Stalker's Tango

Ты входишь в магазин. Аккуратно придерживаешь дверь. Смущенно улыбаешься, как хорошая девочка. Ногти без яркого лака, бежевый джемпер с треугольным вырезом - и не разглядеть, есть ли на тебе лифчик. Ты вся такая чистая, что в голову сами лезут грязные мысли. В свободных джинсах, розовых, как наивный маленький поросёнок из детской книжки «Паутинка Шарлотты». И откуда ты такая взялась? И у тебя правильное лицо и стройная фигура - ты моя персональная Натали Портман из последней сцены фильма «Близость», посвежевшая после расставания с плохими английскими парнями, вернувшимися домой в Америку. Твой дом - я, и ты вернулась ко мне в 10:06 во вторник. Ты возникла в моем мире, и мне стоило бы принять таблетку лоразепама, но он внизу. А я не хочу уходить. Хочу не отрываясь наблюдать, как ты грызёшь ноготь и поворачиваешь голову влево - нет, не то. - снова покусываешь розовую плоть, вскидывая брови, смотришь вправо - опять не то - биографии тебя не интересуют, но, хвала небесам, ты не из тех, кто сразу бросается спрашивать. Ты приходишь вглубь и останавливаешься у полок с художник прозой.

---

Да будет благословенно имя твоё. На наше счастье, в мире оказалась не так уж много девушек с именем Анна Щербакова. Первое, что я должен был выяснить, - откуда ты родом, и, хвала Интернету, теперь, Аня, я знаю о тебе все. Ты хочешь стать волонтером. Родилась и выросла в Москве. Отпускаешь шуточки про островное кровосмешение, мореплавание и героин. У тебя дружная семья, потому что все живут порознь. Тебе трудно приходится в городе, где никто никого не знает, хотя ты и переехала сюда уже четыре года назад, поступив в Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет имени И.П.Павлова. Была зачислена каким-то чудом из списка ожидания и сама до сих пор не веришь своей удачи. Любишь поленту и злаковые батончики со вкусом вишневого пирога. Не фотографируешь еду и концерты, но Инстаграм ведёшь - выкладываешь старые снимки отца и свои детские фото.

---

- Сомнение губит даже самого гениального человека. - Он улыбается, протягивая девушке одну из книг Луизы Мэй Олкотт. - Читала что-то ещё из ее произведений? - Нет, я только собираюсь с ней знакомиться. Как думаешь, тот ли я вариант выбрала для первой встречи? Улыбка сменяется усмешкой. Безусловно, он знал о ней все. Знал даже больше, чем она сама. И он знал, что именно может ей посоветовать. - Сегодня 13 декабря, ведь так? «Маленькие женщины» - это идеальное рождественское чтение. Эта история учит доброте, заставляет взглянуть на себя со стороны и притушить свои эгоистические замашки. Лично я захотел больше времени проводить с семьей, помогать своим родным и не тратить время на бессмысленные занятия и ненужных людей. Он знал, что говорить, знал какие темы затронуть и что упомянуть. Он знал все тонкости ее души. Знал то, чего она сама о себе не знала. Я знаю о тебе всё.

---

Мне больно смотреть на твои слёзы. Знала бы ты, как я хочу обнять тебя. Безумно хочу. Но приходится ждать. Правда, осталось уже недолго. Думаю, теперь удача повернётся к нам лицом. Твои письма к Даниилу превратились в монологи. Ты плюёшься ядом и шипишь, как змея: «Я, мать твою, не игрушка! Не бессердечный кусок дерьма. И не бездарная шлюха-художница. Я человек. Меня нельзя взять и просто молча бросить. Слышишь? Я не терплю. Относись ко мне, как в своей газировке. С уважением. Или знаешь что?... Ну и пошёл ты! Вместе со своей газировкой. Трахай теперь её. Ты же ее так любишь. А меня нет. Ты вообще никого не любишь.» Чудесно написано, и я еле сдерживаюсь, чтобы не войти к тебе. Но, Ань, почему ты не отправляешь эти письма, а сохраняешь их как черновики? Пока ты не избавишься от своей дурацкой фантазии, что богатенький турист придёт и спасёт тебя, бедную городскую девчонку, я ничего сделать не могу. Саша права: « Слушай, Ань, было бы здорово, если бы Даня любил тебя, но ведь он не любит. Иначе бы не врал, не просил называть его папочкой и не кидал Тулы. Я даже рада, что он слился. Забудь его. » А Камила твердит своё: « Ты не думай: я не хочу замуж. И я люблю Санкт-Петербург. Но лучше работать в Праге, чем в этом городе искать мужа. Нет здесь нормальных парней. Все как твой Даня. » Саша отвечает: « Завязывай сидеть на сайтах знакомств, Ками. Серьезно. »

