Апекс: Легенды и Любовь -- Невошедшее

— Почему ты не забрал баннер нашего союзника? — требовательно вскинулась Бладхаунд на стоящего рядом с ней Ревенанта. — Я не успел. Отбивался от мешков с костями, знаешь ли. Бладхаунд отлично понимала, что времени у него было предостаточно, но спорить не было смысла. Вместо этого она раскопала ямку в земле и положила туда ящик Миража, чтобы проститься. Ревенант стоял за ее спиной, не сказав ни слова. — Теперь нам будет сложнее победить, — сказала она со вздохом. — Не говори ерунды, он все равно не делал ровным счетом ничего! Блот Хундр проигнорировала его выпад и направилась вперед, вглубь Края Света, ища лут. Ревенант следовал за ней бесшумно, словно тень, и не выпускал из виду, будучи не в силах контролировать себя. С кем бы его не ставили в отряд, Бладхаунд раздражала его больше всех. Кроводажная, и в то же время рассудительная, она предпочитала не обращать на него внимания, словно он — часть окружения. Вернее, даже хуже. Как же она его бесила. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о ней, Ревенант зашел в один из затхлых домиков, ища обвесы. Техноследопыт остался снаружи, осматриваясь. Ревенант стоял в доме долго, но Бладхаунд и не подумала связаться с ним. — Как же бесит, — пророкотал он, доставая R-301 из-за спины и самолично идя к ней. Девушка стояла к нему затылком, когда он выстрелил очередью по воде вокруг ее ног. Бладхаунд спокойно повернулась. — Что, и теперь будешь делать вид, что меня не существует? — осклабился симулякр. Бладхаунд уперла руки в бока: — В чем твоя проблема? — В тебе! — Ревенант набросился на нее, рассекая ладонью воздух, но девушка отпрыгнула в сторону, доставая припрятанный в кармане одежды нож. Она запрыгнула ему на спину и сделала лезвием пару точных ударов по корпусу. — Отцепись! — рыкнул симулякр, скидывая ее. Не переставая драться, они подошли к стене дома. Бладхаунд, вся помятая, однако невредимая, резко навалилась на него всем весом и ударила об стену. Ревенант выдохнул и, искря, впился острыми, костлявыми пальцами в ее плечи. «Как же ты меня раздражаешь,» — подумал он в исступлении, и внезапно прижал ее к себе, тяжко дыша. Его руки сперва агрессивно, а затем нежно погладили ее маленькое тело. Бладхаунд выгнулась назад и непонимающе оглядела себя вместе с ним, опершись руками о его шипованные наплечники в попытке отстраниться. Но Ревенант не мог ее отпустить. Он стоял, широко распахнув глаза, будучи сам в шоке от своей выходки. Он не хотел забирать тот баннер. Не хотел, чтобы третий вставал между ними. Ему нужна была лишь она. Эта идея, это безумное желание не оставляло его уже давно, но в этот матч стало просто непреодолимо. Невыносимо. Когда она так холодна и безразлична. Нестерпимо. — И что это было? — Бладхаунд взглянула ему в лицо. — Ничего, — негромко, слегка обиженно проговорил Ревенант. — Если хочешь, можешь снова ударить меня. Я не в обиде. — Ударить? Зачем? Ты и так уже израненная жизнью душа. Ручка охотницы опустилась на его щеку, и Ревенант робко взглянуд на нее. Бладхаунд погладила пальцами его маску, и он пророкотал: — Ух, говорю же, невыносима. Девушка приобняла его за шею, прикладываясь своей головой к его. Ее респиратор тихо стукнулся о его губы, и она смущенно отодвинулась. — Это что, был такой поцелуй? — хмыкнул Ревенант. — Может быть. Ревенант вдруг поднял ее на руки и отошел под дерево. Там он мягко посадил ее на траву, а сам сел рядом, обхватив руками колени, смотря на техноследопыта. Бладхаунд покопалась в ранце и протянула ему аптечку: — Вот, прими в качестве моих извинений. — Это пустяк, я сам виноват. — И все же., — она приложила шприц к его руке. Когда повреждения затянулись, Ревенант кивнул: — Удобно. Жаль, нет такой штуки для души. — Почему же? Есть, — Блот Хундр уборала использованный шприц и прильнула к симулякру, положив ладони и голову ему на хромированную грудь. Ревенант ощутил, что ему и правда стало полегче. И как это только ей удается? Неуверенно, но он все-таки пристроил руку на ее макушке, и девушка соприкоснулась с ним коленями. — Хорошо, может, ты не так уж меня и раздражаешь. — Я сочту это за комплимент, — повела плечами та. Он почти чувствовал тепло, исходившее от ее объятий. Тут с дерева сорвался лист и приземлился прямо ей на респиратор. Ревенант аккуратно снял его с нее, вслушиваясь в шумное, беспокойное дыхание. Бладхаунд, как и он сам, наверняка тоже пережила много такого, о чем предпочла бы не рассказывать. Но, может, как-нибудь они все же поведают друг другу свои тайны? Кто знает? Уж точно не Ревенант. — Разве тебя не пугает такой монстр, как я? — Я встречала монстров и пострашее, — коротко бросила охотница, проводясь пальцами по его блестящей грудной клетке. «Чертовы нежности,» — с негодованием подумал Ревенант, положив голову ей на плечо. Бладхаунд. Просто. Невыносима.