Одно маленькое обещание

— Земля вызывает Маринетт. — Рыжеволосая весело хихикает, заправляя синий закрученный локон подруги за ухо. — Ты так и собираешься сидеть здесь всю ночь? — Аль, я устала. — Дюпэн-Чэн вытягивает ноги, блаженно улыбаясь, и откидывается на спинку стула. — Вы с Адрианом опять что-то не поделили? — Сезер усаживается рядом, одним глотком допивая оставшееся шампанское в своём бокале. — Нет, с чего ты взяла? — Вы какие-то отстраненные сегодня. Даже в туалете ни разу не закрылись. — Алья заливается смехом, прикрываясь от шуточной атаки Маринетт. — Очень смешно. Просто скоро поступление, новые хлопоты, а Адриан пока не решил, с чем хочет связать свою жизнь. На этой почве у нас небольшие споры. Он часто ходит расстроенным, а я уже даже не знаю, как его успокоить. Будто от высшего образования зависит его жизнь. — Так, может, он не без диплома боится остаться, а тебя потерять? Ты ж, вроде, в Италию собиралась. — Да понимаешь, я думаю, мне стоит остаться. В любом случае, все лето впереди. Я отправлю свои работы и в Милан, и в Парижские учебные заведения, а там уж посмотрим. Все-таки, важно моё желание учиться, а не выбор университета. Сезер кивает, закидывая в рот виноградинку. — Он только что на тебя посмотрел. — Аль, мы встречаемся. Это нормально. — Он обеспокоено посмотрел. Тебя не смущает то, что Буржуа трется около него весь вечер? — Нет. Они дружат с детства. Хоть Хлоя меня и не воспринимает, ей все же нравится кто-то другой. Да и нет смысла сомневаться в Адриане. — Пошла бы, потанцевала хоть. Сидишь тут, корни в пол пускаешь. Это же наш последний совместный вечер! Дальше начнётся взрослая жизнь. Университет, свадьба, дети, карьера, забудешь бедную тётушку Алью, а остальных одноклассников и подавно. Маринетт улыбается, медленно выдыхая. По залу растекается плавная мелодия. Свет притухает, окуная подростков в интимную атмосферу. — Мадемуазель... — Икающий Лейф появляется из ниоткуда, утаскивая будущую журналистку в глубину зала. Дюпэн-Чэн умиляется, наблюдая за весело смеющимися друзьями, прижимающимися друг к другу среди танцующих подростков. Когда они успели так вырасти? Горячее дыхание на девичьей шее вызывает сотни мурашек. Маринетт сглатывает, заправляя непослушную прядь за ухо. — Разрешите пригласить вас на танец, моя Леди? — Тихий, едва уловимый шёпот заставляет сердце девушки биться в два раза чаще. Дюпэн-Чэн улыбается, не поднимая взгляда на своего спутника, и вкладывает пальчики в протянутую ладошку. Танцевальная площадь усеяна разными запахами. Алкоголь, одеколоны, лак для волос мешаются между собой, создавая настоящую какофонию ароматов. Маринетт жмётся к родной груди, облачённой в дизайнерскую чёрную рубашку, вдыхая любимый ментоловый запах полными лёгкими. — Ты прекрасна... — Мурлыкает парень прямо в ухо, укладывая руки на стройную поясницу. Девушка скользит ладошкой по твёрдому плечу, едва касается ключиц, и окольцовывает тонкую шею, зарываясь пальчиками в светлые волосы. Спокойная мелодия ласкает слух, позволяя подросткам плавно двигаться в такт. Маринетт елозит носиком по мягкой шее, покрывая осторожными поцелуями нежную кожу. Глаза прикрыты, реснички подрагивают, а на лице покоится умиротворенная улыбка. — Ты сколько выпила, дорогая моя? — Хмыкает Агрест, забавляясь почти сопящей девушкой в своих руках. — Всего пару бокальчиков... Ну или немножко больше. — Хихикает Маринетт, ласково ведя языком вдоль шеи парня. — Миледи, прекрати... — Выдыхает Адриан, требовательно сжимая тонкую талию. Дюпэн-Чэн отстраняется, укладывая ладошки на плечи парня, и ловит его восхищенный взгляд. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю, — Агрест посмеивается, оглаживая скулу, покрытую искусственным румянцем, большим пальцем. Маринетт подаётся вперёд, притягивая парня за шею, и легонько касается его губ своими, зарываясь в мягкие волосы. Адриан охотно отвечает на поцелуй, прижимая девушку к себе, как самое родное и ценное, что у него есть. Языки лениво сплетаются, дыхание застывает в лёгких. Густые реснички щекочут мужскую щеку, пока тонкие пальцы перебирают светлые прядки. Подростки утопают в нежности друг друга, не желая прерываться даже на вдох. Полный зал будто растворяется, шум вокруг затихает. Существует только пара любящих сердец, две родственные души. Адриан отстраняется, выпуская порозовевшую губу из плена своего рта, и прижимается к девичьему лбу, жадно вдыхая воздух. — Поставлю это себе в рамочку в гостиной. — Раздаётся звонкий голос по правое плечо. Молодые люди спокойно оборачиваются, не отрываясь друг от друга, и с улыбкой смотрят на веселую Сезер. Девушка тычет им в лицо горящий смартфон с кадром, запечатлевшим только прошедший, свежий поцелуй. — Очень красивая фотография, Алья, спасибо. — Маринетт прижимается виском к широкой груди, прикрывая глаза. Сезер умилительно складывает ручки, смахивает невидимую слезу и отправляется на поиски своего возлюбленного, оставляя пару наедине. Плавная мелодия сменяется нотками рок-н-ролла, и выпившие подростки тут же бросаются в пляс, с лёгкостью отрываясь от своих партнеров. — Может, выйдем на