---

Он смотрит на неё. Такую прекрасную, нежную, девственную. Вокруг сверкает гирлянда, на подоконнике разложены подушки, в руках горячий шоколад, и на ее аккуратных коленках величайшее произведение искусства - «Мастер и Маргарита». - Вы не Достоевский. - Она улыбается, переводя взгляд с книги на Семененко. - Ну, почем знать, почем знать. - Достоевский умер. - Протестую. - горячо воскликнул Женя, подскакивая на месте. - Достоевский бессмертен. Она смеётся, а он не может оторвать от неё взгляд. Не может оторвать от неё взгляд, такой живой и задорной.

---

Оказалось, Даниил не соврал: аллергия у него действительно была. Один умён он просвещенным - с неведомый ему ранее уверенностью и гордостью. Не обязательно кряхтеть до восьмидесяти лет, чтобы что-то понять в жизни. А он понял, Ань. Многие ли уходят на пике? Большинство умирает на излете, старыми, дряхлыми, полными боли и сожаления. Или молодыми, в погоне за наркотическим кайлом и плотскими удовольствиями. Или просто по нелепой случайности. Даниилу повезло: он ушёл в момент, когда распахнулось его сердце и пробудился разум. Жил как скотина, зато умер как человек. Я создал для него идеальный мир, в котором невозможно красть, бесполезно врать и нечем себя одурманивать. Я освободится его от бессмысленной и нелепой жизни, которую он вёл. Прах Даниила лежит в икеевской коробке, которая осталась после нашей с тобой поездки, Ань. Я говорю матросу, что везу возвращать ее в магазин - не хватает деталей и на картинке в каталоге товар выглядел лучше. Он понимающе кивает. Знаешь, Ань, кремировать человека не так-то просто. Ну хоть момент выпал подходящий. Я ненавижу Хэллоуин, а ты его обожаешь, и последние четыре дня, когда я ради нас трудился не покладая рук, ты, Ань, порхала по вечеринкам в наряде Маргариты, постила фотки и пила, а не звала меня быть твоим Воландом. Представляю, как мы будем с тобой мило препираться в следующем году по поводу костюмов.

---

Он ненавидел Сашу. Она властная и прилипчивая. И даже не постеснялась отменить приглашение Алёны и Ками. Саша - патологическая психопатка. Он не такой. « Я всегда даю тебе личное пространство, Ань » Элтон Джон ноет во всех комнатах, потому что в доме установлена современная центральная аудиосистема. Семененко представляет, как бы Трусова ходатайствовала перед ним на суде поклонников. Заявила бы, что является самой горячей его фанаткой, а он бы стукнул молоточком по столу и велел приставу изъять у этой изнеженной сучки все свои записи, а ее саму отправил бы работать зазывалой в Макдональдс. - Прочитай ещё раз. - Требует Щербакова. Трусова вздыхает, вся эта ситуация явно начала действовать ей на нервы: - «Дорогие друзья Даниила!» - Его бедная мама. - Аня стонет, поджимая коленки к груди. Женя выглядывает из-за угла, пытаясь не издать лишних звуков. Он не мог отпустить его девочку одну к этой...Саше. Саше, что явно помешана на его малышке. - «С огромной горечью сообщаем, что наш сын Даниил считается погибшим» Перебивает, не обращая внимания на злой взгляд в её сторону: - Почему они не стали его искать? Трусова не обращает внимания на твои вопли и продолжает читать: - «Его любимая яхта-швертбот "Доблесть" была найдена разбитой неподалёку от маяка Брант-Поинт. Некоторые из вас знают, что Даниил последнее время боролся с зависимостью. Незадолго до гибели он сообщил друзьям, что отправился в Нантакет.»

