Ух ты ж бля

Вот мы вновь собрались огромной компанией, в этот раз желая на всю ночь зависнуть у Женьки, устроив вписку. Мы набрали приличное количество алкоголя, причём ещё и дома у него нашли наливку и, видимо отцовскую, хотя в России отец является редкостью, водку. Еда была самой простой, сухарики и на закуску солёные огурцы, а кто-то из девчонок притащил конфеты с градусом, а точнее — с ликёром, которые спёрли у кого-то, а может и выпросили купить у старших, кто их знает. Свет был довольно тусклым, но никого это не смущало, лишь радовало, ведь аккорды на гитаре видно, с кем переспишь и что пьёшь видно, а большего и не надо. Весь вечер мы просидели за бурными обсуждениями и играми, разделившись на игроков в «Мафию», «Бутылочку» и «Правду или действие». Мы же с Лёшкой определились играть в Мафию. Лично для нас это было интереснее всего остального. Сели мы рядом и, честно сказать, оба подглядывали. Я приоткрывал глаза, да и он. Но никто никого не палил, если кто-то из нас оказывался мафией, даже прикрывал. В очередной круг и выбор того, кого же выгнать, ребята всполошились, начиная подбирать у кого какая роль. Как и ожидалось — все были либо врачом, либо мирным жителем. — Да что Вова? Он точно проститутка. Всегда, когда карты вскрывались и он оказывался ей, Лёша попадал под удар. И сейчас одного Лёшу третий круг и ебут — возмущалась и спорила одна из девушек, Маринка. — Да ладно, я просто шучу так. Мы просто прикалываемся — всполошился я, так как не хотелось в нашей компании прослыть педиком, запавшим ещё и на Лёшу, у которого есть девушка. — Ребят, ну серьёзно, пусть пошутит. Реально же смешно было, когда в первый раз каждую ночь меня насиловали — поддержал меня возлюбленный, за что я ему был безумно благодарен, но у компании это вызвало лишь больший всплеск эмоций и догадок. Мы очень долго спорили и выпадали в небольшие перепалки, а в конце концов и вовсе поднялись с Ёжиком из-за стола, отправившись на балкон, чтобы перекурить и обсудить, а действительно, чего это мы как педики? Этот разговор Лёше словно глаза открыл на мою и без того явную симпатию. — Вова — окликнул меня приятель, стряхивая пепел с сигареты. Отозвался я немо, лишь подняв на блондинчика нервный взгляд, тоже стряхивая пепел вниз. Он летел на машины и траву под балконом хрущёвки, а ветер кружил и уносил до самой арки противоположного двора. — А правда, что с тобой? Обниматься лезешь, за руку вчера пытался взяться. Сердце бешено заколотило. И что ему сказать? «Ты мне нравишься». Идиотизм, ещё и нос разобьёт. Время пошло на секунды. Чем дольше молчу, тем больше подозрения. — Ничего такого. Просто… просто что-то в голову ударило. Сам не знаю почему

Знаю

Мы остались в тишине и тяжёлом дыхании. Курили, вздыхали, улыбались, но ни словечка не проронили. — Вов, вот ты педик? — спустя пятнадцать минут молчания промолвил Лёшка. Вот я и попался. Врать будет глупо, я собирался признаться как только он расстанется с Катей. Сейчас скажу, что не пидр, а потом что? Курить брошу? — Нет. Лёх, отстань, а? Не знаю я — последнее предложение вышло куда тише прошлого немного агрессивного тона. — Не знаешь? Хочешь сказать, что вероятность есть? Вова, не пугай Эти его слова ставили крест на моей надежде о хоть малейшей взаимности. Не скрыть — мне было страшно. Страшно до полуобморока. Это эгоистично, но я хочу общаться с ним даже если через ложь. — Есть… — виновато шепнул я, пялясь в землю и думая, как бы свалиться с этой высоты вниз, чтобы не испытывать чувства поглащающего стыда.