.haunted

Вдох. Ещё один. И ещё. «Я… я живой…» - эта мысль искрой пронеслась в сознании Аякса, который распахнул глаза, конвульсивно пытаясь подняться и невольно постанывая от боли во всём теле, а особенно в висках. Когда Тарталья приподнялся, зашуршали мелкие камешки, посыпавшись с одежды рыжеволосого парня, ударяясь об пол и поднимая маленькие облачка пыли, которые блестели в свете прохладного искусственного освещения, а на фоне раздавалась дробь дождя, выбивающая быстрый, хаотичный ритм. Судя по всему, он оказался в каких-то руинах: высокие, полуразрушенные колонны уходили далеко вверх, где через пробоину в каменной крыше заливалась вода, каждая капля которой отдавалась громким и раскатистым эхом, ударяясь об балки и пол. Земля была устлана осколками стекла, камня, а в некоторых местах из трещин в особо крупных камнях начали расти кусты и небольшие деревца. Закашлявшись, Аякс всё-таки поднял себя на ноги, опершись на стену, и с каждой секундой туманность сознания проходила, оставляя… пустоту. И чем дольше он оглядывался, тем больше паника захлёстывала его. Он не понимал, откуда у него столько порезов на руках, он не понимал, что это за церковь, и почему он тут находится, он абсолютно ничего не понимал. Разум цеплялся за отдельные, рваные картинки, которые казались давным-давно прочитанной книгой, нежели реальным воспоминанием: яркие, слепящие огни города, водяные клинки, смешивающиеся с кровью и приобретающие розоватый, сводящий с ума оттенок, манящий запах горячего кофе… – Кто здесь?! - Низкий голос эхом прокатился по руинам, заставив Тарталью выйти из ступора. – Блять… - пробормотал тот, делая два шага назад, прямиком в тень, затаивая дыхание и с трудом сдерживая кашель. Луч света, холодный и невыносимо яркий, пронзил пыльный воздух разрушенной церкви, заставив рыжеволосого лишь сильнее вжаться в стену спиной. Источником света был фонарик в руке мужчины, закованного в… «А ничего так доспехи…» - бросил оценивающий взгляд Тарталья. Чёрный металл облегал весь силуэт неизвестного, делая его не громоздким, а наоборот подчёркивая подтянутость с худобой, внушая чувство опасности, шлем, визором напоминающий очертания лица, ярко отсвечивал жёлтыми глазами во тьму, а каждое движение сопровождалось тихим и мягким жужжанием. – Убей его. Аякс застыл от удовольствия: тот самый голос в его голове. Тот, который даёт сил, этот рычащий баритон, исполняющий с ним симфонию смерти. – Убей. Его. Тарталья медленно выдохнул, прикрыл глаза и взмахнул руками, выходя из тени. Луч фонарика жадно уставился на него, и как раз вовремя, чтобы незнакомец в доспехах увидел, как в руках у рыжего воина появляются сияющие синим клинки, а по точеному лицу расползается хищная ухмылка. Мгновение и, оставив лишь синеватый трассер в воздухе, Аякс прыгнул на него, занося парное оружие над головой. Но в руке его оппонента с громким шипением и щелчком разложилось копьё, и после целой серии стремительных ударов, которые незнакомец легко отражал металлическим древком, которое он вращал с невероятной скоростью, в живот Тарталье прилетел тяжёлый пинок, отбросивший того на добрую пару метров назад. – Сразу хвататься за оружие – это дурной тон, мальчик. - Холодный голос вновь раскатился эхом, а кончик копья очертил два быстрых, идеально ровных полукруга. Рыжий парень кувырком встал на ноги, вновь принимая боевую стойку и пафосно вычертив восьмёрку левым клинком. Внезапно свет ламп померк, помещение заполнил тягучий, удушливый мрак, а в голове Тартальи криком взорвались тысячи голосов, умолявших о помощи, стонущих от боли и давящихся рыданиями. Они одновременно были и знакомыми, а одновременно и нет, и из-за этого чувство тревоги накатывало всё сильнее и сильнее. Нос забил запах пороха и горящей плоти, а во рту отдался привкус крови. Водяные клинки моментально исчезли, когда Аякс упал на одно колено, часто дыша и упираясь кулаком в землю, однако через крики смог пробиться голос… его второго «я»? Или же это было что-то большее? Впрочем, рыжему всегда было плевать на это, ведь этот голос только помогал ему. – Кувырок влево. Тарталья неуклюже, всё ещё дезориентированный, перекатился влево, кое-как вскакивая на ноги, и через долю секунды перед ним с железным лязгом, рассыпав море искр, упало тело того мужчины, с которым он начал потасовку. Грудь была пробита, металл брони искорежен и испачкан в крови, а под разбитым стеклом некогда светящегося визора шлема были видны глаза. Глубокие, осознанные, желтоватого оттенка глаза, заполненные ужасом и непониманием, заставили Аякса отшатнуться назад, вновь активировать водяные мечи и нервно осмотреться. Мрак отступил, после и вовсе пропал, крики утихли, вернулся шум дождя, а лампы снова включились, осветив высокий и худой силуэт человека, сжимающего в руке длинный кинжал. – Кто ты?! - Тарталья взмахнул мечами, готовый в любой момент превратиться в вихрь смертельных ударов. В ответ Тарталья услышал лишь холодный смех, а после кто-то ударил его в затылок, и тот вновь потерял сознание, мешком упав на камни.

