Истории Королевы и Спасительницы

Прошло три года после того рокового разговора, который запомнился обеим девушкам настолько, что иногда без разрешения всплывал в памяти. «когда бы моё сердце не было разбито на маленькие кусочки…», «мы сейчас могли бы быть счастливы…», «возможно, в другой жизни…». Слова эхом отзывались в голове, а затем переходили в сердце, снова разбивая его. Реджина не вступила ни с кем в отношения, полностью погрузившись в работу и заботу о своей новой большой семье. Чего стоила одна только Мэри Маргарет с её маленьким сыном. Реджина была счастлива. Или притворялась счастливой. Она не знала точно. К Эмме её чувства не пропали, однако она специально ещё тогда, в тот вечер, задвинула их поглубже и никогда не доставала, лишь изредка они сами выбирались и хозяйничали в голове Реджины. Эмма тоже постаралась забыть о своих ещё оставшихся чувствах к Реджине. Она и правда тогда была в отношениях, а изменять было против её правил. Поэтому она постаралась стать хорошей девушкой, а потом и женой для Крюка. И тот факт, что почти после каждого секса с ним Эмма сдерживала слёзы от боли и неприязни, не мог заставить её набраться достаточно сил, чтобы уйти от него. Но вот, пару месяцев назад благодаря душевному разговору с Мэри Маргарет, во время которого Эмма заплакала навзрыд, она осознала, что только мучала себя все эти годы. Она не любит Крюка и никогда не любила. Скорее просто была благодарна за всё, что он для неё сделал. Но чувствовать себя должной не то же самое, что чувствовать себя влюбленной. В тот же день после разговора со своей мамой Эмма пошла и бросила Киллиана. Забрала основные вещи из их дома и перевезла в квартиру Мэри Маргарет. Белоснежка была совершенно не против. Даже наоброт, была рада за свою дочь, которая смогла разорвать цепи, по какой-то причине державшие её рядом с пиратом. Сейчас Эмма уже почти не вспоминала о нём. Наверно, она должна была страдать от расставания, но для неё это было освобождение, а не потеря. Жизнь шла своим чередом, Эмма всё ещё была шерифом, а Реджина — мэром. Их встречи были деловыми днем, и дружескими по вечерам. Примерно раз в неделю они втроём — Эмма, Реджина и Генри — собирались все вместе за ужином в особняке Миллс. Разговаривали, смотрели фильмы или играли в настольные игры, и просто проводили время вместе. Но на этой неделе Генри не было в городе, он ушёл с друзьями в поход и должен был вернуться только через пять дней. «Привет. Не хочешь придти сегодня?» — высветилось на экране телефона Эммы. Сообщение, как сразу догадалась девушка, было от Реджины. «Привет, хочу! А по какому поводу?» «Просто так. Генри уехал, но я бы всё равно хотела устроить наш еженедельный ужин» — Реджина отправила сообщение, сидя в своём офисе и надеясь, что Эмма точно примет приглашение и придёт. Хоть Миллс и старалась не думать про свои чувства к Эмме, минувшей ночью их разговор снова всплыл в памяти и заставил Реджину практически заплакать. Она не затевает их встречу как что-то такое особенное, чтобы выведать у Эммы информацию про чувства к ней или что-то в этом роде. Было бы просто хорошо хотя бы провести немного времени с ней рядом. «Конечно, я приду» — ответила Эмма. Это было не объяснимо, но этой ночью и она вспомнила их тот разговор. После него последовал не очень приличный сон, который, к слову, очень понравился Эмме. Это был не первый сон, в котором Эмма видела Реджину без одежды в своей кровати. Все те сны она, кстати, помнила. Нужно было сосредоточиться на работе, но у Эммы не получалось. Нет, так не пойдёт. — Пап, не против подстраховать меня до вечера? Я бы хотела отойти по делам, — Эмма подняла голову и посмотрела на Дэвида, сидевшего недалеко от неё. — Да, хорошо. Что-то срочное? — Не совсем. Но важное, — Эмма начала вставать и надевать куртку, висевшую