улицу? — Бормочет Маринетт, не отрываясь от уютного тела. — Ты в порядке? — Да, в полном. Хочу подышать свежим воздухом. Тут душно. И слишком шумно. Агрест кивает, сжимая девичьи пальчики в ладони, и ведёт покорно следующую за ним Маринетт к входной двери, пробираясь сквозь толпу танцующих одноклассников. Свежий ветерок моментально окутывает своей прохладой, развевая утонувшие во тьме, аккуратно уложенные синие волосы. Адриан усаживает девушку на деревянную лавочку, снимает пиджак и накидывает его на острые оголенные плечики. Маринетт благодарно улыбается, требуя блондина присоединиться к ней коротким жестом. Агрест садиться рядом, откидываясь на спинку лавочки. — Надеюсь, ты не против... — Дюпэн-Чэн со стоном снимает розовые босоножки на высоких каблуках и закидывает ноги на парня, утыкаясь в чужую грудь носом. Агрест улыбается, ласково целуя девушку в макушку, и обнимает Маринетт в ответ, прижимая свободной рукой согнутые коленки ближе к себе. — Устала? — Мягко спрашивает Адриан, заправляя длинную прядку за ухо Дюпэн-Чэн. Девушка едва заметно кивает, пряча носик в ворот рубашки. — Так не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась... — Задумчиво протягивает парень, вглядываясь в яркую полную Луну. — Не могу поверить, что наша детская жизнь закончилась. — Лично я планирую оставаться ребёнком в душе до восьмидесяти лет, а ты как знаешь. — С ноткой серьезности бормочет Дюпэн-Чэн, вызывая у Адриана улыбку. — Звучит, как прекрасный план, миледи. — Адриан, ты... уже решил, что будешь делать? — Осторожно спрашивает Маринетт, неосознанно задерживая дыхание. — Думаю, да. Дам себе один год, чтобы подумать. Останусь в Париже, буду работать. Может, что-то придумаю. А ты? Тебе ведь нужно подать работы в университет до конца этого месяца, правда? — Да. Я решила подавать в несколько учебных учреждений. Все-таки, Париж совсем не уступает второй столице моды. А ещё он очень нуждается в защите Леди Баг. — А твоя мечта? — Я хотела в Италию, чтобы начать новую жизнь, Котёнок. Сейчас в этом нет нужды. Мне хорошо здесь, дома. Конечно, не думаю, что мы можем видеться слишком часто из-за моей учебы и твоей работы, но всяко лучше, чем встречаться только на каникулах. — То есть... ты не уедешь? — Нет. Разве что, ты изменишь свои планы и поедешь со мной, а Бражник добровольно отдаст талисман. — И ты... не будешь жалеть о своём решении? — Правило жизни номер один: никогда ни о чем не жалей. — Дюпэн-Чэн улыбается, поднимая взгляд лазурных глаз на сияющего Агреста. — Не припоминаешь парня, который мне это сказал? Адриан пожимает плечами, тихо смеясь, и коротко целует мягкие персиковые губы. В свете Луны девушка выглядит ещё прекрасней, а васильковые глаза сильнее переливаются, призывая тонуть в них вечность. Агрест облегченно выдыхает, со всей силы прижимая умиротворенную девушку к груди. Когда она рядом, он готов сворачивать руками горы. Его Леди, которую он преданно любил длинных четыре года. Его замечательная, талантливая одноклассница. Его спутница и самая близкая подруга. Его самая желанная любовница. Лунный свет мягко слепит две пары счастливых глаз. Тепло двух тел согревает души. Из приоткрытой двери зала играет веселая музыка. Где-то там, за спиной отрываются подвыпившие подростки. Сегодня их ночь. Сегодня они в праве брать от жизни каждую яркую секунду и запечатывать её глубоко в памяти. А влюблённая пара, дополняющая друг друга, как инь и янь, продолжает нежиться в тёплых объятиях. Никто из подростков и не догадывается, что ровно через неделю Бражник будет повержен. Они и не думают, как сильно это пошатнёт состояние Адриана. Не знают, что Маринетт пройдёт этот сложный путь к прощению вместе с парнем, поддерживая его на каждом шагу. Молодые люди не задумываются над тем, что все-таки уедут в Италию вместе уже через три месяца. И не подозревают, что совсем скоро начнут жить вдвоём. Маринетт и не догадывается, что уже через пять лет будет носить под сердцем две новых жизни, являющиеся подтверждением истинной любви созданных друг для друга людей. И никому из них не известно, что всего через несколько лет фамилия Агрест будет ассоциироваться у людей не с одиноким волком мира моды. Не с вечно угрюмым Габриэлем Агрестом. А с прекрасной талантливой женщиной, цветущей с каждым днём, и имеющей свой собственный бренд одежды, известный по всему миру, и её молодым супругом, который является вдохновителем, партнером и верным другом на жизненном пути некогда милой девчонки Маринетт Дюпэн-Чэн. Они не догадываются, да и не думают об этом. Они просто наслаждаются каждой секундой, данной им небесами. Не заглядывают наперёд. Не беспокоятся о будущем, и не теребят прошедшее. Просто живут здесь и сейчас, наслаждаясь теплом друг друга. Скоротечность бытия не властна над двумя любящими сердцами. Эти чувства выходят далеко за рамки материального мира. Потому что, обретая своего человека, не задумываешься над тем, что было или будет. Важно сегодня. Важно сейчас. И у этих прекрасных молодых людей все ещё только впереди. Давайте по-доброму позавидуем их стремлению жить эту жизнь прямо сейчас, и возьмём с них пример...