* * *

Тихое шипение сгорающей сигареты заполнило кабинет, когда смуглый детектив в кресле затянулся, а после неторопливо выдохнул, смакуя табак, пахнущий изюмом, горящей бумагой и темным шоколадом. Сияние от тлеющего пепла освещало худое лицо, под голубыми и хитрыми глазами молодого человека темнели огромные круги от недосыпа и стресса, а с плеча на грудь падал хвост из синеватых волос. Кэйа всегда любил выделяться, именно поэтому на нем было сочетание белой рубашки и узких брюк, а вся мебель была исключительно из дерева. Крупный письменный стол у стены, рядом кресло, в противоположном углу огромный книжный шкаф, забитый папками, а рядом с дверью висела карта города. Окон тут не было, поскольку голограммы реклам и яркие буквы на вывесках ломали антураж, ну и просто бесили детектива до скрипа зубов, а освещение давала люстра, тепловатый свет которой сейчас был немного приглушён, из-за чего комната была объята лёгким полумраком. Очередная затяжка, которая заставила Кэйю прикрыть глаза, однако на середине выдоха дверь распахнулась, и в комнату бесцеремонно завалился длинноволосый парень, кидая свой плащ на стол перед детективом и падая в кресло, запрокидывая голову. Под плащом оказался бронежилет, надетый поверх черной водолазки, на армейских штанах, так же черных, красовались наколенники, а в районе ремня висела кобура с пистолетом и рукоять двуручного меча, выполненная в серых и бордовых тонах. – Всё как обычно, милый, - Кэйа усмехнулся, поднимаясь и небрежно смахивая плащ со стола. – Что случилось, пушистик, что такой замученный? – Подавись своим сарказмом. Дилюк никогда не проявлял чудес такта и вежливости, именно поэтому он был лучшим боевиком, а не следователем, однако в некоторых ситуациях его романтичность и нежность могла… обескураживать. Оторвавшись от этих мыслей, Кэйа вновь заговорил с задумчивой улыбкой: – Подавиться… подавиться это да, такое бывает, - лёгкий смешок сорвался с губ детектива, – рассказывай, что случилось. – Очередное тело, - Дилюк поморщился, снимая с себя перчатки и кидая их в угол кабинета, – на этот раз наш общий знакомый, выходец Ли Юэ, Чжун Ли. – Это случайно не один из офицеров их армии, который ещё подозревался в продаже технологий кинетического щита Фатуи и создал кучу прототипов экзоброни? – Синеволосый потушил сигарету, кидая окурок в пепельницу и присаживаясь на край стола. – Обвинения были ложными, ты же помнишь, - Дилюк развёл руками, – а тело нашли в древней церкви, совсем на окраине Мондштадта, в районе электростанций. – Со вкусом, однако… - Кэйа грустно фыркнул, – а можно как-то связать это убийство с предыдущими? – Они совершены холодным оружием, пока это главная деталь, кроме того, обнаружены следы мощных энергетических выбросов, - Дилюк выдержал небольшую паузу. – Всё. – Элементальную сигнатуру реально вычислить? – Нет, там слишком много энергии, анализировать её вне графиков и числовых подсчётов нереально, да и смысла не имеет. Кэйа прикусил губу. – Криминалисты работают, они обнаружили следы третьего участника на месте преступления, впервые за все происшествия, может, что-то получится узнать, – Дилюк поднялся, приближаясь к детективу, – а ты очень напряжен, тебе явно нужно учиться отдыхать, - тонкие губы красноволосого играючи коснулись шеи Кэйи, в то время как руки обвили талию. От оперативника приятно пахло крепким кофе, бензином и печеньем. – Поражаюсь, как ты из брутального дуболома превращаешься в пошленького кота, Дилюк, - Кэйа обнял его за шею, выгибаясь и кусая за подбородок. В ответ опер глубоко и довольно грубо поцеловал Кэйю, повалив синеволосого на стол, крепко сжимая его в объятиях, а второй рукой наматывая хвост на кулак и оттягивая волосы. – Что ты там говорил про подавиться? - Дилюк с ухмылкой упёр властный взгляд в глаза детектива. – И сам все прекрасно знаешь, милый, - непринужденно ответил Кэйа, медленно сползая со стола.