на спинке кресла. — Расскажешь? — Дэвид был готов услышать отрицательный ответ, но попытать удачу стоило. Всё же он её отец и хотел быть частью её жизни, даже когда она сама стала взрослая. — Как-нибудь потом, — уклончиво ответила Эмма, улыбнувшись. — Хорошо, — Дэвид улыбнулся дочери в ответ. Эмма быстро передала все текущие задачи отцу и вышла из участка, направляясь к своей машине, а затем — к мэрии. Свон сама не понимала, почему делает это. Посреди рабочего дня едет к Реджине, видимо, чтобы и её отвлекать от работы. Но Эмма чувствовала, что поступает правильно. Они бы и так провели время вечером, но ей захотелось увидеть девушку как можно раньше. В последнее время спонтанные решения давались Эмме неплохо, поэтому она надеялась, что не ошибается сейчас. Она не знала, что скажет Реджине, когда приедет к ней. Это уже решит её сердце. Припавковав машину, Эмма вышла, закрыла дверцу и посмотрела на здание мэрии. «Что я вообще тут делаю?» — пронеслось в голове девушки. Она попыталась отогнать все мысли, которые могли помешать, зашла в мэрию, прошла мимо обескураженной секретарши Реджины, которая начала было кричать, что к мэру нельзя, но потом поняла, что это бесполезно, и вернулась к своей работе. Эмма встала перед дверью, думая, стоит ли стучать. Решив, что, наверное, стоит, она дважды легонько коснулась двери костяшкой пальца и вошла в кабинет. Он был просторный и светлый, напротив двери стоял стол Реджины, за которым, склонившись над бумагами, сидела сама мадам мэр. — О, Эмма, привет. Не ждала тебя. Что-то случилось? — Реджина подняла голову и слегка нахмурилась. — Что-то не так с Генри? — Нет, нет! Всё в порядке, — Эмма поспешила успокоить Реджину и прошла внутрь кабинета, приближаясь к креслу около стола. — Я просто… Решила заехать. Эмма села в кресло, а потом резко встала. Обошла его и теперь стояла около стола Реджины. — С тобой всё в порядке? Эти странные действия насторожили Реджину. — Да. Просто хотела поговорить. — Хорошо, давай. О чём? — Реджина отложила все бумаги, чувствуя, что разговор будет серьёзный, хоть и не понимала, о чём именно Эмма собирается с ней поговорить. «А вдруг она чувствует то же, что и я» — мысль появилась так же быстро, как и исчезла. «Да нет, она только недавно рассталась с пиратом. И за все три года мы ни разу больше не говорили о чувствах, почему же тогда именно сейчас должны». Эмма заметила, что Реджина погружена в свои мысли, и была благодарна, ведь могла собраться со своими. Она всё ещё не понимала, почему это делает. Ей снятся сны с Реджиной, она прокручивает тот их диалог в голове, и она явно испытывает к ней не только дружеские чувства. Но с чего Эмма вообще решила, что это взаимно. Сейчас всё или станет ясно, или запутается навсегда. — Реджина, — обратилась Эмма, вынуждая Реджину вернуться из мира рассуждений в её голове. Миллс подняла голову и посмотрела Эмме в глаза. — Ты меня пугаешь, — усмехнулась она. — Я себя тоже пугаю, — нервная улыбка появилась на лице Эммы. Она сделала пару шагов вперёд, оказываясь совсем рядом с Реджиной и смотря на неё сверху вниз. — Я не знаю, как начать. Реджина ничего не ответила и лишь ждала. — В общем, прости, если я сейчас всё поломаю, потому что чувствую, что могу похерить всё, что мы так долго выстраивали, — Эмма прикрыла глаза и провела рукой по волосам. — Эмма, что бы ты ни сказала, всё в порядке. Реджина начала догадываться. — Это касается тебя. И меня. И того разговора… — Эмма, — Реджина точно поняла, о чем пойдёт разговор и захотела успокоить Свон, чтобы та не так сильно переживала. — Можно я договорю, пожалуйста, иначе собьюсь, — мягко попросила Эмма и увидив, что Реджина улыбнулась и кивнула, продолжила: — Все почти три года я не забывала о том, что ты мне сказала. Но ты ясно дала понять, что твоё сердце