---

Какая несправедливость, что вся эта красота вокруг принадлежит таким никчёмным людишкам, как Саша. Вчера я прошёл по вашим следам до пристани, выходящей на залив. Чудесная картина. И есть где спрятаться: полно огромных валунов и просоленных деревянных настилов. Я вырыл небольшую землянку под одним из них, и там гораздо теплее, чем в этих гребаных, продуваемых всеми ветрами сараями. Солнце уже всходит. Ждать осталось недолго. Скоро появится Александра. Одна. Я не виню Трусову за ее ничтожность. Неблагодарность - большой грех. Стыдно пренебрегать тем, что имеешь, ради того, чего у тебя нет. Александра не ценит доставшиеся ей по праву рождения земные блага, не ценит этот загородный дом в тихом месте, где та самая большая угроза - песни Тейлор Свифт. Наконец появляется Трусова, пока только яркая красная точка на горизонте. Разогревается, растягивается и начинает пробежку. С каждым мгновением я слышу ее всё чётче: её дыхание, голос Элтона Джона в наушниках. Она проносится мимо. Я выскакиваю из землянки, как черт из табакерки, и следую за ней. Она не слышит. И ничего не боится. Хватаю ее за волосы, заваливаю и сажусь сверху. Ее губы в песке. Элтон Джон стонет: «Восседаешь, словно принцесса на своём электрическом стуле». Я достаю из кармана камень. Рывком она оборачивается. Какие же у неё прекрасные глаза. Не замечал. Узнает меня и шипит: - Ты... Закрываю глаза и вижу распахнутые зрачки Даниила в мутной воде. Открываю глаза и вытаскиваю телефон у Трусовой из нарукавника. Затыкаю наконец Элтона, который грозится, что «они приедут утром, чтобы отвезти меня домой». Не приедут. Поднимаю тело и тащу его к воде. И нет ничего удивительного, что она, забыв об осторожности, вошла в воду. Случается, пьяные девушки тонут... Я отпускаю Александру Трусову. Волны Литтл-Комптона нежно принимают ее тело. Открываю почту и пишу тебе письмо с аккаунта Трусовой. Слова приходят сами. « Ань, я ухожу. На пробежке мне показалось, будто рядом следует Вирджиния Вулф. Она говорила: «Неприятно, когда тебя выставляют, но гораздо хуже, если держат взаперти». Это правда. А ещё хуже быть запертым в ожидании того, кто не собирается приходить. Отдыхай, люблю тебя, Аннушка. Прощай, Саша »

---

- Что дальше, Ань? Правильный ответ: любовь. Ты отвечаешь каким-то чужим безжизненным голосом: - Я исчезну. - Нет. Нет, черт возьми. - Послушай, Жень. - начинаешь ты, упираясь в меня ладонями без всякой страсти. - Мне плевать, что ты сделал с Даней и Сашей. Давай скажем так: у него действительно были проблемы с наркотиками, а у неё - с головой. - Она была обманщицей, Ань. - Знаю. Меня просто забавляла её любовь. - И что же ты хочешь теперь? Правильный ответ: меня. Вздыхаешь и говоришь, что не хочешь быть врачом, писателем, а мечтаешь уехать заграницу и стать спортсменом. - Может быть, если получится найти там работу, буду пописывать что-нибудь для себя. Я не ослабляю хватку. А ты начинаешь рассказывать, какая ты ленивая. - Я не нужна тебе, Жень. - говоришь ты и рассматриваешь свои ноги, которые Саша самозабвенно ласкала в Литтл-Комптоне. - Ты думаешь , что я необыкновенная и возвышенная? Черта с два. Я ведь видела тебя, Жень, на моих чтениях в том баре в Бруклине. Я знала, что ты за мной следишь. Я не ослабляю хватку и целую тебя в затылок. Мы с тобой похожи. - Я догадывался. Надеялся. - Тогда ты понимаешь, Жень, что я тебя не выдам. Я - связующее звено. Я - главный виновник. И мне не с руки идти в полицию. Выпусти меня, и я исчезну. Навсегда. - Я не хочу, чтобы ты исчезла навсегда. - Да ладно, прекрасно. - говоришь ты мне как другу, а не как любимому. - Найдёшь себе другую девочку и будешь с ней читать "Код да Винчи". - Прекрати, Ань. Ну же, скажи, что хочешь меня. - Я выйду из магазина и даже не обернусь. Клянусь тебе, Жень. - Прекрати, Ань. Но ты вновь не слушаешь. - Жень, клянусь. Я исчезну, как будто меня и не было. Отпусти, и обещаю, ты больше никогда меня не увидишь. Я клянусь. Ты провалила тест. И я хватаю тебя за горло, чтобы выдавить оттуда всю ложь и мерзость, которую ты только что говорила. Как? Как ты могла подумать, что я хочу от тебя избавиться? После всего, что я сделал для тебя. И оказалось, что реальность кусается похуже, чем в одноимённом фильме. И ты не просишь у меня золотое кольцо с бриллиантом. Как я могу так ошибаться в тебе? Значит, все это правда: ты манипулировала мной, соблазняла Сашу, следила за Даниилом... Ты - монстр, ужасный, коварный, солиптический, и единственное, что тебе нужно - это ТЫ.