* * *

Приподняв брови и зажав между губ сигарету, Кэйа рылся в карманах бежевого пальто, стоя на тротуаре широкой улицы, по которой изредка бесшумно проезжали автомобили. Ранним утром Мондштадт был спокойнее, но детектива всё так же воротило от небоскребов, построенных в стиле брутализма, больше напоминающих корпусы гигантской средневековой тюрьмы, покрытых огромными неоновыми вывесками и голограммами, свет которых еле пробивался через смог и пыль в воздухе, зазывая в рестораны, бары и бойцовские клубы. Ещё его воротило от здешнего воздуха. Он лучше будет дышать исключительно через зажжённую сигарету, потому что даже отфильтрованный дорогими системами он отдавал химией и гнильцой, а об «оригинальном» запахе лучше просто промолчать. Говоря о стражах закона, к которым Кэйа все же неохотно причислял себя, первоначально полиция в городе была минимальна, однако из-за войны, расцвета торговлей наркотиками и преступных группировок появились разные отделы, а затем и подразделения «миротворцев» с расстрелотрядами. Вне центрального района мегаполиса активно велись уличные бои, а здания там были частично или полностью разрушены, из-за чего множество людей спало в канализациях и руинах. «Город свободы, ну да,» - саркастично подумал Кэйа. – Милейший, огня не найдется? - Отчаявшись найти зажигалку, детектив повернулся к Дилюку, который копался под капотом старенького масл-кара. «Не понимаю, в чем проблема купить что-то поновее, с ещё живым двигателем, вот честное слово» – Издеваешься, да? – красноволосый выпрямился, тряпкой вытирая руки, но, увидев выражение лица Кэйи, вздохнул. Рукоять клеймора быстро появилась в ладони Дилюка, детектив даже не заметил движения, которым он достал его, с тихими щелчками разложилась гарда и массивное двухстороннее лезвие, через долю секунды вспыхнувшее рыжим пламенем. – Спасибо, котик, - поморщившись из-за жара, Кэйа прикурил от горящего меча и, выпрямляясь, широко улыбнулся. Фыркнув, Дилюк сложил оружие, быстрым движением вешая его на ремень и возвращаясь к многострадальному мотору. «Не, серьёзно, это либо некрофилия, либо идиотизм, но на идиота он не особо похож…» - Кэйа затянулся, продолжая наблюдать за оперативником. Наконец, мотор взревел и Дилюк победоносно захлопнул капот: – Прекрасный автомобиль! – Мда уж… Кинув недокуренную сигарету на асфальт, Кэйа уселся на переднее сиденье, закрывая дверь и поворачиваясь к Дилюку. – Тебе прям доставляет каждый раз реанимировать это недоразумение, да? - Детектив издал саркастичный смешок. – Кроме того, этот бензиновый мотор менее мощный, чем современные электрические, и вообще, это безумно неэкологично! – Неэкологично… - Дилюк посмотрел в небо. Оно было полностью закрыто черными облаками выбросов, которые были настолько крупные, что здания верхушками уходили в них, а солнечного света практически не видно, из-за чего все улицы были темными и освещены по большей части вывесками, изредка фонарями. – Самому смешно, да? – Есть немного, - Кэйа раскрыл голографический экран бортового компьютера. – Нас ждут на месте преступления? – Угу, - Дилюк ввел место назначения в навигатор. – Требуют осмотра места от тебя, криминалисты пока… пытаются выковырять тело Чжуна из экзокостюма. Кэйа звонко расхохотался, запрокинув голову и ударив по сиденью, а как успокоился, ещё минут десять посмеивался, пока они ехали на окраину города. Прибыв к месту, Кэйа выпрыгнул из машины и, не дожидаясь товарища, зашёл за жёлтые ленты, опоясывающие старинное здание церкви. – Капитан, доброе утро! – Навстречу детективу выбежал кареглазый паренёк в лёгкой толстовке, джинсах и поношенных кедах. Чёрные, с изумрудными концами волосы были завязаны в хвост, а руки испачканы в земле и пыли. – Не холодно тебе, Сяо? - Кэйа улыбнулся уголками губ, доставая из внутреннего кармана пальто небольшой чехол. – И как дела с вашей… консервной банкой? - Детектив отошёл к стене, прикрепив к ней небольшой металлический короб, надевая на руку браслет и кидая в воздух десяток железных шариков. Сяо лишь отвел взгляд, закусив нижнюю губу: – Часть доспехов вживлена в спинной мозг, плюс у брони есть свой искусственный интеллект, который… - криминалист замялся. – Скажем так, не очень хочет отпускать своего носителя. – Замечательно, вытащите тело и проведите наконец экспертизу, это потихоньку перестаёт быть смешным, - Кэйа набрал код на голографической панели браслета. – Полный анализ площадки, спектральный анализ энергетических остатков, взять пробу пыли и воздуха с интервалом в три метра, создать предполагаемую реконструкцию преступления. Круглые дроны разделились на небольшие стайки и с огромной скоростью разлетелись по зданию, выполняя задания. – Результаты проб отправлю вам, реконструкцию сможем увидеть в ближайшие десять минут, - детектив погасил браслет. – Без проблем, - Сяо кивнул. – Из новостей - мы проследили некую закономерность в выборе цели: жертвами всегда были бывшие участники коалиционного конфликта, когда некоторые регионы Инадзумы протестовали против Тейватского объединения. – Тогда у меня очень плохие новости для вас, ребята, - Дилюк мрачно усмехнулся. – Мы воевали в первых рядах в этих событиях, и когда-нибудь до нас это доберётся. – Преступник сам к нам придет, это ли не славно? - Мурлыкнул Кэйа, снова забивая команды дронам. – А если серьезно, нужно ловить этого ублюдка и побыстрее, а то я не хочу, чтобы отдел экспертизы снова не мог кого-то из экзокостюма достать, особенно если это будет близкий мне человек. – Хватит, капитан! – Шутки, расслабься. Через пару минут Кэйа улыбнулся, нажимая пару кнопок на интерфейсе браслета и убирая его: – Предполагаемая реконструкция, прототип 1, начать проекцию. Дроны распределились по всей церкви, собираясь в единую цепочку и включая проекторы, освещая каждую поверхность. – Пауза! - Кэйа указал на тёмное пятно, находящееся на крае дыры в крыше. – Увеличить. Голограмма приблизилась, но лучше особо не стало, пятно так и осталось пятном. – Что это? - Дилюк склонил голову на бок, вглядываясь в темноту голографической проекции. – Вероятнее всего, наш преступник, - недовольство на лице детектива говорило за него. – Почему нет возможности получить четкое изображение? – Перегруженный энергетический фон, высокая вероятность использования камуфляжа или маскировки, - услужливо ответила система. – Попробуйте сфокусироваться на других деталях. – Вот уж спасибо… Уменьшив изображение до масштаба 1:1 взмахом руки, Кэйа огляделся и обнаружил Сяо, задумчиво стоящего над проекцией лежащего тела. – Продолжить воспроизведение. Тело дёрнулось, после чего довольно неуклюже поднялось на ноги, упираясь в стену. – Это Тарталья, он служил в том же полке, что и мы, только он воевал на передовой, а у нас работа была в тыле, - Дилюк склонил голову. – Если он жив, мы обязаны найти его. Кэйа кивнул, продолжив наблюдение за сценой. Далее появился ныне покойный Чжун Ли, разложив копьё и парировав довольно наглый наскок Тартальи, а после рыжий мечник получил пинок в живот, отшатнулся и упал на одно колено. – Что это с ним? - Детектив недоуменно смотрел на то, как Чжун Ли окутала тьма энергетического фона, а когда его стало видно, он уже летел в сторону Тартальи с развороченной грудью. – Конец проекции. Щёлкнув пальцами, Кэйа созвал всех дронов к себе, забирая короб со стены и убирая всё это в чехол. – По графику энергетических выбросов, пик наблюдается в тот период, когда Тарталья падает на землю, - проинформировал детектива Сяо. – Кроме того, по ранам видно, что они нанесены холодным оружием, следовательно - энергия исходит от самого убийцы. – Дилюк, отправляйся и найди Тарталью, а я… - Кэйа задумчиво куснул губу. – Я навещу одного старого друга, тоже довольно высокоэнергичный мужчина. – Тебя докинуть? - Дилюк склонил голову на бок. – Уж спасибо, как-нибудь сам доберусь, - Кэйа весело усмехнулся. – Будь острожен, кот.

* * *

Шесть лет назад.

