда не делись, но Нуар определенно поумнел. С ним стало очень уютно и интересно. Маринетт жутко дорожила их дружбой. Но вот понятия не имела, укрепит ли упоминание имени Агреста эти отношения, или наоборот разрушит. Осознав, что молчит уже добрые несколько минут, Леди Баг вымученно вздохнула, покосившись на мирно ждущего ответа Нуара, и улыбнулась собственным мыслям. — Наверное, я очень об этом пожалею, Котёнок. Но мне правда дорога наша дружба, и я безумно тебе доверяю. Ты правда так хочешь знать? Нуар со всей силы закивал, пытаясь передать в воздух, который вдыхала его Леди, всю решимость и заинтересованность, которая только в нем была. — Адриан Агрест... — Тихо, но легко уловимо для острого кошачьего слуха прошептала Маринетт, заливаясь густой краской. В воздухе повисло неловкое молчание, которое девушка безумно боялась тревожить. «Ну вот, молодец, Дюпэн-Чэн. И на кой хрен ты все-таки это ляпнула? Человеку и так больно от того, что ты буквально не замечаешь его симпатий, так ещё и новый повод для ревности появился». Тишину нарушил впервые неуверенный, опешивший голос Нуара. — Это... Очень неожиданно. — Только не говори, что он двоюродный внук мужа сестры твоей тёти и вы знакомы... — Точно нет, — сдержанно смеясь выдавил Кот, внаглую уставившись на аккуратный профиль Леди Баг. — Ты с ним знаком? — Прощупывая почву, осторожно поинтересовалась Маринетт. — Нет. — Но ты его знаешь. — Вопрос прозвучал как утверждение. — Сложно не знать. Билборды с его лицом по всему Парижу. — Ах, ну да. — Щечки Леди Баг стали цветом с её маску. Внезапное молчание Кота угнетало, давая мыслям почву для многих размышлений. — Я знаю, о чем ты думаешь. Нуар удивленно вскинул брови, продолжая сверлить подрумянившееся личико взглядом. — Ты думаешь, мне нужна его известность... Думаешь, мне интересны его деньги и его не лишённый славы папочка. Но это не так. — А как? — Нуар замечательно понимал, что поступает как последняя сволочь, выпытывая у внезапно сознавшейся девушки мнение про самого себя, но его душа не могла не ликовать от такой ценной информации. Неужели все это время Кот пытался отвоевать сердце его леди у самого себя? Как смешно и глупо, и одновременно грустно и нелепо это звучит... — Мне нравится его честность. Он справедлив ко всем. Очень любит своих друзей. Он... он такой замечательный, Кот. Я каждый день влюбляюсь в него с большей силой. У меня просто земля из-под ног уходит, когда он со мной разговаривает. А я, черт возьми, даже ответить ему нормально не могу! — Слова вылились потоком до того, как Маринетт успела продумать каждое. «Вот бы не умолкать так возле Адриана», — упрекнули девушку собственные мысли. — Ну вот, ты молчишь. Я зря тебе рассказала, да? Ты теперь будешь ревновать меня, следить за ним, чтобы понять мою личность, а потом... — Нет, — обрывисто прочеканил Кот. Получилось немного громче, чем планировалось. — Я же сказал, ты можешь мне доверять. Но... Ты сказала, влюбляешься в него каждый день. Значит... Вы постоянно видитесь? — Да. То есть... — Леди Баг осеклась слишком поздно. — Перестань! Не отвечу больше ни на один вопрос, который мог бы раскрыть мою личность. — Да, прости. Знаешь, я погорячился. Не следовало уговаривать тебя. И правда, легче ревновать к человеку, про которого ты ничего не знаешь. — Я ведь говорила, — неловко закусив губу, Леди Баг опустила подбородок, сверля глазами свои колени. — Кот, мне правда жаль, что я не могу ответить на твои