разбито и тебе нужно время. Я постаралась отпустить ситуацию, но обрывки твоих слов всплывали в голове и делали больнее, чем я ожидала. Эмма перевела дух, думая, что говорить дальше. Реджина внимательно смотрела на неё, через рыз дыша, боясь спугнуть этот момент. — И ещё эти сны, — Эмма мотнула головой, отгоняя воспоминания. — Реджина, мне кажется, я всё ещё… люблю тебя. Последнюю фразу Эмма говорила медленнее, вставляя паузы между словами признания. Она глубоко вздохнула прежде чем наконец поднять голову и посмотреть на Реджину, в глазах которой начали скапливаться слезы. Эмма не понимала почему. Неужели всё, что она сказала, настолько ужасно? Это теперь полностью разрушит их дружбу? Что же Эмма наделала… Не стоило вот так вламываться и вываливать на Реджину все свои чувства. Реджина легонько смахнула слезы с глаз. После чего встала с кресла и сделала шаг в сторону Эммы, оказываясь невероятно близко к ней. Свон непонимающе посмотрела на девушку. Спустя мгновение, не говоря ни слова, Реджина обняла Эмму и положила голову ей на плечо. Дыхание перехватило. Эмма попыталась думать рационально, но этого сделать не получалось. Она подняла руки и обвила талию Реджины, притягивая её ближе. Они простояли так почти минуту. Эмма положила правую руку на голову Реджины, пропуская её темные мягкие волосы сквозь пальцы, поглаживая. — И всё-таки какая же ты глупая, — проговорила Реджина в шею Эммы. Свон перестала гладить её по голове, застыв в ожидании продолжения. Не просто же так она назвала её глупой. — Ну или мы. Радикальное заявление от Реджины. Эмма не была готова это услышать, поэтому задумалась, стоит ей уточнить, что та имеет в виду, или просто подождать, пока она сама продолжит и всё объяснит. — Я тоже тебя люблю. И, думаю, всегда любила, — Реджина решила не мучить ни себя, ни Эмму, сразу сказав самое главное. Хоть сделать это было не легко. На глазах Эммы выступили слёзы и она поняла, почему то же самое было с Реджиной пару минут назад. Они снова упустили слишком много времени просто потому, что не могли признаться в своих чувствах ни себе, ни друг другу. — Я бы сказала это раньше, но ты была счастлива в отношениях, а потом переживала расставание и я не хотела лезть к тебе, — Реджина подняла голову с плеча Эммы и смотрела ей в глаза. — Я никогда не была счастлива. А расставание было самым позитивным моментом в отношениях с Крюком, — улыбнулась она при ответе. Эмма решила, что ей нужно объясниться, чтобы Реджина не думала, что её сердце сейчас занято или страдает после разрыва. Эмма посмотрела в прекрасные карие глаза Реджины. Сейчас они казались ей ещё более волшебными. — Рада слышать, — хитро улыбнулась Миллс. — Реджина, — Эмма убрала прядь волос за её ухо и провела пальцами по щеке. В ответ на это действие Реджина прикрыла глаза. — Можно тебя поцеловать? — Можно. Эмма переместила обе руки на щёки Реджины, ещё секунду полюбовалась прекрасным лицом девушки и нежно накрыла её губы своими. Реджина улыбнулась сквозь поцелуй и приоткрыла губы, позволяя Эмме провести языком по её верхней губе. В ответ на это действие Реджина слегка прикусила губу Эммы и провела по ней языком. Затем, углубив поцелуй, провела языком по верхнему ряду зубов и коснулась её языка. Эмма притянула Реджину ближе к себе, желая чувствовать каждый миллиметр её губ. Мягко завершив поцелуй, они отодвинулись на расстояние, позволяющее видеть глаза друг друга. Реджина снова невесомо коснулась губ Эммы своими, затем поцеловала уголок губ, кончик носа и лоб девушки, после чего обняла её. Эмма прижала Реджину к себе, утопая в чувствах к ней. Они сами не знают, сколько так простояли. Ощущение комфорта и тепла окутывало их. — Возможно, всё же в этой жизни, — сказала Эмма, осознавая устойчивое желание подарить Реджине всё счастье этого мира.