– Кэйа, я не могу… - Дилюк болезненно сморщился, открывая забрало экзоброни и туша пламя меча, заваливаясь на бок в окопе. – Замолчи, ради бога, - рыкнул Кэйа, включая куполообразный кинетический щит и убирая меч за спину, раскладывая портативную аптечку. Пара солдат оказалась в засаде в лесах Инадзумы, выполняя диверсионное задание. Высокие деревья сакуры, некогда прекрасные и цветущие, сейчас почернели и обгорели, а привычную тишину сменили автоматные очереди, взрывы снарядов и крики. Темноту разгоняли прожекторы бронетехники и огни пожаров вокруг. Зажаты они оказались чётко между двух полков инадзумских ронинов, причем стреляли по ним как и враги, так и щедро добавляла своя артиллерия, которая и понятия не имела, что на этой территории два диверсанта. – В этом месте открой доспехи, - Кэйа достал шприц-карандаш и постучал им по черно-бордовому металлу брони в районе ребер. С тихим шипением пластины разошлись, оголяя открытую рану, из которой хлестала кровь. – Ничего так тебя задело, - пробормотал Кэйа, вводя анестетик. – Сейчас будет неприятно, имей в виду. Дезинфицирующий раствор вспенился на коже Дилюка, а тот выгнулся от боли, тихо рыча. – Тихо, Люк, осталось совсем немного, - медик быстро посмотрел на рентгеновский снимок, и, убедившись, что осколков нет, операционным степлером сшил края раны, стараясь не обращать внимания на рёв Дилюка и вырывающиеся языки пламени из-под брони. – Всё, всё, кот, всё. – Сука… - Лаконично простонал раненный. Кэйа нежно поцеловал того, погладив по волосам. – Ты молодец, Люк. Нам осталось немного до точки, откуда нас смогут забрать. В ответ на его слова шлем Дилюка захлопнулся, визор вновь засиял алым светом, а клинок загорелся, превратившись в его руках в огненный вихрь смерти, когда мечник одним высоким прыжком оказался вне окопа. Работа Кэйи на фронте заключалась в том, чтобы добивать случайно выживших и следить за такими неосторожными ребятами как Дилюк. Именно поэтому на нем были лёгкие доспехи с функцией камуфляжа первого поколения. Заметить его можно было, но с трудом. А сам экзокостюм был снаряжен аптечками трёх видов, множественным выбором кинетических щитов и мощным компьютером, который контролировал биохимическую смесь, поступающую в кровь Дилюка из доспехов, и, в его случае, температуру металла костюма. «1100 градусов, ещё терпимо,» - Кэйа ловким движением перепрыгнул через ассасина в камуфляже, вспарывая тому спину и отворачиваясь, когда от пиро-воина с оглушительным ревом полетел гигантский огненный феникс. «1370» Кэйа быстро убрал меч за спину, давая сигнал перчаткам экзоброни открыться, оголяя его руки, чтобы молодой человек смог поднять их, собирая всю концентрацию, которая у него осталась за пять часов боя. Поначалу ничего не произошло, но потом вокруг Дилюка поднялся буран, снег шипел и превращался в пар, попадая на раскалённый доспех воина, а ледяной воздух быстро остужал металл. «600… 400… 250… 120… 90» На девяноста градусах Кэйа опустил руки, отправляя бурю в особо крупное скопление врагов и закрывая левый фланг кинетическим щитом, потому что оттуда в них полетел снаряд очередного танка. «Я, блять, ненавижу это,» - последнее, что успел подумать Кэйа, прежде чем его подхватил Дилюк, закинув себе на плечо и мощным прыжком запрыгнув в снизившийся вертолет. – Вы в порядке? - нервно спросил молодой медик, явно новенький. – По нам палила своя же артиллерия и пыталась убить парочка рот ронинов, как ты думаешь?! - Зло поинтересовался Кэйа, шлем которого сложился, оголив худое, болезное лицо со впалыми глазами и грязными волосами, которые падали на плечи спутанными прядками. Желтоватое освещение придало коже Кэйи пугающий, мертвецки-бледный оттенок, из-за которого с его злым оскалом и блестящими неприязнью глазами он был похож на потрепанного, замученного, но всё-таки демона. – Извините… Соскользнув с плеча Дилюка, который обессиленно упал, и сплюнув на железный пол вертолета, солдат поинтересовался: – Сколько нам до штаба? – Порядка трёх часов. Ничего не ответив, Кэйа отключил последний контур биохимической стимуляции экзокостюма Дилюка, после чего свет его визора немного приглушился, показывая, что владелец брони потерял сознание. «Пусть отдыхает.» Благо, в отличие от поля боя, грузовой отдел вертолета был почти бесшумен, только рёв турбины еле слышен. Ни скамеек, ни ремней, ничего не было, это был буквально железный короб с пропеллером, служащий для доставки техники в горячие точки. Устало прикрыв глаза, Кэйа привалился к стене. Не было сил ни снять доспехи, ни сделать инъекцию питательных веществ, чтобы почувствовать себя хоть немного лучше, хотелось лишь отдохнуть в мирном городе, снова увидеть улыбку Люка, а не болезненную ухмылку на измотанном лице, хотелось снова обнять его, почувствовать запах печенья, а не гари и запекшейся крови. Как бы он не следил за огненным воином, на его руках и теле появлялись всё новые шрамы, от которых Кэйа не смог защитить, которых Кэйа не смог предотвратить, из-за которых Люк почувствовал боль… – Лучше подумай о том, от скольких шрамов ты меня защитил. Медик настолько погрузился в мысли, что даже не заметил, как Дилюк выбрался из экзокостюма, оставшегося "сидеть" у стены в раскрытом состоянии, а сам воин обнял мускулистыми руками Кэйю, прижимая к себе и успокаивающе перебирая грязные волосы. – Ещё один новый… - Кэйа кивнул в сторону бока Дилюка, к которому прилипла пропитанная кровью форма. – Без тебя я бы погиб от этого, - отрезал мечник. – Кроме того, я со счету сбился, сколько раз ты меня спас за эту вылазку. По щекам Кэйи покатились слезы. Он плакал бесшумно, на всхлипы не было абсолютно никаких сил. Это были слёзы отчаяния, которые текли одна за другой, очерчивая неестественно худые скулы медика и оставляя светлые полоски, смывая часть грязи, со звонким стуком падая на металлический пол вертолёта. – Я люблю тебя, Кэйа. Мы справимся. Он лишь кивнул в ответ, немного дрожа и тихо, но часто дыша.