чувства. Маринетт вдруг проморгалась и уставилась на собеседника, въедливо разглядывающего её душу через голубые глаза. — Ты правда замечательный... Ты очень добрый, смешной, чуткий, ты столько раз спасал меня, и я бесконечно тебе благодарна. И даже сейчас ты слушаешь моё нытьё по поводу человека, который нравится МНЕ, хотя, тебе, скорее всего, больно такое слышать. Но... Девушка запнулась, почувствовав холодную ладонь на собственной щеке и когтистый пальчик, поглаживающий бархатную скулу. — Но сердцу не прикажешь. Я все прекрасно понимаю, миледи. Девушка опешила от подобного жеста и утвердительно выдохнула, опуская глаза в смущении. — Можешь сделать мне одолжение? — Кот и не думал отстраняться, касаясь столь желанного лица через тонкую перчатку. Прочитав немой вопрос в глазах собеседницы, он добавил. — Пообещать кое-что. Леди Баг удивленно захлопала глазами, наконец отворачивая лицо от невесомо ласкающих кожу пальцев и едва заметно кивнула. — Я польщен, что ты доверила мне свою тайну, хоть это и больно. Ты должна пообещать мне, что завтра признаешься ему. Лазурные колодцы расширились, молочного цвета щеки медленно начали заливаться краской, а дыхание участилось. — Ты не можешь просить меня об этом... Я не.. У меня не выйдет, ты же знаешь. — Попробуй. Ты, очевидно, рассказала мне, чтобы получить совет. И мой совет — признайся ему. Прошу... Ради меня. — З-зачем тебе это? Ты и правда мазохист? — Персиковые губы дрогнули в легкой улыбке, но взгляд напротив оставался серьезным. — Я хочу, чтобы ты была счастлива. И если я могу помочь, то... почему бы и нет. Даже если и просто советом. К тому же, если он тебя отвергнет, ты всегда можешь вернуться сюда и поплакать мне в плечо. Я ни капли не против. А потом, может, и правда узнаем, как катаклизм работает на человеке. — Бледные губы наконец растянулись в улыбке, от чего Маринетт стало чуточку легче. — Хорошо, с чего ты взял, что мы завтра увидимся? — Ты сказала, что вы видитесь каждый день. — А вдруг я соврала? — Я доверяю тебе в пару раз больше, чем ты мне, миледи. Не порть это доверие. — Но... Вдруг я не смогу? — Я в тебя верю. Ты каждый день защищаешь Париж. От пары слов твоя жизнь не разрушится. Клянусь. — Ты не можешь клясться в том, в чем не уверен. — Я живу с любовью к тебе уже четвёртый год. И, как видишь, жив-здоров. Даже шучу иногда. Леди Баг тихо выдохнула, отводя взгляд к заходящему за горизонт солнцу и быстро, будто боясь передумать, кивнула. — Хорошо, Котик. Либо я завтра признаюсь, и будь что будет, либо я ужасная трусиха, не достойная серёжек Леди Баг, и тебе придётся отобрать у меня талисман и передать его Мастеру Фу. — Договорились, миледи... — ласково протянул Кот, не имея силы оторвать взгляда от любимого смущенного личика. — Мне пора домой... — Не смею задерживать. Хотя, нет, подожди... На немой вопрос Леди, Нуар грациозно, по-кошачьи наклонился, щекоча носик Маринетт светлыми прядками, и оставил на её розовой от появившейся прохлады и смущения щеке полный нежности, невесомый, немного влажный поцелуй. Воспользовавшись удивлением и секундным замешательством девушки, Кот быстро поднялся, вытягивая свой шест, и привычным голосом сказал: — До завтра, моя Леди. Будь храброй. Твоя жизнь только в твоих руках. Маринетт только сильнее покраснела, наблюдая за сорвавшимся с высоты напарником, и проводила взглядом его тёмную фигуру, скачущую между домами и строениями, пока та совсем не скрылась из виду.