* * *

Настоящее время

«Каково же было наше разочарование, когда мы увидели, что случилось с городом пока мы были на фронте,» - подумал Кэйа, вынырнув из воспоминаний и выйдя из лифта в небольшой холл с пятью дверьми. Он был в главном корпусе Ордфав - корпорации, которая занималась разработкой и поставкой оружия на фронт, сейчас же она просто спонсирует уличные сражения своими технологиями. Огромные панорамные окна в левой части помещения могли бы открывать поразительный вид на город, однако весь обзор был закрыт черными облаками, поэтому Кэйа быстрым шагом прошел мимо, направляясь в лаборатории. Под потолком вились трубы, с которых иногда капала слегка теплая вода, ровные ряды люминесцентных ламп уходили вперёд, размеренно гудя и мигая, сопровождая каждый всполох характерным щелчком, а пол был просто металлическим настилом, который слегка прогибался даже под лёгким детективом. – Капитан Кэйа! Детектив развернулся на мягкий, приятный голос, который его окликнул. – Альбедо, здравствуй, - Кэйа приобнял невысокую фигуру в длинном халате, отходя затем на полшага. – Ты выглядишь явно лучше, чем в прошлый раз. И правда, сравнивая с последним разом, когда Кэйа его видел, волосы стали чуть короче и были завязаны в аккуратный хвост, в глазах не было выражения потерянности и абсолютного отчаяния, а халат и остальная одежда были выглажены. – Спасибо, стараюсь, - на точеном лице учёного появилась еле заметная улыбка. – Чем заслужил твое внимание? – Недалеко отсюда, в районе старой церкви, вчера вечером было совершено убийство, - Кэйа оперся плечом об стену. – Не сомневаюсь, что ты знаешь, где это. В ответ Альбедо кивнул, и детектив продолжил: – И при спектральном анализе с попыткой реконструкции событий я был крайне удивлен, когда увидел твою технологию энергетического камуфляжа, Альбедо, - Кэйа пристально посмотрел в глаза учёному. – Кому ты продал это устройство? – Это мог быть человек, у которого сильно выражена связь с элементальными имплантами… - начал Альбедо. – Даже Дилюк со своим огненным голубем и целым фаер-шоу, которое может устроить геноцид крупному городу, не оставляет такого энергетического фона! - рявкнул детектив, ударяя кулаком в металлическую стену. – Если ты затеял какую-то игру, то тебе не стоит и пытаться, а если просто продал, то скажи кому, и твое имя даже не будет фигурировать в деле. – Я не продавал своих технологий и тем более сам не совершал убийство, - ледяным тоном отрезал Альбедо, приподнимая одну бровь. – А угрожать мне тебе не стоит, я всё ещё помню пару историй с твоего фронта, которые очень быстро отправят тебя под трибунал, а потом и на эшафот. – То же самое могу сказать и про ваши тесты оружия на мирном населении, - Кэйа начинал закипать. – Этот сброд только на это и годится, - Альбедо фыркнул. – А ты пристрелил командира своего полка, чтобы командование перешло к тебе. – Я спас этим кучу жизней! - закричал детектив, делая шаг к Альбедо и зло смотря на него сверху вниз. – А вы просто вырезаете мирных, за безопасность и благосостояние которых мы воевали! – Тех мирных, за которых вы воевали, мы и не трогаем, - учёный холодно улыбнулся. – А тебе стоит поучиться сохранять дистанцию. Кэйа в последний момент отпрыгнул, уворачиваясь от удара небольшим выкидным ножом, который хищно блеснул в руке у Альбедо. – Хорошего дня, капитан, - учёный развернулся, быстро уходя, и ехидно взмахнул рукой на прощание. На ватных ногах Кэйа дошёл обратно до лифта и кулаком вдарил по кнопке вызова. Ком в горле подступал все сильнее и сильнее, а мелкая дрожь накатывала волнами. И, когда двери лифта наконец-то закрылись за детективом, он не выдержал. Слёзы горячими потоками потекли по щекам, а сам Кэйа упал на колени, сотрясаясь от рыданий и прижимая ладони к лицу. «За что мне это?» Дрожащими руками достав телефон, он быстро набрал сообщение, всхлипывая и дрожа ещё больше прежнего. – Люк, забери меня, пожалуйста, я в главном корпусе Ордфав. – Через десять минут буду. Кэйа глубоко вздохнул, а после рассмеялся, запрокинув голову, истерично хватая ртом воздух и сжимая в кулаках ткань своего пальто. Тихий звон, двери открылись, и детектив вывалился прямо на улицу, так как служебные лифты корпорации находились снаружи здания. Из-за недавно начавшегося дождя на асфальте уже успели образоваться лужи, а прохожих практически не было, и сейчас Кэйа лежал в середине одной из них, всё ещё дрожа и всхлипывая. Услышав издалека рёв двигателя машины Дилюка, детектив попробовал встать, но какой-то паренёк щедро заехал ему сапогом под дых, видимо, приняв за бездомного, выбив воздух из лёгких Кэйи и заставив того упасть обратно в воду. Тихий скрип тормозов, щелчок замка двери и оглушающий выстрел крупнокалиберного пистолета Дилюка. – Ты в порядке? - красноволосый аккуратно перевернул Кэйю на спину, свободной рукой убирая пистолет на место. – Как видишь, не особо, - взгляд детектива зацепился за маленький ручеек воды, смешанной с кровью, и Кэйа снова закатился истеричным смехом. – Но точно лучше этого паренька! – Спишу за нападение на агента, кроме того, по личному делу он не особо блистал законопослушностью, - Дилюк пожал плечами. – Невелика потеря. Кэйа только рассмеялся ещё больше, давясь всхлипами и слезами.

* * *

Сутками ранее

Сырой воздух подвального помещения наполнил лёгкие Тартальи, который хрипло вздохнул, конвульсивно дёргаясь. Экзокостюма на нем не было, а руки были грубо связаны за спиной и примотаны к стулу жесткой веревкой, натирающей ему запястья. – Очнулся? - крайне знакомый голос окликнул Аякса, заставив того через силу обернуться. – Где я? Почему я ничего не помню?! - выпалил Тарталья, снова дёргаясь и морщась от боли в руках. С громким щелчком комнату наполнил слепящий, холодный свет. Стены и пол были полностью бетонные, покрытые влагой и плесенью, а в дальнем углу виднелась небольшая металлическая дверь, рыжая от ржавчины. – Мы вкололи тебе препарат, вызывающий лёгкую амнезию, однако, легко исправляемую, - в поле зрения Тартальи вошёл высокий мужчина, одетый в чёрную рубашку, сероватые джинсы и армейские сапоги, а на спине покоился длинный хвост каштановых волос. – Доброе утро, малыш. Аякс обескураженно выдохнул, когда его мозг отрыл в подсознании утерянные части прошлого. Заказные убийства, море крови, смешанной с алкоголем и поцелуями с желтоглазым учёным… – Вспомнил? - Чжун усмехнулся, разворачиваясь лицом к Тарталье. – Обидно, что такая трогательная история заканчивается таким образом. – Что ты имеешь ввиду? Чжун Ли пинком развернул стул Аякса, вызвав недовольный рык. На вкрученном в потолок крюке висела верёвка с петлей на конце, а под ней стоял металлический табурет. – Тебе сразу сказать, или сам догадаешься? – Ты, блять, повеситься мне предлагаешь? - Тарталья, склонив голову, посмотрел в глаза Чжуну. – Шутишь? Секунда. Ещё одна. – Да ну нет… Не найдя в глазах Ли знакомого тепла, поддержки, веселой искорки, которая даст понять, что это всё шутка, парень почувствовал, будто у него внутри что-то переломилось. – Если ты возлагал что-то серьезное на эти… - Чжун фыркнул, – отношения, если их так можно назвать, то ты довольно сильно ошибся. – Ты издеваешься?! - Тарталья сорвался на крик, пытаясь разорвать веревки и с яростью смотря на своего возлюбленного. – Ты был тем единственным, что держало меня на плаву, тем, что не давало мне окунуться в безумие! – Не повезло, мальчик. Верёвки всё-таки поддались и с хлопком лопнули под напором Аякса, который моментально вскочил. – Успокойся, ради бога, - Чжун Ли умело уклонился от размашистого удара Тартальи и точно ударил рукоятью кинжала ему в висок. Пленник упал на пол, дрожа и с ненавистью смотря на Чжуна. Запястья кровоточили, а комбинезон, который носят под экзоброней, был покрыт слоем грязи и пыли. – Вариантов у тебя немного, либо ты вешаешься, либо я медленно и мучительно душу тебя, а потом вешаю в петлю, - русый убийца усмехнулся. – В любом случае, величайший наёмник по имени Чайлд трагично совершит самоубийство. Чжун подхватил стул и направился к выходу, по пути с размаху ударив носком ботинка в лицо Тарталье, не обратив внимания на крик боли. – Я проведаю тебя через часиков восемь, надеюсь, ты уже будешь болтаться в петле, - Ли с жутким скрипом открыл дверь. – Счастливо оставаться. Когда дверь с грохотом захлопнулась, весь свет так же погас. Весь, кроме единственной лампочки, которая освещала петлю. Аякс протяжно сглотнул скопившуюся от внезапно накатившей жажды слюну, проводя сухим языком по нёбу, чувствуя невероятную, жгучую сухость во рту. Дыхание учащается, за ним пульс, взгляд Тартальи бегает от двери к петле, потом перескакивает на стул, снова к петле, к двери, мысли путаются, прыгая друг за другом и резонируя в разуме наёмника. Несчастный хватается за голову, сильно сжимая рыжие волосы, его глаза жмурятся, сознание борется. Борется с белым шумом из паники, истерики и попыток придумать план побега. Невозможность смириться с неизбежным не отпускает до последнего. «Всё не может закончиться так!» К резонансу мыслей добавляется тихое гудение за дверью. Или же это паническая атака отдаётся гулом в ушах? Аякс судорожно ползёт к ржавой двери и, из последних сил поднимая себя наверх, ухватившись за хлипкую ручку, в отчаянии дёргает её. Тихие стоны боли превращаются в истошные рыдания, кровь из носа запеклась над губой и неприятно зудит, заставляя жмуриться, слёзы жгут глаза и щёки. – Я не могу так сдохнуть, не так, не здесь! - орёт, надрываясь, Тарталья, в глубине уже, казалось, покидающей его души прекрасно понимая, что никто его не услышит и не спасёт, что это место станет его могилой.

Час.

Холод принятия уже обвивает плечи молодого человека, заставляя его всё чаще посматривать на петлю с гримасой отвращения.

Два часа.

Желудок отзывается болью голода, язвительно заставляя Аякса застонать, скрутиться на бетонном полу.

Три часа.

В глазах уже нет ничего, только пустота и осознание приближения скорой смерти. Тарталья поднимается, обессиленно содрогаясь под собственным весом и чувствуя боль в затёкших от долгих часов без движения мышцах. Облизывается, на лице нет ничего кроме обречённо опущенных щёк, будто гримаса плохого актёра. Но уже поздно играть, помощь никогда не придёт, выход только один. Либо умереть с голоду, что ещё хуже.

Четыре часа.

Время летит, а Тарталья не решается. А что, если шея не свернётся сразу? Что, если он будет долго мучиться, что, если будет безумно больно и глаза начнут заливаться кровью? Руки холодеют и дрожат, пальцы немеют, обхватывая тугую, плотную верёвку. Аякс последний раз оборачивается на дверь с надеждой и частым, нервным дыханием. «Может, подождать ещё немного? Может, меня уже ищут?» - судорожно борется сознание, когда тело уже бросило свои последние попытки сопротивляться.

Пять часов.

Выбора нет. Свет надежды потух. Тарталья нервно переминается с ноги на ногу. Из раза в раз, при каждой попытке накинуть петлю на шею, он снова и снова в нерешительности снимает удавку с себя, заливаясь горькими слезами и прижимаясь лбом к грубой поверхности верёвки, зажимая её в зубах и издавая протяжный вой. «Давай уже, трус несчастный, тебе всё равно гнить здесь, сделай это!» - кричало воспалённое сознание. Тарталья несколько раз коротко продышался, шмыгая носом. Зажмурился, чувствуя боль в лицевых мышцах, продел голову в отверстие, затянул узел ближе к четвёртому позвонку. Истерические вопли уже перестают быть сдерживаемыми, Аякс крепко держится руками за плотный узел, пытаясь спасти себя от рокового движения, ступни плотно цепляются за край стула, сильно загибаясь в пальцах. Прыжок. Грохот стула о пыльный бетон. Осечка...Звон в ушах. Тарталья содрогается в конвульсиях, пытается предпринять последние действия, задыхается и кашляет, глаза закатываются и заливаются пеленой слёз, но из горла не слышно ничего кроме коротких хрипов. Язык будто распухает, перекрывая доступ кислороду, Аякс с силой кусает его до крови. Последние мысли о младшем брате и предавшем возлюбленном, жуткая гримаса отчаяния и боли, безмолвная мольба о помощи. Ноги стараются найти хоть что-нибудь под собой, жутко раскачивая трясущееся в петле тело. Звон в ушах, последний хрипло-булькающий вдох. Бетонная, холодная комната наполняется тишиной, слышно только скрип волокон верёвки друг о друга. Не осталось ничего, ни звука. Только упавший стул по середине комнаты. Её временный обитатель уже не человек, а переставшее бороться за жизнь тело. Нет ничего, только дух скоропостижной смерти. И свет, отражающийся в замерших красной паутиной, опустевших глазах Тартальи.

* * *

Настоящее время

Дилюк хмуро листал электронный документ текущего дела. Пять трупов, один всё ещё на экспертизе, ноль подозреваемых, единственный свидетель мертв, никаких зацепок… – Кэйа, ты уверен, что это дело реально довести до конца? - Дилюк закрыл ноутбук, бросая взгляд на детектива. Они находились в кабинете Кэйи, оперативник сидел в кресле рядом со столом, а сам Кэйа расположился на столе, закинув ногу на ногу, куря очередную сигарету. – Это более чем реально, поверь, - детектив выдохнул дым, стряхивая пепел с наполовину сгоревшей сигареты. – Сяо просил приехать в лабораторию через несколько часов, у него что-то есть, но ему ещё нужно время. – Без проблем, - Дилюк кивнул. – Как твое состояние? – Паршиво, Люк, паршиво, - Кэйа глубоко затянулся, чуть нахмурившись. – Я как будто и не возвращался с фронта, честно, - быстрый выдох выпустил очередное облачко дыма. – Я чертовски устал от этой работы и всего, что сейчас творится. – Я понимаю тебя, правда, - красноволосый вздохнул. – Но мы же сделаем этот мир лучше, верно? Уже сделали, если точнее, Ли Юэ процветает, регионы Инадзумы восстанавливаются и возвращаются к нормальной жизни. – Один только Мондштадт остался позади, в пепле гражданских войн и бесконечных убийств, - Кэйа развёл руками. – Это не город свободы, это, блять, город одного большого разочарования в жизни. Дилюк только фыркнул, еле заметно кивая. Он прекрасно понимал, что Кэйа говорит правду, но не хотел поддаваться пессимизму детектива. Ведь этот город можно вытянуть со дна. Можно же..? – Поехали в лабораторию, - Кэйа потушил сигарету, спрыгивая со стола и накидывая себе на плечи пальто. – Если что, просто подождем Сяо в главном холле.

* * *

На улице безжалостно хлестал ливень, громко стуча по металлическим вывескам и моментально делая одежду обоих сырой до нитки, а ветер только усугублял ситуацию, задувая капли воды за шиворот и заставляя ежиться. Запрыгнув в машину, Кэйа смахнул часть воды с лица и мрачно усмехнулся: – Очень надеюсь, что ничего лишнего у меня от наших дождиков не вырастет, - Кэйа вбил адрес лаборатории в бортовой компьютер, пока Дилюк заводил двигатель. – Не вырастет, расслабься, - оперативник наконец-то смог заставить мотор работать и машина тронулась, конвульсивно дёргая дворниками. Через десять минут автомобиль подъехал к главному входу в лабораторию судмедэкспертизы, с крыльца которого уже стекали крупные ручьи, а в окнах не было абсолютно никакого света. – Почему нет света? - Дилюк сразу напрягся. – Сяо работает сверхурочно, сегодня так-то выходной, - Кэйа пожал плечами, вылезая и быстрым шагом направляясь к дверям. Дилюк прошёл следом, заходя в темное помещение холла, освещённое лишь циферблатом крупных часов над входом и фарами припаркованной снаружи машины. – И всё же, что-то здесь не так… – Может, скажем ему? - Чжун Ли ехидно усмехнулся, выходя из тени и волоча за связанные руки Сяо. Лампы резко вспыхнули, освещая просторное, чистое помещение с шестью колоннами. Пол был покрыт белоснежной плиткой, стены покрашены в пастельный жёлтый цвет, напротив входа находились двойные двери, ведущие в сами лаборатории, а чуть правее виднелась дверь к комнатам отдыха. – Какого хера? - Дилюк потянулся к рукояти клеймора, но не успел. – Не торопись, пушистик, - Кэйа парой точных ударов ногой выбил сначала рукоять меча из рук красноволосого, а потом и коленный сустав, когда он попытался повалить детектива на землю. Чжун Ли грубо кинул Сяо к стене, сам опираясь спиной на одну из колонн и играясь длинными пальцами с кинжалом: – Милый, не хочешь рассказать нам, что же ты такого обнаружил? – Тело… тело в доспехах не настоящее… - Сяо зашелся кашлем, а когда Чжун грубо схватил его за волосы, заставляя смотреть себе в глаза, тихо застонал от боли, в ответ получив задорный, хищный смех. – Я оказывается живой, да?! – Чжун, поумерь пыл, прошу, - проговорил Кэйа, наступая Дилюку на шею и заставляя его уткнуться в пол. – Лежать. Убийца фыркнул, выпрямляясь и снова отходя от Сяо: – Того я тоже притащил, как ты и просил, - Чжун убрал кинжал в ножны. – Привести его? Он был довольно любопытным, пришлось даже руку сломать ему! - По комнате вновь прокатился безумный смех. – Само собой, - детектив раскурил последнюю сигарету из пачки, отбрасывая пустой коробок в сторону и неторопливо затягиваясь. Чжун Ли ушел в комнату отдыха, и через пару секунд оттуда вылетело тело с так же связанными руками, длинными светлыми волосами и порванным лабораторным халатом. – Здравствуй, Альбедо, - Кэйа подошёл к учёному, который зло посмотрел на него, пытаясь принять вертикальное положение. – Не пытайся даже, тварь. Тяжёлый удар локтем пришёлся в висок блондину, и тот замер, лёжа на боку. – И ты ещё что-то говоришь мне про жесткость, - Чжун сел на пол, вытянув одну ногу, а вторую согнув в колене. – Сам не особо лучше. – Ты просто не знаешь, что он творит, - Кэйа в очередной раз ударил Альбедо. – Что ты творишь, Кэйа? - Крикнул Дилюк, который чудом смог подняться, упираясь в стенку. – Ох, сейчас я с тобой пообщаюсь, - Чжун Ли вскочил, чуть ли не вприпрыжку направляясь к оперативнику. Громкий щелчок и влажный, пронзительный хруст разбил относительную тишину помещения, а горячая кровь залила лицо Дилюка. – Хватит с тебя веселья, ублюдок, - Кэйа вытащил тонкий меч с массивной рукоятью из груди Чжуна, стряхивая с него кровь и мощным пинком откидывая обмякшее тело убийцы в сторону. – Кэйа, Кэйа… - Дилюк сплюнул чужую кровь, вытирая лицо рукавом плаща. – Ты не представляешь, что начал… Ответить детектив не успел, поскольку его прервал сдавленный, но очень громкий всхлип Сяо: – П-помоги… Кэйа резко развернулся и обнаружил, что Альбедо смог освободиться, и единственной здоровой рукой прижимал к себе криминалиста, удерживая у его шеи нож. – Вы меня отпускаете, и паренёк не страдает, либо я вспорю ему шею, да так, что откачать не сможет никто! - Альбедо нажал на нож, и на шее проступила капля крови. Детектив молча посмотрел в глаза криминалисту. В них плескались отчаяние и страх, перемешанные с мольбой и надеждой. Секунда. Следующая. Кэйа медленно направился к Альбедо. Он не слышал его криков, не слышал криков Сяо, не видел, как из его сонной артерии брызнула кровь, покрывая белоснежную плитку тонким бордовым слоем, а тело безвольно упало. Он увидел лишь желанное: страх и непонимание в глазах Альбедо, когда нож полетел в другой конец помещения, выбитый точным ударом по лезвию, а в следующую секунду меч Кэйи прошил его грудь навылет, окропив жёлтую стену позади кровью. – Что, сука, не поддаётся логике? - В глазах Кэйи стояли слёзы, а голос дрожал от ярости и боли. – Ты будешь разочарован, но вполне… поддаётся, - учёный закашлялся, покрыв светлое пальто каплями крови. – Добей меня, не заставляй и дальше слушать твои шизопатичные речи. Кэйа вытащил меч, отталкивая тело Альбедо и наблюдая за тем, как под ним образуется огромная, быстро разрастающаяся лужа крови, как глаза постепенно стекленеют, прекращая моргать и дёргаться, а грудь перестаёт вздыматься от дыхания. – Кэйа… От болезненности голоса Дилюка у детектива сжалось сердце, а когда он развернулся и увидел тело Сяо, из его глаз наконец потекли слёзы. – Дилюк, идём, - Кэйа быстро подошёл к нему, складывая меч и протягивая руки, давясь слезами. – Мы сможем сделать лучше! Красноволосый грустно рассмеялся, кивая в сторону тел: – Таким путем? Кэйа, посмотри, сколько крови ты пролил, посмотри, сколько жизней забрал! - Дилюк с вскриком боли опустился на пол. – Нет. – Этой кровью мы сможем смыть грехи этого города, - Кэйа всхлипнул. – Мы разрушим старое и воздвигнем новое, Дилюк, слышишь? - Детектив утер слезы, конвульсивно вздыхая. – Мы сможем сделать это вместе! – Блять, Кэйа, ты предлагаешь мне разрушить город, ради которого я рисковал жизнью! Ради которого мы рисковали жизнью! - Дилюк обвел рукой помещение. – Просто посмотри, что ты, мать твою, сделал. – Я сделал то, что хотел сделать долгое время! - Кэйа сорвался на крик, а из его глаз вновь полились слёзы. – Я не могу, я ненавижу этот город, ненавижу каждую прогнившую душу, которая симулирует жизнь здесь, я хочу, чтобы всё это исчезло! – И ты думаешь, что сможешь разрушить город, а затем выстроить всё заново в одиночку? – Не в одиночку. С тобой. И мы найдем таких же, - Кэйа посмотрел заплаканными, полными отчаяния глазами на Дилюка. – Таких же, которые хотят всё поменять. Пожалуйста. – Нет, Кэйа. Издалека послышался вой множества сирен. – Ты вызвал полицию? Увидев кивок Дилюка, бывший детектив присел на корточки, вытирая слёзы и пытаясь справиться с крупной дрожью, выдохнул: – Если не собираешься помогать – молю, не мешай мне. Просто не делай этого, - Кэйа поцеловал оперативника в лоб. – Я люблю тебя. Когда Кэйа скрылся, видимо, уйдя в сторону чёрного хода, Дилюк грустно усмехнулся. «Молю, не мешай мне» – И в планах не было. Выйдя из здания, несмотря на сирены и шум дождя, Кэйа услышал до боли знакомый, гулкий звук выстрела. – Спи спокойно, кот.